– ...Снаружи всё в порядке? Если прошло слишком много времени, все начнут волноваться.

Медуза силой прорвалась внутрь, и от этого образовалась дыра. Вторжение произошло не напрямую извне, а через подземелье, но мало ли что могло случиться. Не исключено, что возникли какие-то проблемы. На тихий вопрос Перевёртыш кивнул и опустился передо мной.

– Тут что-то вроде расщелины, так что время почти не текло. На папин мир немного повлияло, но ничего страшного.

– Немного?

– Там, где папа живёт, всё нормально.

– ...А в других местах?

Покрытый серебристой чешуёй с розоватым отливом дракон по-человечески уселся и скромно сложил передние лапы перед грудкой. Большие, часто моргающие глаза выглядели так, точно он нарочно строил из себя милашку.

– Целиком укутать мир не так-то просто, поэтому я сделал потолще только папину страну. Остальное... чуть тоньше.

– Тоньше... но ведь ничего страшного?

– Изначальная защитная сила пока ещё осталась. А когда и она рассеется, подземелья в других странах начнут быстрее усложняться, наверное?

Быстрее, надо же. И без того регрессия должна была ускорить процесс.

– Когда исчезнет прежняя сила?

– Точно не знаю. Рассеется за считанные дни, а то и продержится несколько лет. Дыра открыта до сих пор, так что осторожнее, папа. Пока ты в своей стране, тебе ничего не грозит. Там я укрепил на совесть.

Перевёртыш вильнул хвостом, прося поверить ему. Нет, если другие страны рухнут, нашей тоже несдобровать. Не изолированный же остров, монстры запросто переберутся. Да и будь это остров, летающие твари всё равно доберутся.

Впрочем, без него всё и вовсе рухнуло бы сразу.

– Молодец.

Стоило погладить по голове, как Перевёртыш довольно прижал уши назад. Тихое урчание делало его похожим на котёнка.

Я рассеянно смотрел на Перевёртыша. Внутри зияла пустота. Несмотря на то, что сила Перевёртыша всё ещё держалась, ощущение напоминало не просто возвращение к F-Классу, а нечто куда более опустошающее. Я намеренно гнал от себя тяжёлые мысли. Всё кончилось. Кончилось. Все целы, серьёзных проблем не возникло.

– Пора... возвращаться.

– Защитный барьер ещё не закрепился полностью. Нужно подождать совсем немного.

– Хорошо. А когда он закрепится, ту свою силу ты больше не сможешь использовать?

Особых надежд я не питал. Способность, поразившая даже Правительницу Туманного Моря. Не одноразовая – откровенный чит. Камень желаний разового действия. Как и ожидалось, Перевёртыш кивнул.

– Останутся только мои исходные способности.

– Исходные?

– Способность превращать фантазию в реальность. То, что я сейчас применяю к папе. Но так идеально, как сейчас, уже не получится.

Пусть и не идеально, для меня эта способность окажется невероятно полезной.

– До какой степени ты сможешь?

– Ненадолго воспроизвести силу одного человека? Самого сильного, дядину, не потяну. Папа не выдержит. Силы стражей ещё получится, но даже так нагрузка на папу огромная. С S-Класс охотниками кругом папы та же история.

Услышав это, я вспомнил, что сказала Руга Фэйя. О том, что из-за навыков, непосильных для моих характеристик, на долгую жизнь рассчитывать нечего.

Чему тут удивляться? Ещё до регрессии он слышал подобные истории. Охотники высокого класса – те, чья прочность тела, совокупность их базовых характеристик, позволяла выдерживать даже чрезмерные нагрузки, – могли безрассудно расходовать боевые навыки и доводить себя до полного истощения. Но для среднего класса и ниже, а тем более для охотников низкого класса, подобное было смертельно опасно.

И всё же мои навыки относятся к типу поддержки и не оказывают прямого физического воздействия на тело, так что я полагал, что обойдётся. У целителей даже при навыках, превышающих характеристики, здоровье не страдает, поэтому и с типом поддержки проблем быть не должно. Но, судя по всему, ошибся. Пятьдесят лет... не слишком ли мало? Мне нужно пережить Юхёна. Непонятно, пятьдесят лет от текущего возраста или пятьдесят после получения титулов L-Класса. Если пятьдесят впереди, то доживу до семидесяти пяти, что не так уж и мало.

Хорошо, что у Мёну характеристики растут. Глядишь, это такая забота Шалоса о том, чтобы преемник не умер раньше срока. Хороший человек. Дракон. Птица. Кем бы он ни был.

– Выйдешь наружу и лишнего не болтай. Всё, что тут видел и слышал, просто не упоминай.

– Мне и так предстоит долгий сон, не смогу рассказать. Но, папа.

