Мужчина с седыми волосами и серыми глазами смотрел в окно. На улице бушевали репортеры и священники. Нужно избавиться от надоедливых личностей. Стоит ли мне самому этим заняться?

Мерхер отвлекся от окна, заметив девочку, пялившуюся на него. Тори, девочка из пророчества, была перед ним. Это девочка, прошедшая через ложное пробуждение в семь, получившая благословения Агшина, а также выбранная огненным апостолом.

А теперь же она до своего восьмилетия была принудительно пробуждена в безликого. Какая потеря...

Однако девочка не проявляет способностей безликого, но и не похожа в нынешнем состоянии на обычного ребенка.

Еще два мальчика были насильно пробуждены в безликих, а две девочки не смогли выдержать ритуал пробуждения. Хотя выжил из них в итоге только один безликий. Нужно приглядывать за ним. Похоже, мне или кому-то из апостолов придется опекать его.

Еще один мальчик стал химерой. Как странно. Этот мальчик по внешним признакам очень похож на сирен. Возможно, его родословная происходит из птичьего народа, сирен или гарпий. Ангельский род? Нет, очень маловероятно.

Каратель, приставленный к нам, появился рядом и сообщил мне интересную весть.

− Вставай, Тори. Мальчик-птица очнулся.

Тори вскочила и побежала к выходу. Поняв, что не знает дорогу к Гирсому, она обернулась. Каратель повел девочку и Наблюдателя в подвал.

Подвал храма выглядел ухоженнее, чем думала Тори. Ни грязи, ни темноты, ни плесени, ни клеток, как в фильмах-страшилках. Единственное, что совпало с ее воображением, так это белые статуи, временами встречавшиеся в длинном коридоре.

− Почему Гирсом в подвале, а Илли и я на первом этаже?

− Про вас всем известно, но про Гирсома мы умалчиваем. Конечно, есть и те, кто прознал о ребенке, который обратился в химеру, но и только. Мы считаем, что будет проблемой, если репортеры узнают о ребенке сомнительного происхождения.

− Почему всем так нравится Гирсом? Такие, как он, редкие?

− Среди химер - да. Адан поступил разумно, не сообщая о нем посторонним. Сейчас он под надежной защитой.

Каратель свернул за угол и остановился у двери. Охрана пропустила нас. В комнате, похожей на мою, только без окон, на кровати лежал привязанный Гирсом. Адан обсуждал что-то с лекарем, но обернулся, когда заметил нас.

Тори тихо подошла к мальчику и взглянула на него с расстояния. Гирсом был в свободной одежде. Было слышно его быстрое сердцебиение. Его взгляд метался по комнате и священникам.

Тори медленно появилась в его поле зрения. Мальчик вздрогнул. Он попытался поднять «руки», но не смог. Что у него с руками? Есть ли они вообще?

Тори стало любопытно. Увидев, что Гирсом связан и не сможет ей навредить, она медленно приблизилась к нему.

Руки стали большими крыльями. По предплечьям было заметно, что когда-то крылья были руками. Мальчик стал шипеть и дергаться, пытаясь спугнуть Тори.

− Спокойно, спокойно. Вот так. Хороший мальчик.

Тори слегка поглаживала взъерошенные перья на крыльях. Спустя некоторое время Гирсом понял, что девочка не представляет угрозы, и успокоился. Мышцы расслабились, и перья легли обратно на место.

Птичьи ноги выглядели странно. Кожа слегка натерлась из-за ремней, что связывали его. Теперь, когда мальчик успокоился, боль от трения ушла. Он молча уставился на девочку, изучающую его.

Тори погладила ногу Гирсома. Она была грубая и шершавая, совсем не такая, как у людей. Когти были немного острыми. Хм, что это?

Под крыльями что-то было. Аккуратно приподняв перья, обнаружилась ладонь. Маленькие коготки были на каждом пальце. Значит, руки у Гирсома все же остались?

Ясные глаза мальчика-птицы следили за всем. Тори приблизила свое лицо к его голове. Открыв рот и издав звук «А», Тори показала язык и зубы.

Гирсом был удивлен. Тори повторила еще раз. Тогда до него стало доходить, что девочка просит его повторить за ней.

− А-а-а.

Гирсом приоткрыл рот и высунул язык, а после оскалился. Тори заглянула ему в рот. Вроде все как обычно, если не считать острых зубов. Тори довольно улыбнулась и осторожно погладила мальчика по голове.

