И Данте, и Дэмиен демонстрировали мощь подвластного им Существования, но основное противостояние развернулось в ближнем бою.

В детских грезах Дэмиен вовсе не стремился превзойти отца или вызвать его скупую похвалу. Единственным его желанием было хотя бы разок хорошенько начистить тому физиономию. У Дэмиена еще будет уйма времени, чтобы научиться у Данте приемам против других обладателей эзотерических сил, но сейчас он просто хотел утолить эту жажду.

БУМ! БУМ! БУМ! БУМ! БУМ!

Они обменивались ударами в яростном темпе, который, тем не менее, казался им обоим размеренным. Они бросались друг на друга, сходились в клинче и разлетались в стороны, принимая на себя чудовищную инерцию противника. Оба выкладывались почти на полную, но без намерения убить ни один из них не мог нанести другому реального вреда.

Их тела эволюционировали до уровня, недоступного простым смертным. Если бы их мана не регулировала вес в пассивном режиме, каждый из них весил бы не меньше звезды. Казалось, эта битва в изолированном, недосягаемом для внешнего мира пространстве может длиться вечно.

Но это было не так.

БУМ! БУМ! БУМ!

Глаза Дэмиена расширились, когда он всмотрелся сквозь бушующие потоки энергии. Сила Данте действительно напоминала бездонное звездное небо. Его энергия была чисто пространственной по своей сути, но в ярости она мимикрировала под свойства множества других элементов. Постигнув тайну созидания собственной вселенной, он научился имитировать любые её факторы.

Даже для Дэмиена такая мощь была крепким орешком. Конечно, это не означало, что у Данте был шанс на победу, но если не прибегать к дешевым трюкам, злоупотребляя Существованием, быстро выиграть этот бой было невозможно.

Если целью Данте было доказать, что он вовсе не «размазня» по сравнению с сыном, то он более чем преуспел. Оскал на лице Дэмиена и чистый боевой дух, бурлящий в его жилах — подобное возбуждение в нём уже не так-то просто было пробудить.

То самое чувство гордости, которое Дэмиен испытал, когда впервые узнал правду о своем отце, нахлынуло вновь.

Данте Войд. Человек, некогда объединивший весь Небесный Мир. Человек, достигший порога Существования без чьей-либо помощи. Человек, заставивший самого Тёмного Бога насторожиться, почуяв угрозу раньше всех остальных. Чтобы стать отцом такого гения, как Дэмиен, нужно и самому быть выдающейся личностью.

Оба наслаждались моментом. Сражение превратилось в своеобразную выставку мастерства, где каждый старался выкинуть финт покруче просто забавы ради. По большому счету, этот бой был лишен практического смысла, но они сами наделили его значением. И с каждым новым ударом лед, разделявший отца и сына, не видевшихся больше сотни лет, давал трещину, пока не разлетелся вдребезги.

На их лицах сияли улыбки, а отсутствие ран на телах говорило само за себя. Они были не прочь провести так еще несколько часов, чтобы сполна прочувствовать азарт — нескольких минут им явно не хватило. К несчастью, их поединку не суждено было продлиться долго.

В их воображаемый мир вторгся гость.

В этом космосе существовал лишь один человек, способный без тени страха пройти сквозь объединенную мощь Данте и Дэмиена.

— И что это вы двое, по-вашему, делаете?

Голос прорезал пространство симулированной вселенной.

Данте и Дэмиен уже были готовы вновь столкнуться в клинче, но оба замерли на месте. Мана подсознательно утихла, и вся атакующая мощь, заполнявшая зал, развеялась в одно мгновение.

Они синхронно, словно заржавевшие роботы, повернули головы на голос.

Там стояла женщина и сверлила их испепеляющим взглядом. Между мужчинами, смирившимися со своей участью, пронеслись короткие ментальные сообщения:

«— Как она сюда попала?»

«— Не знаю, но нам конец».

— Прекратите шептаться в своих головах и живо спускайтесь сюда. Сейчас же.

— Да, мэм, — хором ответили они.

Оба одновременно приземлились на пол с виновато опущенными головами. Иллюзорное пространство окончательно растаяло, вернув их в семейную гостиную.

Перед ними, обладая силой каким-то образом воздействовать на само Существование (хотя она даже не подозревала, что им можно управлять), стояла Клэр Элловин — единственный человек в мире, способный заставить этих двоих замолчать за секунду.

— Я спрашиваю еще раз. Что вы тут устроили?

Отец и сын переглянулись, ведя безмолвный диалог глазами. Им срочно нужно было найти выход из ситуации. Клэр редко выходила из себя, скрывая эмоции за маской спокойствия, но если у неё появлялся весомый повод, она превращалась в настоящего монстра. Никто не хотел сталкиваться с разгневанной Клэр, но и желающих её успокаивать тоже не находилось.

«— Скажи что-нибудь ты!»

«— Нет, ты!»

…Именно так выглядела их «логичная» беседа взглядами, но в итоге Данте проиграл. Дэмиен нанес сокрушительный удар аргументом: «Ты её муж, это твоя обязанность», что и поставило крест на сопротивлении отца.

— Ну-у… — Данте неловко почесал затылок. — Мужские посиделки? Налаживаем связь между отцом и сыном?

— Налаживаете связь, значит? — Клэр перевела взгляд на Дэмиена. — И ты скажешь то же самое?

«Меня тоже припахали?!»

Дэмиен горько вздохнул, вынужденный разделить вину с отцом.

— Ну, мы просто такие, какие есть?..

Это был неверный ответ.

— Именно! В этом и проблема!

Клэр решительно шагнула вперед, схватила обоих за уши и потащила из комнаты.

— Почему вы вечно такие твердолобые? Сядьте за стол и поговорите как нормальные люди, идиоты!

Данте лишь криво улыбался, словно это было для него делом привычным. Дэмиен же был совершенно ошарашен. Он и раньше видел мать разгневанной, но она никогда не вела себя так. Прежде её голос всегда звучал как-то надломленно и печально, отчего он чувствовал себя виноватым вдвойне.

Её нынешняя манера отчитывать была полна жизни. Она была в ярости, бесспорно, но за этим гневом скрывалось подлинное счастье, позволявшее ей говорить так свободно — то, чего Дэмиен еще никогда не видел.

«Она счастлива».

Её муж наконец вернулся, и сын тоже дома. Дочь здорова и растет не по дням, а по часам. Её разбитая семья наконец воссоединилась.

Сейчас Клэр была счастливее, чем когда-либо в жизни, поэтому, даже ворча на Данте, она не могла скрыть улыбку.

Дэмиен тоже невольно улыбнулся.

«Да, вот ради чего всё это».

Лишь недавно его мать начала вот так улыбаться. Он сражался с Тёмным Богом не ради себя и не ради такой туманной цели, как спасение мира. Эта улыбка, радость на лицах отца, матери и всей семьи… только теперь они могли проявляться так искренне и открыто.

И Дэмиен готов был сделать всё возможное, чтобы защитить их.