Живя и работая писательницей, Мэг даже представить не могла, что попадёт внутрь собственного романа, а не абы какого, а именно того, которого её вынудили написать знакомые! Книженция с добросердечной, миролюбивой и глупой главной героиней, которая бед не видывала и помогала всем и вся. И ладно если бы Мэг оказалась в теле какой-нибудь второстепенной, а лучше даже массовочной героини. Но нет! Она оказалась в теле именно главной героини обратного гарема, которую любят и лелеют множество мужских персонажей.

Мэг со своей вспыльчивой натурой, ни в какие рамки не вписывалась в образ этой героини. Единственное, что у них общее, так это миловидная внешность из-за которой Мэг казалась добродушной персоной. Но каким бы ни было первое впечатление у людей, оно разбивалось вдребезги после первого разговора с ней. Но несмотря на её характер, писательницей она была хорошей, некоторые книги даже становились бестселлерами. Но, увы, не эта книга. Читатели привыкшие читать про умных главных героях с романтикой уходящей до минимума, которые были в других её книгах, негодовали. Хоть у этого романа и были фанаты, но основной аудитории, которую она приобрела за все годы её писательской работы, совершенно не понравилась данная книга. Ну конечно! Ей самой не шибко нравилась эта работа, но из-за того, что её упросили знакомые, а главное, её лучшая подруга, то ей пришлось написать сие произведение.

Мэг всегда было сложно отказать ей, они дружили с самого детства и были словно сёстры, да и она одна из немногих, кто мог терпеть темперамент Мэг. Но вот теперь, когда попала в собственную книгу, Мэг не могла не думать о том, как там её подруга.

Попав в другой мир, Мэг открыла глаза и увидела незнакомый потолок. Поначалу девушка не понимала, что происходит, поэтому встала с кровати, но не удержалась и споткнулась о свои же ноги. Она почувствовала озноб и жар, оглядевшись заметила рядом таз с водой и упавшую с её лба тряпку. Однако состояние девушки не помешало её желанию рассмотреть данную комнату.

Шатаясь, девушка убедилась, что никогда не бывала в такой изящной спальне. Пройдя мимо зеркала, она краем глаза заметила кое-что крайне странное. Резко повернувшись к зеркалу и увидев в отражении не себя, Мэг удивлённо вскрикнула. О боги! В отражении она увидела весьма знакомый образ. Длинные, шёлковые волосы, нежного розового оттенка, пухлые малиновые губы, блестящие глаза цвета серебра, пышные ресницы, а также стройная фигура. Но главный фактор, по которому Мэг узнала эту героиню — это три родинки на лице. Одна красовалась под правым глазом, а две другие, словно столбик одна над другой, под левым глазом. Это же главная героиня её нежеланной книги — Талия. В голове девушки закралось подозрение, как она здесь оказалась? Может быть это сон? Если так, то очень реалистичный сон. Мэг напрягла мозги, пытаясь вспомнить последнее, что с ней произошло. Точно! Она после прогулки с Эбигейл, той самой подругой, поехала домой на такси и… а что дальше? Всё остальное будто в тумане, Мэг не могла вспомнить уснула ли она в машине. А вдруг что-то другое произошло? Мэг тут же отмахнула негативные мысли.

Переходя к делам насущным, нужно выяснить в какой период книги она попала. Момент, когда главная героиня простудилась. Первое, что пришло в голову Мэг, так это последнее событие, которое она написала в первом томе. Потом она вспомнила ещё пару эпизодов. Однако продолжить размышление ей не дали, Мэг услышала приближающиеся шаги. Девушка тут же помчалась к кровати и, успев одним движением левой руки забросить тряпку в таз, запрыгнула на кровать под одеяло. Как Мэг знает, у главной героини очень любящая семья, которая души в ней не чает и защищает от всех невзгод. Так что было совершенно неудивительно, когда после того, как горничная увидела, что та проснулась к ней тут же примчит вся семья, папа, мама, старший и младший братья.

— Доченька, ты проснулась! — Сказала радостно мать.

— Хвала небесам, ты очнулась, — произнёс отец.

— Ты так напугала нас, когда свалилась в пруд, — сказал старший брат, то ли с упрёком, то ли с заботой.

И только младший брат молча стоял, с таким взглядом, будто был заворожён чем-то.

«Что-то здесь не так, — подумала Мэг. — А где фраза «сестрица наконец-то проснулась!»? Почему он молчит?»

То, что это действительно сцена в конце первого тома, Мэг поняла. А вот почему младший брат героини не сказал прописанную фразу, она не могла понять.

