Минув несколько постов стражи и садов, мы оказались перед огромной лестницей, что вела ко входу в королевский дворец. Толпа, что следовала за нами от самой площади, потерялась где то там — на первом из постов охраны.

— Ты точно не передумал? Король в последнее время не в лучшем расположении духа, — обратился ко мне глашатай. Он второй раз отговаривал меня от этой затеи, очевидно, опасаясь за свою шкуру. Мало ли — кого он вообще ведет к королю.

— Признаться честно, я прибыл в столицу только ради служения его величеству, — я развел руками.

— Не лучшее время ты для этого выбрал. Ну, пошли, — глашатай нахмурился, и ступил на первую из 280-ти ступеней королевского дворца.

Через какое то время, мы наконец вошли во дворец. Он сходу показался мне на удивление пустым и мертвым, будто сонное царство. Центральная ковровая дорожка вела к большой, раздвоенной лестнице в центре. Судя по планировке здания, которую я удачно свистнул из архива еще в первый месяц — дворец этот строили помешанные на лабиринтах маги, а не обычные архитекторы. Даже я до конца не смог разобраться в его строении, лишь зазубрив планы и самые важные детали.

Минув центральную лестницу и поднявшись на второй этаж, мы прошли ещё одну лестницу, а потом ещё одну, и ещё. Я и сам того не заметив, через пару минут оказался на прямом пути к величавым дверям тронного зала. К слову, из зала доносился какой то шум — говорили на повышенных тонах.

«Господин, к вам гость из дальних земель», — произнес глашатай, заглядывая внутрь за приоткрытые врата. Он стоял так некоторое время, а после, позвал меня внутрь кивком.

Войдя в зал, мне предстала следующая картина: на троне, в мехах и золотистой броне, под огромной иконой богини Сонма, которая совершенно не была похожа на богиню Мари, сидел король. В свои 50 лет он уже был совершенно седым,и его огненный взгляд прожигал насквозь всё, до чего мог добраться. Перед ним, опустив голову, стоял его верный рыцарь и по совместительству один из трех «божественных магов» — Петро Достон. Именно Петро отвечал за всю логистику в королевстве, ведение крупной торговли, и кое что ещё из внутренней политики. Он так же был одним из тех божественных магов, что служат богине Сонма, лишь на ранг уступая самой Святой.

«У тебя есть, чем себя оправдать?» — гремел на него король мощным басом.

Петро молчал.

«Так ты служишь своему королю?! Иди, и чтобы к концу сезона луны всё было сделано!» — вновь вспылил король, махая рукой. Петро тут же развернулся, и ушел прочь. На обратном пути наши взгляды встретились. Судя по тому, как он смотрел на меня — потенциально, Петро был очередным врагом.

— Я слушаю, — король, кажется, слегка успокоился, и теперь смотрел на нас с совершенным безразличием, подперев голову рукой.

— Господин, этот человек говорит, что прибыл из далеких земель, чтобы проситься у вас на роль главного дворецкого! — Глашатай поклонился, и я поклонился синхронно вместе с ним.

— Смело. И что ты умеешь? — король пронзил меня суровым взглядом серых глаз. Глашатай осторожно отошел назад.

— Всё, что должно уметь дворецкому, и даже больше, ваше величество, — я едва заметно улыбнулся, стараясь не вызвать у короля агрессии чрезмерной самоуверенностью.

— Утверждаешь, что разбираешься в политике, этике, истории, магии и кулинарии, в своем то возрасте? Откуда ты родом? — король, кажется, был слегка заинтересован, и прищурился. Мой уверенный тон должен был производить на него лучшее впечатление, на контрасте с молчаливым Петро.

— Я прибыл из далеких земель вблизи континента Висата, пройдя путь монаха тени, ваше величество. Всю свою жизнь я изучал мировую культуру, политику и историю, намереваясь позже служить господину Доарду.

— И что же ты тогда забыл тут?! Твое место на Флегрейсе! — король сжал подлокотники кресла.

