Шея Зейна сильно напряглась. Он выглядел очень нервным, сглатывая слюну.

— Если кровь смешается с дождём, то человек, попавший под этот дождь, признает хозяина крови своим правителем. Чем чаще подвергаться воздействию дождя, смешанного с кровью, тем сильнее становится зависимость.

— Что это значит?

— Это часть древней магии, ныне забытой. —  тихо добавил Ревелоф. — Она используется монстрами высокого уровня.

Глаза Зейна широко раскрылись. Он, наконец, понял, в чём причина, по которой дело об исчезновениях превратилось в жертвоприношения.

— Но мы только что попали под дождь, так почему с нами всё в порядке?

— А ты не догадываешься?

В конце концов, Зейн коротко вздохнул.

{— Благодаря моей силе! Конечно, я еще не в идеальной форме, но остановить влияние такого дождя могу!}

— Спасибо, Кайрос.

Слова Бога не могли дойти до Зейна, но он поднял голову и тоже выразил свою благодарность.

— Спасибо, Кайрос!

Сила монстров проистекала от силы «богов-демонов». Противостоящая ей сила Кайроса защищала их. Зейн также недавно получил в дар часть святой силы непосредственно от самого Бога Красоты.

— Выражаясь иначе, в этой деревне есть монстр высокого уровня?

Хоть Зейн и выглядел удивлённым, вопрос прозвучал полушёпотом.

— Да. Мы скоро прибудем к месту, где сидит этот монстр.

Карета мчалась туда, где находился «хозяин» Бейерса.

***

Стоило ударить молнии, и тёмный банкетный зал вмиг стал светлее.

Во главе пустого банкетного зала стояло длинное кресло. Мужчина удобно сидел в нём, подперев подбородок.

Кожа светлее снега, чёрные волнистые волосы, ниспадающие до плеч, запавшие глаза и худощавое тело.

Это был Хорн Дрейер, внук барона Дрейера.

Мужчина, смотрящий холодными глазами на пустой банкетный зал, взял в руку стоявший рядом с ним стакан. Красный напиток наполнял его, и мужчина сделал глоток, но жажда не ушла.

Жажда, обжигавшая его горло, с течением времени становилась всё сильнее. Прошёл уже целый год. Сегодня день принесения жертвы. Так что всё, что нужно было сделать, это набраться терпения. Жертва вскоре попадёт в его руки.

— Хааа...

В этот момент двери в банкетный зал открылись. Хорн видел, как шестеро мужчин тащат к нему троих.

Уголки рта его приподнялись в блаженной улыбке. Мужчины, сбросившие на пол три связанных тела, поклонились перед ним.

— Это наше предложение в этом году.

Хорн переключил своё внимание с мужчин на свежих жертв. На коленях перед ним стояли двое молодых парней и девочка.

Улыбка Хорна растянулась до такой степени, что губы почти коснулись ушей. Внешность его была далека от человеческой, но шестеро мужчины не обращали внимания.

— Однако… — в зале раздался грубый, низкий голос. — Кроме этой девочки, у двух других лица, которые я никогда раньше не видел.

— Они чужаки.

— Ху, правда?

— Да. А этот парень – закуска.

У закуски, о которой говорил главарь шестёрки, были зелёные волосы и карие глаза. Хотя у него была приличная внешность, он не был «самым» красивым человеком.

Однако это не имело значения, поскольку к первому перекусу за долгое время грешно придираться. Хорн счастливо улыбнулся при мысли о пиршестве.

— Хорошо поработали.

Впервые за долгое время он похвалил своих слуг. Лица мужчин в одно мгновение просветлели.

— Ступайте. Пришло время трапезы.

— Приятного вам аппетита.

Мужчины с радостью покинули банкетный зал, будто сами хотели оттуда смыться. Хорн сонно взглянул на подношения, а затем встал с кресла.

Его шаги были единственным звуком, что эхом разносился в тихом банкетном зале. Чужеземцы сидели на коленях неподвижно. Было заметно, что на них оказал влияние дождь, смешанный с его собственной «кровью».

Хорн, или, вернее, Салома, улыбнулся, увидев, что жертвы смотрят на него пустым взглядом. Смешать кровь с дождём было тем, что мог сделать только он, обладатель исключительной силы.

