— Чёрт.

Чем старше становился Дэмиен, тем реже он ругался, но в этот миг просто не смог сдержаться.

Настроение было испорчено.

Он видел всё, что случилось с Завистью, сквозь призму её бытия.

Он ощущал её эмоции, думал её мыслями. Он пережил её боль и страдания, и, честно говоря, даже его разум пошатнулся.

Дэмиену потребовалась минута, чтобы прийти в себя.

«Четверо Зол…»

Они не особо повлияли на его жизнь, но при первой встрече были его врагами.

И вот так вернуться…

Судьба? Мир пытался сказать ему, что люди могут меняться?

Дэмиен повидал в своей жизни много предателей и много тех, кто менялся к лучшему.

Но никто из них по-настоящему не отступал от своего внутреннего стержня.

Они всегда были такими, просто подавляли свою доброту, чтобы приспособиться к этому жестокому миру.

Четверо Зол, напротив, были рождены в жестокости и выросли, став её воплощением.

Однако эта травма действительно их изменила. К лучшему или к худшему — неизвестно. Надолго ли — неизвестно.

И всё же почему-то Дэмиену захотелось посмотреть, что будет, если он даст им этот шанс.

«Это путь, который я ещё не исследовал».

В этом мире осталось не так много вещей, которых он ещё не делал. Да, опыт и окружение менялись, но по своей сути все эти приключения были одинаковы.

Пути, которыми Дэмиен ещё не ходил, лежали не в мире приключений или законов.

Они лежали в мире эмоций, человеческих взаимоотношений.

«Интересно…»

Испытания этой горы наскучили Дэмиену. Он счёл их неважными и незначительными.

Но оказалось, что даже он мог извлечь из них пару уроков.

Его взгляд метнулся к видневшейся вдали пещере.

«Уверен, это дерево в восторге».

Он буквально чувствовал сияющую улыбку на его, так сказать, лице. Чувство, что окутывало его сейчас, совершенно отличалось от того, что он испытывал на протяжении всего остального пути.

«Отсюда не так уж далеко».

Последний отрезок пути он мог преодолеть за один раз.

И, возможно… он мог бы воспользоваться этим шансом и посмотреть, что произойдёт, если он исследует ещё несколько таких неизведанных путей.

***

Дэмиен и вправду кое-чему научился на этой горе.

Жизнь всё ещё могла его удивить.

Она могла показать ему больше, дать ему пережить больше. Неважно, насколько тусклой она порой казалась, неважно, насколько ему казалось, что он уже всё пережил и всё повидал, — всегда было что-то ещё.

Нужно было лишь быть открытым к этому.

Ментальная стойкость Дэмиена была непоколебима. Это было одним из его величайших преимуществ, но в то же время именно оно делало его жизнь пресной.

У него всегда были одни и те же мысли, поэтому он всегда совершал одни и те же действия.

По сути, Дэмиен был упрям донельзя, ибо его вера в себя была слишком сильна.

Когда он выходил за привычные рамки, когда пробовал то, чего не стал бы делать раньше, потому что ему казалось, будто он знает, что из этого выйдет, он получал новый, совершенно неожиданный опыт.

Потому что его ожидания всё ещё оставались в этих самых рамках.

Как бы то ни было, в итоге Дэмиен был даже немного благодарен дереву за то, что оно заставило его взойти на гору, но это не означало, что он позволит ему и дальше себя раздражать.

Он снова прибыл в пещеру менее чем через шесть месяцев после своего первого визита и уверенно вошёл внутрь, встретив потрясённый взгляд зверя-стража.

— Что, почему у тебя такое выражение?

— Ты… ты и вправду не дракон?

— Думаешь, дракон способен на то, что могу я?

— Ни в малейшей степени.

— Вот тебе и ответ.

Дэмиен улыбнулся. Сегодня он чувствовал себя гораздо более расслабленным, чем в прошлый раз.

— Итак, как я справился? Могу я наконец забрать то, за чем пришёл?

Его взгляд переместился на дерево, которое странно зашелестело листьями, поймав его взгляд.

— Что это за выражение?

— Это…

Зверь скорчил странную гримасу.

— Так или иначе, похоже, она тебя одобрила. Можешь забрать плод.

— Отлично.

