После взрыва тихий город словно очнулся от долгого сна.

По улицам прокатился шум — тревожный, рваный. Стража хлынула к площади со всех сторон, гулко стучали копья о камень, щиты цеплялись друг за друга. Пыль ещё стояла в воздухе, медленно оседая, окрашивая солнечный свет в мутное золото.

Найрис наблюдала с террасы таверны. Она не спешила, не суетилась — лишь смотрела, прищурившись, словно заранее знала, что увидит нечто большее, чем обычный погром.

Весть дошла и до Асмодея.

Он поднялся немедленно.

Пыль ещё не успела осесть, когда Асмодей вышел на площадь.

Солнце пробивалось сквозь мутный воздух, высвечивая силуэт того, кто стоял в самом центре разрушений. Высокий. Спокойный. Слишком спокойный. Он не прятался и не готовился к бою — будто знал, что никто не осмелится напасть первым.

Асмодей остановился в нескольких шагах.

Незнакомец повернул голову раньше, чем тот успел заговорить. Его взгляд скользнул по Асмодею — внимательный, оценивающий, словно он видел не просто вампира, а цепочку событий, связанных с ним.

— Так это ты… — произнёс он спокойно. — Тот самый вампир.

Асмодей прищурился.

— Слышал о тебе, — продолжил незнакомец, — на тебе лежит ответственная роль. Надеюсь, ты не разочаруешь.

В голосе не было ни угрозы, ни насмешки. Это прозвучало хуже — как утверждение факта.

— Что? — Асмодей напрягся. — Какая ещё роль?

Незнакомец слегка усмехнулся, словно вопрос был ожидаем.

— Не переживай ты так, — сказал он. — Просто делай то, что должен. И всё будет хорошо.

Он отвернулся, будто разговор уже был закончен.

И только тогда Асмодей заговорил — с усмешкой, за которой скрывалось раздражение:

— И кто это у нас тут такой борзый, что решил устроить погром в моём городе?

Незнакомец обернулся вновь.

— А ты тут главный? — спросил он без всякого вызова.

— Вроде бы никто мной не командует, — ответил Асмодей. — Так что да. Я тут главный.

Он сделал шаг вперёд.

— А теперь скажи, кто ты такой?

— Да так, — пожал плечами тот. — Обычный путник. Услышал кое-какие слухи… решил заглянуть.

— У нас тут много слухов, — ответил Асмодей, внимательно наблюдая за ним.

— Знаю, — кивнул незнакомец. — Говорят, вы ищете кое-кого.

— Ищем, — не стал отрицать Асмодей.

— Тогда назови имя, — мягко предложил тот. — Может, я знаю, о ком речь.

Асмодей замер. Лишь на миг — но этого было достаточно.

— А тебе зачем? — спросил он настороженно. — Неужто знаешь что-то?

— Чтобы сказать, знаю или нет, — усмехнулся незнакомец, — мне нужно понять, кого вы ищете.

Он сделал шаг вперёд. Аура стала плотнее.

— Забавно выходит, — продолжил он негромко. — Ты ищешь кого-то… но даже имени назвать не можешь. Значит, ищешь не ты. Кто тот, кто затеял эти поиски?

Асмодей нахмурился. Впервые за долгое время в его взгляде мелькнула растерянность.

Он открыл рот, чтобы ответить —

И небо над площадью вздрогнуло.

Сверху обрушился рёв крыльев.

Силуэты небесных рыцарей прорезали воздух, их спуск поднял новые клубы пыли. Несколько из них приземлились прямо на улицу, ударные волны разметали стражу, отбросив её в стороны, словно та была лишь помехой.

Главный среди них шагнул вперёд. Его голос был резким, надменным.

— Кто этот наглец, — потребовал он, — что посмел без разрешения пересечь территорию Империи по воздуху? Ты хоть понимаешь, сколько дерзости нужно для такого?

Незнакомец повернулся к нему и улыбнулся — спокойно, почти вежливо.

— Моё имя Безиф, — сказал он. — Тебе оно о чём-нибудь говорит?

Рыцари позади командира замерли.

Кто-то сделал шаг назад. Кто-то выдохнул имя шёпотом.

— Неужели… тот самый?..

Перешёптывание пошло по строю. Эти рыцари были стары. Они прожили тысячи лет. И они знали это имя.

Командир же и Асмодей переглянулись, не понимая реакции.

Один из рыцарей поспешно приблизился и склонился к командиру, шепнув ему на ухо всего несколько слов:

— Это… Император Ужаса. Безиф.

На площади воцарилась тишина.

Даже солнце, казалось, померкло на миг.

Несколько мгновений после шёпота, в котором прозвучало имя, на площади стояла тишина.

Слишком плотная. Слишком неправильная.

