Священники, наблюдавшие за девочкой, обращенной безликими, удивленно всматривались в нее. Тори долго спала, а после как ни в чем не бывало обратилась к священникам по имени, прося еду.

Наблюдатель время от времени приходил к ней в палату. Они даже выходили прогуляться в саду за храмом. Тори улыбалась, играя с кошкой.

− Зачем заставлять себя улыбаться? Ты лишь тратишь свой драгоценный ресурс.

Тори посмотрела в ответ на мужчину с пронзительными серыми глазами. На миг ее улыбка дрогнула.

− Я слышала: «что внутри, то и снаружи». Если я буду продолжать улыбаться, то однажды обману свой организм.

Мерхер кивнул Тори. Ветер колыхал листья деревьев и развевал волосы людей, находившихся под теплыми лучами солнца. Побродив еще немного на свободе, Тори отправилась обратно в свою палату.

Постельное белье было сменено, цветы в вазе заменены на свежие, а помещение проветрено. На прикроватной тумбе лежала мягкая игрушка, кажется, принесенная Артуром, а также календарь с обведенным на нем числом дня. Сегодня был двадцать шестой день начала зимы.

Тори зевнула и легла на кровать, смотря на потолок. Раздумывая о разных способах, чтобы не встретиться с Вааном, она, наконец, приняла решение. С легкой тревогой Тори заснула.

− Мне не нравится эта попытка. Я хочу попробовать еще раз.

− {И что же ты хочешь сделать на этот раз? Попытаешься снова пройти мимо «священника»?}

− Нет. Я просмотрела документы того дня. Он будет ждать там с самого раннего утра. К Адену или Луке ночью я не смогу попасть.

− {А почему бы не попытаться обойти ту улицу и зайти в храм с черного входа?}

− Ты испытываешь меня? Хотя я и плохо разбираюсь в этом мире, но мое чутье говорит мне, что в храме кроме него есть еще безликие. Если не в храме, то где-то поблизости. Меня сразу отследят и поймают.

− {Так оно и будет.}

− Давай попробуем прошлым днем?

***

Тори открыла глаза. Проверив день, она вскочила и собралась к походу. Надев удобную одежду и обувь, Тори помчалась в сиротский приют, остерегаясь Ваана по пути.

Никого не встретив, дети со священниками удачно добрались до поляны, где каждый стал заниматься своими делами. Лука, подошедший вместе с Аденом и Вааном позже, подозвал Тори, Илли, Дару и Гирсома.

Лука пристально вгляделся в Тори и шепотом заговорил с ней:

− Плохо спала?

− Можно и так сказать.

− Снилось ли тебе что-нибудь?

Девочка с влажными глазами и грустной улыбкой кивнула.

− Мне приснилось, что все умерли.

Лука замер, услышав девочку и увидев ее выражение лица. Немного растерявшись, он тихонько спросил:

− Хочешь ли ты поговорить об этом?

− Да, но только с тобой и наставником.

Улыбка с лиц Луки и Тори пропала. Лука ошарашенно вглядывался в холодные глаза Тори, незнакомые ему. Кивнув, он пошел за Аденом.

Аден с Лукой подошли к девочке, которая отослала мальчиков ненадолго. Аден был поражен новой версией Тори. Она вытерла свои глаза и отдала им записку.

{В храме скрывается Третий. Завтра все умрут.}

Лука побледнел, когда прочел записку. Аден нахмурился. Информация в записке имела глубокий смысл, и требовалось время, чтобы ее осмыслить. Однако последнее предложение сильно встревожило его, особенно после пророчества Оракула.

Он оглянулся на Луку, дрожавшего, как осиновый лист. Лука что-то знал. Откуда? Подозрения закрались в его голову.

− Ты можешь рассказать больше?

Тори кивнула, отдавая блокнот с еще одной запиской внутри.

− Зачем же корчить такую гримасу? Можно подумать, что мой сон странный. Улыбнитесь! Давайте продолжим урок!

Девочка с широкой улыбкой на лице похлопала Луку по предплечью. Лука почувствовал дрожь в ее теле и успокоился, нацепив лицемерную маску. Аден молчал, провожая ее взглядом.

