Поле боя пылало.

Свет маны разрезал серую пелену, оставляя всполохи, похожие на молнии.

Мир вокруг стал вязким, будто сам Барьер Мира не выдерживал давления сотен воинов, переплетённых в смертельной схватке.

Имперская пехота удерживала фронт,

но каждая секунда стоила десятков жизней.

Когда очередная волна Нусуров налетала, земля дрожала.

Щиты трещали, копья гнулись, доспехи вгрызались в плоть.

Люди отвечали магией — разряды, огненные вспышки, щиты из света.

Они выжигали всё, что касалось их строя,

но Нусуры всё равно шли, будто не чувствовали боли.

Каждое их тело — сплошной мускул и ярость.

С тыла глухо били пушки.

Снаряды один за другим обрушивались на лагерь,

но их свет разбивался о всё тот же щит — барьер Нусуров, дрожащий от нагрузки, но целый.

Главнокомандующий, наблюдая издали, понял:

там сильный шаман, возможно, уровень A-ранга, а то и выше.

Он вызвал личных рыцарей — семерых.

Все — A-ранги, закалённые в десятках битв.

— Ваша цель — барьер, — сказал он. — Найдите шамана и уничтожьте.

— Слушаемся, господин!

Сам он выдвинулся вперёд, на небольшой холм, чтобы наблюдать и, если потребуется, вступить в бой лично.

Его сила S-ранга была почти божественной —

даже сквозь Барьер Мира от его присутствия колыхалась земля.

Дейма в этот момент стояла в центре третьей линии,

её дыхание сливалось с ритмом боя.

Земфирон в её руке светился глухим алым светом,

его клинок словно сам направлял движения.

Первый Нусур бросился прямо на неё.

Его кожа была чёрной, глаза — горели красным,

а дыхание наполняло всё пространство низким гулом.

Он ударил сверху, так, что меч дрожал от напора,

и Дейму отбросило назад, прямо в ряды.

— Держись! — крикнула Вельта, отражая удар другого противника.

Дейма встала, подняла клинок,

и Земфирон будто ожил — алое свечение пробежало по его лезвию.

Она чувствовала: он усиливает её тело, пропускает через себя ману и возвращает её обратно,

преобразуя в силу.

Следующий удар пришёл снизу.

Дейма развернулась и ударила навстречу.

Вспышка — и черное тело Нусура разлетелось пополам.

Земфирон издал тихий гул, будто удовлетворённый.

— Отлично… — прошептал знакомый голос меча у неё в голове. —

Ты начинаешь понимать, как использовать мою силу.

Она едва удержалась, чтобы не ответить.

Бой не позволял отвлекаться.

В нескольких десятках шагов впереди

два вождя Нусуров разрывали фронт.

Они были огромны — под три метра ростом,

в броне из костей и черного металла.

Их удары сбивали по пять-шесть воинов сразу.

Один из них ударом топора просто раздавил целый ряд копейщиков,

второй, вооружённый цепью, крутил её так быстро, что она вспыхивала огненными дугами.

Имперские рыцари пытались окружить их,

но даже A-ранговые едва держались против такой силы.

Один из вождей поднял взгляд —

и Дейма ощутила, как по телу пробежала дрожь.

Он заметил её.

— Не отходи, — предупредила Вельта,

но было поздно.

Вождь уже шёл прямо на них.

Он шёл медленно, каждый его шаг отзывался в земле.

Рядом с ним Нусуры расступались —

они чувствовали, что рядом их повелитель.

Дейма подняла Земфирон.

Клинок загудел, и из рукояти пошли тонкие линии света.

Мана закружилась вокруг неё,

тело стало легче, мышцы наполнились силой.

Первый удар она встретила лезвием,

и от столкновения мир будто на мгновение ослеп.

Барьер Мира дрогнул.

Их энергия вырвалась наружу,

образовав круг из светящейся пыли.

— Вот это уже бой, — тихо сказал Земфирон. — Покажи им, что ты не из их мира.

Дейма сделала шаг вперёд,

и всё вокруг снова ожило —

вспышки, удары, гул, переплетённый с силой клинка.

Бой продолжался.

А где-то вдали, за стеной пепла,

семеро рыцарей Империи уже приближались к сердцу лагеря,

где шаман Нусуров возводил свою последнюю защиту.

Вождь шёл прямо на неё, грохоча шагами по земле.

Каждый его удар мог разнести камень, каждый взмах оружия оставлял в воздухе шлейф маны.

Дейма чувствовала, как пространство вокруг будто сжимается под давлением его силы.

Она стояла напротив него, тяжело дыша.

Земфирон дрожал в её руке, наполняясь гулом, словно внутри клинка пробуждалось нечто древнее.

— Он опасен, — прозвучал голос из клинка, глубокий, тихий, будто изнутри самой души. —

Ты слишком слаба, чтобы принять всю мою силу.

Но если не дам тебе хоть часть, ты умрёшь через мгновение.

Дейма стиснула рукоять, сдерживая дрожь.

— Сделай, что нужно, — выдохнула она.

— Тогда держись, — ответил Земфирон.

Клинок вспыхнул алым светом.

Не огнём — чистой энергией, которая развернулась вокруг неё, как поток.

Мана хлынула в тело, обжигая каждую жилу, каждый нерв.

Мир окрасился в красно-белые тона, звуки исчезли, и всё вокруг будто замедлилось.

