Зрители на арене не отрывая взгляда смотрели за предстоящим поединком, Чернобога и Говарда Лавкрафта. Но вот только с последним у людей возникла дискуссия.

— Адриан же доказал, что размер и мускулы не важны для поединка с богом. Но Говард же даже не военный, он же писатель! — возмущался один из зрителей людей.

— Эта битва душ, тут и эта роль не играет. Может у него какой-то козырь есть? — возразил рядом с ним сидящий человек.

— Ага, конечно, ты бы ещё сказал, что…

И так с этого момента, спор начало распространяться среди людей, как чума. Всё больше и больше аргументы люди на придумывали, что переубедить оппонента, но и те делали тоже самое. Совсем не обращая на битву. Чернобог это заметил, и закономерно подметил:

— Что-то тебя не поддерживают. А это странно, ибо люди склонны цепляться за любую надежду остаться в живых.

— Вообще-то, поддерживают. — поправил его Лавкрафт. — Вот он, — и указал Маэстро ужаса в сторону мужчины с кудрявыми волосами и в водолазке. Им был Август Дерлет, писатель, который выпускал и популяризировал книги Лавкрафта после его смерти.

И сейчас он размахивал плакатом с портретом Говарда и радостно скандировал его имя. Но из-за того, что все вокруг него продолжали ругаться, его поддержка просто не было слышно.

— Как жалко, — прокомментировал это Чернобог.

— Знаешь ли, и тебя как-то яро не поддерживают, — подметил в ответ Говард указав в сторону, где сидели трибун богов.

Там хоть и не было ожесточенной словесной баталии, как у людей, но было нечто иное. Страх и беспокойство выражали их лица. Небожители заметив на себе взгляд Чернобога, начали обеспокоенно перешёптываться.

— Хм, тоже верно, — согласился Бог ужаса. — Правда, они меня не поддерживают, потому что эти божки боятся меня. А боятся меня, потому что знают, что я могу совершить не самое лице приятное с ними, когда расправлюсь с тобой, — последнее предложение Чернобог произнёс кровожадной ухмылкой. Небожители услышав это, округлили свои глаза и невольно со страху сглотнули ком в горле.

— Интересно, однако, — отметил Говард. — Боги боятся бога, хотя чему я удивляюсь, вы ничем от людей не отличаетесь. Только неуязвимость и бессмертие делают вас уникальными. Без них, вы только высокомерное, бесполезное биомасса.

Такое заявление, особенно последние слова Лавкрафта отдалась по всей трибуне людей и богов. Первые уже увереннее начали поддерживать писателя, а вот вторые заскрипели зубами, сжали кулаки и начали яро кричать угрозы в сторону человека. Но вот Чернобога отреагировал совсем неожиданно.

— Ахахах, вот это ты выдал! — он засмеялся. Держась за лицо, и продолжая смеяться, он подошёл к Говарду, положив руку на плечо и продолжил. — Уважаю твоё заявление. Всё что ты выдал, полная правда.

— Ты ведь понимаешь, что я и про тебя тоже имел ввиду? — скинув бровь спросил писатель.

— Конечно, — кивнул Чернобог, и невинной улыбкой добавил, — так что умри.

— Только после тебя, — с улыбкой ответил ему Лавкрафт.

— Какой шутник, — с улыбкой сказал Чернобог. И после этих его слов, чёрная субстанция, что служило ему в роли плаща начала распределяться по его телу, и через миг собралась на правой руке, и особенно много к ладони, сжатый в кулак. А спустя мгновения, некоторая часть жижи удлинилась с костяшек и обрела форму клинка. И тут же он ударил по животу Лавкрафта, но писатель успел заблокировать её своей книгой. Только сила атаки была настолько велика, что отбросило того на два метра.

— И первый удар в этой битве делает Чернобог! — радостно закричал Хеймдаль.

— Оу, так это необычная книга? Я думал, она для красоты, — удивился Чернобог. — Что ж, попробую-ка ударить по сильнее, — с кровожадной ухмылкой заявил он.

Быстро сократив дистанцию, Бог ужаса нанёс рубящий удар, заметно с большей силой, чем предыдущий. Говард успел заблокировать атаку книгой, но та не спасла писателя от топора, и разрубила того на две части.

Настало тишина. Люди, и даже боги были удивлены такому быстрому исходу боя. Некоторые не могли поверить в это. Гейр побледнела и потеряла дар речи от увиденного, и только Брунгильда и Август Дерлет держали спокойствие. А Чернобог лишь ухмыляясь говорил:

— Всего лишь слабый человек. Слабенький человек, — и затем развернувшись к трибуне богов, он добавил. — Ну а теперь, пора на свободу, и убить каждого бога в этом поганом месте.

Небожители услышав это, задрожали от страха. Даже оттуда они ощущали жажду крови Чернобога, и они совсем не стеснялись одной мысли, которая в обычное считалось порицаемым — «Уж, лучше победил бы человек».