Даже если «отец» поймает его, он умрёт в тот же день.

«Отец» желал «превратить живых людей в монстров», но Салома любил человеческую кровь. Выпивая живую кровь до тех пор, пока не иссякнет дыхание человека, он духовно наполнялся, и пробуждал в себе новые грани силы.

— И как мне перестать принимать эту вкусную пищу?

Однажды, его чуть не убил «отец», когда поймал за питьём крови жертвы, которую его братья и сёстры приготовили для «отца». Он едва израсходовал все свои силы и сумел спастись с шансом, близким к чуду. Тогда ему ничего не оставалось, как спрятаться в человеческом мире и поселиться в тихой деревне.

Сначала, опьянённый человеческой кровью, он импульсивно нападал и высасывал жертв, что почти вызвало проблемы, но ему удалось отвести от себя все подозрения.

После этого он заставил людей повиноваться, слив свою кровь с дождём. Отныне люди сами регулярно снабжали его свежей кровью. Перерыв был долгим, но не настолько, что невозможно потерпеть.

Если бы Салома продвинулся дальше, он бы привлёк внимание людей, и тогда его мог бы поймать «отец» или тот змеиный Бог. Если бы он поднял ещё больше шума, это привело бы к его смерти, поэтому умный монстр решил набраться терпения. Пока что он был вполне обеспечен людьми.

Глаза Салома загорелись, когда он осмотрел подношения. Если оставить в стороне закуску, то основное блюдо было на первом месте.

Девочку в лицо он знал, потому пропустил. Салома сглотнул слюну и посмотрел на чужака. Он слегка наклонился и положил руку на подбородок незнакомца, приподнял голову юноши и осмотрел внимательно.

У жертвы было довольно красивое лицо. Салома придерживался убеждения, гласившего: «что красиво, то и вкусно». Лицо юноши перед ним вмиг вызвало желание испить его кровь.

Блестящие светлые волосы, мокрые от воды, пустой взгляд голубых глаз и бледная кожа. Салома облизнул губы, поскольку внешний вид блюда был на уровне искусства.

«Выглядит так вкусно».

Он повернул подбородок жертвы в сторону и сглотнул, глядя на белоснежную шею.

Когда молния в следующий миг осветила банкетный зал, Салома обнажил клыки и тут же вонзил их в шею человека.

— Кхх…!

Жертва застонала от боли. Как это часто случалось, Салома проигнорировала эти звуки, и начал смаковать кровь. Наслаждаясь каждым глотком, вампир внезапно вздрогнул.

— Вкус…разве не странный?

Он немедленно отошёл от своей жертвы. Тело юноши накренилось и упало на пол.

Это было даже не малое количество того, что он обычно потреблял. Однако Салома не знал, что в выпитой крови содержится «яд», превышающий его смертельную дозу.

— Что же за вкус?

Вампир задумчиво наклонил голову.

— Тц...

И тут послышался тихий смех. Источником звука была жертва, кровь которой Салома недавно пил.

— …Ты с ума сошёл?

Упавшая на пол жертва, Ревелоф, как ни в чём не бывало, встал. Несмотря на то, что его руки были связаны, это не помешало ему подняться без особых усилий.

Ревелоф даже слегка похрустел зудящей шеей, чтобы размяться. Уголки его рта красиво приподнялись.

— Как ты пришёл в себя?.. Угх!

В следующий момент, когда Салома с вопросительным взглядом обратился к жертве, он тут же сам схватился за шею от внезапной боли.

— Угх, кха!

У него было ощущение, будто всё внутри горит, начиная с глотки.

— Тебе, должно быть, очень больно, Салома.

Глаза вампира закатились, когда он с тихими всхлипами пытался унять боль. Запястья жертвы уже были свободны.

«Но почему жертва знает моё «настоящее имя»?», — в шоке осознал монстр.

Оболочкой, которую он «надел» на себя, был Хорн Драйер.

Салома, сын демона… Не было человека, который мог бы знать его настоящее имя.

— Кха…как ты узнал моё имя?! — спросил он, корчась от боли.

— Это не твоё дело. — Ревелоф только улыбнулся вместо ответа. — Салома.

