Главнокомандующий имперской армии заметил странность почти сразу.

Передовые порядки Лунного легиона состояли исключительно из элитных подразделений — Рыцарских Псов, Герцогов и тяжёлых хищных формирований. Они стояли плотной, дисциплинированной линией обороны, но за ними… ничего.

Основной массы войск не наблюдалось.

— Они что-то скрывают, — произнёс один из генералов.

Но численность имперской коалиции превышала силы противника в десятки раз. Было принято решение не рисковать элитой. Небесный Орден оставили в резерве.

— Возьмём их измором, — решил главнокомандующий. — Пусть выдохнутся.

В атаку пошли эльфийские корпуса, гномьи тяжёлые легионы и рабские контингенты. Среди рабов были и эльфы, и гномы, и люди, и представители других рас. Они видели, кто стоит перед ними. Видели своих же, свободных. Но никто не посмел ослушаться.

Империя не прощала сомнений.

Артиллерия Лунного легиона действовала осторожно. Не стремясь нанести максимальный урон, она вела огонь точечно, сдерживая натиск. Барьеры со стороны легиона были плотными, многослойными, и гасили большинство магических ударов.

Первые столкновения произошли быстро — и неожиданно тихо.

Легион не шёл вперёд.

Он не контратаковал.

Он оборонялся.

Имперские войска наступали волнами, отступали, снова собирались и снова шли вперёд. Бой развивался медленно, будто обе стороны проверяли друг друга.

Прошёл первый день.

Потери были умеренными.

Прошёл второй.

С обеих сторон гибли тысячи, но для армий такого масштаба это не считалось критическим. Небесный Орден по-прежнему ждал выхода Безифа на поле боя — их главная цель была устранить его одним решающим ударом.

Но он не появлялся.

И именно это начинало раздражать.

На третий день линия Лунного легиона внезапно дрогнула.

Подразделения, ещё недавно уверенно державшие оборону, начали организованно отступать. Без паники. Без бегства. Просто — отход.

Имперские генералы увидели шанс.

— Давить!

— Не дать им перегруппироваться!

Рабские контингенты и эльфийские корпуса ринулись вперёд. Преследование казалось лёгким — отрыв между войсками увеличивался, сопротивление слабело.

Но слишком быстро.

Когда дистанция стала значительной, и основные силы империи вытянулись в длинные преследующие колонны, произошёл первый взрыв.

Земля под ногами солдат разорвалась.

Минное поле.

Не хаотичное.

Не случайное.

Системное.

Взрывы шли цепной реакцией. Целые подразделения исчезали в облаках огня и осколков. Гномьи механизированные отряды, эльфийские стрелковые линии, рабские колонны — всё рушилось за считанные минуты.

Паника быстро подавлялась офицерами, но ущерб уже был нанесён.

Преследование остановилось.

Инженерные подразделения начали расчистку проходов. Обход занял часы. Когда наконец передовые части достигли предполагаемого штаба Лунного легиона — там было пусто.

Ни тел.

Ни обозов.

Ни укреплений.

Лишь выжженная земля и остаточная портальная энергия.

Порталы были разрушены. Следы намеренно стёрты.

Армия Легиона и силы Лесного народа исчезли.

Куда — неизвестно.

Формально Империя объявила победу.

Территория очищена. Противник отступил. Плацдарм уничтожен.

Но доклады сухой статистики говорили другое.

Потери коалиции составили около восьми миллионов человек. Большая часть — от минных полей, засад и точечных ударов.

Лунный легион потерял незначительные силы.

Он не был разгромлен.

Он просто… ушёл.

И где-то в глубине стратегического штаба Империи начали понимать:

Это была не попытка удержать землю.

Это была проверка.

ДорКален выслушал доклад без единого комментария.

Когда стратег закончил, в зале воцарилась тишина. На магической карте мерцали пустые участки — там, где ещё недавно фиксировались крупные силы Лунного легиона.

— Они не разбиты, — наконец произнёс Император. — Они ушли.

— Да, Ваше Величество. Следы порталов указывают на нестабильный переход. Направление определить невозможно. Предположительно — в пустоту.

ДорКален кивнул.

— Они ждут.

Он не спрашивал — утверждал.

— Без прямого приказа Легион не стал бы исчезать полностью. Это не бегство. Это сбор.

Советники обменялись тревожными взглядами.

— Подготовка обороны Туманной Долины? — спросил Император.

— Идёт успешно. Огневые позиции усилены, магические барьеры укреплены. Рыцари Ледяного Солнца заняли ключевые рубежи. Инженеры завершают модернизацию портальных стабилизаторов.

ДорКален медленно прошёлся вдоль стола.

— Хорошо. Пусть ждут своего хозяина. Когда он вернётся, его встретят.

Но в глубине сознания он понимал: если Лунный легион ушёл в пустоту — значит, РасКхар действительно скоро вернётся.

И тогда игра станет иной.

В это же время, в одном из Вольных городов, жизнь внешне продолжалась.

Фестивали сменились тревожными обсуждениями. Торговцы шептались о войне. На улицах стало больше вооружённых патрулей. Город формально сохранял нейтралитет, но слишком много его войск уже ушло под знамёна Империи.

Дейма узнала о кампании почти случайно.

В трактире, среди разговоров купцов и наёмников. Сначала — об «уничтожении Лунного легиона». Потом — о восьми миллионах погибших. Затем — о том, что легион «исчез».

Она молчала, но внутри всё сжалось.

Земфирон, висевший у неё за спиной, долго не подавал голоса. Но когда они вернулись в снятый дом, меч слегка дрогнул.

— Ты беспокоишься, — произнёс он спокойно.

Империя не умеет отступать.

Небольшая пауза.

— Лунный легион не уничтожен, — сказал Земфирон. — Это важно.

Она посмотрела на клинок.

— Ты что-то знаешь.

— Я знаю достаточно, чтобы понять — всё только начинается.

Он замолчал на несколько мгновений, словно принимая решение.

— Мне нужно кое-куда зайти.

Дейма нахмурилась.

— Что значит «зайти»?

— Есть место, — продолжил он, — древняя гробница. Мёртвого бога. Она находится в пределах одного из Вольных городов. Я должен попасть туда… пока не стало поздно.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

— Зачем? — тихо спросила она.

Меч едва заметно вибрировал.

— Там хранится сила. И оружие. Не для войны ради войны… а чтобы сохранить мир, если он ещё может быть сохранён.

Дейма прищурилась.

— Ты всегда говоришь загадками. Что это за сила?

— Та, о которой не вспоминают без необходимости.

— И сейчас необходимость?

— Сейчас, — ответил Земфирон, — время начинает сжиматься.

Он чувствовал то же, что и другие древние сущности.

Свет вулканов.

Исчезновение легионов.

Подготовка в Туманной долине.

Это были не отдельные события.

Это были шаги.

И если они опоздают — выборов уже не останется.