Аромат благоухающих цветов заполонил носа детей. Им это показалось странным, ведь на улице стоял декабрь. Небольшая камерная "оранжерея" уместилась в крайнем углу заведения, привнеся в интерьер красоту и жизнь.

Сверху, по середине оружейной покоилась компактная люстра на шесть восковых свечей, что освещали внутреннее убранство. Свет казался слабым и непостоянным, но при этом придавал тепла и уюта.

Внутри каждый сантиметр был выделен под что-либо, будь то стенд под оружие и доспехи, или же проход с толстым светло-серебряным ковром на полу.

Рядом со входом, одну из стен замыкала невысокая стойка, за которой лениво развалился молодой худощавый парнишка. Он плавно покачивался на кресле-качалке, бдительно разглядывая вошедших детей.

«Четыре ребёнка... Либо потерялись, либо заигрались. Ох, да прилетит мне от мастера, если сегодня не будет покупателей» — с жалостью к себе размышлял парнишка.

— Брысь, мелочь, — махнул рукой он, прикрывая зевок другой.

Услышав подобный тон, Милана почувствовала праведный гнев по отношению к юноше.

— Да что вы себе позволяйте?! Разве так подобает относится к вашим же покупателям?! — дерзко, но сохраняя грацию в голосе, возмутилась девочка.

Внутри самой компании она ненароком отбрасывала нормы этики в сторону, но на людях старалась держать свой статус. Даже, если ей было далеко не до этого.

Услышав такой резкий ответ, парнишка пару раз хлопнул ресницами, смотря на детей ошарашенным взглядом.

— Вы то? Покупатели? — всё ещё не веря в происходящее, переспросил он.

— Да, сомневаешься?! — с вызовом прогремел её голос.

Через секунду с пояса Акир был сорван увесистый мешок с приличной долей припасённых детьми рубей и в мгновение брошен на стол.

В ушах юноши прогремел гулкий звон монет, что надолго остался в его черепной коробке.

Однако Акир, опомнившись от внезапного и резкого ограбления, не оценил подобный ход наследницы клана. Малец нахмурился и уже хотел возмутиться подобной наглостью Миланы, но тут же был остановлен суровым взглядом Фейлина, который прямо кричал о том, чтобы тот остановился.

Стиснув зубы, Акир стерпел.

«Чёрт. Ты серьёзно, Фей?!» — с досадой подумал он.

А юноша же в мгновение ока переменился в лице, нацепив вежливую маску.

— Ох, дорогие гости, прошу прощения за нерадушную встречу! — с его улыбки прямо сочился яд и стыд от заискивания перед младшими. — Могу я помочь в выборе оружия?

— Спасибо, мы как-нибудь сами, — холодно вернула тон Милана.

— Хорошо, выбирайте, что душе угодно!

Не долго думая, Акир схватил друга за плечо и вырвал его в сторону от девочек.

Смотря на Фейлина недовольным взглядом, он прошептал. Но так, что с его губ чуть не полетели слюни прямо на лицо друга.

— Ты сбрендил?! По-твоему это нормально?! Она у меня прямо с пояса мешок вырвала?!

— Акир, прошу успокойся, Милана... Она... если мне не изменяет память, она только что вела себя как ей подобает себя вести, а не как испуганный обстоятельствами ребёнок. Впервые за долгое время. Пожалуйста, будь снисходителен и не доставляй ещё больших проблем, — Фейлин искренно попросил лучшего друга о понимании, а не приказывал подручному о выполнении. В его глазах пылали искры, и Акир не мог не заметить.

Тяжело вздохнув, он кивнул в согласие.

— Ладно, но только попроси её что-ли больше таким не заниматься. Я конечно не знаю как у вас, аристократов, но у нас, обычных людей, не принято хватать из рук своего товарища, — малец согласился умять недоразумение, не забыв в конце съязвить в сторону Миланы и её сословия.

— Хорошо, я попрошу её держать себя в руках и быть более вежливой, — с собственным вздохом согласился Фейлин.

