Олан проводил взглядом давнего знакомого и вернулся к повседневным делам, обслуживая клиентов.

Выйдя из трактира, Гордон потянулся и выбросил мрачные мысли из своей головы.

«Эх... Сейчас меня будет ждать неприятная часть работы» — подумал он, наспех планируя свои действия.

***

Спустя несколько часов в "Уголке Долиана" всё также царила шумная атмосфера. В воздухе витал пленящий аромат алкоголя, а за круглыми деревянными столиками сидели люди, выпивая и веселясь, даже в такое раннее время.

За одним из таких столов сидела группа мужчин средних лет.

— Я пас, — с тяжёлым вздохом сказал светловолосый мужчина, с печалью глядя на горстку монет перед собой.

«Жаль нельзя забрать ранее сделанную ставку...» — подумал он.

— Шаркель, неужели испугался поднятия на дёрне от этого лжеца? — с улыбкой произнёс второй мужчина по имени Гацбирг, мельком ещё раз глянув в свои карты, а потом на стол перед собой.

— Да ну, Гацбирг, не стыди его, в отличие от тебя, у других есть такая вещь как чуйка, — с ухмылкой сказал зачинщик паса от Шаркеля.

— Чуйка на парня с вечнолжущим языком? — ответил Гацбирг, встретив ухмылку своей собственной.

Дион — мужчина, которого сейчас прозвали лжецом, склонил голову набок, вызывающе смотря на Гацбирга.

— Ну что, поддерживаешь? — его ухмылка стала шире.

— Естественно, — в глазах у Гацбирга промелькнули искры.

— Повышаю на 20, — спокойно высказал четвёртый мужчина, дождавшись своей очереди.

— Хм... Интересно, — лениво разглядывая лицо оппонента, Дион раздумывал несколько секунд.

— Поддерживаю.

— Поддерживаю.

На столе в одной куче лежало уже больше девяноста рубей.

Шаркель приподнял одну карту из колоды и отставил её в сторону. Вторую он уже положил на стол к четырём открытым.

К червовому королю, червовой двойке, восьмёрке крести и семёрке пики на ривере лёг червовый туз.

— Три черви. Интересно, — с той же хитрой гримасой Дион встретил последнюю карту.

Двое, ещё присутствующих в игре, воздержались от комментариев.

— Повышаю на 20, — сделав скромную для общего банка ставку, Дион с интересом взглянул на Гацбирга.

Он же сидел с непроницаемым на первый взгляд лицом, в последний раз взглянул на свои карты и со вздохом смирился.

— Пас.

— Ух ты, неужели испугался вечнолгущего меня? — с усмешкой сказал Дион.

— Отвали, это не мой стол, — с таким же грустным взглядом, как и у Шаркеля, он в последний раз взглянул на банк. — У него явно что-то есть, возможно даже Флеш.

Указав на мужчину слева, Гацбирг смирился с потерей.

«Это... Стоило дорого»

— Поддерживаю, — спокойно произнёс четвёртый мужчина.

— Ну... Вскрываемся, — радостно провозгласил Дион.

Его единственный оппонент положил свои две карты лицом вверх, переведя взгляд на Диона.

— У-у-у, я бы точно проиграл двум парам короля и туза, — с небольшой радостью выдохнул Гацбирг.

— Але-оп, — Дион раскрыл свои последние два туза из колоды.

Четвёртый мужчина вздохнул и отстранился от стола.

— Ебать, я не ожидал увидеть у тебя сет тузов! — Гацбирг на мгновение подпрыгнул.

— Сегодня удача на моей стороне, — с довольной ухмылкой Дион потянулся за всеми деньгами на столе.

— Погоди... — с ярко выраженной хмуростью произнёс Шаркель.

— Что? — с невинной улыбкой спросил Дион.

Однако по его лбу скатилась одинокая капелька пота.

Шаркель, казалось, прожигал дыру взглядом на лице победителя. Но вместо каких-либо слов, он перевернул свои карты.

Первой была семёрка крести и... Туз крести. В точности такой же как и у Диона. В этот момент на победителя обратилось три суровых взгляда.

— Ах, ну... Очевидно, это большой проёб...

Олан, в это время, наливал виски одному из клиентов, как до него донёсся грохот из зала. Подняв взгляд, он устало проследил за тем, как один мужчина с горсткой монет в руках со всех ног выбежал из бара, а за ним под гневные крики вылетело трое других. Проследив за последним и дождавшись пока тот покинет трактир, Олан перевёл взгляд на стол, за которым они сидели. Он был перевёрнут, а на полу перекатывались кружки, недавно наполненные пивом.

«Надо уже закрепить эти чёртовы столы» — с тяжёлым вздохом подумал он и направился к месту погрома.

Поставив стол в своё законное положение, Олан поднял кружки и отнёс их к стойке. Следом направился в кладовку за шваброй.

Проскользнув в узкий проём, что вёл из трактира в коридор с жилыми помещениями, мужчина не мог не издать ещё один усталый вздох.

Вслед за его движениями, плавно покачивались тканевые заслонки, что служили аналогом двери в переходе. Шум и гам из трактира стал слегка приглушённым, а яркий аромат терял свою силу.

Пройдя вглубь коридора, по обе стороны которого находилось множество небольших, но уютных комнат, Олан дошёл до одной из последних, что служила импровизированным складом для таверны.

Взяв со стены измазанный воском подсвечник, он открыл деревянную дверь и спокойно зашёл внутрь.