— Я тоже думал, что моё место там, но коалиция... Вы ведь знаете, что помимо господина Доарда в ней встречаются не только хорошие люди, но и очень плохие, так ведь? В ней очень тесно новым лицам.

— Допустим, — король задумчиво кивнул, расслабив руки.

— Так вот я решил, что полезнее будет поддержать союзников коалиции, нежели их самих. Укрепить их тыл, и заодно послужить стране, которая этого достойна. Внутри самой коалиции и так достаточно героев; Чего стоят только великие ученики Доарда.

— В этом есть смысл, — король одобрительно кивнул, — Но ты выбрал Фиртанию... Почему? — он становился все спокойнее, и задумчивее.

— Я монах, господин. Я верен богам созидания, — я многозначительно улыбнулся, подняв взгляд чуть выше головы короля, на икону богини Сонма.

— Святая... — короля словно осенило, хотя я вновь заметил тень сомнения в его глазах: — и стало быть, ты утверждаешь, что подходишь на роль дворецкого для самой святой?

— Прошу простить мне мою самоуверенность, ваше величество. Я утверждаю лишь, что готовился к этому всю жизнь, и не более, — я опустил голову. В зале повисла тишина.

— Подними голову, я не люблю собак, — наконец ответил король через минуту раздумий. — Я дам тебе шанс. Твоя мана кажется мне необычной, так что может, ты даже поможешь моей дочери с её проблемой. Всяко лучше, чем приставлять к ней этих... — он отвел раздраженный взгляд куда то в сторону. О какой проблеме он говорил?

— Я сделаю всё, что в моих силах, можете быть уверены, — я серьезно кивнул.

— Как тебя зовут?

— Люций, ваше величество. У меня нет фамилии.

— Теперь будет, если не провалишься. Приходи завтра в это же время, и мы посмотрим, достоин ли ты этого места, — король посмотрел мне в глаза. Поклонившись, я покинул зал.

В глубине души я чувствовал, что король Фиртании — Арвен Пятый — не так уж прост, как кажется.

*

На следующий день вновь лил осенний дождь. Я пришел, как и положено, в зал королевского дворца, откуда горничные меня повели на множественные «проверки» и «тесты». Не буду долго томить и скажу сразу: разумеется, я прошел. Судя по всему, король и сам не сомневался в моей кандидатуре — нужно быть безумцем, пытаясь обмануть короля под охраной трех божественных магов и самой святой. Ещё вчера, когда я только вошел в замок, они уже знали всё о моих атрибутах тени и пространства. Антимагию я заведомо скрыл, ибо такова её сила, но об остальном король уже знал.

По правде то говоря: из за множества защитных чар, я физически не смог бы навредить ему или святой, даже если бы захотел. Они так же не смогли ничего обо мне нарыть — я никогда не оставлял следов, и не делал ничего незаконного без крайней нужды. Нигде не светился, и ни с кем не разговаривал кроме трактирщиков и продавцов. Для них — я и впрямь, всего лишь странный монах, прибывший с далекого острова в услужение святой. По крайней мере, я на это надеюсь, ведь иную причину что бы так легко принять меня в услужение, придумать сложно.

Впрочем, и я солгал им не до конца. К работе я был основательно подготовлен, поскольку еще до прибытия в этот мир уже прекрасно умел исполнять роль дворецкого и королевского советника — это мне не впервой. Навыки вкупе с атрибутами давали мне непревзойденное преимущество в конкуренции с обычными слугами. Нужно было только обновить знания под новые реалии, чем я и занимался все четыре месяца, не без помощи магии и некоторых книжек, получить которые законным путем — невозможно.

От дальнейших, долгих и нудных описаний всей рутины, я пожалуй, вас избавлю. Скажу лишь, что в мои обязанности входили: контроль всех старших горничных и личной горничной принцессы, официальный прием важных личностей и почетных гостей, учёт всех работников замка, уход за садом в отсутствие садовника, а также... Личное обучение принцессы Розы, в том числе как её личного дворецкого. Об этом король попросил меня лично; Уж не знаю, решил он меня так проверить, или же и впрямь доверяет мне, но отказать я не мог и не хотел.

