Обратный путь занял примерно два часа и шесть минут естественного времени. Естественное время обозначает время, проведённое в подпространстве. Нормальное же — обычное, которое мы привыкли исчислять. Космическим и общепризнанным в нашей Федерации, да и в других известных нам государствах считается Григорианский календарь, по которому и ведётся до боли привычное всеми исчисление времени.

Возникновение данного календаря просто поставлено перед фактом — предки. По разным версиям специалистов средний возраст вышеупомянутого календаря составляет число в триста тысяч лет. На какой именно планете его составили никому неизвестно.

Никто не знает где именно зародился наш вид. Никто и не желает этого узнать после множественных и неисчислимых попыток, где ты словно смотришь на пёрышко в надежде понять от какой именно оно курицы, при этом находясь в центре планетарной птицефабрики.

Время летит быстро, и уже к середине декабря я наконец-то имею возможность нормально передвигаться на своих двоих. Конечно, потребовалось перенести длительную операцию по смене всей мышцы, и когда я говорю всю, то это верхняя, средняя и нижняя части. Установленный протез схож с естественной мышцей, да так, что даже концептуальных отличий в работе не представляется возможным, если при этом отбросить в сторону внешний вопрос.

Пользоваться рукой? Вполне обыденно.

Нормально наклоняться? Словно ничего в прошлом и не случилось.

Не падать? Падать… А я и не теряю равновесие.

Всё максимально идентично тому, что я имел в своём первородном распоряжении два месяца назад.

Касательно парней могу сказать, что их жизнь превратилась в полный кошмар. Непривыкшие жить в нормальном обществе, а имею я в виду городское обитание, то и неудивительно, что в первые дни они только и спрашивали меня насчёт всего, чего они никогда не встречали, по сути, находясь всю жизнь в четырёх стенах колонии.

Банки, интернет, дорожный трафик, компьютеры, улицы, небоскрёбы, магазины и… список я так и не смог закончить, да и перечислять будет слишком долго. Половину они видели на школьных досках, читали в книгах и слышали с рассказов родителей, но другую… они открывали для себя постепенно.

Я решил, что парней и их семьи необходимо оставить в нашем доме. Если их родители и бывали в обычной обстановке, то дети и они сами — нет. Это будет создавать им трудности, как и мне, ведь я обещал им тихую и беззаботную жизнь. Но кто говорил, что это будет длиться вечность? Именно поэтому желаю, чтобы родители оставались здесь, в доме, а их дети иногда гуляли по городу, со временем привыкая к здешней жизни.

На этот случай я дал приказ, дабы к каждому выходящему отпрыску приставлялся минимум один телохранитель в зависимости от количества лиц.

С другой стороны, если я их в будущем вышлю из дома, то появятся новые определённые риски, связанные с вниманием тех, кто каждый день просыпается и думает о том, как бы пошатнуть наш бизнес и дом. Какие именно предпримут действия неизвестные лица мне неизвестно, но дабы искоренить и не без того желаемую цель любого противника я отправлю прилетевших тогда, когда посчитаю нужным.

Да, у меня нет особого плана или целей на этот случай. Я просто осуществлю его, когда посчитаю нужным. Такой вот я бесхребетный дурак, неумеющий думать наперёд.

Всё время проведённое дома после того, как прилетел, я лишь привыкал к хождению и понемногу набирал массу. Прежняя масса составляла порядка сто сорока шести фунтов (66,2 кг). Сейчас она колеблется в области сто двадцати девяти и сто тридцати пяти (58,5~61,2 кг). Если говорить насчёт мышечной массы, то если правую трапециевидную мышцу, — как я когда-то спросил у Марка и сверился с интернетом, — мне ну просто невозможно как-то вернуть, то другие — запросто. Требуется лишь продолжать держать размеренный темп, не смея забывать затраченные усилия на восстановление.

Я медленно допил зелёный чай и поставил пустую кружку на стол. Слегка глянув за окно, лишь развернулся и направился в коридор.

Время семь вечера. Весь день перечитывал один из томов одного цикла, который только и ждал моего возвращения вместе с другими, ранее прочитанными мною томами.

На сегодняшний вечер была назначена встреча с главой компании, занимающейся тем же производством, что и наша, только с некоторыми отличиями. Весь разговор будет проходить в ресторане, находящемся в самой вершине Телькенского небоскрёба.

Я дошёл до своей комнаты и первым же делом снял футболку.

