'О, да ладно, а я уже думала — не вспомнишь, — фыркнула девушка, демонстрируя смайликом презрение. — Нормальные люди с самого начала интересуются подобным, а ты только на следующий день, когда ревность за душонку прогнившую вцепилась своими когтями, вспомнил. Если бы не встреча с другим пользователем, ты бы наверное до конца своей жизни бы не вспомнил о системном магазине.'

'Ты думаешь, что с последними событиями, которые летели быстрее звезды, я ещё должен был вспомнить об этом?'

Виктор послал мысленно волну недовольства, продолжая всё также натянуто улыбаться в реальности. Между двумя юношами возникла небольшая пауза, которая сопровождалась разговорами каждого с его системой. Подросток не знал, что чувствовал китаец, разговаривая с машиной, но когда он разговаривал с Викой его агрессия будто опускалась. Вику никто не мог видеть и не мог с ней разговаривать за исключением подростка. Поэтому при разговоре с ней он мог говорить что захочет и о даже самом сокровенном, не волнуясь что об этом узнает кто-то ещё.

'Ну, так что там с магазином?'

Перед Виктором попыталось новое алое окно, которое было намного больше, чем предыдущие. Здесь был одна огромная колонка со словами, которая обозначала собой отделы того или иного товара. Взглянув на них, подросток вдруг понял, что здесь было почти всё, что можно было только придумать и не только. Список возглавляли такие отделы как отдел магии, брони, оружия, питомцев, артефактов и так далее, заканчивая отделами побуду.

Первым делом Виктор решил наведаться в отдел оружия. К его удивлению в этом отделе была ещё сотня подотделов, которые имели бы в себе от обычной дубинки первых людей, заканчивая космическими технологиями из фильмов про далёкое будущее и мощнейшими мечами, копьями, саблями из миров легенд и мифов.

Однако всему была своя цена. За 1 опыт можно было приобрести связку примитивных дубинок, тогда как мощнейшие пушки и клинки не всегда и за 1 000 000 000 очков Краха можно было купить.

Посмотрев на количество очков Краха, которые он имел в своём распоряжении, он понял настоящую ценность совета Вики в начале не тратить их на увеличение характеристики. Почти всё, что выходило за уровень мощности который разрешал барьер этого мира, можно было приобрести только за очки Краха. В тот же момент если он хотел купить одежду, мебель, еду и даже машину он мог спокойно пользоваться опытом. 1 опыт можно было даже обменять на 1000 американских долларов. Как оказалось, в этом ему помогла Вика, так как взяла за пример для системы ценность долларов в ближайшем будущем, а не сейчас.

Виктор с интересом посмотрел на свои перчатки, после чего пожелал найти их. Если он знал, что именно ему нужно, он мог осуществить поиск сразу же.

'

"Перчатки обычные +2 сила" — 1 очко Краха

'

'Эта херотень, которая лишь капает к силе 2 очка, на самом деле стоит 10 000 опыта? Да мне проще было бы перевести их в 10 очков характеристики и добавить к силе!' — возмутился юноша, увидев такую несправедливость в цене. Даже дураку была понятна разница в выгодах, которые он получит от каждого применения.

'Витя, ты дурак? — с интересом спросила Вика, тихонечко хихикнув. — Твоё тело состоит не из какого-то мифрила, а из мяса и костей. У каждого тела есть предел, к которым его заставил привыкнуть "барьер" его мира. Да, система помогает немного обойти эти правила, модифицируя тела. Но рано или поздно ты больше не сможешь усилиться, упираясь в тот же "барьер". А вот со снаряжением всё по другому. Какими мощными они не были бы, они не будут врезаться в барьер, так как не имеют души. Да, барьер ограничивает только живых существ. Поэтому характеристики твоего тела сейчас подавляются, и если ты ещё раз апнешь всё, скорее всего просто сдохнешь. Не знаю, что сделала та комета, но она смогла настолько отодвинуть барьер, что даже начали появляться индийские божества.'

Виктор с интересом слушал, запоминая каждое слово. Похоже девушке, как системе, было известно очень много об этом мире. Если бы учёные узнали, что за исключением известных уже законов физики и предметов существует ещё некий неизвестный "барьер", они бы подавились от желания разузнать о нём все.

Соответственно юноше, которому уже осточертели все эти вещи, о которых он и так знал, но которые должен был бы учить в формулах, было интересно послушать о чем-то, приближенном к волшебству.

'Что за "барьер" это такой? Блять, это что, ещё какая-то сфера в космосе?'

'А мне откуда знать? — тут же возмутилась Вика, превращаясь из мудрой учительницы обратно в себя саму. — Эти барьеры есть вокруг всех миров, где есть умные создания. Он вообще никак не реагирует на людей, спокойно пропуская их в открытый космос. И этот барьер как бы нельзя назвать "барьером" — он присутствует везде, начиная ниже уровня моря, заканчивая выше нескольких километров над всеми сферами. Его нельзя ни увидеть, не почувствовать — о том, что он существует, свидетельствует только знание о нём и всё.'

