Что? Теодор сузил глаза, прежде чем протянуть пилюлю Айлетт.

— Это — твоя кровь, которую продавал тот мужчина? Айлетт, можешь, пожалуйста, проверить еще раз?

Девочка двумя руками протерла заспанные глаза, а затем широко их распахнула. Осторожно забрав таблетку из руки Теодора, она уверенно кивнула:

— Да. Я слышала, что ее можно использовать, если надкусишь или сдерешь верхний слой... А что, ч-что-то не так?

Серьезно говорившая Айлетт испугалась, заметив, как мрачнеет лицо Теодора.

— Вау.

Тот спокойно убрал пилюлю, которую он держал. Его полные насмешки глаза не отрывались от пристройки.

— Я все думал, где бы найти зацепку, а она сама пришла ко мне в руки.

Если тот мужчина продавал яд или же кровь Айлетт, армии повстанцев, то он определенно что-то знал: секретный код, с помощью которого они общались, место их встреч, имена или лица. А если им повезло, и у армии уже было запланировано собрание, то они могли пойти на опережение.

— Серсия. Оставь это мне.

— Тц, ну, ладно. Тео, я собираюсь проверить, как ты справляешься, так что постарайся как следует.

Серсия цокнула языком, как будто была разочарована.

«Но если этот яд — кровь Айлетт... То тот яд, который я съела в прошлый раз, должно быть, тоже был кровью Лапилеонов».

Не удивительно. Я довольно быстро восстановилась и мое состояние в целом было не очень плохим, что необычно для яда. А я еще думала, что приобрела какой-то иммунитет к ядам.

— Тогда, полагаю, со срочными делами разобрались.

Глория обвела членов семьи невозмутимым взглядом.

— Финн, Айлетт и я будут разбираться с удочерением, так что мы вернемся в герцогство, — тихо сказала Глория, вставая из-за стола. Услышав это, Айлетт изумленно вздрогнула и с круглыми глазами обернулась ко мне.

— А ч-что насчет тебя, сестра? Ты поедешь с нами? — отчаянно прокричала она. Прощание пока что было непривычным для нее.

Вместо того чтобы ответить, я встала и подошла к Айлетт, сидящей на руках у Финна. В ответ она протянула руки ко мне и выпрыгнула из объятий мужчины. Может, все дело в том, что температура детей гораздо выше, чем у взрослых. Если я закрою глаза, пока держу ее у себя на руках, то услышу ее биение сердца и почувствую эмоции, которые она испытывает.

— Т-ты не поедешь, сестра?

— Нет, я остаюсь здесь.

— Н-но тогда!..

— Но не волнуйся.

— Сестра...

— Я здесь, так что, если захочешь, можешь приезжать сюда в любое время.

— Когда... Мне захочется?

Я прикоснулась своим лбом к ее и широко улыбнулась.

— Конечно! Приезжай в гости? когда угодно!

— Но... Что, если я захочу с тобой поговорить? Я слышала, что дорога от великого герцогства до столицы на самой быстрой карете займет месяц... Я не смогу сразу же приехать.

— Тогда ты можешь написать мне письмо. Давай записывать все, что мы хотим друг другу сказать, и посылать письма. Тогда мы как будто будем разговаривать вживую.

— Письмо? — промямлила Айлетт и испуганно дернулась, — Н-но я не умею писать! Я не смогу написать письмо!

Видимо, родители Айлетт не уделяли достаточно внимания ее обучению и уж тем более не нанимали ей учителя или посылали ее в академию.

— Тогда тебе стоит усердно практиковаться каждый день, чтобы ты смогла написать письмо для меня.

Из опухших глаз Айлетт закапали слезы.

— И все-таки... Что, если я слишком долго буду учиться?

Я искренне засмеялась, услышав переживания Айлетт насчет подобных вещей. Достав платочек, я аккуратно вытерла ее мокрые щеки.

— Тогда я напишу тебе первой. Я буду продолжать писать тебе, пока ты не сможешь прочесть мои письма и ответить на них.

Айлетт захныкала, крепко обхватив мою шею руками. Мои плечи постепенно становились влажными от ее слез.

— Спасибо, сестра.

Я почувствовала, как все мое тело пробила дрожь, как будто я на мгновение стала одним большим гонгом. Кивнув, я крепко обняла Айлетт.

— Я тоже благодарна тебе. Спасибо, что доверилась нам и выбрала нас. Я так счастлива, что встретила тебя. Где бы ты ни была и чем бы ты ни занималась, я надеюсь, что ты всегда будешь счастлива.

По-настоящему счастлива.

— Я тоже... — шмыгнула Айлетт, — Я тоже счастлива, что встретила тебя. Я здесь благодаря тебе. Если бы не ты, то я бы сейчас наверняка была в том доме...

Она не успела договорить, а слезы снова хлынули из ее глаз. Я чувствовала, как мое горло тоже начинало сдавливать от переизбытка эмоций.

— Ты — моя фея.

Посреди нашего обмена благодарностями Глория тихо вздохнула.

— После того как удочерение будет официально завершено, мы вернемся в столицу. Сколько вы еще собираетесь это продолжать?

— Простите?

Мы с Айлетт одновременно с изумлением вскинули головы. Глория приблизилась к нам и осторожно утерла ее слезы левой рукой и пригладила мои растрепавшиеся волосы правой.

— Хоть Айлетт и прекрасно осознает свое проклятие, у нее нет абсолютно никакой социализации. Я планирую зачислить ее в академию в класс к шестилетним детям вместе с Селфи.

— Я-я пойду в академию?

Глаза Айлетт радостно расширились.

— Разумеется. Разве не будет лучше найти друзей, чем быть одной? Или, если тебе не нравится, ты можешь учиться одна в герцогстве?

— Н-нет!

— Но это означает, что тебе надо будет осторожной с ранками, да? Если кто-то узнает о твоем проклятии, нам, скорее всего, придется принять некоторые сложные решения.

— Д-да! Я была осторожна с этим дома, так что я смогу! Я приложу усилия, чтобы не раниться до крови! Даже Селфи это может!

— Эй, Айлетт. Я тут при чем? Я хорош в этом!

В отличии от ее спокойного тона и грубоватого голоса, прикосновения Глории были мягкими и нежными.

— Да, так и надо. Если Айлетт пойдет в академию, Финнеас останется в столичном особняке Лапилеонов. Да и я уже немолода, так что буду оставаться рядом с ним. Мы изначально не собирались прощаться.

— Т-тогда я не буду расставаться с сестрой?

— Вы будете максимум в трех-четырех часов езды на карете друг от друга. Если вдруг захочешь, то сможешь в любое время ее навестить. Так что скорее утирай слезы.

— Тогда, разве я не могу просто остаться здесь? С тобой и Финнеасом тоже!..

— Айлетт, нехорошо мешать молодоженам.