— Кого попросишь? — из-за светлых прядей мальца показалось милое лицо с парой изумрудных глаз.

Фейлин сглотнул, а Акир отклонился назад, уперевшись руками на груди.

— Да так, ни о ком конкретном. Просто обсуждаем нормы поведения, — ответил Акир сверля девочку взглядом.

— Акир!

— Всё-всё, извиняюсь, — он поднял руки в знак капитуляции.

— Хм, понятно... А что думает Фейлин по этому поводу? — Милана медленно перевела взгляд на Фейлина, словно хищник, осматривающий свою добычу.

Малец сглотнул.

— Ничего плохого.

— Отлично, — хлопнув в ладоши, она ярко улыбнулась, и её губы через секунду почти слились с ухом Фейлина.

Что-то прошептав, она получила лёгкий кивок и довольная удалилась прочь, в другую часть оружейной мастерской.

После секундой заминки, Акир серьёзно взглянул в глаза друга.

— Что она сказала?

— Ничего серьёзного, просто попросила купить глефу для Диадеи. Она сама ей её подарит.

— Чего? Деньги наши, а подарит она?! Это нечестно! — возмутился он, повышая голос, казалось, на всю мастерскую.

Даже молодой парень за стойкой услышал далёкие распри в компании. А Милана уж точно уловила этот комментарий своим слухом.

— Боже, Акир, помолчи немного. Я пытаюсь всё наладить, а ты только портишь! Тем более деньги наши, а не твои, поэтому я даю своё согласие, — шептал Фейлин, пытаясь сохранить баланс в команде.

— О, вот оно как, моё значит не требуется, — оглядывая своего друга сухим до слов взглядом, мальчик вынес решение.

Оттолкнув Фейлина в сторону, он схватил первый попавшийся по пути меч и вышел наружу здания.

В воцарившейся за ним тишине оружейной звонко прогремел колокольчик.

Молодой юноша за прилавком растерянно смотрел на Фейлина, водя пальцем то к закрытой двери, то к пустующему стенду, в котором десять секунд назад покоился стальной меч.

— Это войдёт в сумму, кошель же у вас, — устало произнёс Фейлин, теребя пальцами тонкую переносицу.

Хмурость, казалось, прижилась на его лице, словно никогда больше не сойдёт от туда.

«У меня так к совершеннолетию появятся морщины» — лукаво отшутился Фейлин, признавая плачевность ситуации в группе.

А на улице, на мёрзлых заснеженных ступенях сидел кипящий от злости Акир. Уперевшись кончиком ножен в рыхлый слой снега, рукоять меча легла на его ключицу.

«Да что она себе позволяет?!» — бурлил он. «Ну да, я знаю, что Диадея в разладе с ней! Конечно, явно видно, что между ними что-то было и эта всё сломала! Но она же сама виновата, так пусть сама и выкручивается!..» — лицо Акира исказилось на фоне гневных мыслей.

Но спустя несколько глубоких вдохов зимнего воздуха, его разум медленно и плавно остыл.

«Но... Она правда нам денежно помогала... Может, я слишком погорячился?.. Чёрт, если бы не тот отказ в амбаре, ничего бы этого не было! Грёбаные чувства!» — он вцепился рукой в левую часть груди, там, где под слоем кожи, мяса и костей билось крохотное детское сердце. Акир понимал, что не прав, и самое главное, верил в это. Вполне разумно пытаться помирить девочек между собой. Но его эмоциональная часть всё время вставляет палки в колёса, не подпуская разум к решениям.

«Я реально всегда иду на поводу эмоций... Чёрт, надо извиниться...» — признал он, кусая сухие и облезлые на морозе губы.

В это же время, внутри оружейной мастерской, Фейлин оглядывал стенды с клинками.

«Надо будет разобраться ещё с одной проблемой на выходе... Столько всего сваливается на мою голову, Аки разве трудно понять и поддержать меня, хотя бы не создавая ещё больше проблем?»

