— А теперь встречайте Восходящего Императора Звезды Императора Смерти, Бича Клана Кровавой Суки: Дэмиена Войда!

Вся арена затихла.

Будь то зона претендентов, зрители на трибунах или даже те, кто наблюдал за боями удалённо, в комфорте собственных домов, — никто не проронил ни слова.

Все они, затаив дыхание и широко раскрыв глаза, смотрели на мужчину с фиолетовыми глазами, стоявшего на арене.

Неужели этот человек… и вправду посмел так открыто оскорбить Клан Кровавого Замка?!

Его выходка была, мягко говоря, властной, но стоило ли оно того, чтобы нажить себе врага в лице одного из сильнейших кланов вселенной?!

В отличие от их показного беспокойства и насмешек над его выбором, другие отнеслись к этому иначе.

Особенно ярко отреагировал Аттикус, больше, чем кто-либо другой.

— ХА-ХА-ХА-ХА! А-ХА-ХА-ХА-ХА!

Его смех эхом разнёсся по залам дворца. Он согнулся пополам, не в силах больше стоять прямо после того, как увидел выходку Дэмиена.

— Ха-ха… ха-ха-ха… право слово, не думал, что ты решишься на это так скоро!

Аттикус был одновременно ошеломлён и взволнован. Ещё вчера он задавался вопросом, хватит ли у Дэмиена смелости и решимости столкнуться с яростью Клана Кровавого Замка, если он когда-нибудь убьёт Ривуса. Но теперь, разве не было очевидно, каким будет выбор юного героя? Аттикус почти почувствовал себя глупцом за то, что сомневался в нём.

— А теперь устрой представление, достойное твоих хвастливых речей! Ха-ха-ха, я и вправду не могу дождаться, когда снова сражусь с тобой в лиге Императора!

Волнение Аттикуса быстро сменилось боевым духом. Каждое действие Дэмиена служило напоминанием об их ничьей в Мистическом Царстве Штормовых Небес.

Аттикус не смирился.

Однажды они закончат тот бой.

И тогда он наконец-то сможет увидеть истинную силу Дэмиена.

И ощутить восторг победы над самым многообещающим гением, которого он встречал за многие-многие годы.

***

Вернувшись на арену, Дэмиен продолжал стоять в ожидании претендента, который выйдет поприветствовать его. Но после его предыдущей выходки желающих не нашлось.

К тому же, боевая арена работала не так! Претенденты не могли просто выбегать на ристалище, когда им заблагорассудится, и сражаться! Если бы они это делали, начался бы сущий хаос!

Но… что им теперь было делать?

Действия Дэмиена нарушили ход поединков лиги Короля и, более того, послужили пощёчиной многим присутствующим гениям.

Они смеялись над ним и издевались за то, что он вёл себя слишком высокомерно и оскорбил того, с кем ему не справиться. Они радовались тому, что он оказался в той же ситуации, что и они.

Но, в отличие от них, он не прогнулся.

Он надменно провозгласил себя врагом Клана Кровавого Замка.

И тем самым назвал слабаком каждого, кто поддался.

Многие были в ярости. Многие хотели выбежать на ристалище и вбить Дэмиена в землю.

Но, в отличие от него, у них не было того безрассудства, чтобы пренебречь академией и её властью.

Установленным правилам они следовали до последней буквы.

Дэмиен уныло вздохнул.

— Серьёзно? Вы же все должны быть гордыми гениями! Куда подевался весь ваш былой задор?! Вы не можете стерпеть даже небольшое наказание ради чувства собственного достоинства?! Жалкое зрелище!

— Вовсе не жалкое, — ответил другой голос.

Из врат для претендентов вышел мужчина, телосложением и ростом похожий на Дэмиена. Его белые волосы контрастировали с пепельно-серой кожей, а в красных глазах светился ум.

— Небольшое наказание? Ничего подобного. Как бы тебе понравилось заключение и жестокое перевоспитание в Адской Дыре? Или, может, ты хочешь, чтобы тебя досрочно отправили на войну с Нокс, чтобы «закалить твою психику»? — сказал мужчина, выходя в центр арены.

— Мы всё ещё растём. Никто не хочет подчиняться, но иногда у нас нет выбора. Подчиниться и дожить до того дня, когда мы сможем сбросить оковы и восторжествовать, — разве это и вправду трусость и низость? — спросил мужчина. Он стоял теперь лицом к лицу с Дэмиеном, всего в нескольких метрах от него, принимая его вызов.

В ответ Дэмиен покачал головой.

— Нет, то, что ты описываешь, — не трусость. Я скорее сбегу, чем поддамся давлению, но у меня есть пространственные способности, которые позволяют мне придерживаться такого мышления. Для того, кто не может сбежать, нет ничего плохого в том, чтобы подчиниться и ждать шанса убить угнетателя.

— Тогда!..

— Но это касается лишь тебя, — продолжил Дэмиен, не дав мужчине и шанса заговорить. — Эти жалкие сучки внутри радуются, когда других постигает та же участь. Чтобы даже испытывать такое, они должны сперва прогнуться под обстоятельства и сдаться. Разве они не слабы?

