Поговаривают, мол жизнь темных эльфов опасна, и полна неприятных сюрпризов. Пускай теперь я выгляжу как человек — будучи дроу, я всегда это понимал, и всегда адаптировался. Знаете... Будь то война домов за влияние, или местечковая стычка — всегда всё заканчивается кровью. Быстро бежишь, или быстро бьешь — третьего не дано. Но, так вообще то, говорят только те, кому это выгодно, и кто не может иначе.

Открою вам небольшую тайну: на мой вкус, темные эльфы не лучше подвальных крыс. Спросите, почему? Ответ прост: даже орки не скрывают своего намерения убить, и не стыдятся его — они слишком глупы для столь «сложных» концепций. Что же до нас — дроу — мы наваяли из собственного стыда искусство, возведя его на крысиный трон в змеином царстве. Кто сказал, что прятаться в тени — смело и благородно? Это мастерство, построенное на страхе, лжи, и бесконечном бегстве тех, кто не может иначе.

Я никогда не хотел быть дроу, но мне пришлось. Пришлось научиться получать удовольствие от всего, что я ненавидел. Таково мое проклятие и стиль жизни, от которого я надеюсь избавиться однажды. Я так не хотел быть дроу, что даже пошел на сделку с дьяволом ради становления человеком.

В чём же причина моей ненависти к дроу? Что же, я не готов вам рассказать. Мы с вами ещё не так близки, так что... Надеюсь, вы догадаетесь сами.

К слову — и искусством дроу я полностью овладел. Смирился и принял, чтобы быть как все. В конечном счете, умный дроу изучает правила; глупый — не понимает, почему мир не следует за ним.

Да, такая жизнь звучит до ужаса банально и обыденно, не так ли? Борьба за выживание, тяжелое детство на грязных улицах, воровство, бегство в обносках и сон под мостом — я прошел через всё это, и могу сказать, что годов скучнее в жизни не видал. Иди куда хочешь, тащи у кого угодно, а как и зачем — не понятно. Ради выживания? Но я не то чтобы хотел жить. Да и не было никакой ответственности, никакой гонки, никакой рефлексии! Даже знатные дома не объявят на тебя охоту — слишком много чести для безымянного сорванца. Что же до торговцев и их охраны... Уладить этот вопрос бывало проще, чем кажется, пускай даже и не всегда.

Не удивительно, что я так хотел повзрослеть, и наконец найти смысл хоть в чем то, кроме бесконечного и бессмысленного причинения вреда всем и каждому. Потому, исключительно из интереса, частенько лез туда, куда не следует, и в итоге это привело меня туда, где я есть сейчас... Но об этом позже.

Стоит также признать, что мне куда больше нравится заговаривать всем зубы, особенно когда ставки высоки и собеседник не из робкого десятка — в этом деле, хочешь не хочешь — но нет ничего важнее коварной смекалки. Её то мне и не занимать, ведь по натуре я существо противоречивое, скользкое и совершенно непонятное любому здравому рассудку. Конечно, не самый законченный из злодеев, но и святым не назвать. Жил по чести, но бывало, и невинных убивал, и рабов. Разве что Ллос никогда не служил, будь она проклята.

Впрочем, что было, то прошло. Вы наверное уже устали от этой бравады? Знаю, никому не нравится бездоказательное бахвальство в самом начале книги. Принято считать, мол, действия говорят о тебе лучше слов.

Хотя погодите... Что за вздор? Разве слова не могут быть действием? Я с помощью слов проворачивал такое, чего не смогла бы и армия дроу. Честно, мог бы посвятить этим событиям не то что главу дневника — даже целую книгу! Но, правила есть правила. Кто будет эту книгу читать, ежели за моей персоной не стоит ничего более яркой улыбки, и пары красивых фраз? Приключение построенное на одной харизме — так ли это интересно? Для меня так точно, но вам я подслащу пилюлю.