– Так или иначе, если буду себя беречь, а мир погибнет, и пяти лет не протяну. Удастся его спасти, глядишь, попадётся какой-нибудь предмет, продлевающий жизнь. Авось найдётся и другой выход. Раз уж тут мёртвых воскрешают, а у нас речь просто о сроке жизни.

Умирать раньше времени я не планирую. Но и прятаться под чужой защитой не хочу. Узнай об этом, меня свяжут по рукам и ногам не один и не два человека.

– Нельзя перенапрягаться.

– Само собой. Вернусь, буду налегать на полезное. И тренироваться.

Даже если появятся зелья выносливости, ночные бдения за работой лучше свести к минимуму. И, хм.

«Как бы подкатить к Новичку...»

Наш мир чуть не погиб, так что этим можно давить и уговаривать. Новичок собирался нам помочь, так что немного совестно, но выбирать не приходится. Если после этого инцидента трансценденты что-нибудь пронюхают... если Полумесяц проснётся – с этим не справиться.

До чужих миров мне, откровенно говоря, дела нет, пусть неблагодарные отступники разбираются между собой, а нам бы свой мир уберечь. И нечего использовать моих близких и меня ради спасения чужих миров, гниды.

«А вдруг условия для спасения нашего мира уже выполнены...»

До регрессии Юхён превосходил стражей SS-Класса. А нынешний Юхён, вероятнее всего, станет сильнее ещё быстрее. Благодаря моим навыкам. С остальными та же ситуация.

Неизвестно, до какого предела усилятся подземелья, но примерно через два года мы сможем справиться не только с SS-Классом, но и с SSS. Или и L-Класс появится? Даже в погибшем мире стражей L-Класс так и не возник.

Если L-Класс монстров в воссозданном мире не появился из-за отсутствия данных о них, значит, вплоть до гибели выходили только SSS-Класс. С таким раскладом мы способны отбиться собственными силами, без помощи неблагодарных отступников. Лишь бы хватило времени.

«Отступники даже не говорят, какой уровень подготовки нужен для защиты нашего мира.»

Могли бы хотя бы это сообщить. Зачем скрывать? Неужели их настоящая цель – использовать нас для спасения других миров? Узнай мы, что условия для спасения своего мира выполнены, то перестанем рисковать ради чужих целей.

Самозваные союзники-отступники дают меньше информации, чем почитатели сыновнего долга. Куда это годится. «Соберите 50 охотников S-Класса, и мы всё уладим!» – ну конечно, с чего бы верить. Хочешь доверия – заслужи его.

Но сил расправиться с ними нет... Всё-таки, как и советовала Руга Фэйя, остаётся работать через Новичка. Купить ему подарок, что ли. Что он любит?

Стоило погрузиться в раздумья о безрадостном будущем, как на душе, напротив, стало спокойнее. Занятость лучше всего спасает от ненужных мыслей. Итак.

– Чирик!

– ...Э?

Абы что послышалось. Откуда тут взяться Чирику...

– Чирик-чирик.

– Чирик?!

Это и правда оказался Чирик. Белый, кругленький птенец откуда ни возьмись объявился и усердно пытался проглотить магический камень. Ах!

– Чирик! Нельзя!

Магический камень Руги Фэйи. Валявшийся на земле камень Чирик старательно запихивал в клюв. Даже крылья пустил в ход, и камень почти целиком скрылся внутри, лишь краешек торчал наружу. Я вскочил и подхватил Чирика, но...

– Чир.

– Чири-и-и-ик!

Опоздал. Камень окончательно исчез в крохотном клюве. Что если ему поплохеет! Обычно камни от А-Класса и выше слишком крупные, чтобы Чирик мог их проглотить целиком, но камень Руги Фэйи оказался необычно мелким, и птенец справился самостоятельно. Я перевернул Чирика и осторожно потряс, но тот лишь хлопал крыльями, и ни намёка на то, что камень выйдет обратно.

– Чир, чирик!

– Ты не заболел? И как вообще сюда добрался?! Я же велел смирно ждать!

– Сюда очень трудно попасть.

Перевёртыш, вскарабкавшись мне на плечо, пояснил:

– Навык телепортации невероятно... эм, пап!

Перевёртыш вздрогнул от неожиданности, и я тоже ощутил. Перед глазами на секунду потемнело, а всё тело сдавило мощным давлением. Точно напор глубинных вод со всех сторон сжал и стиснул.

– Чирик.

Прояснилось. Белая снежинка скользнула по кончику носа.

– Папа, тут!..

Шёл снег. Непрерывно. Среди него Чирик плавно парил в воздухе. Знакомый пейзаж.