«Принцесса Роза? Вы здесь?» — я постучал в дверь ничем не примечательной комнаты. Она располагалась в северном крыле замка, где помимо самой Розы и нескольких служанок, не жил никто. Это показалось мне странным, и о причинах я пока мог только догадываться.

— Я тут. Кто вы? — равнодушный голос послышался из за двери, после некоторой паузы.

— Люций, новый дворецкий. Я буду обучать вас королевскому делу с этой недели, — я постарался сохранить официальный тон с дружелюбной ноткой.

— Уходите. Я не давала на то согласия, — тихо ответила девушка.

— Простите меня, принцесса, но я не могу. Это моя работа, вы ведь понимаете. Таков приказ короля.

— И что теперь? — она тихо вздохнула.

— Если не хотите учиться — обещаю не докучать вам со слишком трудными темами. Учиться можно не только скучая, — я поклонился перед дверью.

— Допустим, — послышался голос прямо передо мной. Дверь была открыта, и Роза в простом, белом платье вроде ночной рубашки, стояла в проеме. Её образ тут же многое прояснил: это была именно та девушка, которую я искал. Разве что, цвет волос сменился. Не пойму только, почему тогда она не служительница богини Мари. Я вообще ничего не смог найти об этой богине... Странно.

Да и, уже по одному только взгляду я мог сказать: характер у Розы спокойный, но явно очень непростой. Этот тусклый свет темно-синих глаз — словно сонный, отвлеченный и безжизненный. Словно она... И не тут вовсе, разумом где то не в этом месте.

Что же до внешности в целом: она была действительно прекрасна в свои двадцать-два года. Среднего роста или может чуть выше, изящная, почти миниатюрная фигура, на сколько я мог оценить её в платье. Белоснежные волосы спадали с хрупкой головы на столь же хрупкие плечи, словно тяжкий груз. Острые черты лица, слегка красноватые щеки, и мрачный как сама бездна взгляд на равнодушном лице, дополняли картину одинокого призрака, что живет во всеми заброшенном крыле замка.

Неужели король... Избегает ее? Ведь для принцессы в замке есть отдельные покои, а не эта гостевая комната черт знает где. Или может, она сама решила жить тут, а король хочет, чтобы я перевоспитал её? Едва ли это та проблема, о которой он говорил.

— Вы не слишком засмотрелись? Люций? — Роза щелкнула у меня перед носом, выдернув из размышлений. Нужно отучаться от этой полезной привычки — слишком много думать в разговорах.

— Простите, госпожа, я просто удивился... Никогда не видел вас в живую, — я изобразил смущенную улыбку.

— Я вас тоже. Выглядите вы ничего, — она вдруг приблизилась опасно близко, изучая меня спокойным, сонным взглядом. Стоило сразу привыкнуть, что она немного странная. Интересно, тогда в трактире, она ведь выглядела немного иначе?

— Спасибо, — я с легкой улыбкой поклонился. — Мы будем учиться в библиотеке, так что не могли бы вы... — я перевел взгляд на её платье, которое чуть ли не просвечивало.

— Ладно, сейчас. Инга! — Роза захлопнула дверь у меня перед носом. В комнате суетилась её служанка, Инга. Девочке еще и шестнадцати лет не исполнилось, как её уже взяли в личные служанки самой принцессы. На самом деле, только на утреннем обходе я понял — как же королю Фиртании не хватает персонала. Он ведь работал только с людьми, а те по множеству причин больше не хотели работать с королевской семьей. Возможно даже, что в глазах короля я был спасительным билетом для его дворца, и для святой, невзирая на весь сопутствующий риск.

— Так лучше? — Роза вдруг появилась в проходе, в таком же белом платье, но чуть более строгого, «закрытого» типа.

— Вы неотразимы, — я осторожно улыбнулся, — пойдемте.

— Угу, — Роза равнодушно кивнула.