Как будто сам Лавкрафт услышал эти мысли, и не сказал:

— Всего лишь глупый божок. Глупенький божок, — для людей, это было как бальзам на душу. А для Чернобога неожиданностью. Но ладно это, но он не понимал где находился Лавкрафт, ибо сам голос писателя будто был издан со всех сторон одновременно. И правитель Нави уже собирался побежать напролом, куда глаза глядят, и раскидать все деревья на пути, чтобы найти Говарда, как тот сам и объявился. Стоя в нескольких метров от Бога ужаса, и вальяжно оперившись об дерева спиной. — Я тут вообще-то, — как ни в чём не бывало сказал Маэстро ужаса.

— Ч-что происходит?! — недоумевал Хеймдаль. — Два Говарда Лавкрафта находятся здесь?!

— Нет, нас тут… — не успел договорить писатель, как получил стрелу из чёрной субстанция в голову, которая после этого расплавилась и поползла к хозяину.

— Фокусником себя возомнил? — надменно спросил Чернобог. Но вдруг позади него за деревом вышел другой Говард. — Опять копия?! — уже более сердито вскрикнул Бог ужаса. И со злости выстрелил градом стрел, которые изрешетили писателя с ног до головы.

— Не терпеливый ты. Я даже сказать что-то не успел, — отметил Говард, выходя уже по дальше от Чернобога. — Если бы ты меня выслушал, то уже знал, что нас тут тьма тьмущая, — и после этих слов, по всюду из-за деревьев начали вылизать Лавкрафты. Даже те три трупа ожили, рассеченный на двое соединился воедино, а изрешеченные стрелами лишь похрустели шеями. Все они смотрели на Бога ужаса безжизненными и пустыми глазами, и вот-вот готовились атаковать.

— К-какого чёрта?! Как такое возможно?! Он клонируется?! — чуть ли не вскочив спросила Гейр, не понимая что происходит на арене. Как впринципе и все на трибуне, оставив ссоры и дискуссии позади, и только устремившись взглядами на бой.

— Ты же знаешь, что ещё при жизни, он сочинял произведение про чудовищ, богов и всякого рода нечисти, верно? — спросила Брунгильда. Гейр кивнула. — За это через года его по любили. Но что если я скажу тебе, что все те твари, о которых он сочинял книги, были правдой? — последнию фразу валькирия произнесла зловещей ухмылкой.

— Погоди, хочешь сказать, что сейчас на арене не Говарды, а один из его монстров?!

— Именно! — с улыбкой щёлкнув пальцем ответила Брунгильда. — Сейчас из богов этого не помнит. Но раньше, когда Чернобога и даже Греческие боги ещё не появились, в Хельхейме правила определённая группа богов. Коих звали, как Р’льехцами, ибо жили в огромном городе Р’льех. Ужасный пантеон из чудовищ и опасного рода тварей. Сам Кронос не осмеливался соваться или конфликтовать с ними. Но однажды, вдруг, те бесследно пропали. Оставив свои земли. И так за тысячелетиями, их постепенно начали забывать, пока в двадцатом веке какой-то писатель начал сочинять про них рассказы, хоть и сильно их перефразируя.

— То есть, ты клонишь к тому, что в этом мужчине сейчас сила всего пантеона ужасных богов? — дрожа спросила Гейр, не веря в свои же слова и указывая на Говарда.

— Да! — радостно закричала Брунгильда. — Но как это всё бывает, такую силу надо как-то контролировать, и для этого у нас есть одна из наших сестёр, которая идеально в этом подходит.

— Регинлейв, — сказала Гейр, зная кто в паре с Лавкрафтом.

— Седьмая из валькирии. И имя её означает — ДОЧЬ БОГОВ.

В это время книга в руках Лавкрафта засветилась зелёным свечением и сама собой перелистывалась, пока не остановилась на странице, где было написано:

ШОГГОТЫ

И через миг все Говарды ринулись в сторону Чернобога. Последний был только рад предстоящей резне, но вдруг он заметил, что некоторые из писателей вместо рук имели щупальцевидные отростки, а на лице были по несколько глаз. И все они рычали не по человеческий.

— «Ясно! Это всего лишь животные!», — подумал Бог ужаса. — «Решил задавить меня числом, человек?! Но уж извини, ты выбрал не того, чтобы использовать такую тактику!»

После этих мыслей, тёмная субстанция начала облегать торс Чернобога полностью. На груди более тёмными прожилками отчётливо появилась символ напоминающий череп быка. А через миг, она раздулась превратившись в броню, с шипами во всех возможных местах, а на руках правителя Нави появились чёрная огромная булава и бердыш.

НАВНИК РАЗРУШИТЕЛЯ

— Я уничтожу всех их! И займусь тобой!

Только это успел прокричать Чернобог Говарду, перед тем, как на него вот-вот не задавят шогготы.