Встреча, к сожалению, предстоит официальной, где будет по всему видимому выстроен разговор о сотрудничестве наших компаний. По крайней мере я отталкиваюсь от этого. Отец так и не явился за эти два месяца, так что мне пришлось ответить на просьбу, и так как я серьёзно обдумал все за и против, всё же не посчитал заносчивым поступком оставить свой приоритет на улучшение взаимоотношений с другими оружейными компаниями.

Конечно, предстоящая встреча оставалась для меня лишь словом, ведь я не знаю, чего именно хочет показать мисс Хэтч, но явно не то, чего я не ожидаю от неё. Скорее всего предложит взаимные скидки на скупку определённого типа или модели оружия. И это при всём факте, что мы в основном специализируемся в военном деле, когда они на гражданском, поэтому скорее всего в обозримом будущем появятся определённые ограничения на нашу возможную сделку.

Один коридор, потом следующий… Словно рыба в воде я совершал нужные повороты, минуя весь персонал, который, как только я проходил мимо желал мне приятного вечера.

Наконец дойдя до главного холла, я встретил Эрла, дожидавшегося, пока я медленно подойду:

— Добрый вечер, Отто, — слегка поклонился он.

— Добрый, — лишь ответил я.

Плечистый шестифутовый (~185 см) мужчина, одетый в чёрный смокинг и с закреплёнными тёмными солнцезащитными очками стандартной формы на носу. Короткостриженый блондин, который в юношестве явно пользовался популярностью со стороны противоположного пола.

Он поступил на службу дома, когда мне было всего десять. То есть на тот момент ему было столько, сколько и мне сейчас. Причина столь раннего начала службы кроется в его безупречных на тот момент навыках как для его возраста, так и для его умений в целом. Ветеран войны с одной из областей, которая возомнила себя независимой. Примерно после конца войны его подогнал дядя Янник ввиду определённых связей с военными той кампании.

— Что думаете насчёт предстоящего? — спросил он меня не поворачиваясь, когда мы уже подходили ко взлётной площадке.

— Если коротко, то я настроен осторожно, — так же не глядя на него ответил я.

— Разделяю ваш скептицизм, — монотонно проговорил Эрл. — Всё же, мне неизвестны подробности приглашения. Приходиться довольствоваться собственной информацией.

Как он и сказал, мы ни в коем случае не распространяем подобные случаи нашему персоналу. В прошлом, когда этот приказ ещё не был утверждён, у нас были некоторые… так скажем, проблемы.

Прилетев на сером транспортном челноке, не предназначенном для полёта в космическое пространство, нас первым же делом встретил хостес.

Девушка уже открыла рот и прежде, чем из него хоть что-то да вышло, я сказал:

— Майкл Отто. У меня назначен столик на восемь вечера.

— Х-хорошо, — слегка потерялась она. — Господин, подождите пожалуйста минуточку…

Посмотрела в экран планшета, который держала в локте. После поводив немного, повернулась спиной и негромко сказала:

— Пройдёмте.

Вечерний ресторан имени Телькенска. Отсюда и название небоскрёба. Весь ресторан был построен в три этажа, которые образовывались в один. Серые люстры, сделанные из сияющего металла. Тёмная ковровая дорожка, плавно покрывающая пол из тёмного дерева…

Одним словом — сдержанно.

Но даже такая картина создавала впечатление целостности. Ничего суперброского или сверх выделяющегося. Всё просто и понятно. Никаких там тебе стен, пола и потолка из золота. В вечернее время здесь особенно приятно находиться. Глаза не напрягаются, да и мысли автоматически собираются в стопку и также легко раскладываются перед тобой в порядке важности.

Столик оказался самым дальним из всех и когда я шёл сюда то заметил, как посетителей становилось всё меньше и меньше, пока их количество и вовсе не приблизилось к нулю.

Прошёл до назначенного столика. В знак некой благодарности я лишь кивнул хостесу, и она так же быстро, как и провела, ушла.

Мисс Хэтч совершенно спокойно ждала, пока я сяду.

Ей примерно сорок лет. Вдова. Была пара детей, но они куда-то пропали в промежутке моего пребывания в той колонии. Большой светлый пучок, восседающий над её головой и отсутствие морщин сказывались на её внешность в благоприятную сторону.

— Здравствуйте, мисс Хэтч, — легонько наклонил я голову.

— Приветствую, Отто, — так же повторила и она. — Вы, я надеюсь, уже знаете причину, по которой я вас сюда позвала? — и спокойно взглянула на меня.