Гирсом спокойно лежал, пока не подошли Адан с Наблюдателем. Враждебное рычание прозвучало из-за приближения взрослых. Мерхер заговорил с Аданом:

− Мальчик враждебен ко мне больше, чем к тебе. Причина в том, что вы знакомы?

− Кто знает? Гирсом в последнее время был на попечении храма. Иногда приходил учиться музыке.

Тори надуто повернулась к ним.

− Вы его пугаете. Смотрите, как он боится! И боится он вас не потому, что вас не знает или не помнит, а потому, что вы взрослые.

− Объяснись.

− После ритуала я тоже боялась взрослых. Особенно мужчин. Воспоминания постоянно крутились в голове. Гирсом тоже это помнит, но пока не пришел в себя. Он запутался.

− Ты думаешь, он еще осознает себя человеком?

− Немного. Пока что он не до конца пришел в себя. Сейчас над ним правят инстинкты, но он может повторять за мной и понимает речь. Когда у него все уляжется в голове, Гирсом станет осознаннее.

Адан тупо смотрел на Тори, участвующей в диалоге с Наблюдателем. Теперь он осознал, почему Наблюдатель не работает с детьми. Все оказалось куда проще: слабость к детям!

Адан неловко подошел к Тори. Девочка обернулась к нему и посмотрела на него нежным взглядом.

− Тори, я...

− Когда я спала, то видела самые разные сны. Будь-то мои пошлые воплощения, видения или общение с божеством. Он показал мне, как Вы приходили успокаивать его после собрания. Аден так мило улыбался... Мне тоже очень грустно. Приходите ко мне или зовите меня к себе. Двое лучше, чем один, не так ли?

Адан поджал губы и протер глаза. Он присел и обнял Тори дрожащими руками.

− Хах, если уедешь в столицу или куда-нибудь еще, пиши мне. Пока что давай обедать вместе.

− Дедушка...

От неожиданного обращения к себе он прослезился. Гирсом заскулил, смотря на Адана. Похоже, ему тоже было очень грустно.

− Ох, что это я! Расстроил детишек. Тори, как ты думаешь, стоит ли пригласить сюда Химаю?

− Поговорите с бабулей Химаей сначала. Я боюсь, что у Илли и Гирсома разобьется сердце, если она испугается.

− Хорошо. Схожу вечером в приют.

Тори еще немного посидела с Гирсомом, разговаривая с ним. Она рассказывала об интересных вещах, которые она видела в воспоминаниях. Гирсом слушал ее, иногда пытаясь повторить какие-то слова.

Вскоре он уснул от действия лекарств, которые ему скормили. Тори поднялась наверх. Проходя через сад, она постучала в окошко. Илли вскочил от звука, но быстро пришел в себя и приблизился к окну.

− Ты выглядишь радостной.

− Конечно, Гирсом сегодня проснулся. Ему все еще тяжело разговаривать, но ему скоро станет лучше.

− Гирсом в порядке?..

− Да. Илли, ты хочешь увидеть бабулю Химаю?

Илли встал в ступор. Он не мог принять решение.

− Чего ты боишься?

− А вдруг она разозлится, что я выжил, а девочки нет, что я не сделал все, чтобы спасти их. Вдруг она бросит меня, потому что я теперь такой?

− Ты правда думаешь, что бабуля Химая такой человек? Что ж, я расскажу ей, что ты о ней думаешь. Тогда она обидится и пожалуется остальным. Вергаз наденет на тебя платье с кружевом!

− Нет! Не говори ей, пожалуйста.

Илли заплакал, а Тори рассмеялась.

− Илли, бабуля очень любит всех. Девочек уже не вернуть, но хотя бы ты и Гирсом живы. Представь, что бы стало с бабулей, если бы никто из нас не вернулся?

− Ах. Думаю, она бы плакала.

− А я думаю, она бы не пережила этого. Оставь ей надежду, покажи, что с тобой все порядке.

− Но со мной не все в порядке...

− И что? Разок обмануть можно. Знаешь, нас могут скоро увезти в столицу. Тогда бабуля Химая запомнит тебя в таком состоянии и будет горевать. Ты сказал, что она могла бы винить тебя из-за того, что мы не спасли девочек? Но, Илли, ты сделал все, чтобы спасти всех остальных.

− Что? Но я ничего не сделал.

