За длинным домом высилась небольшая гора, а к ее вершине вела узкая и извилистая тропа, по которой мы брели уже достаточно долго. Забавно, я уже начал выбиваться из сил, а вот Хальф держал ровно тот же темп, который взял в самом начале. Во всяком случае, никаких признаков усталости я у него не заметил. Похоже, эта дорога ему была хорошо знакома, и путь по ней туда и обратно он проделывал далеко не раз.

– Пришли, – объявил Хальф и сбросил на землю котомку, которую пер всю дорогу.

Мы оказались практически на самой вершине горы. Отсюда открывался просто потрясающий вид – мы глядели на Лейру, и сверху селение казалось маленьким, словно игрушечным. Слева от нас был фьорд, в котором величественно качались возле пристани драккары ‒ мой и принадлежавший клану. Паруса были убраны и корабли на таком расстоянии казались какими-то странными, сказочными животными, купающимися в воде.

Справа от нас раскинулась равнина и, как мне казалось, я смог увидеть берег, где некогда мы сражались с воинами Ярла.

Впереди, чуть дальше Лейры, раскинулся лес, запорошенный снегом. Кое-где у его опушки виднелись тропинки, которые протоптали местные, таская дрова для своих очагов.

Там, далеко за лесом, была хижина Нуки, нынче пустующая, и там же был тайник с оружием, который, к слову, мне нужно будет забрать перед тем, как мы отплывем к Длинному острову. Мне ведь нужно не только обучать и готовить молодое пополнение, его ведь чем-то еще и вооружить нужно, пусть пока и из моих собственных запасов (если говорить точно – доля старика и Олафа пойдет туда же, но они не против.).

– Красиво, – сказал я, продолжая оглядываться, – но зачем мы здесь?

Вместо ответа Хальф издал странный звук. Нечто среднее между свистом и клекотом.

И тут же я услышал ответ, раза в два громче. Меня ударило сильным воздушным потоком. Настолько сильным, что я качнулся вперед, сделал шаг, чтобы сохранить равновесие. А на поднятую вверх руку Хальфа уселось нечто.

Я говорю «нечто», так как назвать этого монстра птицей у меня язык не поворачивался. Когда это существо уселось на руку Хальфа, было видно, насколько тяжелая птица – он с трудом удерживал ее.

Длинной птица была около метра, а вот ее крылья были поистине гигантскими. Когда она взмахнула ими, умащиваясь на руке Хальфа, я прикинул, что размах крыльев у нее не меньше трех метров. Голова птицы больше всего напоминала орлиную – тот же изогнутый клюв, недобрый взгляд словно бы рассерженных глаз.

– Познакомься, тэн, – с ухмылкой произнес Хальф, заметивший, насколько я был обескураженный увиденным, – это и есть альмьерк.

Я лишь кивнул, будучи не в силах ответить, так как любовался дивным существом, которое мне продемонстрировал спутник.

Угольно-черные перья блестели под зимним солнцем. Ярко-зеленые, прямо таки изумрудные глаза следили за каждым моим движением. А огромный клюв, которым птица наверняка могла орудовать, как бывалый воин ножом, ходил из стороны сторону.

– Так что… – начал было я, но альмьерк издал свой клич, прямо бивший по ушам, растопырил свои огромные крылья и открыл клюв, словно бы предупреждая, что мне не стоит делать резких движений, иначе пожалею.

Я замер, но не столько испугавшись его воинственной позы, сколько залюбовавшись им. Огромные крылья, которые растопырил альмьерк, отливали зеленым. Даже не знаю, как это описать. Казалось, что птица полностью черная. Но стоило приглядеться, и был заметен этот зеленоватый отлив. Хвост, к слову, у Альмьерка был темно-зеленым. Вот, значит, откуда взялись цвета клана – взяли не только название птицы, но и ее окрас.

Я все же рискнул и протянул птице руку. Она зашипела, заклекотала, замотала башкой, всем своим видом показывая, что мое действие ей не по нраву, но пока не атаковала.

Я медленно и аккуратно приблизился, шаг за шагом, не спеша. Моя рука с каждой секундой была все ближе и ближе к птице. Альмьерку это не нравилось, он следил за каждым моим движением, но все же не атаковал.

