— Раз уж дело дошло до контракта, я и подумал, что всё это, должно быть, крайне серьёзно, но чтобы слизень создавал магические камни?.. Это правда?

— Правда. Я своими глазами видел это.

Скорее не создал, а… выплюнул.

— Если это слизень, значит, он приручен?

— Да.

— И что это за человек?

— Её зовут Айви, она путешествует вместе со своим опекуном Друидом. Мы познакомились с ними в деревне Хатака и вместе решили одну проблему. По странному стечению обстоятельств с тех пор продолжаем путешествовать вместе. Айви по характеру старательная и очень милая.

Айви, вероятно, и внешне по общепринятым меркам считается милой. Но дело не только во внешности, характер у неё у неё тоже удивительно милый. Она не умеет полагаться на других, но и это в ней по‑своему трогательно. И то, как она за всё берётся всерьёз, тоже очень мило.

— Опекун?.. Она ещё ребёнок?

— Да. Сейчас ей девять лет.

А?.. Айви ведь говорила, что у неё день рождения в конце июля? А сейчас уже август. Э? А? Тогда как это… Неужели Друид забыл о дне рождения Айви, которую так бережёт? Или они отпраздновали где‑то без меня? Или это я всё напутал, и день рождения вообще в конце августа?

— Ты чего? — спросил Ур.

— Да так… я запутался, девять ей лет или уже десять…

— Да какая разница, девять или десять.

— Есть разница! Если ей уже десять, выходит, мы никак это не отпраздновали. А это ведь важный день, что бы сказать: «С днём рождения!»

Значит, всё‑таки конец июля… Тогда выходит, Друид действительно забыл.

— Жинал, я понимаю, что ты переживаешь, но тебе не кажется, что ты уже слишком далеко ушёл от темы?

И правда... сейчас это не к месту. При встрече с Друидом уточню.

— Так… о чём мы говорили?

— Об Айви, — сказал Ур.

Увидев его усталый взгляд, я криво усмехнулся.

— Точно.

— Слушай, Жинал. Я понимаю, что к ребёнку по природе менее насторожен, чем ко взрослому, но тебе не кажется, что ты слишком ей доверяешь?

Я посмотрел на Ура и заметил тревогу в его взгляде, направленном прямо на меня.

— Наверное, со стороны так и выглядит. Но на самом деле я ей доверяю. И Друиду тоже.

Для меня это редкость, настолько доверять другим. Когда работаешь следователем, быстро разучиваешься доверять людям.

— Айви уже дважды спасала меня, когда я был под промыванием сознания.

— Чего?

— В деревне Хатака я тоже был под воздействием. И именно Айви меня спасла.

Способ снятия был, мягко говоря, жёстким. Но я ей по‑настоящему благодарен. В Хатаке финалом воздействия была бы смерть.

— Невероятно...

— Да. И при этом она ничего не потребовала взамен, сказав лишь, что просто сделала то, что могла. Поэтому я ей и доверяю. Друид тоже ни разу не пытался воспользоваться моей силой.

Хотя они знают, что я следователь, создаётся ощущение, будто для них это не имеет значения. Ни страха, ни попытки воспользоваться, они принимают меня таким, какой я есть.

— Ясно. Но всё равно… выходит, и в Хатаке была такая проблема. Я об этом не знал.

Я удивился. Я ведь передал информацию наверх. Он не знал?

— Да, они использовали магический круг, из‑за которого повреждается ядро. Можно сказать, худший вариант воздействия.

— Вот как… Тогда почему эта информация не дошла до нас?

О таком нужно предупреждать, а не скрывать. Странно.

— Ур. А есть ли вероятность, что твои воспоминания о Хатаке стёрты?

— Не думаю. Вчера я попытался восстановить события по порядку, насколько мог, и не заметил ничего странного. С товарищами тоже сверялся, у них так же.

Тогда, наверное, всё в порядке?

— Про Хатаку я слышал лишь, что церковь попыталась захватить деревню, устроила ловушку для глав обеих гильдий, тяжело их ранила, а пока те не могли двигаться, постепенно увеличивала число сторонников…

Значит, передали только общее, без деталей. Наверху что‑то произошло? Надо будет связаться с товарищами и уточнить.

— Думаешь, понадобится проверка?

Я кивнул.

— Понятно. Тогда я оставляю это тебе. Возможно, дело во мне самом, — Ур тяжело выдохнул и нахмурился.

