"Начало. Тринадцать лет до начала полномасштабного истребления человечества."

— Как ни посмотри, это правда незабываемая ночь!

Взобравшись на крышу поместья с целью посмотреть на прекрасное ночное небо, молодой мальчик был очень сильно вдохновлен красотой перед собой. Пухлые щеки и его немного полноватая фигура совсем не мешали ему взбираться на крышу дома посреди ночи.

Глаза цвета аметиста, ярко фиолетового цвета, сверкали, смотря на звездное небо и лунный свет. Казалось, сама богиня ночи смотрела в его глаза, пытаясь рассмотреть в нем новое дарование небес.

Красота луны и ее мягкое свечение было обворожительным. Смотря на ярко-красный круг на небосводе, маленький энтузиаст был в восторге. Последний раз луна окрасилась в алый цвет еще задолго до рождения этого юного аристократа.

— Как же красиво выглядит небо.

С легкой улыбкой заметил маленький проказник. Казалось бы, мрачный цвет, который накрывал этой ночью весь мир, должен был пугать и заставлять дрожать. Но молодой аристократ только вдохновлялся красотой.

Легкий ветерок приносил запах цветов из садов, которые росли на передней части земельного участка. Одновременно с этим беззаботная тишина порождала невообразимое спокойствие, заставляя все вокруг казаться нереальным, будто на грани сна и бодрствования.

— Люблю беззаботную тихую ночь. Поверить не могу, что дождался этого дня. Услышав от отца историю о красной луне, я не мог поверить в то, что это реально, но увидев вживую, у меня нет сомнений.

Сидя на крыше, молодой аристократ всматривался в огромный красный круг, висящий высоко в небе. Его мысли были полностью погружены в спокойное любование этим видом. Именно поэтому, потерявшись среди своих фантазий, он даже не заметил, как к нему приблизился очень знакомый для него человек.

Этим человеком был отец мальца — взрослый мужчина лет тридцати пяти, одетый в легкий комплект одежды, нежелательный для ночных вылазок на крышу. В руках он держал большой теплый плед, чтобы укрыть им сына и себя.

Подкравшись настолько тихо, насколько это было возможно, отец ловким движением схватил щеку сына и легонько потянул на себя, пытаясь привести того в чувство и напомнить о безопасности. Это был уже не первый и не десятый раз, когда отцу пришлось взбираться на крышу для того, чтобы утолить любопытство сына и присмотреть за ним. После того раза, когда тот чуть не сиганул с крыши, переживаний меньше не стало. Именно поэтому отец не мог не присмотреть за сыном в такую прекрасную ночь.

В то же время любопытный парнишка совсем не беспокоился ни о чем. Он чувствовал себя намного спокойнее, сидя здесь, нежели в четырех стенах темной комнаты, в которую только изредка попадал лунный свет. Тем более если говорить о бесконечном звездном полотне, которое так сильно захватывало его дух.

Не ожидая встретить здесь отца, парень быстро попытался вскочить и пойти в комнату, но отец только нежно погладил его по голове, немного поправив взъерошенные волосы мальца, и уселся рядом с ним. Молодой аристократ не мог привыкнуть к бесшумным шагам своего отца, которые всегда заставляли его врасплох. Это было удивительно, и этому любопытному ребенку несомненно хотелось научиться также.

Назвать пришедшего на крышу мужчину сильным воином или потрясающим магом было сложно. Его форма и телосложение совсем не вызывали страха или чувства силы, а в некой степени даже казались хрупкими. Но это не имело никакого значения, ведь этот грозный аристократ никогда не являлся воином или сильным магом. Он был бесподобным оратором и торговцем. И самое важное, из-за чего его уважали вне зависимости от положения в стране, — это богатство, честность и ум.

Тем, кто поднялся на крышу, был никто иной, как сам Агнес Хольмствейн — отец Аки Хольмствейна и по совместительству высокопоставленный простолюдин, достигший дворянского титула своими руками. Невзирая на небольшое количество лишнего веса и низкий рост, энергия и драйв этого мужчины могли поразить любого.

Нельзя назвать обычным человеком того, кто, начиная свой путь с непримечательного фермера в маленькой деревушке, всего за несколько десятков лет вырос до крупного магната в фермерском деле. Этот путь был полон потерь и страданий, но это стало хорошим фундаментом для сильной личности, которая создала для своей семьи спокойную, беззаботную жизнь, которой у него самого никогда не было.