Наконец моя рука коснулась головы птицы. И она тут же возмущенно заклекотала, открыла клюв и попыталась меня цапнуть. Но я медленно и спокойно продолжил тянуть руку, осторожно погладил перья. Альмьерк хоть и был недоволен таким вторжением в личное пространство, но противиться не стал, а наоборот, подставил голову под мою руку.

Хальф же молча наблюдал за происходящим.

– Позади тебя мой мешок, – спокойным и тихим голосом сказал он, – там еда. Предложи ее.

Я запустил руку в мешок, выудил немалых размеров кусок мяса и протянул его глядящему на меня альмьерку.

Тот повернул голову, некоторое время поглядел на меня одним глазом, а затем без всякого предупреждения «выстрелил»: его клюв метнулся к мясу с такой скоростью, что даже если бы я захотел, не успел бы отдернуть руку.

– Предложи еще и протяни руку, чтобы он мог перебраться к тебе, – тихо проговорил Хальф, – в мешке ты найдешь перчатку.

Я нашел и надел ее на руку. Мясо в этот раз я взял в левую руку, а правую в перчатке протянул к альмьерку.

Птица явно все еще не доверяла мне, но все же перешла на мою руку.

Ни хрена себе! Как только это произошло, я осознал, насколько тяжелым был альмьерк – килограмм 15, не меньше. И как его только Хальф держал на весу. Я бы и пары минут не выдержал. Впрочем, это я. А вот Р`мор наверняка вытерпел бы и минут пять Альмьерк уселся на моей руке и требовательно заклекотал, требуя еды. И тут же получил.

Пока птица проглатывала добычу, я вновь принялся ее гладить. Альмьерк закончил с очередным куском и вдруг «боднул» меня.

– Он благодарит тебя, – объяснил Хальф, – сейчас можешь опустить его на землю. Он уже понял, что ты друг и не пытаешься навредить ему.

Я осторожно присел, опустил руку и Альмьерк ловко спрыгнул на землю, на мгновение вновь взмахнув крыльями. Черт, а ведь красиво. Нельзя сказать, что я любил птиц, хоть в детстве у меня были попугайчики и канарейки, но сейчас был в полнейшем восторге.

Альмьерк же стоял передо мной, глядя прямо мне в глаза и явно требуя продолжения банкета. Он даже требовательно крикнул, дабы неразумный двуногий понял, чего от него хочет этот величественный небесный хищник.

– Этот альмьерк принадлежал нашему тэну, – сказал Хальф. – После смерти Ульфа птица долго кружила над местом боя, а затем исчезла, и я уж было решил, что она не вернется. Но вдруг появилась вчера. Я понял, что это знак богов, и не ошибся.

Он поглядел на меня и продолжил:

– Вы не боитесь друг друга и птица ела из твоих рук. Это хорошо, альмьерк не считает тебя врагом, хоть еще не до конца доверяет. Раньше он не подпускал к себе никого, кроме меня и Ульфа. Более того, многие друзья тэна поплатились за наглость, пытаясь погладить перья. Некоторым он укоротил пальцы.

– Серьезно? – я был удивлен подобным.

Нет, вроде как какаду могут перекусить палец на фаланге, но… Впрочем, еще раз оглядев птицу, я пришел к выводу, что с таким клювом оттяпать палец ‒ не такая уж и сложная задача…

– Альмьерк ‒ охотник, но если он долго не может найти пропитания, то не брезгует и падалью. После пира нескольких таких птиц от тела мало что остается, – сказал Хальф, а затем добавил: ‒ Если ты будешь за ним ухаживать, кормить, учить – он станет тебе верным помощником. К сожалению, Ульф не уделял достаточно времени дрессуре, и очень зря.

Хальф тяжело вздохнул, видимо что-то вспомнив. – Тебе бы я советовал так не делать. Эта птица может помочь в бою, как минимум отвлечь противника.

Я просто кивнул. Еще бы, если получится натравить альмьерка на врага – на последнем можно смело крест ставить. Если птица и не убьет человека, то уж точно серьезно ранит: вон, какие когтища, после них на теле наверняка останутся глубокие раны. И это я молчу о том, что эта зверюга может выклевать глаза или выцарапать их. Тогда все, противника можно, в принципе, списывать со счетов.

