БУМ! БУМ! БУМ!

Власть Смерти Тиамат была столь же могущественна в Небесном Мире, как и в низшей вселенной.

Наряду с Ирис, Тиамат была одной из сильнейших в Рубеже Великих Небес. Пусть они и попали в мир, где были существа и посильнее, это ничуть не умаляло тех лет, что они посвятили тренировкам и самосовершенствованию.

Они уже были Полубогами высокого ранга. Они оставались на этом уровне тысячи лет, не в силах продвинуться дальше, поскольку почти достигли потолка своего нынешнего уровня силы.

Тиамат была одной из сильнейших даже в Небесном Мире. Возможно, она и не обладала властью уровня Бога, но ниже? Ей практически не было равных.

Из-за её вмешательства вражеский авангард полностью рухнул.

Пехотинцы были стойкими. У них было не так много силы, но их тела выдерживали удары как ничьи другие.

В нападении от них было мало пользы, но их использовали иначе. С началом битвы они становились живыми щитами, что охотно бросались под удары, предназначенные для их союзников.

Союзники также подхватывали их и использовали как щиты, а после швыряли, словно тупое оружие.

Они походили на фрикадельки размером с человека. Несмотря на отсутствие собственной силы, их вес, используемый другими в качестве оружия, становился весьма опасен.

Разумеется, их стойкость имела предел, но это не было проблемой Тиамат.

Она находилась на самом переднем крае битвы. Первым делом, увидев, как пехотинцев используют для поглощения урона, она раскинула по земле паутину своей маны и применила свои умения.

Из земли вырвались костяные руки и схватили всех пехотинцев, до каких смогли дотянуться. Одних удушили и убили прямо в земле, других оттеснили к силам на периферии, которым было поручено с ними разобраться.

Пока она управляла паутиной, пехотинцы были бессильны и фактически бесполезны.

Естественно, так искусно управляя своей маной, Тиамат оставалась без защиты, но нынешняя битва не была поединком.

Если и было что-то, чему Тиамат старалась научиться больше всего, так это сотрудничеству.

Она доверяла Дэмиену и доверяла Ирис. Людей, которым она доверяла, было немного, но, поскольку все, с кем она работала, были связаны с ними, им она делала некую поблажку.

У неё никогда не было надёжной семьи, которой она могла бы доверить свою спину. Сочтя, что эта семья может стать таковой, она без колебаний училась новому.

Конечно, общительнее она не стала. Её характер не так-то просто было изменить. Однако, когда дело доходило до боя, она была абсолютно уверена в команде, которую тренировала и с которой училась работать последние сто лет.

Заметив, что пехотинцам мешают, Дозорные тут же открыли огонь по Тиамат.

Однако перед Тиамат появились две тени и заблокировали все летевшие в неё удары.

БАХ! БАХ! БАХ!

Две женщины, защитившие Тиамат, убрали мечи и ринулись вперёд, расчищая путь.

Им не нужно было беспокоиться о Титанах или Демонах Меча, поскольку Доминик и Дарий повели свои отряды разбираться с гигантскими чудовищами и клинковыми тварями, но была ещё одна сила, о которой они, казалось, забыли.

Из тени самой Тиамат восстало чёрное существо с ножом, нацеленным ей в горло.

ВЖИК!

Свист клинка рассёк воздух. Он приблизился, оказавшись всего в нескольких сантиметрах от горла Тиамат.

И всё же удар так и не достиг цели.

Из шеи Тени хлынула чёрная кровь, ударилась о барьер из маны, который Тиамат всегда поддерживала вокруг себя, и стекла на землю.

Наконечник копья торчал из горла Тени лишь секунду, прежде чем его безжалостно выдернули, оставив существо умирать.

В отряде Тиамат было три воительницы, а не две.

Этих трёх женщин отобрал лично Дэмиен, а точнее, его Аватар, когда они ещё были в Святилище.

Их судьбы были схожи с судьбой Тиамат, хоть и в меньшей степени, да и характеры у них были подходящие.

Эти люди должны были поддерживать Тиамат, стать её руками и ногами, так что, естественно, Дэмиен выбрал лучших из лучших.

За годы совместных тренировок эти четыре женщины узнали друг друга лучше, чем самих себя, поэтому, оказавшись на поле боя, они двигались в настолько слаженном боевом порядке, что ни одна атака не могла пробить их заслон и помешать им.

Авангард Чужеземных Рас был им не ровня. А если учесть и другие силы, что поддерживали каждое их движение, то боевая обстановка стала почти волшебным образом благоприятной.

Подчинённые силы уже через несколько минут боя остались не у дел.

С той скоростью, с какой отряды Тиамат, Доминика и Дария прорывались сквозь врагов, им не оставалось ничего, кроме как добивать нескольких заблудших пехотинцев на окраинах битвы.

БУМ!

Раздался ещё один взрыв.

Огромная голова, не менее полутора метров в длину, взлетела в воздух и рухнула на землю возле палаток, разбитых для исследований.

По сравнению с полем боя Тиамат, то, где сражались Доминик и Дарий, было куда более жестоким.

Повсюду летали головы. На земле громоздились горы вражеской крови и внутренностей, и, словно этого было мало, в воздухе разносился смрад горящих трупов.

С тех пор как Дарий открыл своё Божественное Пламя Солнца и Луны и научился им как следует владеть, он стал чудовищем, какого Дворец Пустоты ещё не видел.

Даже сейчас то, как он дирижировал руками в воздухе и использовал яростное пламя солнца для испепеления огромных существ, что были намного больше него, было демонически прекрасным.

Доминику пришлось немало потрудиться, чтобы с ним соперничать. Он никогда не думал, что настанет день, когда техники пространства и времени его семьи покажутся ему блёклыми, но они меркли в сравнении со способностями, что демонстрировал Дарий.

Поэтому ему не оставалось ничего, кроме как совершенствоваться.

Он взялся за эти техники пространства и времени и по-настоящему в них углубился; он искал их суть.

Он был ещё далеко не в конце этого пути, но, едва ступив на него, понял, что пространство и время — нечто гораздо большее, чем он когда-либо думал.

Он смотрел на них свысока, потому что все вокруг могли их использовать.

Но тех, кто мог раскрыть весь их потенциал, было немного.

Он намеревался стать одним из них.

Когда он держал меч в руке, реальность вокруг клинка искажалась.

Пространство и время подчинялись его воле, и он мог их рассекать.

Каждый раз, когда он опускал меч, десятки Демонов Меча разом раскалывались надвое.

Это было похоже на технику, которой Дэмиен обучил Мясника, но исполненную на гораздо более высоком уровне.

Братья были идеальным сочетанием.

Доминик обладал скоростью и высочайшей точностью. Дарий же — огромной областью поражения и мощью на расстоянии.

Когда они вместе вступали в бой, их отряду оставались лишь крохи.

Тем не менее они всё равно выполняли свою работу.

Мастерство их командиров воодушевляло их. Они были словно варвары, что действовали, повинуясь лишь эмоциям, и проявляли на поле боя всю свою доблесть.

Дворец Пустоты.

Это был Дворец Пустоты.

Те, кто думал, что их родная секта приходит в упадок, те, кто беспокоился о будущем Южного Региона, — наблюдая за этой сценой, они почувствовали это в своих сердцах.

Это был не тот Дворец Пустоты, что они знали.

Это была куда более сильная версия его прошлого «я».

Это было величайшим утешением, какое они только могли получить.

И пока люди Дэмиена завоёвывали эти чувства, его самого и след простыл.

Чтобы узнать, куда он делся, нужно было отмотать время всего на несколько минут назад.