Глава 2: Возвращение домой

Тёмно-красная луна низко весела над разбросанными городскими зданиями, почти заполняя половину неба.

Тёмный, покрытый ржавчиной внутригородской поезд летел через город под взглядом красной луны. Внутри поезда сидели люди в одежде разных цветов, кто-то читал газеты, кто-то дремал под тусклым светом.

— Динь! Поезд прибыл на станцию «Лунная Терраса»!

Лу Синь очнулся от дремоты, поднял свой рюкзак и вышел из вагона вместе с бурной толпой.

Неся рюкзак, он прошёл по грязным, потрёпанным ступенькам, по платформе, забросанной газетами, и вышел в город. Сверху улицы освещались неоновыми огнями, от чего они и люди на них выглядели красочно и загадочно. Но, какими бы яркими ни были цвета, красный свет луны всё ещё их перебивал.

С самого Восхода Красной Луны тридцать лет назад мир был таким.

Конечно, Лу Синю было без разницы. Он родился после Восхода, и мир для него всегда был таким.

Он пронёс свою рюкзак по аллее, где недавно прошёл дождь, и поднялся в ветхое здание. Лифт снова был сломан, так что ему пришлось подниматься по лестнице. Он медленно подошёл к комнате 401 на четвёртом этаже, достал ключ и открыл тяжёлую дверь.

В коридоре было тихо и прохладно, но в квартире тепло и уютно.

На кухне отец тушил мясо, и скороварка бурлила от жара, испуская соблазнительный запах мяса.

Сестра лежала на диване, держа в руках закуску и смотря очень старый мультфильм — «Губка Боб Квадратные Штаны».

Мать, элегантная и скромная, была в белом шерстяном кардигане и стояла перед окном, с кем-то разговаривая по телефону.

— Ты вернулся, брат!

Увидев, что Лу Синь вошёл и снял рюкзак, его сестра посмотрела на него и мило приветливо улыбнулась.

— Ты хорошо себя вела? Я купил тебе плюшевого мишку, как ты просила.

Лу Синь потрепал её по голове и передал ей коричневого плюшевого медведя.

— Ах, спасибо, брат. Мне он очень нравится!

Сестра весело подпрыгнула и обняла медведя.

— Ты вернулся?

Мать посмотрела на него и кивнула с улыбкой.

— Сядь и подожди немного, ужин скоро будет готов.

Лу Синь кивнул и сел рядом с обеденным столом.

…

На столе было четыре набора мисок и палочек и несколько тарелок с небольшим зелёным блюдом. Рис в мисках уже остыл.

Однако семья не собиралась садиться есть.

Мать спокойна разговаривала по телефону:

— Сестра Джан, на самом деле то, что произошло сегодня, — правда моя вина. Пожалуйста, не злись. Конечно, стиль моего коричневого шерстяного свитера и правда устаревший, но разве он не выглядит хорошо?.. Да, поэтому я тебе позвонила… Я знаю, что ты так не говорила, но ты точно об этом думала… Нет, нет, пойми… Я просто хочу попросить тебя извиниться… Оскорблять — плохо, это по-варварски…

Отец резал кости громче и громче, его ругань была слегка слышна:

— Мрази, отбросы, врываются в чужие дома. Чёрт, чёрт… Дохрена едят, я не могу закончить резать, как бы много я ни резал, и я не могу убраться, как бы я ни готовил!

Тем временем сестра мирно сидела на диване, скрестив ноги, по кусочкам разрывая плюшевого медведя и кусая его своими белоснежными зубами. Она откусила уши медведя, глаза, обе руки. Она разорвала его, внимательно наблюдая с возбуждённым и удовлетворённым выражение за тем, как его руки отделялись от тела.

— Нам придётся подождать ещё немного перед едой!

Мать уже положила трубку, и она спокойно сказала:

— У меня возникло кое-какое недопонимание с моей соседкой, сестрой Джан. Пойду извинюсь перед ней.

С этими словами она плавно достала ножницы из ящика и элегантно вышла наружу, закрыв за собой дверь.

…

Лу Синь тихо сидел перед обеденным столом и ждал.

Он считал себя счастливчиком. После Восхода Красной Луны мир погрузился в хаос. В то время много людей погибло, создав сирот, таких как он. Среди них многие пропали после достижения совершеннолетия. Тем временем Лу Синю повезло быть принятым в семью отцом и матерью и жить в тёплом доме. Такому многие позавидуют.

Конечно, эти семьи и их члены порой были странными.

Но эта семья, в этом потрёпанном и грязном пригороде всё ещё была настоящей.

Мать вскоре вернулась с удовлетворённой улыбкой на лице, сказав:

— Сестра Джан поменяла своё мнение!

Лу Синь заметил неприглядное пятно крови под воротником её белого шерстяного свитера.

Семья приступила к еде.

Сестра всё ещё держала медведя, который был разорван на части и снова сшит обратно.

Это было некрасиво собранное тело с кучей неаккуратных стежков, но таким сестре он нравился ещё больше.

