Капли осеннего дождя барабанили по крыше стеклянной оранжереи, что была расположена справа от сада, в котором когда-то Лиллиас и Саерас впервые встретились.

Где-то недалеко журчала вода. Длинные цветочные грядки, тянущиеся не только вдоль стен, но и располагающиеся в ряд, между которыми была выложена дорожка из серой плитки, были усеяны разного рода цветами.

В середине оранжереи, была расположена спиральная лестница вся увитая хедерой*, ведущая к потолку в форме купола. Там, наверху, было что-то вроде укромного места. Чтобы не было опасности упасть с такой высоты, ограждением вокруг, тоже были цветочные грядки. Это место, было для Лиллиас святым. Здесь она могла просиживать часами, не наблюдая времени.

И вот так и сегодня, в очередной дождливый осенний день, принцесса с книгой в руках, сидела в кресле, которое поставили туда специально.

Незаметно пролетели летние деньки, большую часть из которых девочка проводила за книгами, а меньшую посвящая досугу. Наступила осень также стремительно, как Лиллиас убегала от Ины. Незаметно подошел со спины и день рождения, который принцесса впервые так праздновала. Сказать, что столько подарков и поздравлений она за всю свою жизнь не получала, это ничего не сказать. Ожидая увидеть лишь маленький подарок в виде цветка, Лиллиас была крайне удивлена, когда ей представили целую оранжерею.

И вот близилось возвращение Саераса. Он в отличие от сестры, свой день рождение провел не во дворце, так как сразу же по исполнению двенадцати лет, на следующий день должна была состояться церемония.

«Папа сказал, что со дня на день, он должен вернуться.» — подняв глаза к куполу и наблюдая, как капли дождя стекают вниз, думала девочка. — «В книге очень подробно описано, как проходит эта церемония. Но видеться с тем, кто её прошел, мне не доводилось. Интересно, каким стал Саерас?»

Но остудив свой интерес предположением, что ничего существенного измениться не должно, принцесса вновь вернулась к чтению.

— Ваше высочество, — послышалось откуда-то снизу.

Подняв голову и спрыгнув с кресла, Лиллиас подошла к лестнице, и посмотрела на того, кто её позвал.

— Ваше высочество, — это была Атол. Она присела в реверансе и сказала. — вас зовет к себе отец.

— Иду, — девочка вернулась к книге, которую оставила, и спустившись с лестницы, подошла к Атол.

— Сколько я вас просила, миледи, — хмурясь, начала ворчать Атол. — предупреждайте, когда уходите! В очередной раз, Ина чуть весь дворец на уши не подняла.

«Ина всегда чрезмерно беспокоится!» — отведя взгляд в сторону и вздохнув, подумала девочка.

Дождь лил как из ведра, поэтому пришлось идти быстро, хоть Атол и держала в руке зонтик. Прямая каменистая дорожка вывела прямо к пристройке в которой жила принцесса.

— Я хочу пойти прямо так, — решительно заявила Лиллиас, когда Атол намеревалась подняться по лестнице.

— Но принцесса, ваше платье испачкано, — удивилась девушка, разглядывая несколько пятен от земли на светло-розовом платье.

— Это не имеет значения, — невозмутимо ответила девочка.

Атол посмотрев ещё раз на принцессу, вздохнула и покачав головой не осмелилась перечить.

— Только потом из-за вас, мне попадет.

— Неужели папу так это волнует?

— Нет, ваша матушка и Ина, — страдальчески понурив голову всхлипнула Атол.

Лиллиас знала, что она лишь так пытается переубедить её переодеться, и без разницы ей на то, что её ругают, но девочка уже решила идти в таком виде к отцу.

Поднявшись вверх по лестнице и двинувшись по уже давно знакомому коридору, принцесса поправила волосы, что были собраны в высокий хвост и подняв глаза на Атол, спросила:

— Мои косички на голове не растрепались?

Взглянув на макушку, где были косички, что вплетались в хвост, Атол покачала головой и ответила:

— Все в полном порядке, миледи.

Улыбнувшись и кивнув, принцесса посмотрела вперед и внезапно помрачнела. У кабинета отца редко стояла стража, он чаще всего принимал в тронном зале, как и подобает. Сейчас же стоял даже не один, а целых двое, в черно-белых мундирах, как и подобает.

«Кто на этот раз просил аудиенции?»

— Ваше высочество!

Поприветствовали юную принцессу стражники, как только она подошла к двери.

— Отец занят?

— Вы можете войти, — сказал один из мужчин и открыл дверь.

Девочка, кивнув Атол вошла в кабинет.

До того, как открылась дверь, Амхедэй видимо с кем-то говорил, но как только вошла принцесса, голоса стихли.