Не сочтите за оправдание, друзья. Уверен, вы и так уже поняли что я малость самовлюбленный засранец, но до кого не дошло, поставлю перед фактом: на страницах этой рукописи вас ждет нечто большее, нежели простой рассказ о дроу, что перешел дорогу не тем дроу. Обещаю почти не рассказывать о том, как воровал дамские сердца и картины графов, как мешал яды, или гонял гоблинов. Более того, я рассчитываю больше не возвращаться к прошлой жизни.

И кстати, я только что солгал вам... От части. Готовьтесь, это не последний раз. Да и вообще — советую читать дневник дважды, дабы узреть истину. Я не очень надёжный рассказчик.

Часть же правды я открою вам сейчас, перед началом нашей эпопеи. Заключается она в том, что я облажался, и при том очень серьезно. Прям таки, по крупному влип. Немного стыдно, конечно, но это не лишает меня желания вести всю ту же «честную» и до боли интересную жизнь. Мне как никак — только 25 лет! По меркам дроу я младенец, но за то какой...

Эх, да. Я, это я, как бы порой ни было тошно от этой мысли. Благо, на сей раз боги подсунули мне дельце в далеких краях, где можно начать всё сначала, да по старому.

Так вот, наш рассказ начнется с момента, где я в чём мать родила, падаю на стеклянный пол, вывалившись из фиолетовой дыры в потолке. Прозрачный купол над головой не предвещает ничего хорошего, в отличии от той дамочки в белом, что медленно движется в мою сторону.

Я мог бы легко превратить её в пыль, если бы только захотел, но я не хочу. Я ни за что не сделаю этого, ведь я — самый обычный, самый заурядный, и самый честный из дроу.

*

Я быстро приходил в себя, стоя на четвереньках, как побитый пёс. Тело в этом плане ощущалось иначе, раны остались на месте, но пропала одежда. Я мертв? Или кто-то спас мою тушу... Хотя даже если так — нужно было сначала спросить хозяина.

— Ты жив, пока что, — послышался спокойный, властный голос с другого конца «платформы». Только сейчас я понял, что нахожусь под стеклянным куполом посреди черного ничего, на круглой площадке, подозрительно напоминающей ритуальный круг. Со стороны голоса до меня так же доносился свет, столь яркий, что смотреть было невыносимо. Однозначно, это некое божество или как минимум жрица. Едва ли кто-то ещё смог бы закинуть меня сюда, вырвав из лап той самой женщины. Да и энергия этой жрицы мне не знакома от слова совсем.

Я с трудом поднялся на ноги, стараясь принять настолько уверенную позицию, на сколько это было возможно с обмякшим телом. Хриплый голос не слушался, но и его было достаточно:

— Что это за план существования? (мир) — я поморщился, вглядываясь в белоснежный образ девушки, что стояла напротив. Ничего кроме силуэта талии, бедер и головы я разглядеть толком не мог.

— Пора забыть о планах реальности. Это место не то, чем кажется. Оно намного дальше от тех миров, что ты можешь знать, Люций, — в голосе послышалась мягкая усмешка.

— И имя мое знаешь, и мысли читаешь? С тобой будет трудно вести дела, — я привычно ухмыльнулся, подсознательно готовясь к участи раба, на первое время, пока буду тут гостить. Кем бы ни был мой «спаситель» — она не отпустит меня просто так.

— Раб или не раб, определишь ты сам. В мире, куда я тебя отправлю, каждый сам решает свою судьбу, — нежно пролепетала девушка, приближаясь всё ближе и ближе. Она в самом деле читала мои мысли.

— Понял, — я кивнул, — Хотя про самоопределение... Странно слышать это от жрицы. А как же воспитание? Или может, наследие отцов? Не всегда мы определяем свою судьбу, — я сделал два шага назад, машинально заводя руку за спину.

— Но сейчас ты собирался сделать именно это, — в её голосе послышалась ухмылка, она внезапно появилась передо мной, резко схватив за руку и выведя её из за спины, словно я пытался что-то украсть, и был пойман как глупый кошак.