Отец сел, открыл бутылку байцзю с этикеткой настолько грязной, что ничего нельзя было прочитать, взял несколько зелёных овощей палочками, затем залпом выпил стакан байцзю. На столе не было мяса. Отец любил резать кости и тушить мясо, но никому не позволял его есть и подходить к его железной кастрюле. Он всё ещё был в своём пластиковом фартуке, запятнанном кровью, и несколько мух летало над ним.

Снаружи послышались сирены и громкие голоса людей. Но разобрать их было невозможно.

Бам!

Отец внезапно с силой поставил свою стакан на стол, смотря наружу с выпученными, залитыми кровью глазами.

— Шум, шум, только, сука, и знают, что шуметь. Даже спокойно поесть не дают. Тупая полиция, не может ни с чем разобраться. Тупые соседи, только и знают, что подглядывать каждый день!

— Не пугай детей.

Мать взяла зелёный овощ и аккуратно съела его. Её ярко-красные губы выделялись в тусклом свете.

Лу Синь вспомнил, что она не пользовалась помадой.

— Да пошли они, к чёрту. К чертям всех!

Отец стал ещё злее. Он крепко сжал в руке бутылку, его вены пульсировали, пока он ругался:

— Ты тоже сдохни, сука!

— Да, по-твоему, все заслуживают смерти, кроме тебя, — мать грациозно и спокойно улыбнулась, — потому что в конце концов ты останешься собирать трупы, не так ли? Тебе нравится собирать трупы!

Пока она говорила, она положила на стол миску и палочки, спокойно улыбаясь, и посмотрела на отца.

— Потому что эти люди были лучше тебя, когда были живы. Они были способнее тебя, поэтому тебе особенно не нравится видеть их живыми. Тебе нравится видеть их неспособными говорить!

— Заткнись, заткнись. Тебе-то откуда знать?

Отец был очень разозлён матерью. Он яростно разбил бутылку и начал душить мать.

— Хи-хи…

Мать радостно смеялась, несмотря на то что её душили до тех пор, пока её лицо не стало фиолетовым. Её улыбка всё ещё была очень элегантной.

— Кус… дерьма…

Бам!

Отец наконец перестал сдерживаться и начал бить и пинать мать, нанося такие сильные удары, что вся комната не прекращая тряслась.

— Ва… Папа, не бей маму…

Сестра крикнула от страха, обнимая медведя, затем внезапно покраснела и неистово захихикала:

— Весело, весело, так весело…

Затем она резко перевернулась и подпрыгнула, как гибкий паук, забралась на потолок, зацепилась ногами за люстру и как-то смогла удержаться. Она повернула голову, смотря на драку под ней, держа в зубах игрушечного медведя. Она непрерывно сильно хлопала руками и хныкала. Звучало так, будто она смеялась, но в то же время и плакала.

— Так весело!

Отец становился злее и злее, и казалось, что его тело становится больше. Его мышцы порвали рубашку, показав голубую, покрытую чёрными волосами спину. Его черты исказились и стали больше. Он поднимал кулаки, сильно избивая мать, удар за ударом. Он избивать мать до тех пор, пока её кожа ни была порвана, но её голос всё ещё оставался элегантным.

— Хорошо. Этот бесконтрольный гнев…

Лу Синь взял свою миску с рисом и сел рядом с перевёрнутым столом, медленно поедая рис.

С тех пор как взошла Красная Луна, спокойная семья была редкостью…

Хоть у его семьи бывали проблемы, и иногда происходили мелкие стычки и драки, это всё ещё был дом…

…

С другой стороны окна комната прямо напротив гостиной квартиры Лу Синя была устроена как простая студия.

Коротковолосая женщина в простом костюме смотрела на комнату Лу Синя через бинокль.

Через линзы бинокля можно было видеть, что в пустой комнате Лу Синь сидел и ел в одиночку. Естественно, он был там один. Но комната выглядела так, будто в ней прошло землетрясение. Стол и стулья лежали вверх дном, люстра постоянно тряслась, и на стеклянном окне периодически появлялось облако белых, похожих на цветы, трещин, как будто кто-то в него бил.

— Психическая мутация тринадцатого наблюдаемого высвободила его сверхъестественные силы.

Один из двух молодых мужчин рядом с ней, одетый в деликатную рабочую одежду, быстро проводил расчёты, когда другой снимал происходящее в комнате.

— Есть потенциал для вербовки?

— Как велика потенциальная угроза?

— Какими особыми способностями обладает?

Коротковолосая женщина покачала головой и сказала:

— Пока неясно. Он не как другие психические мутанты, кто проявляет сильные мутации на ранних стадиях, такие как возможность вмешиваться в чужие сны или распространять галлюцинации и прочее. Он выглядит нормальным. Он может ходить на работу и обратно каждый день и даже хорошо с ней справляется, но его психика периодически даёт сбои.

— Звучит так, будто у него есть большой потенциал и им просто управлять, — сказал мужчина с несколько внушительным лицом, стоящий позади них. — Вы пробовали просить сновидца вмешаться в его сны, чтобы проверить его?

— Да, — сказала коротковолосая женщина в красной одежде, спокойно кивнув, — но после того как сновидец вошёл в его сон, он не вернулся…