Пустынное пространство.

Шестикрылый змей распылял яд. Завеса яда, густая и неотвратимая, словно спускающаяся ночь, расползалась кругом, но мужчина посреди неё невозмутимо смотрел в сторону. Ядовитые миазмы рассеивались, не достигая его, а громадный, способный проглотить луну змей лишь извивался в воздухе, не решаясь приблизиться.

Вспыхнул лазурный свет, и явился волк с огромными изогнутыми металлическими рогами. Монстр, размерами неуступавший парящему змею, медленно кружил поблизости. Следом, разверзнув землю, взметнулись лианы. Сотни ядовитых насекомых, относительно мелких – всего в три-четыре раза больше человека, – сбились в рой, щёлкая острыми жвалами, и под сотрясающий землю рёв свирепо зарычал ледяной голем.

– До чего же назойливы, – тихо пробормотал он.

Сбой в системе порождает брешь, а сквозь неё прорываются монстры, несущие в себе силу Первоисточника. Поскольку брешь возникла в системе, чья роль – сдерживать влияние Первоисточника, стремящегося поглотить мир, явившиеся монстры превосходили обычных по силе.

Слабейшие из насекомых – SS-Класса. Остальные – SSS-Класса, причём чудовища высшей категории.

Даже когда монстры начали медленно сжимать кольцо окружения, мужчина, Сон Хёндже, не отрывал взгляда от окна системы. Лишь изредка его бровь взлетала вверх при виде сложных потоков маны кругом.

Непросто.

Даже с силой тела, в которое он вселился, взломать систему не представлялось возможным. Ему поддавались лишь те её части, что имели отношение к Хан Юджину – к сингулярности, искажающей этот мир.

– Создатель системы, значит.

Кроме того, что это был кто-то из «неблагодарных отступников», выяснить ничего не удалось. Как давно он существовал? Был ли он один, или их несколько?

Ясно одно: они создали систему, противостоящую Первоисточнику, который жаждал поглотить мир. Систему, что медленно и планомерно вела мир к гибели – с той скоростью, с какой его обитатели могли это вынести.

Лягушка в медленно нагревающейся воде могла свариться заживо, вытерпеть до конца или выпрыгнуть и спастись. В любом случае, это лучше, чем быть брошенной в кипяток.

[Но то, что ты делаешь, снова наверняка связано со мной. Верно?]

Из открытого Сон Хёндже окна доносилась речь Хан Юджина. В отличие от его чётко различимых слов, голос Хан Юхёна прерывался, а порой и вовсе пропадал. То же касалось и остальных.

Благо, изображение оставалось чётким, и общий смысл беседы удавалось уловить по губам. Сон Хёндже вгляделся в окно, где виднелись братья. Точнее, сосредоточил всё внимание на Хан Юджине.

[Юхён, ты не виноват. Ты ни в чём не виноват.]

Нежный и вместе с тем отчаянный тон. В нём сплелись глубокая привязанность и искренность. До такой степени, что невольно задаёшься вопросом: как можно настолько всего себя отдавать? Да ещё и Хан Юхёну.

Лицо Хан Юджина, до этого едва сдерживавшего слёзы за натянутой улыбкой, снова просияло. Он слегка нахмурился, обсуждая свадьбу, но тень на его лице почти не задержалась.

Сколько ни смотри, а братья всегда в хороших отношениях. Сон Хёндже проверил своё количество очков, раздумывая, не заплатить ли за просмотр.

– ...Вот как.

Очки снова успели закончиться. Сон Хёндже со вздохом, мол, ничего не поделаешь, лишь добавил уведомление к ранее выданному квесту и отвёл взгляд. Его взор обратился к монстрам, рычавшим так, будто вот-вот набросятся.

Кончик пальца единственной руки шевельнулся. Сгустился белоснежный свет, явив копьё, заострённое с обоих концов. Простой длинный стержень без единого узора или украшения. Сон Хёндже без труда провернул его в руке и окинул монстров тем же взглядом, каким бы удостоил список покупок в корзине.

– Грррр.

Первым отреагировал волк с металлическими рогами. Словно предлагая совместную атаку, он переглянулся с остальными монстрами и оскалил клыки. Его острые зубы и когти окутал чёрный свет. Вслед за усилением атаки вся его шерсть затвердела.

Фигура волка тут же исчезла. Мгновенное перемещение. И тогда же, когда волк пропал, Сон Хёндже невозмутимо выставил вперёд остриё копья. Одновременно с его почти разгильдяйским тычком в пустоту.