Даже если он уверен, что память не стёрта, проверить это невозможно.

— Промывание… неприятная штука.

Я кивнул. Очень неприятная. Если бы мы знали способ воздействия, можно было бы защищаться, но метод, применяемый в этой деревне, пока неясен. Он явно отличается от того что использовали в Хатаке, но чем именно, непонятно. Остаётся надеяться, что товарищи добудут информацию.

— Кстати, есть ещё один момент, который меня волнует.

— Что?

— Друид… это ведь тот самый «тайный козырь Олла»?

Всё‑таки понял. Сам он ужасно не любит это прозвище, но что поделаешь, слишком уж известен.

— Верно.

— Я так и думал, что имя знакомое. Значит, это он.

Ур довольно улыбнулся.

— Ты его знаешь? — удивился я.

— По официальной линии. Мы однажды работали вместе. Проницательный, беспощадный, действовал быстро.

Значит, он сталкивался с ним в качестве обычного авантюриста. Если Друид об этом помнит, то наверняка удивится.

— Вот как… Друид опекун… Слушай, а ты уверен, что с Айви всё в порядке? С таким‑то опекуном, — с тревогой спросил Ур.

Я не выдержал и расхохотался.

— Да не смейся! Ты же знаешь, о чём я! Когда я видел, как он сражается, у меня по спине мороз пошёл.

И правда, зная лишь прежнего Друида, когда его называли «тайным козырем», невольно начнёшь тревожиться. Его ведь тогда ещё и холоднокровным прозвали. Нынешний Друид настолько добр, что трудно поверить, каким он был раньше… хотя нет, стоит ему понять, что Айви грозит опасность, и он в тот же миг станет прежним. И вообще, разве его доброта не направлена только на Айви?

— Для Айви он хороший отец. Но лучше тебе самому в этом убедиться.

Словам так просто не поверить. Он и сейчас смотрит на меня с сомнением. но когда увидит всё сам, удивится даже сильнее, чем из‑за слизней. Забавно.

— Кстати, вчера из‑за всей этой суматохи с промыванием я так и не спросил… они ведь занимаются расследованием дела о наркотиках?

Раз уж оба гильдмастера вели расследование, логично предположить, что и Ур и остальные тоже в нём участвуют.

— Естественно.

— Хорошо. И что удалось выяснить?

— Нет сомнений, что местная церковь стоит за распространением наркотика, добываемого из карё. И не только здесь, из соседних деревень тоже приходят сообщения о росте числа зависимых.

— Есть доказательства?

— Двое наших людей уже несколько лет внедрены в церковь. Документы, которые им удалось добыть, могут послужить доказательством, но против церкви этого, скорее всего, окажется недостаточно.

Документы, значит… поднимут шум, начнут кричать, что это подделка, и попросту скроются.

— Да. И ещё до прибытия сюда я навёл справки в гильдии авантюристов. Говорят, была уничтожена большая партия карё. Ты что‑нибудь об этом знаешь? Ходят слухи, что замешаны королевские рыцари.

— А, этот слух. Наполовину правда, наполовину ложь.

— Хм? Наполовину? — растерянно переспросил Ур.

— Карё действительно уничтожили. Но сделали это не рыцари столицы, а древесный монстр, которого приручила Айви. Зрелище было впечатляющее, целое поле карё за считаные секунды превратилось в увядшие стебли.

— Древесный монстр?.. Тот самый, который нападает на людей?

— Он самый.

Ур нахмурился. Приручить такого, неслыханно.

— Кого вообще приручила Айви?

— Трёх слизней, одного слизнеподобного и ещё детёныша древесного монстра.

— Слизнеподобного?.. Детёныша?..

— Если Айви разрешит, увидишь сам.

Ур растерянно кивнул. В тот момент я обязательно буду рядом.

— Но всё же хорошо, что успели. Наши люди из церкви упоминали, что вся партия предназначалась для столицы.

Для столицы… если бы всё это попало в оборот, ущерб был бы колоссальным. Хорошо, что мы успели. И всё это благодаря Сиэль, которая привела нас к тому месту.

— Ур. Думаю, ты уже всё понял, раз я рассказал тебе об Айви и слизнях… Я хочу, чтобы ты помог защитить их.

— Так и думал.

Если что‑то случится, его навык искажения восприятия наверняка поможет Айви и Друиду.