Виктор не мог не потереть виски, пытаясь справится с потоком нахлынувших мыслей. В его голове за несколько мгновений пронеслись сотни теорий и предположений, подгоняемые интуицией.

Но именно в таких ситуациях обычно происходит вмешательство настоящего, бренного мира, которому плевать на все твои великие мысли.

У Линь Ливея зазвонил телефон, заставляя Виктора будто проснулся от некого транса.

Китаец среагировал быстро, сразу же поднимая его и отойдя на некоторое расстояние начиная с радостными нотками разговаривать. Подслушивать — плохо, но ведь Виктор не подслушивает, у него просто слух хороший, верно? Тем более это может считаться компенсацией за его отвлечение от очень важной вещи.

Из двухминутного разговора юноша понял, что Линь Ливэй скорее всего разговаривает с кем-то из своих близких знакомых. Он просил собрать "группу" в "том же ресторане", под конец бросая, что он хочет их с кем-то познакомить.

Настроение подростка ниже плинтуса стремительно упало до начала симптомов проявления садизма. С этого дня он точно возненавидит знакомиться с кем-то. Сначала был Паук, потом Телепузики, далее отряд со сверхсилами, новая школа, его дражайший босс и, наконец, ещё кто-то из друзей китайца. Единственное знакомство, которое для него прошло благоприятно, было знакомство с Викой. Пока что за исключением язвительного характера девушки он не видел никаких минусов.

— Можешь перенести меня обратно?

Как только Линь Ливэй вернулся, Виктор тут же атаковал в лоб и озвучил своё желание. В конце концов откуда ему было знать о планах его босса?

— Могу, но сейчас у НАС другие планы, — с блистательной улыбкой отрезал Линь Ливэй. По его виду было понятно, что он понял, что его подслушали. — Не забывай, мой уважаемый подчинённый, сейчас ты все ещё входишь в состав моей организации, поэтому посещать некоторые важные мероприятия по моей просьбе обязан.

Линь Ливэй сделал особенный удар почти на каждому произношению слова "мой", будто подчёркивая свой статус властелина. В тот же момент он с издёвкой произнес "мой уважаемый подчинённый", доказывая этим, что он всё-таки слышал слова Виктора, которые тот говорил в жучек на одежде мистера Грэя.

— Знаешь, работодатель от Бога хренов, меня удивляет как ты ещё со своим характером не растерял всех работников? Во всяком случае я не уйду из состава ИСОС по своей воле — ты должен будешь меня исключить. А для того, чтобы ты меня уволил, я приложу максимум усилий.

Виктор с радостью отметил, как лицо китайца на мгновение приобрело недовольный оттенок, но он очень быстро его скрыл.

— В таком случае ты должен пойти со мной, так как всё ещё являешься моим работником. Идём, — не успел подросток возразить, как Линь Ливэй затащил его в перенос. Спустя секунду он мог только с удивлением смотреть на появившейся над ним белый потолок. Они были в небольшой комнате, которая была устроена под небольшую гостиную.

— Мы на первом этаже. Спускаться на лифте слишком долго, — кратко объяснил китаец, толкая незапертую дверь и выходя в просторный холл.

Виктор тоже вышел, осматривая новую локацию. Это оказался главный вход в компанию, где собралось лишь немногим меньше людей, чем снизу. Работа на ресепшене ни на миг не прекращалась, из-за чего юноша даже пожалел красивых молодых девушек, у которых уже наверняка челюсти свело от улыбок. Попробуй угадать кто перед тобой — обычный клиент, который пришёл хер знает за чем, почитаемый представитель какой-то компании или же разбалованный златожопик.

— И ты всё это создал всего лишь за 3 года? — с небольшим искренним восхищением спросил Виктор. Только теперь он будто проснулся, понимая где он находится и кому всё это принадлежит.

— За 2, — с яркой улыбкой похвастался китаец. Виктор заметил, что его расположение опять немного выросло, не понимая что же он такого важного сказал. Только Линь Ливэй, который слышал сотни таких фраз со скрываемым скептицизмом и с завистью мог бы оценить их, считая за золото такие же слова, только наполнены искренними эмоциями. Ну что же, он явно забыл, что имеет дело ни с кем-то левым, а с Социопатом. Свою жадность он скрыл глубоко в своём сердце, выпуская наружу только те эмоции, которые были нужны.

Здесь было намного просторней, чем снизу, поэтому они без проблем достигли выхода. Автоматические двери послушно растворились, выпуская их на улицу. Шум мегаполиса на самом деле был в несколько раз громче, чем в его городе, заставляя юношу скривить лицо.