Сила пронзила её насквозь,

и на миг показалось, что тело не выдержит —

мозг гудел, кости вибрировали, глаза наполнились болью.

Но Земфирон держал её сознание.

Он распределял энергию, словно тонко вымеряя предел.

— Не больше этого, — прошептал он. —

Иначе ты сгоришь.

Вождь замахнулся, и воздух вокруг него дрогнул.

Удар топора должен был снести её вместе с землёй.

Но Дейма подняла меч, и лезвие встретило удар.

Мгновение — и яркая вспышка света рассекла всё вокруг.

Удар вождя был остановлен.

Дейму отбросило на несколько шагов назад,

но и противник пошатнулся, оставив в земле глубокую борозду.

Он зарычал — не от боли, а от ярости.

В его глазах вспыхнул тёмный свет,

и он бросился снова, быстрее, чем прежде.

Теперь они двигались как два вихря.

Каждое столкновение отдавало вспышками,

каждое касание оружия оставляло трещины в земле.

Дейма уже не думала.

Она двигалась по инстинкту, тело слушалось клинок,

а Земфирон направлял — каждое движение, каждый поворот запястья.

— Левее! — голос меча звучал в её голове. — Сейчас!

Она шагнула вбок, и лезвие вождя прошло в сантиметре от лица.

Контрудар — и кровь, густая, чёрная, расплескалась по земле.

Вождь зарычал, поднял руку, но Дейма уже стояла у него за спиной.

Одним движением она пронзила его шею,

и свет клинка вырвался наружу,

разорвав тело изнутри.

Монстр рухнул на колени,

а вокруг на мгновение воцарилась мёртвая тишина.

Земфирон погас.

Сила ушла так же внезапно, как пришла,

и Дейма почувствовала, как ноги подкашиваются.

Она едва удержалась на коленях, глядя, как тело вождя оседает в пепел.

— Этого достаточно, — сказал Земфирон тихо. —

Ты выжила. И этого уже больше, чем я ожидал.

Дейма не ответила.

Она просто сжала рукоять, чувствуя, как остатки его энергии уходят из тела,

и снова становится тяжело дышать — как будто мир вновь стал обычным.

Вокруг всё ещё гремела битва,

но теперь она знала — победить можно.

Потому что рядом с ней был Земфирон.

Дейма стояла, опираясь на клинок.

Земфирон медленно тускнел, а с его лезвия по каменной земле стекали капли расплавленной маны.

Дыхание рвалось, тело дрожало от переизбытка энергии — каждое движение отзывалось болью.

Она едва держалась на ногах.

Сила, что даровал ей Земфирон, ушла, оставив тяжесть и пустоту.

Словно внутри не осталось ничего живого, кроме жара в груди и глухого гула в голове.

Перед ней лежало обугленное тело вождя —

чёрная масса, медленно осыпающаяся в пепел.

По земле расходились трещины, а из них сочилась алая мана,

растворяясь в сером мареве долины.

Вдали всё ещё гремел бой.

Но фронт постепенно сдвигался вперёд.

Имперские ряды сомкнулись вновь,

и Нусуры, потеряв командование, начали отступать, теряя строй.

Второй вождь пал почти одновременно —

отряд рыцарей пробил его оборону,

и тело чудовища с треском рухнуло в землю.

После этого натиск Нусуров ослаб,

а вскоре они и вовсе начали рассыпаться по долине, оставляя только хаос и дым.

Пушки били всё реже, но каждый выстрел теперь достигал цели.

Барьер, наконец, дал трещину —

и очередной заряд, ударившись в его центр, прорвал защиту,

взметнув вверх вспышку света.

Укрепления Нусуров вспыхнули,

магическая конструкция рушилась,

а остатки армии тонули в огне.

Главнокомандующий стоял на холме, наблюдая. Он поднял руку, и пушки прекратили огонь.

— Достаточно. Остальных добить пехоте.

Из-за тумана вырвался отряд личных рыцарей.

Их доспехи были заляпаны чёрной кровью,

а на лицах — усталость и смятение.

Один из них подошёл к командующему, поклонился и доложил:

— Господин, шамана мы не нашли.

В центре лагеря обнаружен магический кристалл, встроенный в землю.

Похоже, барьер создавался не существом, а артефактом.

Его активировал вождь перед боем.

Главнокомандующий нахмурился.

— Артефакт? Здесь, в долине?

— Да, господин. Сила артефакта нестабильна, но её источник — не местный.

Эти слова повисли в воздухе, будто удар.

Он на мгновение задумался,

а потом произнёс тихо, почти себе под нос:

— Если Нусуры начали использовать артефакты чужих миров…

значит, кто-то снабжает их.

Главнокомандующий стоял на холме, наблюдая за полем боя.

Дейма видела, как он отдаёт приказы,

но не понимала ни слова.

Передача команд между высшими воинами проходила через магические каналы,

и смысл их слов был закрыт для тех, кто не имел доступа к их частоте маны.

Для остальных же всё это казалось просто вибрацией, ритмом,

словно отдалённый шум, несущий не звук, а силу.

Она стояла, опираясь на меч,

и чувствовала, как напряжение в воздухе постепенно спадает.

Барьер Нусуров рассыпался, пламя пожирало лагерь,

а тишина снова начала возвращаться в долину —

густая, вязкая, будто сама мана устала от крови.

Земфирон молчал.

И впервые с начала боя это молчание казалось Дейме спокойным.