Платформа между девятью и десятью уже была наводнена студентами и их семьями. Было очевидно, кто из них были волшебниками, а кто нет, поскольку волшебники часто сильно выделялись из толпы.

Некоторые лица казались смутно знакомыми, но большинство он не помнил. Впрочем, это не имело особого значения: все, чего он хотел –  это найти Лили.

Эйлин похлопала Северуса по спине. “Мне пора возвращаться.”

Северус крепко обнял мать. Отпустив ее, он показал: "Я люблю тебя, мама".

В уголках ее глаз заблестели слезы. “Ты не говорил мне этого уже много лет, Северус".

Северус едва не расхохотался от иронии.

“Давно нужно было,” - ответил он.

“Я тоже тебя люблю, сынок", - подписала она и поцеловала его в щеку.

“Обещаю, что буду писать тебе", - сказал Северус.

Эйлин заправила прядь волос ему за ухо. “Передай Лили привет".

“Обязательно передам.”

Северус подхватил свой сундук и бас и смотрел, как мать исчезает за поворотом, а затем раздается звук, безошибочно указывающий на то, что она ушла домой.

Северус мог только надеяться, что Тобиас не будет слишком строг к ней. На этот раз он пообещал себе, что будет дома на Рождество.

Прицепившись к группе второкурсников, он прошел сквозь стену между платформами девять и десять, пока перед ним не появился большой алый паровоз. Он и забыл, насколько хлопотным и хаотичным был первый день нового учебного года, когда он был студентом, и ему пришлось подавить желание нахамить каждому ученику, преградившему ему путь. На долю секунды ему стало не хватать привилегий, которые давало звание учителя.

Пока что никаких признаков прыгающей рыжей головы не наблюдалось.

“Эй, Снивеллус”

Черт. Уголком глаза он увидел, как материализовался Сириус Блэк.

“Ты где-то видел моего брата, целующего задницу?”

Регулус Блэк. Это имя он не вспоминал уже очень давно. Мальчик, который, в конце концов, пытался поступить правильно. Мальчик, с которым он мог бы заключить полезный союз.

“Что тебе до этого, Блэк?” спросил Северус со скучающим тоном в голосе.

“Мама хочет поговорить с ним, прежде чем мы уйдем". Сириус показал большим пальцем через плечо. Вальбурга Блэк стояла позади них и смотрела на маггловскую семью с таким отвращением, что ее уродливое лицо могло бы разбиться вдребезги.

“Не видел его. А Лили ты нигде не видел?”

“Эванс не видел, но ее родители только что уехали, так что она, наверное, едет на поезде, эй, Сохатый!”

Еще больше дерьма. Поттер подбежал к своему лучшему другу, крепко обнял его и похлопал по спине, полностью игнорируя Северуса, словно тот был всего лишь пушинкой в воздухе.

Меньше всего ему хотелось иметь дело с Поттером и его племенем подонков. Поэтому он улизнул и зашел в поезд с головы, решив, что так будет проще всего найти Лили.

С каждым купе Северус все больше волновался и, увидев Эйвери, Малсибера и Розье, напряженно беседующих друг с другом, поспешил скрыться. Оставалось надеяться, что они не заметили, как он прошел мимо.

Он был уже почти в конце поезда, когда наконец нашел ее: она сидела рядом с Алисой и Мэри и смеялась над каким-то отвратительным вкусом бобов Берти Боттс со любым вкусом.

Алиса, сидевшая напротив Лили, похлопала ее по колену и указала в окно купе на дверь. Зеленые глаза Лили встретились с его черными.

Он увидел, что на ней футболка Led Zeppelin, которую он купил для нее два года назад на концерте в Оксфорде. Ее отец был достаточно любезен, чтобы подарить им билеты на Рождество, так как их дни рождения были очень близки друг к другу.

Северус не знал, смеяться ему или плакать. Он с силой распахнул дверь купе, бросил на пол сундук и бас, вытащил ее из кресла и заключил в сильные объятия.

Он втягивал в себя каждую частичку ее тела. От ее мускусного запаха до ее волос, щекотавших его лицо. Ее тонкая фигура казалась хрупкой в его руках. "Я не могу дышать", - сказала она, когда ее лицо покраснело.

Он быстро отпустил ее. “Мне жаль, Лили; мне так жаль".