Благодаря своему упорству, трудолюбию и здоровой жадности к благам человеческим, которые Агнес перенял у своего деда, он достиг невероятного результата и уже на протяжении многих лет поддерживал статус одного из самых крупных монополистов плодородных земель во всей Империи. Он обеспечивал продовольствием огромное количество городов, включая саму столицу империи.

Благодаря уму, смекалке и удаче, Агнес разработал индивидуальные удобрения для всех культур, что позволило увеличить количество урожая в несколько раз. На данный момент земли, принадлежащие семье Хольмстейнов, занимали немалые 37% всех плодородных земель Империи. Лишь 13% отделяли его от владения половиной всех земельных угодий.

И даже так, обладая подобной властью, Агнес не стал на один уровень с высокомерными аристократами. Он продолжал нести пользу народу Империи и поддерживать огромное количество людей в своем городе. Единственное правило, которому он следовал, звучало так:

"Добром нужно отвечать на добро, а на зло — справедливостью."

Но прожив уже не один десяток лет, он изменил свои взгляды на жизнь и расставил приоритеты заново. В его возрасте главной ценностью стали его дети и семья. Агнес хотел воспитать своих детей великими людьми и поддержать их во всем, дать им фундамент для крепкой личности и вырастить достойных людей. Именно поэтому Аки восхищался своим отцом и пытался следовать его наставлениям, идя своим личным путем.

— Негодник, я ведь тебе уже в который раз говорил не лезть на крышу — это опасно! Если случайно свалишься вниз с такой высоты, то определённо не сможешь остаться невредимым...

Слушая своего отца, Аки немного прикрыл рот рукой, чтобы отец не увидел, как он зевает. Произошедший прецедент с сыном Агнес точно не мог забыть — тогда он чуть не потерял его, когда тот случайно поскользнулся на крыше и свалился вниз. Благо всё обошлось.

— Отец, не нужно волноваться. Во-первых, я веду себя очень аккуратно и спокойно на крыше после того инцидента. А во-вторых, я, как видишь, очень далеко от края... И вообще, я хочу насладиться этим звёздным небом и этой луной. Когда я ещё увижу её? Раз в тридцать лет... Тем более с крыши вид лучше, чем из моей комнаты, и ты это знаешь.

Щёлкнув языком, отец приложил руку к своему лбу и вытер выступивший пот.

— Боже, что же мне с тобой делать? Похоже, мне не удастся отговорить тебя от ночных вылазок на крышу... Остаётся только присоединиться к своему любимому сыну, не так ли?

Положив руку на плечо сына, отец по-мужски похлопал его. Из-за того что место, где сидели отец и сын, было рядом с большим высоким деревом, листва огромного дуба закрывала тенью практически всё поместье, не давая им рассмотреть друг друга в темноте. Но вместе с этим отсюда открывался потрясающий вид на большой город, которым правила семья Хольмствейнов.

Агнес выбрал для постройки дома самое высокое место в городе. Когда он сюда приехал, здесь не было практически ничего — это было маленькое село. А сейчас — большой торговый город. Честно говоря, иногда он думал, что чудеса и правда бывают и это не сказки. Хотя, глядя на город сейчас, его окутывала небольшая тревога. Из-за красного света от луны город выглядел так, будто горит и пылает в огнях пламени или затоплен морем крови. Немного задумавшись, Агнес быстро пришёл в себя, когда рука сына коснулась его руки.

— Отец, ты ведь и сам часто вылазишь на крышу, чтобы посмотреть на звёзды. Не сердись на меня.

Заметив серьёзный, задумчивый взгляд отца, Аки немного встревожился.

— Почему ты ругаешь меня? Я же делаю то же, что и ты... Это как-то странно, тебе так не кажется?

Вернувшись в ясность ума, Агнес невольно засмеялся. Услышать такое замечание от своего семилетнего ребёнка было очень неловко.

— Это совершенно другое... Не забывай, что ты мой сын, и мне очень тревожно за тебя. О твоей матери и говорить не стоит — она знает, что ты непослушный проказник и не будешь слушать её и меня. Ты хочешь, чтобы твоя матушка окончательно поседела?

Сказав это, мужчина легонько развернул плед и накинул его на сына и себя. После чего немного подсел к сыну, чтобы тому было теплее. В то время как сын немного задумался и начал проговаривать своему отцу вслух вопросы, которые его не покидали. Он уже долгое время пытался найти ответы, но не получал их из книг.

