ПОВЕСТВОВАНИЕ ОТ ЛИЦА СЕСТРЁНКИ:

Остальной диалог я слушала в пол уха, так как была совершенно сбита с толку словами Шута. Эта ситуация казалась мне ужасно странной, будто что-то было не так; поэтому я, стараясь быть как можно тише, вышла из домика.

– Ай, – испугавшись треклятой скрипучей доски на полу, я подвернула ногу и упала.

– Кто здесь? – первым выбежал Шут, и, увидев меня, на секунду застыл в изумлении, – Ты как?

– Похоже, ногу подвернула, – морщась от боли сказала я и села на пол.

– А кто это у нас здесь? – с самодовольным взглядом вышел Он, но как только увидел нас двоих, сразу изменился в лице и помог мне встать, – Сильно болит?

– Не страшно, поболит и пройдёт, – попыталась успокоить его я.

– Уверена? Может всё-таки в медпункт пойдём? – неуверенно спросил Шут.

– Я сказала же, что всё нормально! – с нескрытой злостью я посмотрела на Шута, чтобы он вспомнил.

– Ну, хорошо, – явно неправильно поняв мои намерения, он опустил глаза.

– Оу-оу, не надо злиться только, – с укором посмотрел на меня Он, а потом зачем-то подмигнул и улыбнулся Шуту, – Шут, иди прогуляйся, а я здесь всё улажу.

Шут сразу вернулся в норму, кивнул и вышел, а мы зашли в домик.

ПОВЕСТВОВАНИЕ ОТ ЛИЦА БЕЗЫМЯННОГО:

– Я, конечно, знал, что ты злюка, но чтобы настолько! Тут даже меня ты удивила, – я усадил её в кресло, а сам присел на кровать.

– Ничего подобного, – Сестрёнка надулась, повернувшись ко мне спиной.

– И как много ты слышала? – я хотел её подразнить ещё когда услышал шум в прихожей, но обстоятельства были не те, а сейчас, как по мне, самое время.

– Сначала я… – она повернулась ко мне и продолжила возмущаться, – Ты знал, что я стою за дверью, так ведь? Ты же не просто так чуть ли не на весь дом заорал. Если да, то как ты об этом узнал?

– Ну, я учёл три фактора, – я с умным видом поднял три пальца, – Во-первых, мы договорились встретиться. Во-вторых, я из окна увидел, как ты в домик шла.

– Ты же... – она посмотрела на меня взглядом полным презрения и насмешки.

– Да, да, да! Их всего два, но число три звучит круче, поэтому думал, что-нибудь на ходу придумаю, – перебил её я.

– Боже, вот идиот, – она прикрыла ладонью лицо.

– Ну, и как много? – я решил сойти с неудобной темы.

– Самое главное я услышала, – смутилась она.

– И что собираешься делать? – весь в предвкушении спросил я.

– Думаю, это очевидно, – сказала она, будто бы специально раззадоривая, – Я откажу ему.

– А, эм… – разочарование окатило меня словно ведро ледяной воды, – Быстро же ты.

– Ты что, думал, я соглашусь? – она посмотрела на меня, как на идиота.

– Ну, хотя бы подумаешь, а не вот так сразу, – ответил я, в мыслях уже прося у Шута прощения.

– Подростковые отношения редко заканчиваются чем-то хорошим, да и их конец не менее жалок, чем люди, участвующие в них, – сказала Сестрёнка и бровью не повела.

– Чё? – я был настолько удивлён, что это единственное, что я смог сказать.

– А ничё, нормально общайся, – она мило улыбнулась и, глядя куда-то перед собой, продолжила, – Забудь, просто вспомнила одного человека, вот и решила сказать так, как он бы сказал.

– Что-то мне подсказывает, что я знаю этого человека, – проворчал я.

– Возможно, – лукаво улыбнулась Мелкая, заводя волосы за ухо.

