Скинув мешок с вещами на пол, Акир уселся на удобную кровать из дерева, с пуховым матрасом на ней.

— Фу-у-у-х... — выдохнул мальчик, наслаждаясь атмосферой.

«Надеюсь, теперь проблема с Миланой решена»

— Аки, сложи вещи в шкаф, мы больше не на корабле, — упрекнул его Фейлин, разбирая тканевые тряпки из мешка.

— О, точно! — весело подпрыгнув с кровати, Акир последовал совету друга и также начал копаться в вещах.

«Э-э-э...» — с тупым взглядом, направленным на друга, Фейлин был слегка растерян.

«Он же только недавно был чем-то подавлен. А теперь вон как вертится от счастья... Церкви и вправду такие полезные?» — находясь в глубоких раздумьях, светловолосый мальчик незаметно кивал своим мыслям.

«Надо будет также сходить!» — твёрдо решил он.

Разобравшись в своей комнате, мальчики оставили все вещи в ней, включая ножны с мечом и рапирой, и на легке выдвинулись осмотреть дом.

Их комната находилась на втором этаже, там же, где и комнаты остальных.

Здание было довольно обширным, метров в тридцать в длину и десяток в ширину.

На первом этаже располагались главный зал, кухня, подсобные помещения и уютный магазинчик с украшениями, что имел собственный вход с улицы. На втором жилые комнаты, а на третьем огромный чердак, что служил хранилищем и мастерской для побрякушек.

Хозяин этого дома был довольно зажиточным человеком и известным в кругах Лизефа. Его подвески, браслеты, кольца, серёжки и иную бижутерию можно было увидеть на горожанах в городе.

Рассмотрев всю обстановку в доме, мальчики заприметили обширный задний двор. Это стало открытием для Акира и Фейлина.

За двухметровыми каменными стенами, отделяющими внутренний мир и улицы города, находился дивный сад.

Шагая по дорожкам, выложенными из полноценных булыжников, мальчики восхищались красотой природы вокруг.

Рядом с ними росли прелестные растения, где одно краше другого. Большинство из них, они даже никогда в жизни не видели.

— А как ты думаешь, что это? — спросил Акир, указав на небольшое деревце, высотой в метра четыре, не больше.

— Без понятия... Но оно такое красивое...

— Ага...

— Хе-хе-хе! Вам понравилась Лихва? — позади двух мальчиков раздался взрослый мужской голос.

Обернувшись, они увидели управляющего, в своём привычном чёрно-белом халате священника. На его лице восседала приятная улыбка.

— Это Лихва?.. — задумался Акир.

— Всё верно. В свою юность я путешествовал по Голдис, проповедуя веру господа нашего. И у меня со временем появилось небольшое хобби, — мужчина придался воспоминаниям, выглядя довольным. — Я собирал семена дивных растений, что встречались мне на пути. И это одно из них.

— Ого... Вы в юном возрасте в одиночку путешествовали по континенту! — восторженно отозвался голос Фейлина.

— Ахаха, нет, малец, я был в составе нашего каравана. Раз в несколько лет, Лизеф отправляет подобные караваны со священниками и молодыми людьми, которые хотят понять учения господа и укрепить свою веру. И я был в одном из таких.

— Ух ты. Никогда не встречал подобного, — удовлетворённо ответил Фейлин.

— Ага! Вы крутой, дядя!

— Ох, точно, я же вам даже не представился, прошу меня простить, — поклонившись, мужчина виновато покачал головой. — Меня зовут Ломрак, я дьякон и проповедую учения нашего господа в храме, неподалёку отсюда.

Акир натянуто улыбнулся, в очередной раз услышав восхваления их господа.

«Реально ведь фанатики» — подумал он.

— А что насчёт этого дерева? Где вы повстречали Лихву?

— Ах, это. Эти деревья довольно редки, — проведя рукой по тёмно-красному стволу, он взглянул на листья над головой.

Ствол Лихвы не рос перпендикулярно вверх, а время от времени извивался в разных направлениях, и был похож на причудливый изворотливый коридор, что смешал свой путь, то правее, то левее, но всегда продвигался вперёд.

Из него росло всего пять побочных веток, более тонких, нежели сам ствол однако из них прорастали ещё более многочисленные деревянные прутики с лиственными почками по всей поверхности.

Это были почти полностью голые ветки, а листва уже давно осыпалась, оказавшись у основания дерева.

Листья стали похожи на голубой ковёр, что укрывал корни дерева от приближающихся морозов.

