Колебания обратного портала сочетали в себе аспекты пространства и времени, что сплетались довольно интересным образом. Поскольку он был творением самой вселенной, а не умением практика, он был куда сложнее и в то же время глубже укоренён в природе, чем всё, что могло создать живое существо.

Вот почему Дэмиен не почувствовал ничего странного, шагнув в него.

Как обычно, пространство и время исказились вокруг него. Благодаря своему уникальному восприятию мастера Пространства-Времени он ощущал коридор, что его переносил, а также других, кого переносили вместе с ним.

Лёгкий космический ветерок коснулся лица Дэмиена. Он огляделся, увидел различные пространственные явления, что происходили за пределами коридора, и восхитился ими.

Этим зрелищем он мог любоваться вечно.

Это была истинная мощь пространства и времени, которую существа, обитающие в них, никогда не смогли бы воспроизвести.

Он спокойно наблюдал за окружением и чувствовал, как жизненные ауры тех, кто был рядом, одна за другой исчезали, достигая конечного пункта назначения.

Остались лишь он, Айрис и Тиамат, но это было странно.

Они должны были двигаться с постоянной скоростью.

Так…

Почему они ускорились и оказались впереди?

Почему он сам начал замедляться?

«Почему это занимает так много времени?»

Да, из-за своих способностей он воспринимал путешествие в реальном времени, но это не означало, что само путешествие должно было затянуться.

Понятие скорости в коридоре должно было быть постоянным.

Те, кто вошёл вместе, должны были выйти вместе, а разрыв между временем выхода тех, кто вошёл первым, и тех, кто вошёл последним, должен был соответствовать времени их входа.

Однако сейчас всё было явно не так.

«Это…»

Стоило Дэмиену попытаться найти этому явлению разумное объяснение, как всё затихло.

Пространственно-временные явления вокруг коридора исчезли, а затем и сам коридор ускользнул от его восприятия.

Нет, вернее будет сказать, что его восприятие было полностью отрезано.

…

Он попытался заговорить, но с его губ не сорвалось ни звука.

Любое подобие пространственно-временного коридора, Древнего Поля Битвы или даже Пространства Великих Небес исчезло из его окружения.

Осталась лишь знакомая чернота.

«Где я?» — задался он вопросом.

Он никак не ожидал, что что-то пойдёт не так в такой момент, но и паниковать не стал.

Он знал, что его нынешнее состояние не могло быть делом рук врагов, поскольку врагов, достаточно сильных для подобного, больше не осталось.

«Так, надо подумать».

Дэмиен успокоил свой разум.

Он уже привык к подобной черноте, а поскольку Айрис и Тиамат не было рядом, это означало, что дело не в портале.

«Они, должно быть, благополучно прибыли в Пространство Великих Небес, как и остальные. Почему отделили только меня?»

Он попытался пошевелиться и обнаружил, что действительно может это сделать.

Его не отделили от сознания, и он не был в состоянии, когда полностью оторван от реальности.

Он осторожно побрёл сквозь тьму.

«Я чувствую, что двигаюсь, но в то же время кажется, будто я всё это время стою на месте. Это чувство…»

Дэмиен нахмурился, когда в его памяти всплыло воспоминание.

«Да, именно так всё и было тогда. Единственное отличие в том, что на этот раз я сохранил самосознание».

Это было в Реке Пространства-Времени, когда его едва не поглотили целиком понятия, которыми он ещё не был достаточно силён, чтобы управлять.

«Если всё так, то разве здесь не должно быть чего-то ещё?»

Дэмиен быстро приспособился к обстоятельствам и начал искать выход.

Сейчас он был не в настроении для новых испытаний.

Но, как ни странно, он не чувствовал себя в ловушке.

Нет, в этом окружении он чувствовал себя скорее как дома.

«Единственное, что я могу, — это искать, пока что-нибудь не найду».

Даже бродя так по кругу, он не мог точно сказать, откуда взялось это чувство знакомости.

Он попытался распространить своё сознание, но вскоре обнаружил, что лишён этой способности.

«Моя сила подавлена?»

Он поднял руку и попытался проявить Божественную Энергию, но и это не сработало.

«Тогда…»

Вместо этого он использовал свою энергию в её изначальном состоянии.

«Как и ожидалось».

Так называемая Энергия Пустоты, способная превращаться во что угодно, использовалась без проблем.

У него появилось смутное предположение о том, что происходит.

Эта тьма отличалась от прочих.

Она блокировала способности, связанные с поиском её сущности, и способности, связанные с реальностью. Всё остальное — всё, что было связано с Пустотой, и даже Закон Существования, — всё ещё было доступно.

«Я…»

Дэмиен прекратил движение и по-настоящему погрузился в окружение.

Он перестал думать, перестал действовать и просто стал с ним единым целым.

Он позволил всему покинуть его, кроме его личности как Дэмиена Войда.

И именно тогда она появилась.

Картина.

Прекрасная многослойная картина, которую невозможно было описать словами и которая существовала как минимум в десятимерном пространстве.

Правильно ли вообще было называть это картиной? Она была настолько огромной, что размер терял всякий смысл, и Дэмиен казался на её фоне муравьём по сравнению со вселенной.

Она постоянно менялась, и её содержание было трудно различить. Неискушённому зрителю она показалась бы хаотичной мешаниной мазков, сделанных кем-то без всякого умысла или цели.

Природа этой картины, её существование в десятимерном пространстве, скорее всего, сокрушила бы разум любого, кто попытался бы понять её содержание.

Естественно, Дэмиен был исключением.

Он смотрел на неё, и вместо смятения чувствовал, как его разум проясняется.

В его глазах отдельные мазки кисти оживали, каждый проявлялся в виде неповторимой сцены на холсте черноты.

Сосредоточившись на одном мазке, он видел многое.

Один мазок мог быть жизнью человека от рождения до смерти, наполненной испытаниями и невзгодами, а также драгоценными моментами счастья.

Однако, взглянув на соседний мазок, он обнаруживал, что тот разворачивался в сложно устроенный закон, в неземную силу, не имеющую материального проявления в реальности.

Каждый мазок имел свой собственный смысл. Хотя на первый взгляд они казались одинаковыми, при расшифровке можно было обнаружить истинное многообразие сцен и понятий, которые не должны были существовать на одном холсте, не вступая в противоречие друг с другом.

Как они могли быть равны, если по своей сути таковыми не являлись?

Или…

«В глазах художника они все равны?»

Расколотое восприятие Дэмиена начало приходить в норму.

Он начал понимать природу этой картины и, как следствие, сущность этого пространства.

Это и стало толчком.

«Картина» развернулась.

Внутри сферы, не имевшей ни конца, ни начала, содержалась та самая «картина».

А снаружи, в черноте, стоял Дэмиен.

«Эта картина…»

Его глаза сузились.

«…и есть реальность».

Ху-у…

Он глубоко вздохнул.

Это был первый звук, который он услышал с тех пор, как попал сюда.

«А это значит…»

Его сердце бешено заколотилось.

Его мысли метались, полные и восторга, и толики страха.

«Это место…»

Он понял, где находится.

Он знал, почему чернота казалась знакомой.

И по мере того, как он это понимал, всё его существо менялось.

«Это место — Пустота».