Вокруг здания была огромная стоянка с сотней разных машин. Смотря на все эти детища, приобретены минимум за несколько миллионов американских долларов, Виктору очень захотелось поверить свою текущую силу и какой вес он может поднять. Очки Краха точно должны капать с той же частотой, с которой в его сторону будут прилетать оскорбления.

Линь Ливэй в расслабленной манере подошёл к чёрной машине, на которую бросали взгляды половина прохожих, давясь нескрытой завистью. Она была вытянутой, с узкими длинными фарами и с привлекательным современным дизайном. К сожалению он не смог распознать марку, так как никогда не интересовался автомобилями, которые стоили миллионы.

Линь Ливэй делится маркой не собирался, вместо этого сделав пригласительное движение.

— Ты решил поработать статуей? — поинтересовался с насмешкой китаец, смотря на застывшего как истукан юношу.

— Нет, просто интересно — если я что-то внутри сломаю, мне придется платить компенсацию? Может всё-таки стоило принять твой чек? А то уж слишком хило выглядит твоя машинка — не выдержит веса нас двоих, на первой же выбоине колесо отлетит, а ты всё на меня свалишь.

Только дурак бы не заметил, что Виктор тянул время. А Линь Ливэй имел интеллект 9, поэтому на его лице не дрогнул ни один мускул.

— Садись. А иначе домой вернёшься стандартным путём — с помощью аэропорта.

Виктор мог только подавить раздражительность, соглашаясь с этими условиями. Он уже уточнил у Вики, может ли она перенести его обратно в Россию. Девушка подтвердила что может, но также и огласила, что расстояние огромное и это будет стоить ему 10 очков Краха. Тратить зря 100 000 опыта было как-то не по-еврейски, поэтому подросток отложил этот метод в случаи нужды экстренного побега.

Юноша лёгким движением переместился в машину. Внутри всё выглядело ещё пышнее, напоминая, что это стоит не один миллион. Ему так и хотелось приложить чуточку силы, чтобы что-то сломать и выплеснуть накопленный негатив. Но перспектива борьбы не только с Линь Ливэем, но и со всей его организацией, выталкивал на первостепенное место инстинкт самосохранения. Может Вика и передала китайцу его фальшивые характеристики, но кто знает, не захочет ли он провести "дружеский спарринг"?

Машина двинулась очень плавно — сразу сказывалось качество дорог. С расслабленным выражением Линь Ливэй начал разворачиваться, делая это за несколько плавных движений одной рукой. Либо ему навыки вождения были предоставлены системой, либо же это Виктор лох, которому было плевать на изящество и которого интересовало только выжимание максимальной скорости и обхождение естественным преград в виде выбоин. Пусть у юноши и не было прав, но кого это останавливало? Особенно когда после посещения клуба ты находишься в наиболее трезвом состоянии несмотря на наибольшее количество выпитого алкоголя.

Увидев интерес в глазах "холопа", Линь Ливэй не подал никакого виду, с холодным безразличием продолжая и дальше выпендриваться, будто так и надо. В конце концов машина тронула, аккуратно обходя прохожих и с приемлемой скоростью двигаясь вперёд к выезду.

Но, видимо, запланированной встрече всё-таки было не состояться, так как перед машиной, которая уже ехала на средней скорости, выскочил человек. Линь Ливэй, обладая завышенной реакцией и рефлексами, резко затормозил, выкрутив руль в сторону с невероятной скоростью и тем самым никак не навредив девушке. Если бы он продвинулся ещё на метр — врезался бы в столб.

В этот момент Виктор даже вознёс молитвы своим дорогам, так как именно они заставили его привыкнуть к ремню безопасности. В противном случае его голова бы уже торчала в лобовом стекле, тогда как сейчас он отделался только тем, что часть его пиджака зацепилась за что-то и сама вещь полностью разорвалась.

В глазах у юноши тут же прятались яркие алые огоньки, которые подпитывались предыдущим раздражением. Он резко поднял голову, ища взглядом виновницу этого происшествия.

— Линь Ливэй! Немедленно выходи, а иначе пожалеешь!

Услышать верезгливый голос не было проблемой даже без идеального слуха. Китаец, к которому обращались эти слова, изобразил недовольное лицо, но всё же заглушил машину и вышел. То же сделал и Виктор, перед этим оставив черные тряпки и галстук, чтобы они не мешали, если нужно будет кому-то бить рожу.

Интуиция его не подвела, когда он увидел рядом ещё одну припаркованную машину, на которую опирался мужчина и сверлил Линь Ливэя заинтересованным, недовольным и даже немного насмешливым взглядами.

Увидев, что из машины выходит ещё кто-то, он очень удивился, после чего его лицо немного побледнело.

Садистская улыбка Виктора могла пробудить чувство самосохранения даже у самого отбитого существа в мире.