— Лишь предполагаю, — ответил я честно, сложив над столом руки в замок.

— Сотрудничество, — видимо не желая юлить, выложила она напоказ карту, слегка улыбнувшись. — Наши компании предстанут перед общественностью в небывалом величии, а мы окажемся в прекрасном преимуществе перед нашими общими конкурентами… — и под конец хитро улыбаясь добавила: — если мы сможем, конечно, заключить его.

— Заманчивое предложение… — произнёс я воодушевлённо, как сразу же покачал головой. — Только вот наш ориентир увы разнится, мисс Хэтч.

— Да, вы правильно подметили, Отто… — многозначительно выдохнула она. — Но мы можем сделать друг другу взаимные скидки на детали и даже на новые экземпляры. Мне не стоит даже упоминать, что у вас в данный момент имеются проблемы со специальной сталью. И…

— Стойте-ка, — протянул я внутреннюю часть правой ладони. — Откуда вам это известно? — и приподнял правую бровь.

На этом моменте её губы смолкли и от улыбки осталось лишь прежнее теневое упоминание.

— Если вы хотите выстроить сотрудничество с моей компанией, то тогда вам необходимо предложить что-то стоящее, при настоящем наличии которого я уже бы смог усреднить наш договор, — спокойным тоном выставил я некоторые несущественные требования, продолжая смотреть прямо на неё. — Я уже понял ваш ход мыслей, в которых я представляюсь самоуничтожающимся с вываливающейся избалованностью дикарём, неспособным вести подобные разговоры, от решений которых как зависят жизни рабочего класса, так и будущее Федерации в целом.

Таким образом я решил действовать на опережение. Я не считаю себя таким, как и не думаю, что и она так же считает, но слегка надавить в данный момент выглядит наиболее перспективной стратегией.

— Вы не так всё поняли… — возразила она, продолжая смотреть мне прямо в глаза, якобы показывая всю свою решимость и непоколебимость в собственных намерениях. — Наше сотрудничество будет выстроено на основе взаимных скидок. Я бы серьёзно хотела обсудить с вами этот вопрос.

— То есть поставки моей компании специальной стали вас уже не интересуют? — решил я её поддеть этим вопросом.

— Нет, — ответила она диаметрально противоположно моему ожиданию. — Только скидки, если возможно.

Если опираться на возможную выгоду в нашу пользу, то неплохо было бы поставить некоторые удешевления на полуавтоматические винтовки арктического типа. На рынке они сейчас стоили дороже всего, так что если мы будем скупать их задёшево, — если опять же таки основываться на рыночной цене, — то мы сможем перепродавать их подороже.

Но есть одна причина, по которой я был против этого. Она заключалась в том, что перепродажа запрещена в нашей Федерации и в случае утечки информации за неё безоговорочно можно получить выговор в виде смертной казни или ещё что хуже. Даже я и найду способ делать это в тени, то и не факт, что этого метода со всегда непредсказуемой безопасностью в данных делах хватит надолго.

— Знаете… я здесь подумал и решил, что ваше предложение мне придётся отклонить.

Она посмотрела в сторону, отводя взгляд с меня. Тяжело вздохнула и поставила локти на стол, что несвойственно для представителя небольшой по меркам моей компании семьи, но для человека, которому мнение и выгода превыше всего.

— Я могла бы предложить вам просто деньги, — по-видимому морально сдалась мисс Хэтч, пристально глядя мне в глаза. В ответ, я старался отвечать ей тем же, показывая, что внимательно слушаю. — Моей охране нужно полное перевооружение имеющихся единиц огнестрельного оружия. До вас я обращалась ещё нескольким другим компаниям, а также семьям. У меня больше нет запасных вариантов. Прошу, пожалуйста…

— Вновь стойте-ка, — я во второй раз выставил ладонь, опустив веки и строя вид, что серьёзно раздумываюсь над её словами. — Я так полагаю, вам необходимо только скупить новейшие модели для перевооружения ваших… вашей гвардии, верно? — вновь открыл я глаза.

— Да, — кивнула она. — Не только гвардии, но и солдат.

— И вдобавок скидку к ним?

— Тоже да, — вновь кивнула женщина.

— Зачем вам это делать? — задал я вопрос, на который сам мог ответить, хотя и настоящую причину хотелось всё-таки узнать.