Часть небесных рыцарей уже инстинктивно отступила на полшага назад. Старые, пережившие войны и катастрофы, они узнали имя — не ушами, а памятью, впитавшей страх задолго до нынешних эпох. Но их командир… нет. Он ещё не понял.

Он выпрямился, расправил крылья, словно напоминая всем вокруг, кто здесь представляет Империю.

— Император Ужаса? — усмехнулся он громко, нарочито. — Очередной миф для запугивания дикарей.

Он шагнул вперёд, указывая копьём в сторону Безифа.

— А ты — жалкий выскочка, который смеет нарушать границы Империи без разрешения Небесного ордена.

Некоторые рыцари позади него побледнели.

Безиф медленно повернул голову.

Его взгляд был не яростным — пустым. Как у хищника, которому только что предложили притвориться добычей.

— Пернатый, — сказал он негромко.

Шаг вперёд.

— Лети отсюда. Пока по зубам не получил.

Командир расхохотался. Громко, вызывающе — смех молодого аристократа, привыкшего, что мир всегда отступает первым.

— Ты хоть знаешь, кто я—

Он не договорил.

Безиф исчез.

Не рывком, не вспышкой — пропуском в реальности, как если бы его никогда не было в прежней точке.

Удар пришёл снизу.

Кулак врезался в челюсть командира с такой силой, что воздух взорвался. Ударная волна прокатилась по площади, сбивая с ног стражу, рвя плащи, заставляя небесных рыцарей в воздухе потерять равновесие.

Здания в десятках метров от эпицентра дали трещины. Камень застонал.

Сам командир даже не успел понять, что произошло.

Челюсть сломалась мгновенно. Шея вывернулась под невозможным углом. Тело, ещё секунду назад исполненное высокомерия, рухнуло на камень, как пустая оболочка.

Тишина вернулась.

Глухая. Мёртвая.

Безиф выпрямился, стряхнул пыль с перчатки и оглядел небесных рыцарей.

— Вот теперь, — сказал он спокойно, — можете считать это предупреждением.

Никто не двинулся.

Крылья дрожали. Копья опустились. Даже Асмодей, стоявший в стороне, впервые за долгое время ничего не сказал — лишь молча смотрел, ощущая, как холод проходит по позвоночнику.

Безиф несколько мгновений смотрел на тело, лежащее у его ног.

— Странно, — произнёс он задумчиво. — Рыцарь хвалёного Небесного ордена… должен был выдержать такой удар.

Он наклонил голову, разглядывая мёртвое лицо.

— Хотя чему удивляться. Похоже, этот молокосос получил должность по блату.

Безиф выпрямился и перевёл взгляд на небесных рыцарей, застывших в нерешительности.

— Ну а вы, пернатые голуби, — сказал он лениво, — забирайте своего командира и летите-ка домой. Пока у меня ещё хорошее настроение.

Паника вспыхнула мгновенно.

Рыцари бросились к телу, подхватили павшего, не глядя друг на друга, взмыли в небо и исчезли так быстро, будто никогда здесь не появлялись.

Площадь опустела.

Безиф медленно повернул голову.

Его взгляд остановился на террасе таверны.

Найрис всё ещё стояла там, не двигаясь, наблюдая за происходящим. Она не пыталась скрыться и не отвела глаз.

— Любопытно, — пробормотал Безиф.

Он сделал шаг — и пространство словно сложилось.

В следующее мгновение он уже стоял перед ней.

— Так это ты, — сказал он спокойно, — та, кто ищет его?

Найрис вздрогнула. На мгновение в её взгляде мелькнул страх, но она быстро взяла себя в руки.

— Ну, — ответила она, — ты уже второй за сегодня, кто знает что-то про АрКаэля… про этого паршивца.

Безиф усмехнулся.

— Но-но-но, — протянул он. — Полегче с выражениями.

Он может быть странным, но всё же… достойный и важный человек.

Найрис прищурилась.

— Значит, ты можешь помочь мне его найти, раз уж пришёл?

Безиф покачал головой.

— О нет, девочка. Ты должна понимать: этот человек не простой.

Смертные даже имя его вслух произнести не могут.

Он сделал паузу.

— А я… — уголок его губ дрогнул, — не смею.

Найрис внимательно смотрела на него.

— Мне просто интересно, — продолжил Безиф, — кто именно получил разрешение на произнесение этого имени.

Он наклонился чуть ближе.

— Но я вижу… в тебе есть толика истинного существа. Ты не просто смертная.

Он выпрямился.

— Впрочем, — добавил он, — мне пора.

Найрис хотела что-то сказать, но он опередил её:

— Рано или поздно ты встретишь его.

Или… — он усмехнулся, — он сам к тебе придёт.

Безиф сделал шаг назад.

— А мне нужно наведаться к начальству Империи.

Он исчез.

Не вспышкой, не рывком — просто перестал быть там.

Найрис осталась одна на террасе, с чувством, что поиск, который она начала, уже перестал принадлежать только ей.