— Отец, как думаешь, насколько далеко луна находится от нас? Сколько я бы ни пытался поймать её руками, мне так и не удалось этого сделать. О! О! А насколько она большая? Чем дальше от нас предмет, тем он меньше, но даже с учётом этого луна очень большая...

Слушая своего сына, Агнес не мог не поражаться тому, насколько любопытным был его ребёнок. Он был безумным энтузиастом и всё время проводил в библиотеке, изучая и читая что-либо интересное и новое. Это сильно отличало его от сверстников, которые в его возрасте интересовались играми, бегали и радовались жизни. Такие дети не волновались ни о чём и просто жили. Но сидящий перед ним ребёнок был поглощён чем-то своим, чем-то немыслимым. Как отец он был горд, и всё же он хотел, чтобы у его сына была спокойная и беззаботная жизнь. Ради этого он и трудился все эти годы.

Иногда Агнес поражался своему сыну. В его возрасте дети должны интересоваться совершенно другими вещами. Он был уверен, что тяга к знаниям и развитию приведёт его сына к большому будущему и взрастит в нём прекрасную личность. Но иногда его сын был таким простым и беззаботным, что это умиляло его до глубины души.

— О! О! О! Отец, а что будет, если нам удастся добраться до луны? Мы сможем снять её с неба? Ммм... Отец, ты меня вообще слушаешь?

Подняв свою голову вверх, Аки посмотрел на отца, который явно был в небольшом замешательстве.

— Слушаю, очень внимательно слушаю! Малыш, я не знаю верных ответов на все твои вопросы, но свои, какие-никакие, мысли по этому поводу у меня есть. Хочешь услышать?

Безумно качая головой вверх-вниз, семилетний мультипотенциал ждал ответы на свои вопросы. Слушая своего мудрого отца, который всегда говорил очень интересные и познавательные факты, он не мог успокоиться и желал узнать как можно больше об этом мире.

Минута за минутой, час за часом — время пролетело практически незаметно. Не успели двое дойти до конечной точки своих рассуждений, как на смену красной луне пришло солнце.

Большой яркий жёлтый круг понемногу начал показываться из-за высокого горного хребта. Всего за несколько минут вся территория империи была освещена. От ночи не осталось и следа.

— Наконец-то он уснул...

Взяв своего сына на руки, отец спустился с крыши в дом и отнёс его в комнату. Положив его осторожно на кровать, он направился в свою спальню, где его ждала уже выспавшаяся красавица-жена. Увидев синие круги под глазами мужа, она нежно улыбнулась.

— Снова всю ночь разговаривали обо всём?

— Ага, всю ночь... Всё, что могу сказать — это была суперпродуктивная ночь... Пожалуйста, милая, разбуди меня, когда еда будет готова. Мне нужно немного поспать, сегодня у меня много дел с документами, и мне нужно быть в ясности ума.

Плюхнувшись на мягкую кровать, Агнес закрыл глаза и начал считать овечек.

— Раз овечка, два овечка... Хррр-быррр-хррр!

Не успев досчитать и до трёх, он уснул, пытаясь восстановить свои силы для выполнения обязанностей.

Увидев своего уставшего мужа, красавица-жена поняла, что разговор с Аки был даже более выматывающим, чем обычно. И пообещала себе, что в следующий раз сама пойдёт к сыну, чтобы её любимый муж мог хорошо выспаться.

— Наш Аки вообще не щадит своего отца...

Она уже смирилась с тем, что её сын жуткий непоседа и всё делает по-своему. Единственное, что ей оставалось делать, будучи матерью двух детей, — это поддерживать и оберегать их. Это единственное, что она могла и умела делать. Она не могла их подвести.

Хорошо выспавшись, Виолетта расчесала свои длинные черные волосы и, собрав их в конский хвост, начала подбирать себе простой и легкий наряд на день. Её взгляд пал на тёмно-синие штаны и лёгкую белую рубашку. Стянув с себя ночнушку, она быстро переоделась, потратив на это меньше минуты.

Полюбовавшись в большом зеркале своей шикарной фигурой и красотой, она нанесла лёгкий макияж, подошла к спящему мужу, поцеловала его в лоб и пошла на кухню. Спускаясь по лестнице, она уже готовилась заблаговременно к настоящему бою насмерть. Открыв дверь в кухню, её уже поджидали личные горничные, которые предварительно подготовили все нужные продукты для готовки. Как только дверь распахнулась, все горничные встали в стойку для приветствия госпожи.