Я посмотрел на когти птицы. А может, и убить сможет: каждый коготь по сантиметра три, а то и все пять длиной. Уверен, эта тварь легко сможет поднять в небо какого-нибудь козла или барана, удержать в лапах, а затем изодрать в клочья. И человеку подобный хищник сможет доставить массу проблем. Главное научить его, причем не просто научить нападать, но еще и делать правильно – какой смысл тратить массу времени на дрессуру, если как только я отдам приказ, и альмьерк ринется в бой, противник успеет закрыться щитом или ранить его топором?

– Теперь этот альмьерк твой, – меж тем заявил Хальф. – Я вижу, что ты с ним справишься, да и сам альмьерк с тобой ведет себя спокойно.

– Благодарю, – кивнул я.

– Не стоит. Ты наш тэн, а эта птица – символ и доказательство твоей власти, – Хальф усмехнулся. – Хотя, признаюсь тебе честно: не думал, что альмьерк так быстро и легко позволит себя погладить. А уж что будет смирно сидеть у тебя…

Хальф закатил глаза и щелкнул языком, видимо, таким образом выражая свой восторг.

– Пусть альмьерк на твоем плече станет предупреждением для врага, а для нашего клана лишним доказательством того, что ты достоин править нами, – наконец закончил он свою речь.

Я просто кивнул.

– Ну а теперь мы можем возвращаться, – сказал Хальф, – я сделал, что требовалось, и даже больше.

Он подхватил свой мешок и закинул себе за спину.

Я же протянул руку птице. Вот только гордый черно-зеленый хищник не спешил идти ко мне.

– Как его зовут? – спросил я.

– А? Я разве не сказал? – повернулся Хальф. – Старый уже стал… Его зовут Карей. На старом языке это значит «темный».

– Карей… – позвал я и попытался издать звук, которым птицу приманил Хальф.

Не скажу, что получилось идеально, но все же Карей понял, чего от него хотят. А Хальф одобрительно кивнул головой. Мол, молодец, все хорошо сделал.

Карей залез на руку, пробежался по ней, от чего она тут же отозвалась болью. Ощущение такое, будто по руке били, не сильно, но ощутимо. Затем он расселся у меня на плече. Ну вот, теперь, как я понимаю, мы друзья.

Я сделал пару шагов и понял, что птица, сидящая у меня на плече, создает определенные трудности.

М-да… не было печали, теперь еще эту тушу на себе таскать…

– Отпусти его, пусть летает, – подсказал мне Хальф, видно поняв, в чем проблема.

– Как?

– Подними руку, и как только Карей перелезет туда, подкинь его вверх.

Я тут же поднял руку. Не сильно, но выше плеча, и птица тут же двинулась к кисти.

Когда она уже сидела на перчатке, я медленно опустил руку вниз, а затем резким движением подбросил руку, вместе с сидящим на ней Кареем вверх.

Не скажу, что это было легко. Ощущение такое, будто гирю поднимаешь.

Но как только моя рука полетела вверх, альмьерк распустил крылья, взмахнул ими, создав самый настоящий вихрь, ударивший мне в лицо, и взмыл вверх.

«Внимание! Получено достижение: «Символ власти»

Теперь рядом с вами всегда будет преданный друг:

Карей. Альмьерк

Уровень: 2

Навыки:

Метка презрения: 1

***

Я вместе с Нуки, Олафом (все еще страдающим от ран) и несколькими юношами и девушками (будущие воины Лейры) плыли к Длинному острову.

Высоко в небе парил Карей. Видно его не было, но время от времени до нас доносился его клекот. А иногда появлялся он сам, неся в клюве очередную пойманную дичь. Вот и сейчас он уселся на мачту, уцепился за нее одной лапой, а второй схватил свою добычу, принялся рвать ее клювом. Может, засиделся на острове, а может, просто тосковал по прошлому владельцу. Но сейчас он явно был очень доволен тем, что я взял его с собой.

– Мерзкое отродье! – вдруг заорал Нуки, вскочив со своего места и принялся отчаянно тереть шею. – Р`мор! Усмири свою зверюгу! Если она еще раз нагадит на меня, то клянусь…

Договорить он не успел – очередная порция помета прилетела ему прямо на голову.

