На время Дэмиен отступил в свои покои. Слишком много глаз сейчас следило за ним, чтобы он мог позволить себе беспечно разгуливать за пределами Храма.
«Если Мастер Храма, по сути, мой враг, то здесь нет ни одного безопасного угла».
Сам Храм Земли не был виноват, да и Дэмиен чувствовал, что Мастер не был злым по натуре. Каждое его слово, каждое действие диктовалось чужой волей.
«А значит, всё, что я узнал до этого момента, может оказаться ложью».
Всё зависело от того, кем враг считал Дэмиена. Если в нём видели угрозу, то вся информация была ложью, призванной заманить его в ловушку. Если же его воспринимали как фигуру на шахматной доске, то сведения могли быть частично правдивы, но лишь для того, чтобы использовать его в чьих-то интересах.
«Пока трудно сказать наверняка».
Однако ему приходилось принимать эти факты на веру, пока не найдутся доказательства обратного.
«Мастер Храма под контролем, и Владыка Драконов тоже как-то в этом замешан. Чтобы держать в узде такие фигуры…»
Этот некто должен быть невероятно силён. Это не мог быть другой Мастер Храма: пакт, который они подписали, запрещал им действовать друг против друга. Будь это кто-то из них, знаки стали бы явными давным-давно.
«Кроме них, на острове такой силой обладают лишь немногие бродяги-одиночки и Владыки Регионов».
К бродягам здесь относились без особого почтения, но и не презирали. Было бы странно, если бы у вольного скитальца нашлась причина погружать остров в хаос. Куда важнее было другое: все, кто обладал достаточной мощью для подобного заговора, либо находились на острове по собственной воле, либо…
«…либо они заперты здесь силой и жаждут мести».
Владыки Регионов вызывали больше всего подозрений. В большинстве своём они не покидали вверенных им арен, но их действия за пределами боя почти не ограничивались. Им запрещалось нападать на тех, кто не бросил им вызов, они не могли отклонить полученный вызов и были обязаны оставаться на острове до тех пор, пока не потерпят честное поражение.
Это были единственные правила, сдерживавшие их вне боя. В самой же битве добавлялось лишь одно условие: они не имели права поддаваться. Владыка обязан был использовать всё своё мастерство, даже если охотился на обычного кролика.
«Владыки Регионов ведь не могут нападать друг на друга, верно?»
Всё это слишком запутывало. Где-то, когда-то, кто-то нашёл лазейку в системе, которая веками считалась неприступной. Третий остров и раньше сталкивался с заговорами Хаоса, но всякий раз виновных бросали в тюрьму гнить заживо. Впервые Фракция Хаоса сумела поднять бучу такого масштаба.
«Тюрьма…»
Это место давно казалось Дэмиену подозрительным. От него за версту несло опасностью, но, кажется, никого это не волновало. К тому же её местоположение вовсе не было тайной. Её охранял и стерег Владыка Тюрьмы — Владыка Региона, который, по слухам, нёс свою службу уже миллиарды лет. Может, именно поэтому они считали, что лучше оставить её на поверхности, на самом виду?
«Хорошее начало».
В любом случае, если Дэмиен хотел проверить всех Владык Регионов, одной недели ему бы точно не хватило. Они жили обособленно друг от друга, а Дэмиен не мог стереть расстояние, так как никогда прежде не бывал на их аренах.
«Владыка Тюрьмы находится в центральной части острова, оттуда будет проще добраться до остальных. К тому же полезно было бы лично взглянуть на это место. Нужно понять, действительно ли оно так надёжно, как говорят».
Но для начала ему нужно было выбраться из Храма Земли. Это было не так уж сложно. В конце концов, Дэмиен был единственным в этом мире, кто имел доступ к силе, отличной от Несуществования.
«Я воздерживался от её использования, чтобы не мешать тренировкам, но сейчас дело иное, так что ничего страшного».
Телосложение Пустоты всегда оставалось при нём. На Дэмиена давили законы этого мира, но сохранится ли это давление, если он пробудит истинную мощь своего тела? Разумеется, нет. Пустота ещё не покорилась ему окончательно, но это не значило, что она откажет в поддержке своему любимому Апостолу в час нужды.
Стоило Дэмиену высвободить эту силу, и никто в этом мире не смог бы его коснуться.
«И всё же нельзя перебарщивать».
Он использовал Землю Ничто, чтобы стать сильнее. Обман системы не поспособствовал бы росту. Напротив, существовала вероятность, что чрезмерное злоупотребление силой Пустоты оскорбит саму концепцию и пустит прахом все его труды. Однако Дэмиен и не собирался проходить испытания острова с помощью Пустоты. Она была нужна ему лишь для того, чтобы сделать жизнь чуточку удобнее.
Иссиня-черная энергия окутала его тело. Одним движением она отделилась от него, принимая форму двойника, который был его точной копией. Облик самого Дэмиена изменился, пока он не стал выглядеть как совершенно другой человек. Поистине, безграничное удобство способности, ломающей реальность.
Его разум разделился, как это уже бывало в Небесном Мире. И у его клона была лишь одна способность: возможность использовать Несуществование.
«Отлично».
Дэмиен ухмыльнулся. Оставалось проверить лишь одно, и это было проще простого. Сам Дэмиен стёр расстояние и покинул Терру.
Почувствовав возмущение пространства, стражники за дверью ворвались в комнату, но увидели лишь мирно медитирующего Дэмиена.
Его глаза угрожающе блеснули.
— Я не в восторге от тех, кто не уважает моё личное пространство, но вы зашли как раз вовремя, так что я вас прощу. Ты и ты — нападайте вместе. Я вызываю вас на дуэль.
Клон поднялся и встал лицом к лицу с двумя охранниками.
— Господин, это не входит в наши обязанности. Мы здесь только для вашей защиты.
Идея им явно не понравилась. Однако Дэмиен не собирался так легко их отпускать.
— Может и так, но вам ведь тоже до чертиков надоело заниматься этой ерундой вместо собственных дел, верно? Ну же, смелее. Если победите, я попрошу сменить караул и выхлопочу вам оплачиваемый отпуск.
Всё остальное, сказанное Дэмиеном, их мало волновало. Охрана поднадоела им, но это была обычная работа. Но вот то, что последовало за этим…
Понятие «оплачиваемый отпуск» в этом мире попросту отсутствовало. Возможность не работать, но при этом получать жалование… Это было нечто невероятно заманчивое. А поскольку Дэмиен был тем, кто действительно мог пообещать такое и исполнить…
…они просто не могли упустить этот шанс!