– Ты это, ответь ему только без лишней воды, безо всяких этих «Не знаю, что ты во мне нашёл!», «Дело не в тебе, дело во мне!», –  последние две фразы я сказал настолько переиграно, что даже у меня чуть кровь из ушей не пошла.

– Фу, ну и мерзко же это прозвучало, – Сестрёнка аж вздрогнула, – Хорошо, постараюсь по крайней мере.

– Ну уж нет, – я ухмыльнулся и запретил ей пальцем, – Вот как мне ты сказала, так ему и скажешь. Поняла?

– Хорошо, – раздражённо ответила она. Сестрёнка всегда так отвечала, когда я перегораживал все пути к отступлению; пытаясь скрыть растерянность, она сердилась.

После этого мы болтали не менее получаса, а ребят всё не было.

– А не долго ли там Доктор общается с ребятами? – озвучил свои мысли я.

– Ну, может быть там кто-то что-то натворил? – протараторила Мелкая.

– И для этого все понадобились? Странно… – продолжил вслух размышлять я, но тут меня перебили.

– О, вот вы где! Пойдёмте есть, – в домик вошла Коко.

– Понял, принял! Ты как, идти можешь? – я посмотрел на ногу Сестрёнки.

– Да, вполне, – она кивнула, и мы пошли.

– А? Ты ногу подвернула? Как так? – Коко тут же подбежала к Сестрёнке.

– Всё нормально, не переживай. Я просто споткнулась, а эти двое оказались рядом и помогли, – будто отмахнулась от её беспокойства, сказала Мелкая.

– А кто второй? – Коко посмотрела на меня, а потом снова на Сестрёнку.

– Тут ещё Шут был, но он отошёл по своим делам, – ответил я.

– Ясно, ну пойдёмте. Там уже накладывали, когда я уходила за вами, – кивнула Коко, и мы пошли.

Все, как и утром были до безобразия молчаливы, и мне надоело это, потому я тоже решил их игнорировать.

«Мне-то что? У меня уже есть опыт изгоя», – подумал я и почувствовал горечь от этих мыслей.

Я молча добил свою порцию, отнёс и вымыл посуду, а затем вышел из столовой, но уже в сопровождении бирюзоволосой бестии.

– Ты почему невесёлый такой? – немного наклонившись вперёд, чтобы увидеть моё лицо, спросила Акума.

– Чего тебе? – не церемонясь, ответил вопросом я.

– Да так, поболтать хочу, – она выпрямилась, будто демонстрируя свое превосходство над моими подругами.

– У меня нет настроения болтать, но чувствую, выбора нет, – со вздохом я вошёл в домик, Акума зашла следом.

– Что думаешь о своих друзьях? – спросила она, когда мы расселись по креслам у окна.

– Они меня бесят, – выпалил я.

– Как-то меня это разочаровывает, – протянула Акума, – Ты ведь был о них такого хорошего мнения, а сейчас…

– Ты вроде такая умная, а сейчас несёшь такую хуйню, что мне даже ударить тебя хочется, – её слова задели за живое.

– Ого, а это разве не противоречит твоим принципам? – ухмыльнулась Акума и с вызовом посмотрела на меня.

– Вот именно поэтому я и не ударил тебя! – с нажимом произнёс я.

– Ладно, ладно, – она выставила руки в примирительном жесте, – Просто хотела убедиться в вере в твои собственные слова.

– Типа это была проверка? – в недоумении спросил я.

– Ага, – она невинно улыбнулась.

– Я что, подопытный кролик? – ярость снова начала закипать во мне, – Ты двуличная сука, смеешь меня ещё проверять?

– За языком следи! – своим коронным ледяным тоном ответила Акума, опустив глаза.

– А то что? – с презрением спросил я, а потом вскочил с кресла и заорал, – Завершишь дело, которое ты начала тогда? Ну же, давай!

– Заткнись! – закричала Акума, не поднимая головы.

– Что же случилось? Тебе плохо? Где тот звериный взгляд? – я продолжил осыпать её подобными вопросами.

