Глава 37: Лучшее, что может быть в жизни

Хоть Сяолу была ментально готова, когда она добралась до почтового ящика и вытащила толстый конверт, её лицо внезапно переменилось. Она просто его приоткрыла и взглянула, затем сразу же снова закрыла, даже тихо вскрикнув от удивления.

Затем она развернулась и посмотрела на Лу Синя с взволнованным и вопросительным выражением лица. Она тихо сказала, в её голосе слышалось волнение:

— Ты правда не сделал ничего плохого?

Лу Синь мог только беспомощно объяснять:

— Всё это было заработано законно… и я заплатил налоги…

— Это тоже… слишком много! — Сяолу обхватила конверт и звучала взволнованно. — Вообще-то… здесь уже и так хорошо… Этим… этим маленьким богам и зверькам хватает еды, и им не нужно беспокоиться за свою жизнь. Добрые люди помогли нам найти учебные принадлежности, и… и я постоянно езжу в администрацию. Я хочу подать заявку на получение официальной квалификации, чтобы каждый из них смог получить документы и в будущем попасть в полноценную среднюю школу… Всё идёт очень хорошо, поэтому мне правда не нужно столько денег…

После слов Сяолу настроение Лу Синя поднялось. Он почувствовал, что отплатил за что-то, когда увидел взволнованное лицо Сяолу. Он улыбнулся и объяснил:

— Лучше иметь запас. Дайте им больше мяса. Когда настанет зима, можете купить больше одежды. В будущем нам надо будет переехать в место побольше. И ваши ноги…

Он посмотрел на ноги Сяолу, пока медленно говорил.

Она была очень высокой женщиной, но, к сожалению, прикованной к инвалидной коляске.

В это время в окне показались маленькие лица и все широко раскрыли глаза и смотрели на Лу Синя и Сяолу. Некоторые прикрывали свои рты, посмеиваясь, другие перешёптывались. А один шаловливый ребёнок изображал руками поцелуй.

Лу Синь неосознанно покраснел, когда увидел этого ребёнка.

Сяолу внезапно подняла взгляд и сердито на них посмотрела.

Все лица тут же пропали. Они вернулись на свои места и продолжили делать то, на чём остановились.

Сяолу казалась неспокойной. Она осмотрелась вокруг и скрытно вытащила немного денег из конверта, спрятав у себя в одежде. Затем она отдала конверт Лу Синю и сказала:

— Не оставляй всё здесь. Ты даёшь так много, что в мой маленький ящик не помещается. К тому же что, если мы привлечём ненужное внимание?

— Ну…

Лу Синь хотел отказать, но у него не осталось выбора, кроме как оставить конверт у себя, когда Сяолу сказала это.

Сяолу серьёзно продолжила:

— Пока оставь это у себя, я свяжусь с тобой, когда мне понадобится больше!

Лу Синь какое-то время молчал, перед тем как едва заметно кивнуть.

— И ещё…

Сяолу серьёзно посмотрела на Лу Синя и напомнила ему:

— Я не знаю, в чём заключается твоя работа, но она точно утомительная или опасная, раз тебе платят так много. Ешь больше, не только овощи и тофу…

— Хорошо…

Лу Синь забрал деньги и улыбнулся.

— Я ем куриные ножки каждый день!

— Люди, которые могут позволить себе есть куриные ножки каждый день, не будут есть только куриные ножки каждый день…

Сяолу безжалостно раскрыла ложь Лу Синя и вздохнула.

Лу Синь не знал, как ответить. Оба они оставались рядом с окном напротив цветов — один стоял, второй сидел, оба молчали.

Только тусклый солнечный свет хоть как-то скудно освещал мир вокруг.

Какое-то время спустя Лу Синь наконец с некоторой долей сомнения сказал:

— Мисс Сяолу, насчёт того, что случилось тогда…

— Что ты хочешь спросить?

Сяолу повернулась назад и увидела растерянное и нерешительное лицо Лу Синя.

Она серьёзно посмотрела на Лу Синя, улыбнулась и затем тихим голосом сказала:

— Лу Синь, перестань жить прошлым. Иногда кое-что стоит забыть…

— …

Лу Синь какое-то время молчал, перед тем как ответить:

— Не надо постоянно повторять слова из старых фильмов. Я их тоже смотрел…

— Тц, скукота!

Сяолу сменила тему и сказала:

— Придёшь поесть клёцки в ближайшее время? Теперь я смогу даже добавить яйцо!

Настроение Лу Синя тоже поднялось, и он кивнул.

— Конечно!

…

Что именно случилось в Приюте Луны тогда?

Лу Синь продолжал думать об этим, когда покинул Младшую Школу Красной Луны.

Он отчётливо помнил обстоятельства произошедшего. Он также помнил, что произошло после инцидента в Приюте Луны. Однако воспоминания о том, что произошло между этими событиями, были нечёткими. Он всегда хотел узнать, что тогда произошло, поэтому он иногда спрашивал Цзэн Сяолу, но она отказывалась отвечать. Она постоянно использовала посредственные шутки, чтобы сменить тему.

Он также спрашивал об этом свою семью, но никто не хотел отвечать.

Время шло, и он всё меньше думал об этом.

Зачастую он изо всех сил просто пытался помочь Сяолу восстановить Приют Луны, потому что считал, что в одиночку она не справится.

У него была семья, поэтому не было возможности помогать и он мог только зарабатывать больше денег.

Ему всегда казалось, что такая жизнь была унылой и бессмысленной. Но сейчас у него появилась надежда.

Он мог работать и получать по труду. Что могло быть лучше?

Его настроение улучшалось, когда он думал об этом.

Несколько автобусных остановок спустя он пересел на другой автобус и заплатил монетой.

Когда он уже почти доехал до дома, он вышел на одну остановку раньше и пошёл в магазин рядом со своей улицей.

Множество людей собиралось там каждый вечер с овощами и мясом в руках.

Немало людей из города-сателлита пыталось выращивать овощи, и некоторые владели куском земли между зданиями или на крыше. Некоторые даже выбирались из города и начинали обрабатывать землю за пределами ферм Цингана. Некоторые даже охотились на животных для продажи в городе.

Администрация города же могла только закрывать на это глаза. Иногда они вмешивались.

Лу Синь купил то, что ему было нужно, и вернулся в свою квартиру с множеством пакетов.

К тому времени было уже совсем темно и только уличный фонарь освещал дорогу далеко впереди. Лу Синь чувствовал себя неуютно и одиноко. Когда он поднимался вверх внутри здания, на лестничной клетке было темно и тихо. Здание уже было очень старым, а во Втором Городе-Сателлите всё ещё было больше жилых мест, чем людей. Поэтому никто не заселялся в это здание, а те семьи, которые жили в нём раньше, постепенно съехали.

Лифт не был отремонтирован. Поэтому Лу Синь поднимался на четвёртый этаж по лестнице.

Завернув за угол, он увидел тёплый свет, исходящий из квартиры 401, а также услышал злобный голос своего отца.

— Соплячка, а ну вернись сюда. Я тебя на куски порежу!

Отец был зол и кипел от ярости. Его лицо было искажено от гнева, и он громко ругался с залитыми кровью глазами перед дверью.

Тем временем сестра ползала по потолку коридора, отвечая ему:

— Не хочу. Поймай, если сможешь…

— Вернись, я тебя убью…

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха, выходи и победи меня, если получится…

Отец разозлился.

— Аааа…

Сестра не признала поражение.

— Сссс…

…

Лу Синь вздохнул. Он медленно прошёл мимо, ощущая тепло дома.