«Фух. Это на потом, сначала нужно выбрать оружие»

Фейлин мотнул головой в разные стороны, полностью отдавшись выбору.

Среди всех экземпляров он искал тот самый восточный клинок из Сун-Дзан, но после продолжительного осмотра не нашёл ничего похожего.

«Видимо реально редкая штука»

У него осталось три выбора: какая-нибудь рапира, что сможет выполнять тычковые атаки, но будет почти бесполезна в реальном сражении не на жизнь, а на смерть, любой небольшой кинжал, что сможет навязать хоть какую-то борьбу и будет соответствовать его стилю боя, но при этом окажется также слаб в поединке с кем-либо из-за своей малой длины, или же какой-нибудь меч, которым он не так хорошо владеет, но при этом будет способен биться в равных условиях с другими.

«Эх, видимо стоит брать самый безопасный вариант» — подумал он, поднимая со стойки стальной меч, почти точь в точь, как тот, что бездумно схватил Акир.

А параллельно выбору оружия и импульсивному уходу Акира, Милана аккуратно подошла к цветочному уголку, глядя на изумрудные лепестки, в цвет её собственных глаз. Она уже поняла, что никого периода "остывания" у Диадеи не будет. Ей нужно самолично исправлять их отношения, пока не стало слишком поздно.

Милана отыскала хорошую, качественную глефу, которая являлась самой дорогой в мастерской, и неловко приблизилась к подруге, что бесцельно смотрела на цветущие растения.

— Диадея, слушай... Я... На самом деле, я хочу извиниться за то, что произошло тогда. Я... Я правда не хотела, оно всё как-то само, знаешь... Я сорвалась, Фейлин меня утешил ну и... Сама понимаешь... — наследница клана сейчас была похоже на простую обычную девочку больше чем когда-либо ещё.

Черноволосая подруга тихо повернула голову, окинув Милану холодным взглядом. Ту пробрало до мурашек.

— В общем. В знак своего извинения я дарю тебе эту глефу, пожалуйста, не отказывай мне! — девочка с жалобным видом протянула оружие подруге, словно в руках держала прекрасный цветок, а не инструмент для убийств.

Диадея слегка поклонилась и без препинания приняла подарок.

В глазах Миланы зажёгся огонь.

Однако через секунду, когда глефа оказалась у Диадеи, она в мгновение вернулась в своё отчуждённое состояние, безразлично озирая лицо Миланы.

Наследница клана Херегреф ощутила горечь на языке. Но не смогла что-либо ответить.

Спустя несколько минут дверь мастерской вновь распахнулась, а над ней в очередной раз прогремел восхитительный звон колокольчика.

— Заходите ещё, всегда буду вам рад! — махал довольный парнишка, озолотивший своего мастера и себя на больше чем две сотни монет.

Наконец, дверь закрылась, отрезая и паренька и всю оружейную от детей.

Троих спускающихся по лестнице встретил Акир, что неловко перебирал ногами по белоснежному снегу под собой.

— Возможно я перебрал со словами, поэтому... — малец почесал затылок, чувствуя себя крайне некомфортно.

— Не надо, — холодно ответила Милана, чётко вспоминая слова, которые услышала сегодня от Акира. — Я верну твои жалкие сто восемь рубей, можешь не извиняться.

«Он притворялся таким милым и добрым... А в итоге оказался грязным эгоистом, что думает только о себе. И вправду, первое впечатление обманчиво» — придержала она у себя.

Пройдя мимо темноволосого мальчика, она вышла вперёд. Фейлин подошёл и положил тому руку на плечо.

— Аки, ну ты хотя бы старался... Но всё-таки лучше сначала думать, а не извиняться после, — с тяжёлым вздохом дополнил он, также проходя вперёд.

Следующей прошла Диадея, не удостоив мальца даже взглядом.

А он же почувствовал, как на лбу вздулись пульсирующие вены.

«Да вы, сука, издеваетесь?!»