— Отец, — опустив голову, по официальному поприветствовав короля, сказала Лиллиас. — вы меня звали?

— Присядь, — строгий голос Амхедэя уже не вселял того страха, что когда-то охватывал девочку, поэтому она, присев в реверансе, как и полагается, прошла к дивану.

«Пусть я и принцесса, но все же не следовало пренебрегать, надо было переодеться.»

— Маркиз, я надеюсь вы прекрасно меня поняли и подобных слов я более не услышу от вас, иначе я буду воспринимать это, как измену.

— Прошу простить мне мою дерзость, подобного больше не повторится, — покорным тоном ответил тот самый посетитель, что видимо вынудил держать стражу у входа.

— На этом наш разговор окончен, — начал Амхедэй, но увидев, как маркиз склонил голову, предложение не закончил. Тот видимо понял, что больше ему здесь делать нечего и двинулся к выходу.

— Долгой жизни, луне нашего королевства, — с этими словами маркиз вышел.

Как только закрылась дверь, Амхедэй поднял глаза на дочь, что по привычке поднеся к губам большой палец, читала книжку, что принесла вместе с собой из оранжереи. Его взгляд стал теплее, спина немного расслабилась и облокотившись на спинку кресла, король позвал:

— Лиас, подойди ко мне.

— Хорошо, папа, — девочка быстро спрыгнула с дивана и подойдя к столу, положила на его край свою книгу, а затем сильные руки усадили её к себе на колени.

— Ты опять сама сажала цветы в оранжерее?

— Принцесса не должна бояться грязной работы.

Амхедэй улыбнулся не находя, что сказать, и погладив дочь по голове, прикрыл глаза.

— Кто это только что был, — глядя на уже закрытую дверь, спросила девочка. — или мне не следует об этом знать?

— Отчего же, — помассировав переносицу качнул головой отец. — это был маркиз Кирхтн.

«Значит скоро начнется…» — девочка посмотрела на папу и потянувшись рукой вверх, положила ладонь ему на подбородок. Пальцы, от едва заметной щетины, щекотало.

— Понятно, — тихо сказала она и замолчав, больше не задала ни единого вопроса.

Амхедэй внимательно смотрел на дочь, казалось, его одновременно удивляло и восхищало то, какой смышлёной является его дочь.

— Лиас, через неделю мы отправляемся в столицу Лехтеша.

— А зачем?

— Навестим его величество Байела, — улыбнулся мужчина, глядя на удивленное личико принцессы.

— А кто ещё поедет?

— Ты и Саерас.

— А как же мама?

— У мамы накопилось очень много дел, поэтому она поедет в следующий раз, — поцеловав дочь в лоб и погладив по голове, сказал Амхедэй.

Пусть король и не сказал, какие именно дела держат маму, Лиллиас знала уже и без этого. Регента оставлять Амхедэй не хотел, из-за случая с маркизом Кирхтном. Единственной кому он мог доверять сейчас, это его жена – Карсти.

— Папа, я хочу тебе что-то сказать, — начала принцесса и сглотнув, посмотрела отцу прямо в глаза.

— Хорошо, — улыбнулся Амхедэй и наклонил голову слегка вперед чтобы лучше видеть дочь.

— Я прочла в одной книжке, что правитель, будучи лидером, всегда имеет за собой тех, кто за ним последует. Есть конечно те, кто возможно не будут особо довольны им, но сейчас я говорю не об этом, — Лиллиас не разрывала зрительный контакт, продолжала. — но король, каким бы хорошим он не был, он один в поле воин все равно! Он несет ответственность за народ, он защищает их, и, именно он будет в последствии отвечать за всё то, что сделали его поданные.

— Какое интересное суждение, — задумался отец. — с одной стороны он один, но с другой стороны у него есть те, кто будет служить ему опорой.

— Но короля могут свергнуть, — подняв пальцы вверх, девочка стала их загибать вместе с тем, перечисляя. — если он как правитель, слишком слабый и не может утвердить власть над народом. Если он не оправдывает ожидание народа. И если он слишком доверчив.

— Лиас, тебе не кажется, что слишком рано тебе о таком, — Амхедэй не договорил. На глазах его дочери выступили слезы, от чего у короля перехватило дыхание.

— Папа, мне страшно, — Лиллиас вытерла кулачками глаза. — я не хочу, чтобы ты умирал!

— Лиас, — мужчина крепко обняв дочь, стал шептать слова утешения. — все хорошо, все в полном порядке! С чего ты взяла, что я умру?

— Я хочу, чтобы ты был осторожен, — прижимаясь к отцовской груди всхлипывала девочка. — я хочу, чтобы ты дожил до глубокой старости! Прошу, не умирай!

|продолжение следует...|

* — разновидность плюща