Наступил вечер. Урок подошел к концу, а дети собрались в город. Тори с легкой улыбкой смотрела на друзей, хваставшихся собранными материалами. Илли дотронулся до ее руки пальцем.

Тори обратила на него внимание, но быстро отвела взгляд. Илли, надувшись, шлепнул ее по пятой точке. Девочка ошарашенно обернулась.

Позади был Гирсом с такими же круглыми глазами. Гирсом быстро поднял руки и стал мотать головой.

− Это не я!

− Это был я!

Илли крикнул со слезами на глазах.

− Сегодня ты сама не своя. Мне так грустно от того, что ты не можешь даже в глаза нам посмотреть.

Тори замерла, рассматривая маленького мальчика, что расплакался из-за нее. На ее глазах тоже появились слезы. Она вспоминала все, что было с детьми в те дни, и думала о том, что будет завтра. Шмыгнув, она крепко обняла Илли.

− Маленький паршивец, когда подрастешь, это не сойдет тебе с рук!

Дети расстались у приюта. Тори со священниками пошла в сторону храма. Русый священник погладил ладонью грустную девочку по голове.

− Не заставляй других волноваться о тебе. Завтрашний день будет замечательным, просто подумай об этом перед сном!

Мурашки поползли по телу Тори. На мгновение она замерла, но в этот раз смогла преодолеть себя и пошла дальше. Широко улыбнувшись русому священнику и получив его улыбку в ответ, священники и девочка расстались.

Ваан смотрел на спину девочки. Одна его бровь поднялась, а улыбка медленно исчезла. Со стороны Тори была такая же реакция. Они действовали почти синхронно. Снаружи остались всего несколько человек, нужно торопиться с закрытием дверей.

Он зашел в храм и закончил со всеми оставшимися делами. Проходя по одному из коридоров, Ваан остановился у окна в сад, раздумывая над чем-то. Инстинкт подсказывал ему, что сейчас происходит что-то важное.

Тори же приняла ванну и легла в свою кровать, расправив уставшие ноги и руки. Краем глаза она заметила странное движение эфира. Со стороны улицы к окну прикоснулась чья-то рука. Бледная и с длинными пальцами костлявая рука.

Рука толкнула оконную раму, и окно отварилось. Тори крепко зажмурила глаза.

− И зачем проводить ритуал раньше времени только из-за какого-то там чувства, ты так не считаешь?

Маджнун с недовольным лицом обратился к девочке. Спокойно взяв ее на руки, он удивился ее отрешенности и потер в задумчивости подбородок.

− А может что-то действительно происходит... Эй, почему не зовешь родителей на помощь?

− Ты убьешь их, если они придут сюда.

− Какая умная девочка. Мы, случаем, не знакомы?

***

Тори находилась в пустоте. Она была спокойна, отчего даже смогла парить на спине, чего не могла раньше. Не понимая, где низ, а где верх, Тори предалась этому странному чувству в груди.

− Как думаешь, где я ошиблась?

− {Ты должна понять это сама.}

− А подсказку можно получить?

− {Хм, подсказку?.. Тогда слушай. Жила как-то прекрасная девушка, очарованная собой. Каждый день она смотрела в зеркало, стоявшее напротив окна. День и ночь девушка смотрела в зеркало, пока однажды ее не похитил влюбленный в нее парень. По пути они упали с обрыва, но девушка выжила. Тогда она вспомнила, что дом ее в стороне, где восходит солнце. Так и пошла она к восходящему солнцу, лишь дальше отдаляясь от дома.}

− Ах...

Пробыв в тишине достаточно много времени, Тори вновь заговорила.

− Значит ли это, что я изначально ошибалась?

− {...}

Можешь показать мне, что случилось с Аденом и Лукой, пожалуйста?

− {Хорошо.}

Пространство искривилось. Тори посмотрела на храм с высоты птичьего полета. Картинка начала приближаться. Теперь Тори была в кабинете Адана. Адан, Лука и Аден собрались вместе, обсуждая дальнейшие действия.