Мэг посмотрела на младшего, ожидая, когда он что-то скажет. Мальчик кажется понял, почему на него смотрят и сказал:

— Талия, ты как?

Талия?! Не сестрица?! Что-то не так вдвойне. Мэг точно помнила, что прописывала в этого персонажа привычку называть сестру «сестрицей», ровно так же, как старшему брату называть её «сестрёнкой». Даже если в этом сне, события идут не по сюжету, но обращение к сестре должно быть таким же!

Откашлявшись, Мэг решила притвориться потерявшей память:

— А вы кто?

Мэг совершенно не хотела притворяться Талией. А что лучше, как не амнезия, подходит для оправдания другого поведения человека?

Все шокировались этому заявлению, кроме младшего брата. На его лице было выражение, словно он знал, что у Талии не должно быть амнезии и был более спокоен, нежели остальные. Мэг ещё больше заподозрила неладное. Что не так с этим ребёнком в этом сне?

— Сестрёнка, это же мы, твоя семья, — произнёс старший брат указывая на себя и остальных. Все остальные закивали подтверждая.

— Я вас не знаю. И смысл говорить «это же мы»? Семья? Но я вас не знаю. Назовите свои имена, — сказала в привычной для себя манере, Мэг. Слова звучали в каком-то смысле насмешливо.

— Я твоя мама — Мадлен, — представилась мать.

— Я твой папа — Бенедикт, — представился отец.

— Я твой старший брат — Энтони, — представился старший.

— Я… твой младший… брат — Николас, — слегка неуверенно произнёс младший.

Что с ним не так? Каждое его действие и слова подозрительны. Мэг вздохнула и решила не обращать внимания.

— Буду называть вас Тони и Нико, — сказала девушка, назвав сокращение, которые всегда к ним применяла. — А вас Мадлен и Бенедикт, — они не её настоящие родители, поэтому ей будет тяжело называть их «мама» и «папа».

— Называй меня мамой/папой, — сказали в унисон оба родителя.

От всего этого у неё разболелась голова… Разболелась? Сон слишком реалистичен и ей это не нравилось.

Остальные увидели, что у неё заболела голова и перестали уговаривать, вместо этого они позвали врача.

***

Мэг лежала в постели, пока её не потревожил приход Николаса. Девушка притворилась спящей и следила, что он будет делать.

И как оказалось, не зря.

Мальчик, словно не боясь, что сестра проснётся начал говорить вслух. Хоть он и говорил тихо, но всё же Мэг хорошо его слышала.

— Разве Талия теряла память? В романе не было такого…

Что? Что за поворот такой? Кажется сон решил сделать из её романа сюжет с попаданцем. Хотя и её в каком-то смысле тоже можно было назвать попаданкой.

— В романе такого не было, — ответила она ему, не открывая глаз.

— Ты не спишь? — Вопросил он. Затем осознал, что она сказала, — подожди. Ты тоже знаешь про роман?

Мэг наконец открыла глаза и посмотрела на него. Она кивнула, а он кажется воодушевился.

— Значит ты тоже умерла?

Умерла? В смысле умерла? Мэг не ожидала такой новости. Хоть у неё и закрадывалась такая мысль, но она активно её избегала. Раз уж всё действительно так, то что там с родными и её подругой? Неужели в такси что-то случилось?

— Я если честно, ничего не помню, — призналась она.

— Тоже всё как в тумане? Скоро пройдёт, у меня так же было, — ответил он с улыбкой, будто они сейчас вовсе не о смерти говорят.

Мэг кивнула.

— А ты парень или девушка? — спросил Николас.

— Что за вопросы такие?! Конечно же девушка! — Вспылила она.

— Я тоже…

Что?.. Что? Что? Что? Тоже? Мэг, точнее теперь нужно говорить Талия, весьма удивилась. То есть девушка попала в тело мужского персонажа? Талия рассмеялась от души. Николас пытался успокоить её.

— Ну хватит смеяться, — обидчиво он(она) произнёс.

— Тебе крайне не повезло, ха-ха-ха, — продолжала она смеяться.

Из-за столь сильного смеха, Талия начала кашлять. Она поднялась на кровати и пыталась откашляться, а Николас злорадно ухмыльнулся говоря взглядом: «воздалось тебе за насмешку». Талия же уставилась в его(её) лицо с некой угрозой и раздражением. По её выражению можно было убедиться, что ей над другими дозволено смеяться, но в обратную сторону это не действовало.

Вернув спокойное дыхание, девушка уселась поудобнее и обратила взор на Николаса, что стоял справа от неё.