− Ты этого мог не видеть, но ремешки, которые мы всем раздали и сказали не снимать, спасли ребят. Я видела, как ты ругался, когда кто-то пытался снять ремешок на улице. Они живы только потому, что ты следил за всеми и настоял на своем.

Илли шмыгал носом. Его глаза покраснели, а взгляд метался по углам.

− А еще ты не сильно изменился. Такой же хорошенький, как и раньше.

− Но ты не знаешь, что я видел...

− А ты не знаешь, что видела я.

Двое уставились друг на друга. Илли испугался, когда Тори посмотрела на него ледяным взглядом.

− Так ты тоже?..

− Да, но мне помогли. Например, тот дядя позади меня. Он не осуждает нас и не смотрит как-то иначе. Перед ним я просто ребенок, а не монстр. Попробуй поговорить с ним. Я не знаю, поможет тебе это или нет, но лучше попытаться сделать хоть что-то.

Илли посмотрел на мужчину с серыми глазами, стоявшего немного поодаль. Он разговаривал с карателем, держа документы в руках. Почувствовав на себе взгляд, он обернулся. Илли подпрыгнул и спрятался под окном.

− О чем вы говорили?

− Я просто порекомендовала своему другу хорошего психотерапевта.

Бровь Мерхера поднялась. Он уставился на девочку, облокотившуюся на оконную раму. Мальчик выглядывал с другой стороны, изучающе рассматривая его.

− Ты хочешь, чтобы я нянчился с ним?

− Ага. Одним больше, одним меньше. Попробуйте поговорить. Если Илли откажется, то бог с ним.

Мерхер недовольно посмотрел на нее. Он перевел взгляд на мальчика. Тот смотрел на него, дрожа всем телом.

− Я приду завтра. Ну а ты пойдешь со мной.

Наблюдатель схватил Тори за шкирку и поднял на руки, быстро уходя подальше. Тори помахала Илли и рассмеялась.

− Почему ты смущаешься? Илли довольно интересный мальчик. От него бегали в приюте еще до того дня.

− Помолчи.

− Ты очень милый. Эй, а ты не обидишься, если я не пойду с тобой в столицу?

Мерхер остановился.

− Почему я должен так реагировать?

− Ну, кажется, ты можешь как-то использовать меня. Да и привязались мы друг к другу вроде... Что?! Я что-то неправильно поняла?

− Пха-ха-ха!

Тори ошарашенно посмотрела на Мерхера, когда тот в голос рассмеялся. Каратель выглянул из-за угла. Вместе они добрались до палаты Тори. Выгнав всех, он сел на стул напротив кровати и указал пальцем на место.

Усевшись поудобнее, Тори с надутыми щеками смотрела на него. Мерхер хмыкнул и стал объяснять, откуда взялись Наблюдатели.

− Я расскажу тебе о нас, Наблюдателях. Но, прежде, расскажи, где ты хочешь быть.

− Хочу быть с мамой и Артуром. Я знаю, что меня не оставят с ними просто так. Меня либо увезут в столицу и запрут в храме, либо заберут куда-то еще, если найдется поручитель, достаточно влиятельный, чтобы взять надо мной опеку.

− Все так. Твой брат ищет поручителя, так как не хочет отдавать тебя храму. Хорошо, сейчас я расскажу про свое естество. Хм... сначала ответь, что ты знаешь о сотворении мира?

− А?

Тори глубоко задумалась, вспоминая лекции Адена и Луки.

− Творец создал этот мир и всех из собственного тела. Он породил солнце, планеты и звезды. Древние божества произошли от Него. Потом Его дети, первые боги-покровители эфира, создали горы, моря, растения и жизнь. Была создана кремниевая жизнь, подводная, растительная, наземная и подземная. Потом Злой Бог перенес из других миров людей и других представителей рас. Они расселились и произвели другие виды. Злой Бог научил всех ритуалу пробуждения. Так стали развиваться наука, промышленность, искусство и многое другое. Однако из-за ритуалов также появились безликие.

− Ты знаешь, кто такие безликие?

− Несчастные создания, которые спрятали себя глубоко внутри, а отыскать не могут. Они также необходимое зло.

− Отличаешься ли ты от них?

− Я бракованная. С тех пор, как безликий находит себя, он отчасти перестает им быть. Он теряет силы, но взамен берет судьбу в свои руки.

− Бракованная... Какое отличное описание. Почему я раньше до этого не додумался?