Амадей не спала всю ночь, обдумывая всю полученную информацию . Она перебрала все возможные варианты, но самым вероятным остался самый худший из всех.

" Кто-то смог заполучить знания о создании паразитов, которые могут контролировать разум . И самое главное эту информацию с большой вероятностью они получили от Мэмфис, или же демона Алчности.... " Подумала Амадей.

Сомнений никаких не осталось, что демоны играют здесь какую-то роль. Но маленькая эта роль или большая она не знала.

Так же, насколько она помнит все демоны генералы были убиты. За исключением генерала демона Зависти. Но меч в который он был запечатан не был найден после войны.

- Тц... - щëлкнула языком Амадей. Это всë было слишком тяжело, что бы разобрать за одну ночь.

Она взвесила все шансы на то, что она хоть что-то может сделать и...

- практически ноль... - тихо сказала Амадей. У неë была сила, но не такая что бы сражаться с тем, кто может сотворить такое .

Она даже не была обязана что-либо делать, но это могло бы ответить на еë вопросы.

"Нет... Я снова вру сама себе. Я могла бы узнать все ответы и без вмешательства в это . Я просто..." Подумала Амадей. Но она не знала почему помогает людям справиться с надвигающийся угрозой. Такое странное чувство...

- Что-то есть, но что это Я не знаю... - тихо сказала Амадей

В этот момент на веранду зашëл Цури. Он зевнул и запрыгнул на стол.

- ты что-то читаешь с утра пораньше? А не ты ли нам говорила больше отдыхать перед отъездом? Солнце даже до конца не встало... - начал прочитать Цури. Он продолжил говорить, но Амадей его не слушала.

- ... Цури , ты когда-нибудь хотел защитить кого-то без причины? - спросила Амадей. Она смотрела прямо в глаза Цури.

- эээ... С чего вдруг такой вопрос? - спросил немного недоумевая Цури

- спасти кого то без причины, означает, что у вас доброе сердце... - Послышался низкий голос из спальни. Хакиш вышел на веранду. Он тоже хотел спать

- доброе сердце? Поэтому то, ты и глупый кот!!! Это нормально защищать того, кто слабее тебя. Это инстинкт - сказал Цури, огрызаясь.

Пусть они и ругались громко, Амадей, казалось не обращала на это внимание . Еë глаза смотрели в одну точку.

" Доброе сердце... Защищать слабых... Я делала такое в предыдущем мире, но меня заставляли это делать. И это было моей работой.

Я убивала опасных преступников и главарей мафии. Я обезвреживала группировки террористов и не законных торговцев. Если они мешали организации Я всех устраняла. Но Я никогда не чувствовала такого... " Подумала Амадей. Она решила позже в этом разобраться, поэтому просто перестала размышлять об этом.

- мальчики, мы собираемся отбыть в полдень, поэтому вы можете ещë поспать. Путь у нас долгий и нам понадобится много времени и энергии... - сказала Амадей, смотря на этих двоих. Они скалились и рычали друг на друга.

Они использовали разные ругательства и оскорбления.

" Ладно Хакиш... Но где Цури всë это узнал? Я никогда при нём не материлась. И даже если бы материлась, то здесь нет таких выражений. Уммм... " Простонала мысленно Амадей.

- живо. В. Комнаты. - по слогам сказала Амадей. Еë глаза были острыми и холодными. Они даже не сопротивлялись приказу, поэтому разошлись по разным углам.

В этот момент кольцо с красным камнем немного задрожало.

Это не ускользнуло от взора Амадей. Она посмотрела на кольцо, но оно перестало дрожать.

Амадей ухмыльнулась и приблизилась к руке с кольцом, достаточно близко, что бы еë дыхание оставляло следы на камне.

- ... Тебе так смешно? Малыш, я и так знаю, что у тебя есть разум, так что ты можешь не прятаться, когда я замечаю твои движения... - сказала Амадей тихим голосом .Возможно она немного добавила соблазнительности в свой голос, но это чистая случайность.

Как только она это сказала камень стала светлее и менее мутным в середине. Амадей теперь отчëтливо видела мерцающий слабый счёт в середине .

- хорошая девочка... Или ты мальчик? - спросила Амадей, поглаживая камень на кольце.

Когда она спросила свет стал немного ярче.

- так значит ты мальчик... - тихо сказала Амадей.

" Теперь мой список вопросов стал длиннее... " Подумала Амадей. Она хотела разозлиться или хотя бы возмутиться, но на еë лице ни дрогнул ни единый мускул. И глаза еë ничего не показывали.