— Это…

— Довольно, — Дэмиен посмотрел прямо в сверкающие глаза мужчины. — По крайней мере, у тебя хватило смелости выйти, и за это я могу тебя в какой-то мере уважать. Так что сражайся со мной. Докажи свою правоту в бою.

Дэмиен принял боевую стойку, подняв руки, как боксёр. Он пока не доставал оружия, так как не думал, что оно понадобится ему в этом бою.

Несмотря на свой грозный вид, серокожий мужчина был не так уж и силён. В конце концов, Дэмиен видел его статус насквозь. Он точно знал, каков был уровень его противника.

ДЗЫНЬ!

Раздался звук столкновения. Без ведущего не было и сигнала к началу боя. Вместо этого он начался, когда один из претендентов решил сделать ход.

В данном случае им был серокожий мужчина. Его звали Алек, и он был тёмным эльфом из тихого уголка Эльфийского Домена. Поскольку его мир граничил с другим сектором, он быстро сбежал, когда пришла беда.

Он был одним из немногих выживших из Эльфийского Домена. Его ненависть к Нокс была глубже кровной мести, а стыд за собственную трусость — ещё глубже.

Оскорбления Дэмиена затронули шрамы в его сердце, которые он так отчаянно хотел скрыть. На ристалище его привело безрассудство, но атаковать заставила пылающая решимость.

В каком-то смысле Дэмиен был прав. Он тоже был одним из тех, кто сдался, увидев абсолютную силу. Ужасающее зрелище того, как его мир разлетается на куски под залпами флота звездолётов Нокс, было слишком сильным. Оно преследовало его в памяти каждую ночь.

И когда он услышал слухи о Разрушителе Звёзд Экзадрионе, уничтожившем всё живое на Авроре, главном мире эльфов, этот страх стал ещё более осязаемым.

Он без устали трудился, чтобы его побороть. Он годами тренировался, чтобы стать достаточно сильным и повлиять на ход войны, но чем сильнее он становился, тем безнадёжнее себя чувствовал.

Нокс… были слишком сильны.

Он не мог вынести даже гнёта мелких сил внутри самой вселенной, так как же ему было противостоять Нокс, желавшим уничтожить всё?

Такое мышление создало психологический барьер, который он так и не смог преодолеть.

Слова Дэмиена стали непреднамеренным отрезвляющим толчком.

Лица его семьи, когда он бежал, — Алек никогда не забудет их облегчённых улыбок, когда они увидели, что он благополучно покинул мир.

Ради них, ради всей своей расы, он должен был оставаться сильным.

Чтобы однажды он смог отомстить.

Он вложил все эти чувства в ужасающий удар своего меча, обрушив его на Дэмиена со всей силой воли, что у него была.

Но металлический звон, что раздался…

В руке Дэмиена был полупрозрачный меч, почти сливавшийся с окружением. В то самое мгновение, прежде чем атака Алека достигла цели, он сумел парировать её и вонзить меч противника в землю.

Дэмиен с улыбкой подошёл к своему оппоненту.

— Будет неинтересно, если ты выдохнешься ещё до начала боя, но я всё понимаю. Поздравляю с преодолением того, что тебе мешало.

Глаза Алека расширились, и с довольной улыбкой на лице он рухнул на землю.

Всё было так, как сказал Дэмиен. Минутное озарение истощило его. Преодоление страха перед Нокс и осознание своей правды потребовало огромных умственных усилий, учитывая глубину его травмы.

И хотя Дэмиен не получил никакого удовлетворения от своего «поединка» с Алеком, он всё же был доволен результатом.

Действительно, похоже, среди этого бесполезного мусора в зоне претендентов и вправду были скрытые самородки.

Дэмиен с лёгкостью пронзил Миражом горло Алека и обезглавил его, безболезненно отправив с арены.

Его взгляд снова обратился к зоне претендентов, пронзая стены арены.

— Так есть ли среди вас ещё такие, как он, или остальные — просто ссыкуны?

Его слова, предыдущая сцена и всё, что произошло за последние несколько минут, слились воедино.

Даже те, кто подходил под описание упомянутых им слабаков, были взбудоражены.

Никто не хотел, чтобы его считали слабым. Никто не хотел, чтобы его гордость топтали и сокрушали другие.

Тогда у них не было иного выбора, кроме как подчиниться. Каждый из них в день своего подчинения клялся, что вырастет и отомстит за перенесённое унижение.

Но в итоге никто из них не сдержал своих обещаний. Как сказал Дэмиен, они сдались.

Но хотели ли они этого?

Нет!

И даже если бы хотели, они бы никогда не позволили кому-либо другому смотреть на них за это свысока!

Кровавая жажда убийства, клубящийся боевой дух и пылающая решимость бушевали в зоне претендентов.

Похоже, в ближайшее время Дэмиену не будет недостатка в противниках.