Синие листья были диковинными для Акира, но всё же за время путешествия, он уже успел повидать немало удивительных вещей в природе.

— Я нашёл Лихву в Альмино. В одном из городов, что выводил эти деревья. Это единственное место в Голдис, где Лихва просочилась в естественную природу и прижилась там. Лесок небольшой, но если когда-нибудь окажетесь в городе Альнул летом, обязательно посетите лазурный лес, вы не пожалеете, это я вам обещаю, — дьякон улыбнулся, потирая шероховатый ствол дерева.

Мальчики синхронно кивнули.

— Ха, только будьте в курсе, что растения из Альмино осыпаются раньше, нежели из других Ореолов, ведь холод туда приходит на несколько месяцев первее.

«В Альмино так много удивительных вещей...» — подумал Акир, вспомнив о цветке из оранжереи и об искусности кузнецов на той земле.

«Мерлин... Я верну твой кинжал, несмотря ни на что!» — пообещал он себе.

— Давайте я покажу вам пруд, он не менее прекрасен.

Дети вновь кивнули и отправились вслед за Ломраком, шагая по выложенному булыжнику.

Вскоре перед ними предстал неглубокий пруд. Вода была настолько кристально чистой, что, казалось, будто бы из него можно напрямую пить. Однако это было не так.

Водоём существовал вместе с живностью внутри него и употребление этой воды могло привести к неблагоприятным последствиям.

Ломрак в молчаливом ожидании стоял рядом с прудом, наблюдая за реакцией мальцов.

Когда дети присмотрелись к водоёму, то сразу же распознали несколько десятков рыб, плавающих врознь друг другу. Большинство из них имели острые плавники и серые чешуйки, однако, некоторые были похожи на пухлые пожелтевшие овалы, медленно пробирающиеся сквозь толщу воды.

— В пруду я поселил два вида рыб, что повсеместно встречаются в озёрах Закурата. Они не конфликтуют между собой и питаются одним и тем же — водорослями, которые не могут разрастись в пруду из-за этого. Поэтому вода кажется чистой и нетронутой.

— Они тоже чем-то уникальны? — с вновь проснувшимся интересом спросил Фейлин.

Мужчина повертел головой.

— Нет, просто я думал, что для моего сада необходим пруд. А чтобы вода не стала мутной, я поселил сюда этих рыб. Вот и всё.

— Но всё же это красиво, — ответил Фейлин, наблюдая за гладью водоёма.

Ломрак ничего не ответил, но всё же кивнул на слова мальчика.

Обойдя весь сад по полукругу, трое вновь вернулись к дому. Однако находились в левой части, когда заходили в правую.

Детей заинтересовала просторная поляна, на которой они оказались. И нет, она не была огромной, в диаметре не больше десяти метров, однако всё же выделялась на фоне сада.

Каменная дорожка из булыжника прерывалась с одной стороны поляны и вновь продолжалась с другой, где вела к дверям дома.

Земля в этом месте казалось бесплодной и твёрдой.

— А что не так с этим местом? — с любопытством спросил Акир, оглядываясь вокруг.

— Ах, это... — лицо мужчины выразило болезненный вид. — ...Это вынужденная мера, раньше здесь находился обычный участок сада.

— А что здесь? Ничего?

— Нет. Можно назвать это тренировочной площадкой, или местом проведения боёв, — с тяжестью на душе ответил Ломрак.

— Э-э-э... А почему вы так печально об этом рассказываете? — с небольшой осторожностью спросил Фейлин.

— Всё дело в том, что несколько лет назад двое путешественников подрались в саду, вызвав ужасное возгорание, которое лишило меня нескольких экземпляров. После этого я сделал это место таким, какое вы наблюдаете. Если будут разборки, то лучше этим заняться здесь. Вдобавок, некоторые даже использовали эту поляну для тренировок, поэтому я её так назвал.

— Это великолепно! — в глазах Фейлина засияли искры.

— Ха-хе... Рад, что вам понравилось, — странно восприняв подобную реакцию на тренировочную площадку, дьякон криво улыбнулся. — Наслаждайтесь отдыхом, а у меня ещё есть дела.

— Хорошего дня, дьякон Ломрак, — помахав рукой, Акир попрощался.

— И вы тоже веселитесь, — махнув в их сторону в ответ, он удалился.

Два мальчика остались в тишине на несколько секунд. В какой-то момент их взгляды сошлись.

— Спарринг? — с ухмылкой заговорил Фейлин.

— Спарринг! — с весельем ответил Акир.