– ГРАААР!

Копьё пронзило глаз волка. Он предугадал точку окончания мгновенного перемещения и нанёс упреждающий удар. Копьё незамедлительно взорвалось светом.

ШВАХ! Волна света, взметнувшаяся подобно обращённому вспять водопаду, хлынула во все стороны. Даже монстры высокого класса не могли открыть глаз. Слух заложило от грохота, обоняние – от запаха горящей плоти волка. Все остальные чувства тоже отказали, парализованные разрядами тока, что раскинулись плотной паутиной.

В мгновение ока лишив монстров чувств, Сон Хёндже начал действовать.

Следующей целью после волка стал змей. Электрический разряд мигом разогнал ядовитую завесу, а лёгкий взмах руки разорвал крылья. Каблук ботинка придавил яростно вскинувшуюся змеиную голову. Разница в размерах – слон против муравья, – но змей не выдержал давления и с оглушительным грохотом, ХРЯСЬ, впечатался в землю.

Затем, с хрустом, голова отделилась от тела, а дёргающаяся в попытке регенерации рана была прижжена дочерна. Всё произошло в одно мгновение.

Змей испустил дух, не издав и звука, а ледяной голем, почуяв угрозу, окутал себя несколькими слоями защитных навыков. Его полупрозрачное тело почернело, и три защитных барьера окружили его. Тем временем Сон Хёндже уже стоял на голове голема.

– БЗЗЗЗ!

Тысячи ядовитых насекомых, вырвавшись из электрической сети, устремились к нему. Оглушительный стрёкот заполнил небо, и рой, подобный чёрной туче, двинулся как единое целое. Каждое насекомое по отдельности было слабейшим из монстров, но их усиливающие навыки, накладываясь друг на друга, создавали устрашающую мощь.

Тресь, рука голема двинулась к его же голове. Он намеревался схватить врага, подставив его под атаку роя, но– Тык. Сон Хёндже поднял ногу и остановил огромную ладонь, собиравшуюся его сжать. Почти беззвучно. Хотя со стороны казалось, будто он лишь слегка прикоснулся к ней.

Хрусть—

От кончиков пальцев голема, которых коснулся ботинок, стремительно поползли трещины. Почерневший лёд рассыпался на куски, и белоснежное копьё вонзилось в макушку голема. Пробив слои защиты, словно их и не было, копьё мягко вошло в лёд и снова извергло свет.

Грохот и вспышка. Посреди этого хаоса Сон Хёндже, уже убравший копьё, достал длинную нить, скрутил её в петлю и взмахнул. Неизвестно, что за навык он применил, но на ярко-розовую шерстяную нить налипли осколки разлетевшегося на куски голема. Он метнул её в налетающий рой насекомых.

– БЗЗ!

– БЗЗЗЗ!

Розовая нить, опутавшая ледяные осколки, пронеслась сквозь центр роя. И тут же.

БАХ! БАБАХ!

Опутанные нитью ледяные глыбы в буквальном смысле взорвались. Он подверг электролизу останки монстра, лёд и воду, полные магической энергии, а затем влил ещё своей, чтобы вызвать взрыв.

Даже после чудовищного взрыва выжила почти половина насекомых, и они устремились к Сон Хёндже. Но у его ног было в избытке и нитей, и осколков голема. В воздухе снова прогремели взрывы. Останки насекомых посыпались дождём.

Сон Хёндже усмехнулся, мелкими разрядами тока отражая отлетающие обломки.

– Сообразительные, но...

Его взгляд устремился к земле. Поверхность едва заметно дрогнула, словно почувствовав его внимание. Сон Хёндже снова сотворил на ладони белое копьё.

– Из-за забот о моём партнёре у меня не хватает очков.

Просто так я вас не отпущу. Брошенное копьё глубоко вонзилось в землю. Из пробоины фонтаном хлынула какая-то жидкость, и толстые лианы, разрывая почву, вырвались наружу. Сон Хёндже, предвидя траекторию их предсмертных, похожих на удары хлыста движений, уклонялся с минимальными усилиями.

Вскоре и последний монстр затих. Воцарилась тишина, и Сон Хёндже собрал очки, появившиеся над трупами.

В мгновение ока у него набралось десятки миллионов очков. Вместе с очками за насекомых сумма легко перевалила за сто миллионов. Увидев такое, Хан Юджин сломал бы голову, придумывая, как отхватить себе кусок. Однако.