В руке было пусто.

— Всего лишь привычка, мисс. Я научился опасаться коварных женщин, особенно, когда не могу их толком увидеть, и когда раздет до нитки.

— Любопытно. А если бы мог? Увидеть, — голос девушки прозвучал интимно-тихо, её губы уже склонились над моим ухом, и свет постепенно угасал. Она намеренно повторяла тот прием, что уже однажды чуть не завел меня в могилу. Даже слова повторила один в один, как та женщина. Умело...

— Богинь мне трахать не приходилось. Я думал, вы созданы чтобы на вас смотреть, а не трогать. Да и... Личико твоё под вопросом.

— Ц, — девушка недовольно щелкнула языком, и отстранилась, пройдя мимо.

— Что, проверку не прошел? Ты так с каждым подопечным обращаешься?

— Не наглей, ты первый кого я спасла. Надеюсь, что не зря, и что ты не будешь таким же трусом в месте, куда я тебя отправлю, — ее голос звучал немного разочарованно, чертовски строго.

— Первый, не значит последний. Это всё ведь, нечто вроде контракта, так? Боги ничего не дают бесплатно, — я продолжил стоять к ней спиной, ожидая ответа. По какой то причине эта женщина скорее интересовала меня, нежели пугала. Она ведь сказала, что это место вне тех миров, которые я знаю? Отбросив предрассудки — это вполне возможно.

— Не называй это контрактом, это дружеская просьба. Может даже, семейная, — богиня на мгновение умолкла.

— Просьба? Ты слишком добра. В чем подвох? — я развел руками, разминая плечи.

— Ни в чем. Я знаю, что ты не откажешься от любимой работы, — в ее речи послышалась улыбка. — Я хочу, чтобы ты помог мне с одним личным делом, и заодно восстановил мое влияние в мире. Это ведь то, в чем ты хорош? — тихий смешок в конце явно дал понять, что выкрутиться не выйдет. Она брала меня на слабо.

— Так ты и правда божество, а не жрица. Влияние... Значит ли это, что там будут и другие боги?

— Они и их слуги, да.

— Хм. А я получается, твой первый слуга? Хороший выбор, пускай я и не самый талантливый из всех.

— Ты отлично знаешь, почему я выбрала тебя, — чудовище , — прозвучала знакомая цитата из прошлого. Богиня вновь дразнила меня чужими фразами, что ворошат старые раны.

Но я стерпел и это. Не принимать же слова первого встречного близко к сердцу?

— Богиня, да? Ты нравишься мне всё больше; Ещё никто не воровал фразы у меня из головы, — я повернулся к ней в пол оборота. Она что-то чертила на стекле собственной кровью.

— Докажешь любовь делом.

— А если откажусь? — я повел бровью.

— Останешься без благословения, — беззаботно ответила она, зная, что я не откажусь. На самом деле, когда речь доходит до силы — гордость и честь имеют мало значения. Глупо отказываться от дара божества, в мире, где потенциально каждый твой враг благословлен такой же силой, если не порядком выше.

— Не выше, — прервала мои размышления богиня, — пока ещё нет, но я на пороге.

— На сколько же ты отчаялась, раз тебе пришлось спасать меня для сохранения собственной репутации? И скоро мы уже начнем? — я огляделся — мир вокруг, если так его можно было назвать — замер.

— Ты отправишься прямо сейчас, после некоторых приготовлений, — она повернулась ко мне лицом, опуская взгляд на уровень ниже пояса. Свет больше не слепил глаза, и я наконец мог рассмотреть её.

Что ж, она определенно... Красива даже для божества, хоть и не в моем вкусе. Образ ее я оставлю на сладкое, и не стану сейчас говорить ничего. Просто поверьте мне на слово.

— Как тебя зовут? — я посмотрел ей в глаза.

— Я Мари, это моё единственное имя, — она махнула светлым взглядом, — тебе полагается одно желание. Проси что угодно, в пределах разумного.