Белая птица летела среди белых снежинок. За ней виднелось огромное дерево. Белое дерево, раскинувшее бесчисленные ветви.

Прежде чем разум успел осмыслить происходящее, грудь уже стеснило тупой болью. Неужели...

– С нынешними папиными характеристиками выдержать можно, но всё равно, притащить сюда...

Времени поддерживать мои способности осталось совсем немного. Нужно вернуться прежде, чем оно истечёт. Едва Перевёртыш договорил, я зашагал вперёд. Чирик летел впереди. Ноги увязали в сугробах. Хватило нескольких шагов, чтобы дыхание подкатило к горлу.

И тогда я увидел.

– ...

Рот раскрылся, губы шевельнулись, складывая имя младшего брата, но голоса не нашлось.

Он тихо лежал там. Будто спал. Чуть бледный.

Я.

– ...Ххк.

Если честно, я... до конца не осознавал. Наверняка сказывалось Сопротивление Страху. То самое, что размывает ощущение реальности. К тому же я держал на руках бездыханного младшего брата... считанные секунды. А потом снова увидел перед собой живого, невредимого Юхёна.

– ...Хх, у...

Юхён всё это время смеялся, плакал, злился и был рядом. Его тёплая рука сжимала мою. Я в полной мере ощущал его взгляд, голос и дыхание.

Вот он, прямо передо мной, живой. Так, значит, мне померещилось? Значит, ошибся? Просто сон или бред, я сошёл с ума, а с нами ничего не случилось.

– ...А...

Все эти пути к бегству разом рухнули. Реальность перед глазами пронзила насквозь. Всё накопленное за время, что я худо-бедно держался, хлынуло одним ударом.

Колени потонули в снегу. Рука потянулась вперёд. Кончики пальцев обожгло ледяным холодом. Холод невыносимый, но на труп тело ни капли не походило. Щека мягкая, нигде ни единого изъяна, такая совершенная, такая чистая, но...

Всё внутри обрушилось.

– ...Всё-таки.

Умер. По-настоящему умер.

...Я не помню, что сказал тогда, в самом конце. Надеюсь, не упрекнул. Надеюсь, ничего обидного. Если бы я мог сказать тебе напоследок только самые лучшие слова.

Но тогда я... я тебе... А ты в последний раз улыбнулся мне, а я...

– Надо мне сказать, что всё хорошо...

Юхён, ты спас меня, поэтому со мной всё будет в порядке. Спасибо. Прости. Люблю тебя.

Люблю, сколько угодно раз.

– Папа. Нужно вернуться, пока ты снова не стал F-Классом.

Тело не выдержит, сказал Перевёртыш. Я обнял тело младшего брата.

– Как я могу... оставить Юхёна...

– Забрать с собой нельзя. Обычное тело ни за что не выдержит. Или, папа, лучше прямо сейчас, здесь...

– Нет.

Здесь можно подвести черту. Использовать навык Юхёна и освободить нас в пламени. Но мой младший брат...

– Нужно... забрать его. Домой.

Перед глазами встал Юхён, радовавшийся возвращению «домой». Как сильно он хотел вернуться. Все те бесконечные годы. Столько лет в одиночестве, в месте, которое даже своим домом не считал. До самого конца.

Значит, домой. Пора домой. Пусть Юхён уже ничего не чувствует и ничего не знает... если я даже этого не сделаю, то...

– Пойдём домой, Юхён. Хён как-нибудь тебя заберёт.

Подожди ещё чуть-чуть, и тогда...

– Чирик.

– Папа.

– Подожди ещё немного, ещё совсем чуть-чуть...

Способ забрать тебя невредимым существует. Поэтому я сделаю всё возможное, чтобы вернуть тебя домой.

Чирик опустился мне на макушку. Перевёртыш постучал передней лапой по моему плечу. Если при телепортации пострадает тело, нельзя рисковать. Поэтому я отпустил. Повторяя снова и снова, что выпускаю младшего брата из рук в последний раз, я поднялся на ноги.

– Я вернусь.

И тогда уйдём вместе. Обязательно.

Перед глазами поплыло. Силуэт младшего брата растаял.

* * *

Белый снег кружился в воздухе. Заснеженная равнина, откуда исчез нежданный гость, снова погрузилась в безмолвие. Ветви, застилающие небо, ни единого листочка, голые и пустые. Белые крылья, мелькавшие среди них, давно пропали из виду.

Изредка налетал ветер и кружил снежинки в вальсе. В его порыве была поймана маленькая бусина. Наполовину засыпанная снегом, она откатилась под резким дуновением, покатилась туда-сюда и тюк, коснулась кончиков пальцев.

И вскоре, эта мерцавшая бусинка бесследно растаяла.