Информация между империями и континентами распространяется просто с бешенной скоростью , ведь благодаря артефактам передавать её проще простого... Тут не было телефонов или компьютеров, но это не мешает распространяться все новостям очень быстро.
Сейчас это было на руку Амадей, ведь буквально все в мире понимали, что шум начнется... И будет он очень громким.
- Что ж... Все готово, а значит осталось лишь ждать... - сказала Амадей, пока горячий ветер раздувал её длинные серебряные волосы с красными концами , будто закат уже наступил, хотя лишь недавно был полдень.
Её глаза устремились на ярко зеленую листву деревьев, что окружали дворец, как сад... Сегодня был последний день спокойствия и отдыха для неё, ведь уже завтра она отправится карать церковь за прегрешения, а в качестве бонуса для себя она узнаёт местоположение демонов.
Почему она уверена в том, что церковь знает об этом? Они собирали для них жертв, а значит отправляли их к ним... Не говоря уже о том, что один из них уже успел стать демоном, приняв имя Лени.
- Х-а-а-а-а-а... Мне даже немного грустно покидать Рию, зная, что после этого я сразу же отправлюсь уничтожать демонов... В логове врага мне необходимо не умереть и убить других, а это единственное на что я согласна... - пробормотала Амадей, слегка сжав ладонь, которая была холодной, не смотря на то что на улице была невыносимая жара.
Амадей уже давно смирилась с тем, что ей, возможно, придется расстаться с жизнью. Она прекрасно знала это и сейчас на её сердце осталось только три сожаления.
Первое...это то, что она втянула во все это своих спутников и императрицу, что жила бы гораздо лучше, если бы Амадей не появилась в её жизни.
Второе... Из-за собственного чувства мести она жертвует жизнями других, пусть те и соглашаются, якобы из собственных побуждений... Амадей и так знала, что и Хакиш и Цури идут с ней просто из-за чувства долга и не более.
И третье... Даже её прошлая жизнь в другом мире продолжает вмешиваться в нынешнюю, портя все, что Амадей успела построить за такой короткий срок.
" Теперь я чувствую себя эгоисткой... Мне даже больше не хочется думать об этом, но ничего не поделать... " Подумала Амадей, сделав пару шагов, забираясь на самую высокую точку в этом дворце.
Не то что бы она считала эту империю и этот дворец своим домом... Но она уже признала, что принимает его обитателей за свою семью, пусть это и становится какими-то приятным, но опасным грузом на её сердце.
.......
- Да-да... Мы готовы уже, поэтому перестань нас об этом спрашивать... - послышался слегка жалостливый и усталый голос Цури... Он плохо спал, ведь знал, что сегодня они устроят ещё одну кровавую баню.
И не одну и не только сегодня, ведь церковь бога жизни не одно здание с сотней последователей... Скорее целая империя с парой десятков миллионов последователей, если не больше.
- Решение уже вынесено и скоро начнется вторая волна, поэтому нам нельзя терять слишком много времени на это... - сказала Амадей, слегка погладив обеспокоенную Рию по голове.
Видимо вчера их разговор был очень долгим... Как минимум на личике Виктории был весьма усталый вид, не говоря уже о темных кругах под глазами из-за недосыпа.
Вари тоже попрощалась с ними, но она успела убежать до того, как перешла Рия... Видимо маленькая птичка чувствует вину из-за собственного молчания, но оно и понятно, ведь не произнести и слова по этому поводу.
" Ну-у... Рия не выглядел слишком обиженной, поэтому все встанет на свои места примерно... Примерно через недельку, ибо они обе отходчивы... " Подумала Амадей, пока из-за ее жеста, на лице Рии появлялся румянец.
- Знала бы, что вы надолго, устроила бы парад... И ты так и не сказала, когда вы вернетесь... - сказала Рия, слегка обиженно, скинув со своей головы холодные руки Амадей.
На секунду Амадей даже остановилась не в силах ответить... Она не хотела врать по поводу своего возвращения, но и кормить надеждами она никого не хотела.
- Мхм... Парад занял бы много времени, которого бы хватило на то, что бы из церкви скрылись важные для допроса личности... А насчет возвращения не знаю, ибо точек очень много... - сказала Амадей, дотронувшись до шеи и слегка сжав её, что бы не выпустить собственный нервный тон из-за волнения, при такой лжи.