— Доброе утро, госпожа Виолетта! Как обычно, все продукты готовы для приготовления. Есть ещё какие-то поручения, которые срочно нужно выполнить? — сказав это, главная горничная сделала поклон.

— Доброе утро, девчонки. Спасибо, что подготовили всё нужное, но больше ничего не нужно.

— Как скажете, госпожа. Кстати, вижу, вы выбрали новый наряд для готовки?

— Да, мне в прошлом было слишком неудобно передвигаться по кухне. Поэтому подумала взять что-то другое. Честно сказать, подобный фасон и крой мне больше нравятся. Я чувствую себя свободнее и не скованной в движениях. Эти дорогие костюмы для богачей такие неудобные, достали… Или мне не подходит?

— Госпожа, конечно, вам очень идёт. Этот костюм очень хорошо акцентирует внимание на ваших лучших формах. Подчёркивает вашу пышную грудь и бёдра, но рубашка немного великовата для вас. Я могу её перешить вечером. Это выделит вашу тонкую талию. Думаю, ваш муж бы очень оценил ваш образ. Это выглядит сексуально и максимально закрыто.

— Ах ты, чертовка, знаешь, что мне нужно… Говоришь, он ещё сильнее будет без ума от меня?

— Обещаю, что сделаю всё так, что ваш любимый взгляда не сможет отвести от вас! — двигая бровями вверх-вниз, сказала горничная.

Подняв свою правую бровь, Виолетта ловко вытянула вперёд руку с большим пальцем вверх, явно давая своё согласие на предложение горничной.

— Хорошо, надеюсь, ты сдержишь своё слово!

Две женщины закончили обсуждение чего-то неприличного, после чего, потерев свои ладошки, Виолетта мило улыбнулась. Ей нравилось красиво одеваться, ведь было время, когда она не могла этого себе позволить.

— Раз мы всё обсудили, можете идти отдыхать, пока есть время, а после можете приступать к своим дневным поручениям. Единственное, сегодня сад не нужно убирать.

— Может, вам помочь с готовкой? Как-никак, это одна из наших обязанностей в этом доме. Мы получаем за это деньги. Я не могу позволить госпоже заниматься делами по дому.

Молодая горничная не понимала, откуда у госпожи появилось такое сильное рвение к готовке, ведь готовка была делом, которое можно было оставить на горничных, чем и пользовались другие аристократы.

Госпожа Виолетта уже месяц каждый божий день приходила на кухню, чтобы приготовить своей семье поесть. Конечно, у неё это получалось просто отвратительно, но она не оставляла попыток научиться этому невероятному искусству готовки.

Заметив фирменный жест госпожи Виолетты, все горничные перестали предлагать помощь, ведь знали: если эта женщина за что-то взялась всерьёз, её невозможно остановить.

— Девчата, всё чики-бомбини. Готовка — это дело для мамули. Сейчас я нарублю эти чёртовы овощи, чтобы они знали, с кем связались! И если серьёзно, без шуток, я чувствую, что у меня получится приготовить сегодня прекрасное блюдо. Я потратила на это дело уже целый месяц, я не могу оплошать. Оставьте это дело мне.

Скорчив угрожающее выражение лица, Виолетта злобно улыбнулась, смотря на немалое количество подготовленных продуктов.

— Хехехе, ну что, мои хорошие, дрожите от страха. Сейчас я из вас невероятные блюда приготовлю, вся семья в шоке будет от моих прекрасных навыков готовки. Уж сегодня они точно похвалят мою готовку!

Услышав безумные реплики своей госпожи, три горничные быстро вылетели из кухни, зная, что если попадут под руку Виолетте, им не сдобровать. И всё-таки напоследок одна из горничных попыталась ещё раз предложить помощь. Она прекрасно знала вкус блюд своей госпожи, потому что была главным дегустатором. И ей было очень жаль своего господина и детей. Но, так как перечить госпоже она не могла, она решила сдаться и оставить готовку и сегодня на Виолетту.

— Может, всё-таки помочь?

— Нет, не нужно помощи, вы ведь знаете, что я отлично готовлю. Муж и дети ещё добавки просить будут, запомните мои слова!

Сделав такое заявление, Виолетта сама была шокирована своей самоуверенностью. Ведь обычно её блюда не то что люди, даже всеядные домашние животные есть боялись. А тут — муж и дети добавки просить будут… Вот в чём-в чём, но в готовке она точно сильна не была. Но она очень старалась, и спустя месяц у неё уже было всё намного лучше.