Не знаю, что на меня нашло в тот момент, мне нет оправдания за то, что я сказал, но удовольствие, которое я тогда испытал, было неописуемым.

Хотя, удовольствие не совсем верное слово, в данной ситуации это что-то похожее на эйфорию. Во мне смешались раздражение, накопленное за день, и страх перед другой стороной Акумы, а подожгла фитиль её проверка. Можно сказать, что я оправдываю себя, однако это не совсем так, ведь я просто хочу, чтобы меня правильно поняли.

– Пожалуйста, – почти шёпотом произнесла Акума, потом подняла голову и продолжила, – Пожалуйста, прекрати!

Меня окатил холодный пот, когда я увидел, до чего я довёл Акуму.

«Опять, твою мать! Да что со мной не так?!» – эта мысль затмила на мгновение все остальные.

– Прости, что-то меня занесло, – я опустился на колени и вытер её лицо салфеткой, которую достал из рюкзака, – Мне нет оправдания, но надеюсь, ты простишь меня.

– Со мной такое не впервые, так что я в какой-то мере привыкла, – сказала она отдышавшись.

– Это не имеет значения, – я опустил голову, – Я должен понести наказание за преданное мною доверие.

– Что? – в её голосе я отчётливо услышал недоумение, – Я же говорю, что люди всегда начинают меня боятся, когда я хоть чуть-чуть открываюсь, так что не бери в голову, всё нормально.

– Да ни черта не нормально! – сквозь зубы прошипел я, а затем, уже спокойней, поднял голову и добавил, – Не знаю, как там было у других, да и плевать мне на них, буду с тобой честен. Повторяю, я предал твоё доверие, поэтому отомсти, чтобы нам обоим стало легче.

– Ты мазохист? – она посмотрела мне в глаза.

– В каком-то смысле, – улыбнулся я в ответ.

– Ну хорошо, посиди так и подожди какое-то время, – она хитро улыбнулась и будто уже придумала план мести, а затем вышла из домика.

Прошло не более пяти минут, как она вернулась в домик и накинулась на меня.

– Отбивайся, – только и сказала она.

Её лицо не выражало почти никаких эмоций, по крайней мере тех, которых я мог прочитать.

Встать я не успел, поэтому упал на спину, она в свою очередь села мне на живот и схватила мою левую руку. В то время как она была сильнее, я был тяжелее, поэтому пока она не обездвижила мою вторую руку, я схватил её мягкие циановые волосы и потянул. Не оспоримо, что это было грязно, но и правила никто не обсуждал.

Хватка на левой руке ослабла, поэтому я поспешил её оттолкнуть, и, как итог, мы поменялись местами.

– Вот ты и проиграл, – сказала она и поцеловала меня.

Поцелуй был не детский «губки в губки» и всё. Акума обхватила мою шею, чтобы я опустился к ней и начала творить нечто настолько невероятное, что моё сознание просто отключилось.

Она наверняка рассчитывала на то, что её поцелуй возымеет на меня такой эффект, потому что руки она вскоре убрала. Её язык, губы – всё было на вкус таким сладким и приятным, что я даже не заметил двух очень важных вещей.

– А какого хрена ты это делаешь? – спросила Сестрёнка, которая явно не только что появилась в дверях.

– А? – только и сказал я, заметив Сестрёнку и то, что всё это время, пока Акума буквально владела моим ртом, держал её грудь, если быть более конкретным – левую.

– Бля, – добавил я через несколько мгновений.

-------------------------------------------------------------------------------------------

Приветствую вас дамы господа, а если учесть современные тенденции то и не дамы и не господа.

Мда, можете и не говорить, что шутка не смешная я и сам прекрасно знаю, ну да ладно. Как прошел месяц, ребята? Вот лично у меня кране паршиво: вечная холодрыга совместно с дождем, просто пиздец, а не лето. Надеюсь что уж хотя бы у вас лучше.