В какой-то момент Адан упал на пол, разбрызгивая повсюду кровь. Лука с Аденом достали свое оружие, но были обездвижены чем-то. Выплюнув кровь, Лука упал на колено, всматриваясь в дверь.

Дверь открывается, и в кабинет заходит русый священник, хлопая в ладоши. Взгляд Луки сменяется отчаянием.

− Ты?..

− Давно мы с тобой вдвоем не оставались, Лука. Сколько лет~

− Вдвоем?

Лука поворачивается в сторону Адена, застывшего с мечом в руке. Его глаза были закрыты, а по подбородку стекала кровь. Лука в ужасе отшатнулся.

− К-как ты?!.

− Аха-ха! Мне не нравится торопить ритуал, но одним местом чую, что надо бы. Будь ритуал завтра, я бы не смог убить Огненного так легко.

Ваан подошел к Луке и быстрым движением проткнул его сердце своей рукой, разлагая тело изнутри.

− Разрыв сердца очень болезненный, но не волнуйся, обделенным не останешься. Сейчас ты представляешь таинственную угрозу.

Ваан вытащил руку из тела Луки и встряхнул ей, очищаясь от гнилостной крови. Он повернулся к стоящему Адену и сделал надрез на груди. Из раны полилась кровь с маленькими черными личинками.

Ваан собрал личинок в баночку и довольно кивнул.

− Как быстро выросли! Жаль, что оставались только однодневки, но и они неожиданно пригодились.

***

Тори молча смотрела на картинку, которая стала растворяться в темноте.

− {Попробуешь еще раз этот день?}

− Нет.

− {Почему же? Если предупредишь его об инородных организмах, он может выжить.}

− У Ваана превосходное чутье. Что бы я ни сделала, он узнает об этом. В тот день наставник был жив, а значит, что Ваан не может устранить его просто так. Есть определенные условия, которые должны быть соблюдены. Он также может узнать, что наставник избавился от паразитов.

Тори левитировала, раздумывая о разных вещах. Ее голову посетила интересная мысль, которую она сразу захотела подтвердить.

− Послушай, я же могу?..

− {Твой разум истощен. Отдохни пока.}

Тьма накрыла сознание девочки. Тори медленно открыла глаза, пытаясь разглядеть через затуманенное зрение. Палата в храме. Священники, взбудораженные ее пробуждением. Наблюдатель, смотрящий на нее пронзительными серыми глазами.

Тори мягко улыбнулась ему, отчего он нахмурился. Священники отошли дальше, чтобы не мешаться.

− Ты долго спала.

− Насколько долго?

− Очень долго.

Тори села и протерла глаза, привычно потянувшись к стакану с водой. Она жадно выпила воду, громко вздохнув. Ее взгляд зацепился за календарь. Интересно, спала ли я больше трех дней?

Пятнадцатый день зимы был обведен на календаре. Тори, до этого мило улыбавшаяся, потеряла улыбку в следующую секунду. Что значит число пятнадцать? Не могла же я спать целый год. Девочка перевела взгляд на Наблюдателя и священников.

Священники с любопытством разглядывали ее, словно они встретились впервые. Наблюдатель вел себя как обычно. В прошлый раз священники также разглядывали ее с любопытством, однако из-за обычной реакции Мерхера она не поняла тогда, что что-то изменилось.

Серые глаза Наблюдателя впились в девочку. Движения Тори замедлились, а сама она в итоге замерла. Глаза Тори начали сменять цвет на серый, отчего священники взбудоражились.

Когда Тори пришла в себя, она попросила их выйти, а Наблюдателя призвала сесть, похлопывая ладошкой рядом с собой. Как только священники вышли, Мерхер сел рядом с Тори. Она плюхнулась головой на его колени, очень сильно удивив его.

Плечи Тори задрожали. Сама она тихо плакала, иногда всхлипывая. Наблюдатель молчал все это время, раздумывая над ситуацией. Со временем Тори перестала плакать и глубоко вздохнула.

− Значит, ты не мой Мерхер... И тот тоже был не моим... Давай станем друзьями? Мне так одиноко.

Мерхер ненадолго замер, после чего неловко погладил девочку по голове.