Оставив госпожу один на один с её злейшими врагами в виде продуктов и готовки, горничные встали около двери и начали подслушивать, что там внутри происходит. Сначала всё было тихо, но как только стали слышны удары и громкий смех, они поняли, что госпожа приступила к сражению.

— Ахахагагх! Ну что, страшно вам оставаться один на один со мной?! Я уже вижу, как вы трясётесь от ужаса. А начнём с тебя! Думаешь, крутой, да?.. Чёрта с два, сейчас сделаю из тебя отличное блюдо, пальчики оближешь.

Стоя за дверью, горничные пытались угадать, что же стало целью безжалостных атак госпожи Виолетты. Одна из них предположила, что это кусок свинины, из которого госпожа, скорее всего, собиралась сделать свиное рагу с овощами.

— Ставлю пять золотых на кусок свинины, — шёпотом сказала одна из горничных, на что остальные выбрали другие продукты и поставили соответствующую ставку в их пользу.

Все ждали знаменитого победного клича госпожи Виолетты, как вдруг из-за двери послышался злобный, доводящий до мурашек, победный клич.

— Да этот кусок свинины вообще ни о чём! Он был повержен мной, Виолеттой, в считанные секунды! Так держать! Кто следующий, чёрт побери?! Я отомщу всем за вчерашний день — не нужно было подгорать на сковороде.

Услышав результат, горничная, которая первая рискнула поставить на кусок свинины, радостно начала вытанцовывать, явно играя на нервах двух проигравших. Это был уже не первый раз, когда она забирала весь победный куш, заставив своих коллег нервно грызть ногти от зависти.

— И снова выигрыш! Выигрыш есть — можно поесть! Да я, девочки, в ударе, вы так не думаете?

Смотря на двух коллег, горничная ехидно улыбнулась и закончила свой победный танец. Посмотрев на них, она заметила, как у двоих дёргался левый и правый глаз.

— Не нужно так злиться. Мне просто везёт! Скоро моё везение исчерпает себя, и тогда вы начнёте выигрывать.

— Издеваешься над нами…

Поднявшись с корточек, молодая зелёноглазая горничная расправила своё пышное рабочее платье, после чего резким движением приблизилась к той, что мгновение назад исполняла победный танец. Эту бесстыдную горничную, которая уже неделю подряд обдирала до нитки своих коллег каким-то мухлежом, звали Камелия.

Подняв руку, зелёноглазая горничная прикоснулась к лицу Камелии и удивилась мягкостью её кожи.

— Ты выигранные деньги тратишь на уход за кожей?

Сделав ещё один небольшой шаг вперёд, она попыталась чмокнуть её в щёку. Но та, почувствовав неладное, быстро отскочила назад со странным выражением лица.

— Ты… ты что, пыталась меня поцеловать? — с румянцем на лице спросила Камелия.

Сделав удивлённое выражение лица, молодая горничная начала отрицать предположение Камелии.

— Я совсем не хотела тебя целовать. Я просто хотела рассмотреть твою кожу. Она выглядит так сияюще, и я немножко не сдержалась, — возбуждённо сказала горничная. — Подожди, неужели ты хотела, чтобы я тебя поцеловала, бесстыдница? Мы на работе!

— Что? Я вовсе не хотела этого!

Камелия сильно покраснела. Это был слишком неловкий разговор для неё — девушки, которая никогда в жизни не целовалась.

— Как бы там ни было, госпожа Виолетта сказала идти работать! — сказав это, Камелия попыталась побыстрее уйти от этой девушки. Она чувствовала в ней угрозу. Она не хотела, чтобы кто-то узнал, что она ещё ни разу не целовалась за свои двадцать четыре года.

— Она такая стесняшка, мне это так нравится! — Зелёноглазая девушка вздохнула, увидев, как Камелия убежала от неё, сверкая пятками. Почему-то её очень забавляла эта милая девушка. Ей всегда хотелось её подразнить.

— Нана, тебе лучше прекратить так делать. Она может в следующий раз и не убежать, тогда тебе точно будет уже сложно отвертеться.

Главная горничная поместья Хольмствейнов серьёзно посмотрела на молодую горничную, которая не так давно пришла в это поместье, и упрекнула её за плохое поведение во время рабочего дня.

— После работы делайте, что хотите, можете даже… кхм…

— Что за "кхм"?

Нана была в неловком замешательстве от слов главной горничной и немного покраснела.

— Неважно. Нана, просто иди выполняй свою работу.

.

"Продолжение следует..."

(Произведен редакт текста)