*

В огромной королевской библиотеке сейчас были только мы вдвоем. Достав первый том «Прикладной политики» за авторством некоего Шарлье Д.Г — я положил его на стол перед принцессой, сам заняв противоположный диван. Признаю — увлекся, но куда без этого? Если уж и играть роль дворецкого, то со всей ответственностью.

— Для начала давайте посмотрим, как много вы знаете. Для чего по вашему, нужна политика? — я подвинул книгу к центру стола.

— Не знаю, — Роза равнодушно посмотрела в пол, сжав руки в замок. Её поза была слишком зажатой и сдержанной.

— Я не прошу у вас определение, или цитату. Только ваше личное мнение, — я посмотрел Розе прямо в глаза, когда она подняла голову.

— Мое мнение? — в её звгляде промелькнуло легкое удивление, тут же сменившееся непоколебимым спокойствием.

— Ну а чье же еще? Мы ведь тут ради вас.

— Я думаю... Ммм... Я думаю, что у политики много сторон, — кивнула Роза, переведя взгляд на книгу, — это не обязательно что-то плохое, всё зависит от человека у власти и его желаний.

— Это очень здравая позиция, вы правы, — я одобрительно кивнул, и после слегка прищурившись, тихо спросил: — между нами, вам не нравится политика?

— Не нравится, но разве у меня есть выбор? — она печально посмотрела на книгу, бережно положив на нее руку.

— Выбор есть всегда. Вопрос только: готов ли человек понести за него ответственность? — я встал с дивана, и сделал небольшой круг, подойдя к полке, — вы как принцесса, в праве сами решать, что вам делать, но любое ваше решение неминуемо отразится и на судьбе ваших людей.

— Я понимаю, — Роза кивнула, вновь сжав руки в замок. Может, я был слишком прямолинеен?

— Не волнуйтесь, госпожа — для этого и изучают политику. Искать компромиссы между интересами народа и интересами правителя — вот для чего нужна эта наука.

— Компромиссы? — тихо переспросила Роза.

— Именно. Чрезмерная самоотверженность тоже не пойдет вам на пользу. Разве же может королева, что не слушает собственных чувств, достойно править народом? Подобное правление не будет долгим, — я достал том «Политики и Религии», после чего вернулся на свое место.

— Учитель, откуда вы столько всего знаете? Вы ведь не сильно старше меня, — вдруг заинтересованно спросила Роза.

— Я... Эм, — это слово: «учитель», малость выбило меня из колеи. Не часто ко мне относятся как к «человеку».

— Вы?

— Я очень хорошо готовился, намереваясь служить вам, принцесса, — я беззаботно улыбнулся, кладя книгу на стол. Роза тут же обратила на неё внимание, и тихо спросила, не поднимая на меня глаз:

— Это всё, потому что я святая?

— Ох. Нет. Ни в коем случае, — я медленно покачал головой, — вы конечно святая, и я как монах не могу не уважать этого, но разве же может ваш статус быть превыше личности? Только личность определяет, как вы воспользуетесь своей силой.

— Так значит вы здесь, чтобы бескорыстно помочь мне? — Роза нахмурилась.

— Верно, я здесь, чтобы помочь вам стать настоящей леди, госпожа Роза. Я хочу, чтобы весь мир глядя на вас, преисполнился гордостью, — я широко развел руки.

— Ваши речи слишком убедительны, учитель, — едва заметно... Улыбнувшись? Ответила Роза, убирая волосы за ухо. Интересно, сколько у неё сторон?

— Я просто говорю и делаю то, что считаю правильным. Может быть выйдем на улицу? Библиотека — не лучшее место для сегодняшней темы.

— Мы можем, но... Там ведь дождь? — Роза склонила голову набок.

— Это не беда, пройдемте.

*

— Держитесь ближе ко мне, и дождь вас не тронет, — обратился я к принцессе, выводя её в аккуратно подстриженный, зеленый даже осенью сад.

— Как скажете, — спокойно ответила девушка, сонно посмотрев на небо. Капли останавливались в метре над ее головой. Я только сейчас заметил, что она ходит босиком. Должен ли я спрашивать об этом сейчас? Проще будет прогреть землю под ногами, что я и сделал.