Дэмиен подошёл к дереву — теперь этот путь был свободен, поскольку зверь-страж отошёл в сторону, — и потянулся к Плоду Гармонии.

Плод был холодным и бился в ритме, отчего походил на живое сердце.

Эту вещь возжелал бы каждый. Даже Малевалóн Стрея бросился бы за ней, знай он о её существовании.

— Кстати, — сказал он, срывая плод с ветки.

— Почему я? Не думаю, что я обладаю теми качествами, которые ты хотело видеть в том, кто заслужит этот плод.

Дэмиен обратился напрямую к дереву, а не к его стражу, отчего то удивлённо зашелестело листьями.

Дерево и вправду было разумным существом, но никто никогда о нём так не думал.

В конце концов, у них не было способа общаться.

Или так оно думало.

— Проблемы? Полагаю, ты моложе, чем я думал.

Тот, кто прожил столько же, сколько Аларик, мог говорить даже в своей свободной форме.

У этого дерева была божественная сила, но оно даже не знало, как пользоваться своим Божественным Гласом. Было немного забавно, что оно вело себя так высокомерно, будучи ещё ребёнком.

Как бы то ни было, Дэмиен положил руку на его ствол и влил в него немного своей маны, передавая часть воспоминаний, полученных от Аларика.

Они были практически бесполезны, но для древесного существа, всё ещё находившегося в фазе роста, опыт того, кто прожил целую вечность, был важнее всего на свете.

[А-а-ах…]

Медленно, но верно дерево обрело голос.

[Ты… добр.]

Оно говорило так, будто знало язык, потому что так оно и было.

Воспоминания Аларика содержали не только знания о том, как проецировать голос.

Дерево, возможно, и было молодым, но родилось с высоким статусом, поэтому смогло быстро усвоить эту информацию и с той же скоростью показать результат.

И первыми словами, что оно произнесло, обретя голос… были слова, обращённые к Дэмиену.

— Добр?

Он не думал, что в мире найдётся много людей, которые могли бы сказать то же самое, но оценил этот жест.

[Ты думаешь, это ложь.]

Дерево читало его эмоции как открытую книгу.

[Это не ложь.] — настаивало оно, и в его словах послышался оттенок эмоций.

[Твоя душа измучена…]

[…но ты — герой.]

Дэмиен нахмурился.

Не потому, что злился, а скорее…

Что ж, он понимал, что дерево пыталось сказать.

Он лишь не знал, как оно всё это поняло.

Дэмиен ненавидел героев.

Он вырос, наблюдая за ними и читая о них. В земных медиа он видел их повсюду, даже до Пробуждения Мира, когда герои начали появляться среди населения.

Для него герои были жалкими. Делать так много и ничего не получать взамен, рисковать собой ради людей, которые платили им ненавистью… всякий раз, когда Дэмиен видел героев, он задавался вопросом, как им удавалось не поубивать всех и не сдаться.

Но в этом-то и была суть, не так ли?

Разве он не делал то же самое?

Разве он не рисковал всем, чтобы спасти Великую Небесную Грань, и даже не спас всех её жителей, когда она рухнула?

Разве он не рисковал своей жизнью, чтобы спасти людей из Дворца Пустоты и даже людей из Юго-Западного Региона, которых он спас от Божественного Порядка?

Чёрт, он даже отдал особый приказ спасти детей, подвергшихся насилию со стороны клана Стрея, и предложить им лучшую жизнь.

Дэмиен ненавидел героев.

Но когда доходило до дела, он не мог не пытаться им стать.

Потому что никто другой не мог. Лишь он один.

Его личные причины для героизма не имели значения, как и его чувства по этому поводу.

Для жителей всех миров он был героем.

И именно это видело в нём дерево.

[Причина, по которой ты был избран… в том, что ты пришёл не ради себя. Даже сейчас ты ведёшь себя как герой. Вот почему ты заслуживаешь мой плод.]

Казалось, дерево хотело, чтобы он что-то понял, но он не знал, что именно.

И всё же он со смятенным выражением лица принял его слова и отвернулся.

Отбросив мысли, от которых плавился мозг, он вспомнил, что ему нужно было услышать кое-что ещё от обитателей этой пещеры.

Точнее, от зверя-стража.

Во время своего первого визита тот рассказал ему о связи, о которой он и не подозревал.

Пришло время выяснить, что за дар оставил ему Лазурный Дракон.