Вхожу в квартиру, внутри картина маслом – стоят пятеро в скрытности, с оружием наготове, в темноту вглядываются. Им плохо – после костра глаза к темноте долго привыкают, а вот мне… Ну, истинное зрение дает преимущество не только в раскрытии инвиза.

Бля, и на что они надеются? У меня же невидимость есть.

Не смотря на все мои смехуечки и похахулечки, страшно мне было пиздец как. Сами попробуйте как-нибудь подраться с толпой слепых, разумом то я понимаю, что бояться мне особо не чего, но вот сердце сейчас уже встанет.

Шагаю в тень, выхожу позади самого крупного из мужиков. По всей комнате разносится калильный звон. Блять, у него там чугунная пластина что ли? Парень справа и полноватая девчонка слева делают удивительно синхронное движение на звук и отправляют бедного железоголового в короткий полет. С хрустом упав на пол он застонал и попытался подняться, но ноги у него разъехались и тело оказалось на полу.

Всю ту секунду, что продолжалось это эпичное зрелище, все мы затаив дыхание смотрели на него. Я с интересом, двое со страхом, трое с удивлением. Степаныч, который забился в угол и то ли подвывает, то ли молится, и вообще не смотрит.

Ну, время деньги. А в моем случае жизнь. И опыт. А еще безопасность. Размашистым ударом выбиваю искры из глаз у девушки и стоящего рядом с ней парня. Оставшиеся трое явно смекнули, что я один и сейчас тут, а не в проходе кинулись на перегонки туда. Плохо что на перегонки. Плохо, потому что столкнулись друг с другом и запутавшись упали с криками и матами.

Все хорошо. Вроде бы и заебись, но вот Медведь уже начал шевелиться. Поэтому, я просто подошел к нему и пережал сонную артерию. Как только тело обмякло, начал думать, что мне с ними делать.

Додумался до того, что связал у всех руки за спиной их же одеждой. Благо, сейчас прохладно и все ходят с длинными рукавами. Что бы не убежали, снял с каждого ремень и связал чуть ниже колена. У кого ремня не было, просто стянул штаны и завязал штанинами. Степаныч молодец, не кричит, не дергается, привык видимо к силовому методу решения проблем. Стащил всех в одну кучу и уселся около офисного планктона.

– Ну привет, Степаныч. Хочешь, поговорить?

Мотает головой и с надеждой поглядывает куда-то за спину. А. Ясно. Медведь вновь зашевелился. Да чего ты такой живучий-то? Пришлось вставать и вновь пережимать артерию. Че он такой живучий-то?

Вернулся к единственному пленнику в сознании. Серьезно? Ревешь? Ну какого хера, а? Ты же взрослый мужик, веди себя как мужик, а не как не мужик. Ладно. Хер с тобой, слезы тебе вытирать не буду, иди на хуй.

– Ладно, давай тогда так. Если ты не хочешь говорить и мои действия тебя не особо беспокоят, то я покажу тебе свой настоящий профиль.

Отменяю изменения в оном и жду, пока этот недоучка кинет в меня опознание. Дождался. Мужичек побледнел и чуть в обморок не свалился. Зато, после двух пощечин его было не заткнуть. Он рассказал и про себя и про то, какой огромный у него список достижений и, про то, что Медведь глава группы, у него в подчинении заместители, а все остальные рядовые, про то, что у него жена и дочь и ему надо к ним, на Синюшку, за двадцать километров от сюда…

Словесный понос Степаныча перывался только моими периодическими походами к валявшимся в отрубе людям и заиканиями самого рассказчика. Жаль только, что полезной информации шишь да нихуя. Все что он мне говорит, я знаю и так.

– …а Медведь, ээээ, и тебя заместителем сделать сможет и главу группы тебе отдать, если отпустишь, ээээ, нас, он ценит силу…

– На кой хер мне эта глава группы? Что бы остаться и вы меня потом прирезали? Очень смешно.

– Нет, ты, ээээ, что, глава группы — это не, ээээ, абстракция, а звание внутри, ээээ, системы! Оно…

– Так, подожди. Я что-то не понял. Как это звание внутри системы? Типо главу можно передать? И я буду знать, где вы все находитесь, видеть ваши профили? А еще плюшки есть?

– Конечно! Глава, ээээ, группы получает некоторый процент, ээээ, опыта, который получает каждый член группы. Мы как бы жертвуем, ээээ, Медведю опыт, чтобы он нас защищал.

О как. То есть мой волк не такая уж и имба? Мне в общем-то плевать на опыт, все равно, мой навык сильнее, но вот возможность отследить разведотряд, который, как ни странно, ушел на разведку мне бы пригодилась. Из группы можно выйти и перед непосредственной встречей, ибо найти их в таком случае будет плевым делом. Дело за малым – выпытать у Медведя главенство в группе и устроить небольшой маскарад.

– Степаныч, а можешь рассказать, как получить опознание. Такой подарок мне будет твоим первым взносом в поход на Синюшку и плата за твою охрану.

– Конечно, конечно, это довольно, ээээ, просто – тебе нужно либо перепутать, искренне, ээээ, разумеется, зомби с человеком…

– Давай сразу, есть быстрые и надежные способы?

– Да, ээээ… Но, ээээ… Я, ээээ… – Мужичек кинул взгляд на Медведя и по-детски закусил губу, после чего выпалил. – Я могу создать, ээээ, книгу с тем навыком, который знаю!

О как. Опять окак. Это окак, видимо еще долго меня преследовать будет. И сколько же всего я еще ен знаю о системе? Я с потяжелевшим взгляд посмотрел прямо в глаза Степанычу.

– И какого хера ты мне раньше об этом не сказал, совесть замучила, жить надоело, семью свою увидеть не хочешь?!

– Нет, нет, ээээ, что вы, просто Медведь мне запретил…

– Ах вот оно что! Медведь ему запретил! Где он, а где я? Я теперь твой хозяин, а не Медведь, понял?!

– Да, понял, конечно, ээээ, господин, понял, вас господин.

Блять, теперь я господин. И недели с конца света не прошло, а уже господин. Ладно, хуй с ним.

– Действуй, блять, что тебе нужно, чтобы навык передать?

– Сто, ээээ, опыта в запасе и любая книга…

– Ну, книг тут полно, а что у тебя с опытом? И что значит в запасе?

– Мой личный навык, ээээ, библиарий позволяет мне сохранять опыт про запас, чтобы потом использовать его на благо, ээээ, группы.

– И сколько у тебя опыта в… запасе?

– Сто тридцать, ээээ, восемь.

– Нихуя. Откуда столько?

– Так это, я всех, ээээ, провинившихся лично убивал. Работа, ээээ, такая. Только новенькие получали свое, ээээ, убийство.

– А уровень у тебя какой?

– Первый. Мне не давали особо, ээээ, развиваться.

– Так, блять, все, чет я с тобой долго треплюсь, держи книгу – Я взял со стола одну из немногих, что мы не спустили в огонь. – колдуй.