Перед юношей был один из ста отпрысков, рождённых «богом-демоном» и демоном высокого класса. Встреть он эту тварь в начале пути,  у него не было бы ни единого шанса из-за разрыва в силе. Но что, если он станет ещё сильнее в будущем?

— Теперь всё по-другому.

Ревелоф использовал один из приёмов, имеющихся в сюжете игры – отравление противника с помощью собственной крови, наполненной святой силой. Это был самый выгодный вариант, способный быстро убить Салома, монстра высокого уровня, без сражений с ним.

— Угх! Уххк..! — Салома осел на пол, продолжая корчиться там.

— Больно?

Ревелоф медленно подошёл к нему, посмотрел на Салому и приподнял уголки рта. Только глаза его не улыбались.

— Люди, которых ты убил, должно быть, тоже кричали от боли.

Слова его были чрезвычайно холодны. Глаза, смотрящие на Салому, отражали взгляд хищника на добычу.

— Кхх…как ты смеешь, человек…кеууу…вот так!

В какой-то момент Салома выжал все оставшиеся силы и махнул рукой в ​​сторону юноши. Ревелоф легко увернулся от атаки.

Салома не заметил, но его тело уже рассыпалось в порошок с кончиков пальцев ног. Даже если он применит силу в таком состоянии, он не только промахнётся, но и ускорит собственное исчезновение.

— Не рождайся в следующей жизни.

Ревелоф равнодушными глазами смотрел на кончину монстра. В следующий момент он замолчал.

«Это…»

К сожалению, внука барона Дрейера, Хорна Дрейера, спасти не удалось. Поскольку его тело долгое время было ассимилировано с Салома, оно было поглощено демонической энергией и погибло вместе с ним.

«Надеюсь, ты отправишься в хорошее место».

Ревелоф закрыл глаза и помолился о светлом пути покойного аристократа. Тогда же он услышал голос Кайроса.

{— Малыш. Я заберу душу этого ребёнка.}

«Спасибо».

В отличие от Салома, душа настоящего Хорна Дрейера будет спасена.

— Как кроваво.

Пока Лидер Церкви смотрел на то место, где исчез вампир, Зейн подошёл к нему. Прежде чем он это осознал, Зейн уже развязал верёвки, связывавшие его по рукам. На самом деле они оба слегка припустили верёвки друг друга ещё в багажном отсеке кареты.

— Что?

Когда Ревелоф обернулся к Зейну и небрежно спросил, слуга коснулся его руки, будто показывая, как у него пошли мурашки по коже.

— Как вам пришла в голову идея убить монстра своей кровью?

— Ну, так удобнее.

Он был человеком, который лучше, чем кто-либо другой, знал разницу между собой и монстрами высокого уровня.

— Поскольку противник – монстр высокого класса, я выбрал лёгкий путь. Если бы облажался, мы с тобой бы погибли.

— Вы говорите это так небрежно.

Зейн смотрел на Ревелофа усталыми глазами. Однако юноша всё тем же небрежным жестом использовал навык «Исцеление» на собственной шее. Только тогда исчез ноющий зуд, как от укуса комара.

Зейн был удивлён, увидев, как святая сила исходит из ладони парня и исцеляет его раны.

— Эта целительная сила…

Пока он что-то бормотал, Ревелоф приложил указательный палец ко рту. Затем он красиво прикрыл глаза, и казалось, дал молчаливый намёк: «Если я тебе скажу, ты умрёшь».

Зейн поджал губы. Так или иначе, после встречи с Лидером Церкви Кайроса он пережил в своей жизни много удивительных вещей. Он прекрасно знал, что если неосторожно проболтается, это навредит только ему самому. Зейн ответил кивком головы.

Когда Ревелоф закончил самолечение…

— Эм…

Юри, потерявшая сознание в карете, очнулась.

В деревне Бейерс медленно занимался рассвет, а дождь прекратился прежде, чем кто-то успел заметить.

— Давайте двигаться.

Ревелоф, какое-то время наблюдавший за этим из окна, причесался и поправил одежды.

— Если хотим попасть в Беон, нам нужно поторопиться.

Юноша помог Юри, и они вместе с Зейном покинули банкетный зал. Ему ещё предстояло решить все дела в Бейерсе, а потом Беон...