В комнате находилась целая куча вещей, начиная от, аккуратно отставленных в сторону, коробов с посудой, заканчивая набором разных инструментов, что большую часть времени пылились в тёмном углу помещения.

Блеклый свет от свечи не доходил дальше нескольких метров, заставляя плясать тени, слабо отличимые от темноты вокруг.

Пробравшись через несколько объёмных ящиков с недавно приобретённым бельём для жилых комнат, он наконец достал ветхую метлу.

Но в этот момент, позади, с противным для ушей скрипом закрылась дверь. Олан дёрнулся в ту сторону, но не увидел ничего кроме всепоглощающей тьмы комнаты. По его коже пробежали мурашки.

— Кто здесь? — настороженно произнёс он, сохраняя при этом твёрдость в голосе.

Ответа сразу не последовало. Спустя несколько напряжённых секунд тишины, из конца комнаты послышался лёгкий стук сапог, размеренно приближающийся к владельцу таверны.

— Повторю, кто ты такой? — ещё более грубо отозвался его голос.

Из темноты вышел слабо заметный силуэт, по мере приближения становясь всё более чётким. Вскоре, Олан смог разглядеть человека напротив, что остановился в двух метрах от него.

— Гордон... Что ты здесь делаешь?

— Я? Хах, и вправду, что я здесь делаю? — исказив ранее хмурое лицо слабой улыбкой, ответил Гордон. — Может быть мне хотелось задать ещё несколько вопросов к нашему недавнему разговору... В более интимной обстановке.

Олан нахмурил густые брови.

— К чему это? Я рассказал всё, что знал.

— Да-а? Хм-м, а мне почему-то так не кажется.

— Гордон... Переставай шутить и давай выйдем уже отсюда, — предложил Олан, сжав рукоять метлы.

— Увы, — молодой искатель изысканно приземлился на одну из деревянных коробок, стараясь не испачкать костюм. — Пока ты не расскажешь мне правду, никто эту комнату не покинет.

— Гордон... — с явным раздражением ответил Олан.

— Итак, когда и с кем ты видел того человека с листовки? — словно не замечая настроения собеседника, Гордон задал свой первый вопрос.

— Я уже тебе говорил. Я его не знаю. Если продолжишь держать меня в этой комнате, я доложу на тебя в гильдии. Уверен, что справишься с последствиями?

Олан посмотрел в глаза своему знакомому, давая понять, что он серьёзен.

— Держать? О, если хочешь — иди. Только вот... — Гордон мрачно встретил взгляд, обнажая клинок из-под пиджака. — ...Есть вероятность, что ты не дойдёшь до двери.

На лице, уже давно отжившего молодые годы Олана, промелькнул ужас. Всё его тело напряглось пуще прежнего. Спустя несколько секунд тишины, он наконец дал ответ.

— Какой смысл в этом спектакле? Ты скорее всего убьёшь меня, чтобы я не смог ничего доложить на тебя гильдии.

— Вот какого ты мнения... Но, впрочем ты прав. Я ни за что не дам тебе выйти отсюда, не удостоверившись в своей безопасности.

Олан выжидающе молчал.

— Но! Не все исходы закончатся твоей смертью, Олан.

— Что ты имеешь ввиду?

— Если ты расскажешь мне всю правду, я тебя и пальцем не трону, — повертев клинок в руке, ответил Гордон.

— И что это меняет?

Уголки губ молодого искателя приподнялись вверх.

— Ты скрываешь что-то, что очень не понравится гильдии, иначе бы ты уже всё рассказал. В таком случае, после небольшого откровения мы мирно разойдёмся своими дорогами, похоронив по одному секрету друг друга. Логично, не правда ли?

Олан задумался над сказанным. Его мысли закрутились в поток, в конечном итоге найдя лишь одно решение.

— Хорошо. Я расскажу тебе всё.

— Вот с этого и надо было начинать, — довольно произнёс Гордон, аккуратно погружая клинок в ножны под пиджаком.

Прокашлявшись, Олан позволил себе немного расслабиться и приготовился к речи.

— Так вот, тот мужчина с листовки. Да, он был здесь несколько дней назад. За стойкой он встретился с рыжеволосым парнем, что представился как Ширпон. Из отличительных черт могу сказать, что на его теле большое количество шрамов. После небольшого разговора, Ширпон предложил мужчине сходить вместе с ним за покупкой кареты с лошадьми. После этого они удалились, и я больше никого из них не видел... — Олан, казалось, сомневался стоит ли сказать ещё что-то.

Гордон приподнял брови, вынуждая старика продолжить. Свет от маленького огонька свечи колыхался, пытаясь не затухнуть.

— Этот Ширпон... Он заходил ко мне ранее, перед их разговором. И... — Олан выдохнул, собравшись с силами. — ...Мы заключили сделку.

— Какую сделку?

— За некоторую сумму, я должен был никому ничего не рассказывать как и о нём и его нахождении в трактире, так и о том парне. После того, как он передал мне деньги, я сделал вид, что знаю его при их встрече. После этого, как я уже сказал, я никогда не видел ни этого Ширпона, ни парня, с которым он ушёл. На этом всё.

— Хорошо, думаю, что больше нет необходимости в этом разговоре. Я пойду.

Гордон поспешно выскользнул из комнаты и прошмыгнул на улицу из запасного выхода. Однако на его лице находилась хмурая гримаса.

«Всё намного сложнее, чем я мог себе представить» — подумал он, отдаляясь от таверны.