— Так значит ты тоже читала роман? — Задала она вопрос в высокомерном тоне. Создавалось впечатление словно она обиделась из-за того, что Николас едва не усмехнулся над ней. Хотя не столь давно она сама надрывала живот смехом.

— Да! От корки до корки. Полностью весь первый том. — Потом Николас добавил, — жаль конечно, что я не узнаю что было дальше, — с толикой грусти он(она) произнёс. — Это узнают только в том мире.

«Даже в том мире не узнают», — чуть не вырвалось у Талии.

Она прекрасно знала, что читатели больше не увидят продолжения и история с одним-единственным томом останется незавершённым. Ну а что ещё сказать, если сам автор романа находится здесь — в самой книге. Но самой Талии не особо хотелось распространяться о её личности, поэтому твёрдо решила изображать обычную читательницу.

— Тогда ты должна помнить какой эпизод сейчас в книге, — она сделала паузу и Николас закивал. — Этот эпизод располагается в самом конце тома, а значит, что в Талию уже все повлюблялись, — сказала та с досадой на последнем слове.

Том закончился на моменте, как Талия по неосторожности провалилась в пруд, а её отважно выловил один из любовных интересов. После, спустя пару дней героиня очнулась, к ней прибежала семья и поинтересовалась о её самочувствии. Когда девушка более менее поправилась, к ней пришёл проведать этот любовный интерес. Но на этом всё. Это конец тома.

И почему же им посчастливилось попасть в конец? Неужели нельзя было отправить их в начало, чтобы у них было преимущество в информации? Талия хотя бы смогла сделать так, чтобы эти мужчины не влюбились в неё или вообще не познакомились.

После ещё короткой беседы, Николас покинул покои Талии и она осталась наедине с собой. Тут внезапно в голове вспыхнули множество сцен, туман рассеялся.

Эбигейл и Мэг попрощались и последняя села в машину на переднее сиденье. Девушка пристегнулась и посмотрела в зеркало. В зеркале она увидела миловидную девушку с волнистыми, длиной выше плеч, волосами цвета сладкого винограда, тёмными глазами, румяными щеками и тонкими, розовыми губами. Она улыбнулась самой себе и повернулась в сторону окна, чтобы наблюдать за постоянно меняющимся пейзажами улиц. Но в какой-то момент, когда Мэг обратила свой взгляд вперёд, на дороге в её такси мчал грузовик.

От обилия сцен промелькнувших перед Талией, ей сделалось трудно дышать. Грудь словно сжали и не хотели отпускать, как бы она не умоляла. Ей потребовалось время, чтобы отдышаться, и когда она успокоилась — поверила, что действительно умерла.

Три дня спустя. За это время Талия несколько раз пожалела, что не добавила в книгу какое-нибудь магическое устройство похожее на телефон в её мире, поэтому умирала со скуки.

Талия поправилась, а потому, скоро должен был прийти любовный интерес, чтобы проведать. На самом деле девушке было весьма любопытно, как выглядит её творение. Она и её новоиспечённая подруга, в теле Николаса, за это время успели обсудить любовных интересов и как они их представляют.

В этот момент Талия читала книгу, как к ней прибежал Николас и прокричал, что Дастин прибыл. Подавив предвкушение, Талия отложила книгу в сторону. Скоро придёт один из ею прописанных персонажей — Дастин. Тот, что спас Талию из пруда и отвёз в отчий дом.

Талия, как и все пять любовных интересов, живёт в общежитие академии. А из-за инцидента с прудом, она отлёживалась в родном доме и лечилась. Скоро Талии предстоит вернуться в общежитие, куда ей особо не хочется отправляться — ведь там нет Николаса.

С Николасом она сильно сдружилась, рядом с ним(ней) Талия чувствовала себя комфортно. Бывали моменты, когда ей казалось словно она вернулась в то время, когда Мэг и Эбигейл сидели, пили чай и общались. Представьте себе, Николас тоже любит десерты с персиком, как и Эбигейл. Талия сильно скучала по своей подруге, что каждое действие и слово Николаса напоминали о ней. Возможно это всё из-за того, что Николас, как и Эбигейл, терпел её характер.

Прошло не более десяти минут, прежде чем Дастин вошёл в покои Талии. Высокий мужчина с крепким телосложением открыл дверь. Первое что бросалось в глаза — его красные волосы и прекрасное лицо. Он действительно был красавчиком, даже лучше, чем Талия себе представляла, хотя она его и создала.

Дастин прошёл к кровати и спросил:

— Ты в порядке?

Талия одарила мужчину вежливой улыбкой.

— В порядке. — Затем усмехнувшись сказала, — просто память отшибло!