— Видите ли, сейчас мой бизнес терпит сложные времена. Ещё когда был жив мой муж уже тогда были видны последствия, — убрала она взгляд. — Я желаю обновить арсенал и залечь на дно. Эту компанию я позже отдам кому-нибудь, как бы мне этого ни хотелось.

— А где ваши дети?

Она вновь посмотрела на меня, но уже более отрешённо. Хоть и было это всего на мгновение, однако этого времени оказалось достаточно, дабы заметить.

— Я понял, — только и сказал я, вставая с сиденья. — Мне нужно отойти. — но, когда увидел, как она тоже встаёт, добавил: — Я ненадолго. Пожалуйста, оставайтесь на месте.

— Хорошо…

Я шёл до туалета, по пути выцепив официанта и попросил несколько блюд из меню с вином.

Мне просто хотелось найти ответ на непростое для меня решение…

***

Эрл без какого-либо намёка проводил взглядом Майкла. В ответ тот даже не посмотрел на него, лишь кивнул два раза как бы в невзначай.

Отделённый кусок говядины поднесён ко рту. Закрытый рот, жевательные движения и Эрл мог поистине насладиться всей мягкостью данного кусочка. Он считал, что настоящий ресторан — это тот, который способен довести любое мясо до совершенства. От курятины до конины.

Но отрываясь от внутренних мыслей, которые лишь способствовали захламлению и разрушению, он заметил, как в заведение входит нежелательная личность, окружённая по бокам двумя телохранителями. Она вальяжно прошла меж столиков, заворачивая туда, где сейчас находилась госпожа Хэтч.

Не доев и даже не допив стакан воды, Эрл по-обычному направился за нынешним главой, стараясь лишний раз не привлекать внимания.

***

Это катастрофично!

Как бы мне не хотелось этого признавать, но по сравнению с отцом и дядей в плане выбора я просто полное разочарование… Но не стоит ставить поспешных выводов. Под выбором я имею в виду что-то, что связано с компанией и семьёй.

Мисс Хэтч нужна помощь, дабы выстоять в этом мире. Если она не добьётся перевооружения, то считай, что в следующие дня два-три её просто загребут и уничтожат. Только вот почему она раньше не решила этот вопрос? На что тогда опирался когда-то живший мистер Хэтч? Мне остаётся лишь уповать, ведь с ними даже логика не в ладах. Вот настолько забить на вопрос с модернизацией собственной охраны нужно являться или абсолютным идиотом, или же предразумным существом.

Могу и отказаться… но тогда в противном случае придётся потерять в будущем возможную выгоду. Но стоит ли эта выгода того, что мне придётся немного просесть в плане финансов? Справится ли казначей с и не без того не лучшим положением дел?

Я убрал полностью мокрые руки с раковины и выставив их на край посмотрел в зеркало.

На меня смотрело холодное и безэмоциональное лицо. Болотного цвета глазные оболочки. Зачёсанные каштановые волосы короткой длины с выбритыми висками. Ни единого присутствия усов или бороды. Просто я и мой извечный трёп о какой-то хрени.

— Нужно что-то делать, — настойчиво проговорил я в зеркало.

Подошёл к настенной полке с рулоном сухих салфеток и тщательно убрал всю влагу с рук. Когда уже повернул ручку передо мной встал Эрл, показывающий левой ладонью мне немного отойти.

— Госпожа Минина в помещении. Должно быть направляется к госпоже Хэтч.

Вот дела…

— Действия? — негромко спросил я его.

— Прикрытие, — освободил он дверной проём.

— Отлично. Выполняй, — только и сказал я выходя из туалета.

Хрен знает откуда она прознала о нашей встрече. Скорее всего из информаторов, которые уже узнали про мисс Хэтч или же кто-то из людей той швали, ужинающих в этом ресторане.

Я миновал поворот, прошёл вдоль двух длинных рядов столиков с посетителями, некоторые из которых не без интереса наблюдали за нами.

Ещё один поворот, и вот нам уже преградила путь одна из её шавок.

— Дальше нельзя, — низким голосом приказал семифутовый шкаф.

Что же, я человек простой, так что…

— Я к миссис Мининой, — предъявил я.

Тот слегка нагнулся, смотря мне прямо в глаза, словно пытаясь понять ход моих мыслей. Даже затемнённые очки никак не помешали мне этого понять

— Хорошо, господин Отто, — отошёл он к стене, скрестив руки.