— Пространственная магия, ничего особенного, — я слабо улыбнулся, заметив её удивление.

— Это так странно... — она задумчиво посмотрела на капли, скопившиеся на куполе, — Это вы сами? Разве вам можно колдовать?

— Разумеется, я ведь слуга короля. Не хотите прогуляться к террасе? Наш следующий урок пройдет там.

— Давайте, — Роза слегка заинтересованно кивнула.

Минув множество прямоугольных кустов и правильной формы зеленых арок, мы наконец вышли к террасе, откуда открывался вид на весь город, и на все его «этажи», словно на ступеньки ведущей вниз лестницы — от королевских покоев и небесного района, до медных трущоб и самого порта.

— Вы часто бываете на этой террасе? — я облокотился на белокаменное ограждение. Оно постепенно переходило в беседку, что укрывала от дождя не хуже магии.

— Сейчас впервые, — задумчиво ответила Роза, пожав плечами, и глядя куда то вдаль города, на портовые районы.

— И как вам вид? По моему, в дождь столица особенно прекрасна.

— Может быть... — она отвела поникший взгляд в сторону.

— Что то не так?

Роза молчала.

— Ваше высочество, я не допрашиваю вас. Если не хотите говорить — не говорите, но я хотел бы понять вас.

— Нет! Я... — она замешкалась. — Город... Это ведь просто оболочка, — Роза мрачно посмотрела куда то в сторону медных трущоб.

— Да, все мы понимаем, что тут происходит на самом деле. Но, вы же сейчас не вините себя за происходящее, верно? — я посмотрел Розе прямо в глаза.

— О чем вы? — девушка тут же «отдернула» взгляд, прервав зрительный контакт. Кажется, она злилась, и вряд ли на меня.

— О том, что всё случилось раньше, чем вы успели родиться, принцесса, — я повернулся обратно лицом к городу, рассуждая вслух: — проблема Фиртании только в том, что она независима в мире, где это очень опасно. Это Архипелаг, и даже если вы закроете границы чужакам — они всё равно будут стекаться сюда как крысы в поисках убежища; Это ведь море, а не горы. Просто так сложились обстоятельства, и уже очень давно. Да и в столь агрессивном мире — нет способа и смысла в спасении всех.

— Но мой долг... — голос Розы едва заметно дрогнул.

— Ваш долг, это сделать то, что вы должны, и ничего более. На вас не лежит родовой ответственности за неудачников, что бежали сюда с Флегрейса, и встряв по уши в кучу проблем, расстались с жизнью. Это только их вина.

— И что же тогда должна я? — тихо спросила Роза. Она стояла совсем рядом, и почти шептала. К сожалению, я не мог конкретно ответить на её вопрос, но у меня было мнение:

— Точно не знаю. Жить ради себя, и ни за что не умереть? Мертвой вы не послужите ни людям, ни королю, ни самой себе. Я бы хотел, что бы вы стали сильнее — если позволите мне такую фразу.

Повисла долгая пауза.

— Я подумаю над вашими словами, учитель. Я не знаю, как много еще хочу... Могу сказать, — наконец ответила Роза. Её голос вновь успокоился, но я не видел её глаз, и почему то не хотел видеть. Странно. Впрочем, торопить её с распросами о богах и подобной чепухе я пока не планировал — она ещё не готова. Уверен, что сегодня она сказала слов больше, чем за всю жизнь.

— Что ж, подумайте хорошенько. Это вводный день, так что всего лишь один урок, и сейчас он подошел к концу.

— Мы ещё можем побыть тут? — спросила Роза, поравнявшись со мной. Я мог видеть ее усталый взгляд, устремленный вдаль города. Интересно, о чем она думала тогда, и от чего так устала?

Так или иначе — её самочувствие в моих интересах, ведь если она та Роза, которую я ищу — тогда она нужна мне живой, и желательно полезной. Да и, было что то ещё...

— Как пожелаете, госпожа, — кивнул я в ответ.