— Вот всегда вы со своим «пределом разумного», что это вообще значит? — я не смог удержаться от ворчания, вспоминая свой последний сорвавшийся контракт с дьяволами.

— Попытайся понять, — она отстраненно пожала плечами.

— Хорошо, но прежде обсудим условия. Как именно я должен восстанавливать свое влияние? Есть ли особый метод, или это просто ритуальная гонка?

— Особый метод есть, но сейчас он мне неизвестен, — ее голос слегка поник, и взгляд помрачнел, — сперва найди Розу — мою дочь. Про влияние она сама тебе расскажет.

— О как, — я присвистнул, — значит, сама ты спуститься не можешь? Миссии сопровождения не в моем вкусе, знаешь ли, — я машинально улыбнулся, задавая этот риторический вопрос, и сдерживая натуру заговорщика. Угрожать богине даже зная ее слабость — большой риск, пока я тут.

— В отличии от других богов, я когда то была обычным человеком и жителем того мира, так что для меня и правила иные, — твердо ответила она, похоже, взяв себя в руки.

— Ладно, и где мне искать Розу? Всё ведь не так легко? — я прищурился.

— Этого я и сама не знаю, иначе выбрала бы кого нибудь посильнее тебя, — она тяжело вздохнула. — К счастью для нас, Роза должна быть довольно известна. Ты уже надумал желание? — её взгляд окатил меня холодом подземной королевы, словно, вдавливая в пол. Знакомое чувство, прямо как тогда.

— Иди не знаю куда, не ясно зачем? Принято, — я устало покачал головой, — как она хоть выглядит?

— Узнаешь, когда я выпну тебя отсюда, — богиня помахала рукой.

— Хорошо. Тогда просто верни мне мои вещи.

— Для желания этого слишком мало. Да и такие побрякушки... — послышался звон металла.

— Женщине слова не давали, — хрипло проскрипел я, едва сдержав порыв эмоций, и перехватывая падающую с потолка одежду. Удивительно даже, что насильно лишенное эмоций существо вроде меня, реагировало на ее слова так остро, словно проклятие ослабло.

— Прости прости, всё так серьезно? — она закатила глаза, и кажется, хихикнула.

— Эти «побрякушки» меняли тысячи судеб, пока ты едва управляешься с моей. Не ты одна спасала мне жизнь, — я ткнул кинжалом в воздух, влезая в свой рваный, темного тона плащ. Быть может, эти слова жестковаты для ушей нашей дамочки, но такова правда. К инструменту мастера нужно проявлять не меньше уважения, нежели к его хозяину.

— Хах, теперь вижу, что ты не совсем уж и трус. Скорее... Фанатик, — она искренне улыбнулась.

— Отрадно слышать, — я прокрутил меж пальцев свой любимый и единственный кинжал — «Винсент». Этот клинок из нерушимого, черного металла в форме креста, с ярко рыжим камнем в перекрестии, был мне дороже собственной жизни.

— Это ведь не просто магическое оружие? Я тебе его не давала, так от куда... — Богиня с интересом посмотрела на кинжал, её взгляд блеснул искрой.

— Из воздуха. Зачем спрашиваешь, если и так знаешь? Последнего желания это кстати, тоже касается. Может мы уже приступим к делу?

— Ты ничего не забыл? — богиня улыбнулась.

— Забыл. Что насчет языков этого мира?

— Ты уже знаешь всё, что нужно.

— Тогда больше ничего.

— Как хочешь, — она наклонила голову к плечу, и как бы скучающе щелкнула пальцами. Неужели грустит, что я уже ухожу? Ну, увы.

Прежде, чем мир как и всегда, погас, я ощутил нечто... Невероятное. Ужасную головную боль, и яркий образ темноволосой девушки, что клеймом впечатали в мою душу. Вслед за болью подкатила тошнота, и головокружение. Ненавижу это чувство — ощущение портала.