Я прошёл тридцать футов (~9,2 м) прежде, чем оказаться перед своим столиком. Меня с Эрлом заметили ещё когда нас пропустили. Второй телохранитель возвышался надо мной, стоя в стороне от своей госпожи. Миссис Минина сидела на моём месте, явно забавляясь всей происходящей ситуацией. Мисс Хэтч даже не повернулась, скорее всего уже доподлинно зная кто вернулся.

— Надо же, какие у нас здесь люди… — язвительно, по крайней мере для меня, произнесла Минина. — Я уж думала, что ты её покинул, дорогой мой Майк.

Я промолчал. Но не потому, что я терпила или же отступил. Нет. Просто не хочу поддаваться ей в чём-то, и всё, что она будет использовать против меня, я уж как ей назло постараюсь парировать или игнорировать. Ей-то я могу такое устроить, обливаясь наслаждением.

— Садись, Майк. Неужто придётся весь вечер стоять на ногах дорогому гостю, — сдерживая открытую улыбку предложила она.

Я присел.

— Вы по какому вопросу? — нейтрально задал я вопрос.

— О, надо же как мы заговорили… — уже не сдерживаясь улыбнулась она в белоснежных тридцать два зуба. Недолго её, конечно, хватило. — Я надеюсь, что впредь ты не будешь задавать здесь во…

— Здесь не только ты задаёшь вопросы, — отрезал я, на что она скорчила лицо как бы брезгуя. И не только от этого. Я также не воспретил самому себе перейти на «ты», как и она ранее.

— И зачем же ты встретился с…

— Повторяю, никаких вопросов, пока я сам не задам несколько, — вновь отрезал я, когда понял, что её вопрос не является важным.

На этот раз от её лыбы осталось лишь жалкое упоминание и на смену ей пришло незаинтересованное выражение лица, которое старалось тебя либо поддеть, либо заставить занервничать. Но этим она лишь заставила меня улыбаться. Не в физическом плане, а здесь, в глубине подсознания. И ко всему прочему я не только улыбался. Я смеялся, умирал от всей её несусветной глупости.

— Что ж… — произнёс, собираясь с мыслями. — Раз ты пришла, Минина, то попрошу тебя попридержать свои дешёвые понты на то время, пока мы ведём дружескую беседу.

— И что же ты себе позволяешь?! — поддалась она вперёд, опираясь двумя ладонями об стол. — Как ты можешь так со мной обращаться?!

— Начну с первого вопроса: что ты хочешь получить с нашей беседы?

— Ответь на мой вопрос!

— Зачем ты вторглась в наше временное пространство? — взглянул я сначала на мисс Хэтч, а после на эту истеричку.

— Сию секунду ответь! — никак не переставала она визжать.

— Если ты не хочешь портить общее впечатление о себе, то пожалуйста, перестань вести себя словно какое-нибудь безмозглое предразумное существо с колодца три пики три вирджики.

— ТЫ КОГО НАЗВАЛ ПРЕДРАЗУМНЫМ??!!

Она накинулась и попыталась ударить меня своими неуклюжими движениями. В ответ я лишь сначала взял её две кисти и сжал со всей льющейся в крови прытью, на что она сладостно зажмурилась не в силах стерпеть нахлынувшую боль.

Телохранитель здесь же поспешил ей на помощь, стараясь как-то задеть меня, но я пнул его левой ногой. Эрл так же ловко пинает, что тот не сразу спохватывается.

Здесь уже подбегает другой, который ранее пропустил нас. Эрл выхватывает из-под пиджака два пистолета, выставляя их на телохранителей, которые остановившись совершили медленный шаг назад. Скорее всего и у них было чем нам пригрозить, но делать они этого, конечно же, не собирались, опасаясь уже за собственную жизнь.

— Ещё раз накричишь на нас и весь твой бизнес, семья и муж, неважно кто, уже не смогут помочь тебе, патлатая ты сука, — медленно, но чётко проговорил я каждое слово, смотря прямо в её округлившиеся очи.

Она попыталась отвести взгляд. Важное слово — «попыталась», ведь я вместо того, чтобы продолжать сдавливать тонкие кисти, которых я и вовсе мог запросто сломать, взялся двумя руками за её голову и не силясь поднёс к моей. Нас разделяли считанные дюймы.

— Ты поняла меня? — спокойно поинтересовался я.

— Д-да!.. — ответила она, пока её тело пробирал ужас.

Хотя я и не сомневался в том, что от моей тупости нам с дядей и отцом в будущем будет в точности такой же ужас.

Ну или полная жопа. Как говорится, там как пойдёт.