В его словах было столько старых чувств. Его сожаление выходило далеко за рамки того, что он сжал ее слишком крепко.

“Я так сожалею, Лили,” - повторил он с трещиной в голосе.

“Лучше бы тебе действительно быть,” - раздался сзади раздраженный голос Мэри. “Где остальные твои слизеринские друзья, Снейп?”

"Мертвы, да мне и все равно", - пробормотал Северус в ответ.

Мэри была ошеломлена его ответом, но не стала отвечать язвительной репликой.

Лили подняла брови и скрестила руки. "Что привело тебя сюда?”

“Мама передает тебе привет", - категорично заявил Северус.

Они молча смотрели друг на друга. Немного дольше, чем было удобно.

Лили нахмурила брови. "И это все?”

В этот раз Северус не знал, что сказать. Все, что он мог сделать, это кивнуть.

“Просто скажи уже. Что случилось, Сев?”

Услышав свое старое прозвище, он набрался храбрости. “Ты не поверишь мне, если я расскажу.”

“Попробуй.”

“Я умер, увидел золотую рыбку Пипа, получил шанс вернуться к жизни, утопился и проснулся именно сегодня утром".

У Мэри и Алисы от удивления отвисли рты. Лили, однако, продолжала пристально смотреть на него.

“Ты случайно не пил?” спросила Лили с перекошенным взглядом. "Это не имеет особо смысла для меня".

“Моя мама спросила меня о том же сегодня утром, что довольно забавно.”

“Не наглей со мной, Северус,” - сказала она, смахнув с плеча длинный конский хвост и положив руки на бедра. “Что с тобой происходит?”

“Я обещаю, что расскажу тебе все, Лили, но сейчас мне просто нужно было увидеть тебя".

Лили подняла с пола его бас, и Северус воспринял это как знак того, что он может войти. Водрузив свой сундук поверх остальных на стеллаж над их головами, он сел рядом с Лили.

Алиса и Мэри продолжали бросать на него подозрительные взгляды, но Северусу сейчас было все равно. Лили была рядом с ним, живая, дышащая и язвительная, и это все, что имело значение на данный момент.

“Ты серьезно говорил о том, что сказал,” - потребовала Мэри.

“О чем?” спросил Северус, слегка раздражаясь.

“О том, что тебе плевать на своих друзей из Слизерина.”

Северус заметил, что Лили и Алиса пристально смотрят на него.

“Да,” - уверенно сказал Северус. “Но поскольку я живу с ними в одном общежитии, я предпочитаю оставаться на их стороне. Они ведь не знают, что я полукровка".

Глаза Мэри расширились. “Ты просто признался, что ты полукровка, “- прошептала она. “Это опасный поступок".

Лили, однако, смотрела на Северуса с гордостью, отчего у него внутри все потеплело и загудело.

Алиса, которая до сих пор ничего не говорила, сглотнула и сказала: "Я думаю, это было очень смело с твоей стороны, Северус".

Северус был поражен тем, как сильно сын Алисы, Невилл, похож на нее. Он и забыл, какой доброй была Алиса. Хотя, как и ее сын, она не выглядела таковой, она была удивительно храброй.

“Спасибо, Алиса, “- искренне сказал Северус.

Северус перевел взгляд на Лили. “Ты ведь не возражаешь, если я останусь здесь?”

“Я не стану снова убирать с полки твой тяжелый сундук, если ты об этом просишь,” - ответила Лили. “Хочешь сэндвич? Тунья (Petunia скоращается, как Tuney, так что оставлю так) приготовила".

Северус с удовольствием взял у нее сэндвич. Его подростковое тело требовало ужасно много еды.

“Мы можем поговорить наедине после церемонии?” спросила Лили.

Северус кивнул: "Мне так много нужно тебе рассказать".

“Я так и поняла, что да".

“Кто-нибудь хочет поиграть во Взрывающиеся Карты?” спросила Мэри, чтобы разрядить напряжение, витавшее в воздухе.

Северус, хоть и с некоторой неохотой (в последний раз он видел игру, когда конфисковал колоду, потому что студенты превратили ее в игру во Взрывающийся Снейп(в оригинале exploding Snap, а студенты заменили на exploding Snape)), согласился поиграть.

Прошли годы с тех пор, как он так невинно развлекался.