Так вот ты какая, «Метка Презрения»…

Сидящие на веслах и наблюдавшие за Нуки бойцы покатились со смеху, а лицо Нуки покрылось пятнами. А вот нечего было мою птичку «курицей» обзывать. Хотя вряд ли Карей понял, что его обозвали. Но вот что Нуки не испытывает к нему дружеских чувств – понял. И теперь в самом что ни есть прямом смысле, гадил ему. Или, скорее, на него.

Я усмехнулся. Если получится натравливать птицу на врагов, причем в качестве атаки я подразумевал не это «бомбометание», а полноценную атаку (клювом и когтями) – будет просто великолепно. Сейчас любой боец на вес золота. А нам самим еще нужно готовиться к походу. И подготовка эта будет длительная.

Для начала следует подготовить наших молодых воинов, натаскать их хотя бы на стрельбу из лука. Пусть хоть с десяти шагов попадают в цель. Далее нужно и молодняк Одлора, и «спасителей Длинного острова» обучить владению топором. Снова-таки, пусть пока по минимуму, но они должны знать, с какой стороны браться за ручку, как правильно бить или защищаться. Они должны привыкнуть к оружию, ведь с сегодняшнего дня топор и щит будут их инструментом, а набеги – смыслом жизни.

Я намеревался создать клан морских разбойников, каковым был целый народ в реальной истории. Впрочем, не стоит смотреть на вещи так однобоко – была у викингов и собственная культура, и письменность. Они многое дали саксам, и Англия как таковая появилась именно благодаря пришедшим на ее берег данам.

Пока что «нести» свою культуру на южный берег я не собирался. Обойдемся трофеями и рабами. Ну а что, начинать нужно с малого. Тем более что воинов у меня было всего ничего. Я имею в виду опытных воинов, которые не будут бояться кровавой сечи, не побегут или не остолбенеют в случае, если нас начнут теснить.

Впрочем, мой план подразумевал минимум сражений. Обойтись без них совсем нельзя – в конце концов, молодняк должен пройти «боевое крещение». Да и опытные воины будут ворчать: что, мол, за поход такой – никому крови не пустили.

И глубоко им плевать будет на то, что возвращаться мы будем с богатой добычей. Наоборот, викинги будут ворчать, что если бы немного «пощекотали» южан, то трофеев было бы в разы больше.

Сколько Нуки не выпытывал у меня, что я задумал, я отшучивался и отнекивался. Но держать все в секрете мне долго не удалось.

Мы зашли во фьорд Длинного острова, едва стали у новеньких мостков (причала, который все еще строили), как я тут же увидел приплясывающего от нетерпения Магнуса. Но поговорить с ним пока что была не судьба – Нуки собрал людей и объявил, что тэн Одлора (в моем лице) и люди клана Альмьерк согласились принять новых членов.

Собравшиеся на берегу восприняли эту новость положительно, как и на Одлоре: скандировали мое имя, выкрикивали поздравления и пожелания. А затем как-то буднично разбрелись по своим делам. Здесь, в отличие от Одлора, работа давно кипела. Каждый знал, чем ему заниматься и что делать, и зря терять времени не желал.

Магнус, еле дождавшись конца официальной поздравительной церемонии, тут же подскочил ко мне. В его руках было нечто, замотанное в мешковатую ткань.

– Я сделал, Рмор, как ты просил…

Он попытался развернуть ткань, но я не позволил.

– Идем в длинный дом, – приказал я.

Магнус тут же направился вперед, я же слегка задержался и окликнул Нуки.

– Нуки! Ты идешь?

– Зачем? – сварливо ответил Нуки, он явно был обижен, что я так и не рассказал ему о том, что задумал, как планировал провести набег.

– Чтобы узнать, как мы победим южан, – ответил я.

– Говори здесь, – безапелляционно приказал Нуки.

– Это надо не говорить, это надо видеть, – усмехнулся я.

Нет, вот вроде жестокие люди и времена, все суровые до ужаса. Но и в тоже время наивные, любопытные, как дети. И Нуки ‒ не исключение, а подтверждение правила.

Мы стояли посреди длинного дома и ждали, пока Магнус размотает свою тряпку. Когда ему это удалось, и он гордо продемонстрировал результат своей работы, я с удовольствием заметил, как вытянулось лицо Нуки от удивления, и он спросил.

– Это что такое? В какой бездне вы это нашли, и что за демона вы убили, чтобы получить это?

– Этими демонами предстоит стать нам, – рассмеялся я, глядя на все еще недоумевающего Нуки.