«КПД совсем никудышный.»

Управление системой и отправка квестов тоже требовали очков. Чтобы выдать награду в десять тысяч очков, приходилось тратить миллионы. То же самое касалось и наград в виде предметов.

Сон Хёндже снова открыл окно, которое ненадолго закрывал.

[По сравне с тем огрм удав, точн свеж и мол... Нач Сонг нет!]

[Вот об этом я тоже жалею.]

«И мне жаль.»

Попади Сонг Тхэвон в этот мир, можно было бы увидеть кое-что забавное. Особенно его впечатления от города Ахат наверняка оказались бы незаурядными. Возможно, его чопорное поведение хоть немного бы изменилось.

Сон Хёндже присел на подходящий камень. Хан Юджин и Мун Хёна, поговорив о Сигме, резко замолчали. Затем они начали обсуждать этот мир.

– ГРЫЫЫ.

После недолгого затишья из синего свечения выползло нечто, похожее на ком грязи. Приблизиться оно не решалось, лишь бродило неподалёку.

[Такое лицо пропадает. Говорю же, улыбайтесь почаще. Сма-а-айл~]

Тем временем Хан Юджин остался с Сигмой наедине. В окне отразилось, как его, закованного в цепи, тащат на стол.

– Мда, молодёжь нынче грубая.

Мог бы использовать свою молодость как преимущество. Сон Хёндже цокнул языком, глядя на поведение Сигмы. Хоть и притворяется невозмутимым, он нетерпелив и нестабилен.

Не то чтобы он его не понимал. Для Сигмы Солемнис был тесной клеткой. Крошечным мирком, где повторялись одни и те же будни, одни и те же события. И перед ним, запертым и угасающим в этом мирке, предстало совершенно новое существо.

Сигма наверняка инстинктивно почувствовал: дело не только в поступках Хан Юджина, но и в том, что само его существование – нечто чуждое, невозможное для этого мира. Словно на высыхающую рыбу пролился спасительный поток прохладной воды.

Оставалось лишь гнаться за ним. И пытаться заполучить его. Чтобы выжить.

Тем более что Хан Юджин.

[Для меня существует только один Сигма – ты.]

Единственный настоящий в этом мире. И этот настоящий дал своё подтверждение. От всего сердца назвал подделку настоящей. Произошла колоссальная ошибка. И тут же.

Сон Хёндже почувствовал, как мир содрогнулся. И ещё кое-кто ощутил то же самое.

– [Сказал, значит.]

Белая птица. Уменьшившись до размеров небольшого сокола, она опустилась на груду осколков ледяного голема и распустила длинные хвостовые перья. Сон Хёндже посмотрел на неё отнюдь не дружелюбным взглядом.

– Да. Как ты и предвидела.

Предсказательница будущего, птица, что считает звёзды. Не настоящая. Лишь данные, оставшиеся в этом мире, но она знала и об этом будущем.

– [То, что я это увидела, не значит, что всё сбудется именно так. Я лишь стараюсь повысить вероятность.]

Несмотря на оправдания белой птицы, взгляд Сон Хёндже оставался ледяным. В нём даже проступила жажда убийства. Зрачки его золотистых глаз сузились до щёлочек. Но птица, не обращая на это внимания, взлетела и устроилась у него на плече.

– [Я думала, в этот раз будет особенно трудно. Не ожидала, что он так легко это примет.]

– Мой партнёр слишком добр. Стоит перейти определённую черту, и он примет кого угодно. Будь то человек, монстр или нечто иное.

Кого угодно. Поэтому ли он вырастил Хан Юхёна? Границ не существовало. Пока что. Сон Хёндже взглянул на готового расплакаться Хан Юджина.

Даже его самого. В тот день рождения в круглосуточном магазине он прекрасно это почувствовал. Хан Юджин стёр черту, что разделяла их. Хотя сам, похоже, верил, что всё ещё держит дистанцию.

– Хлопот из-за этого.

Хан Юджин уже считал Сон Хёндже таким же человеком, как и он сам. Поэтому и принял предложение стать партнёрами. И что теперь делать? Даже для Сон Хёндже задача оказалась на редкость трудной. Хан Юджин по-прежнему F-Класса, слаб, а его нутро прогнило. И при всём при этом он по-простому симпатизировал Сон Хёндже.

Если Сон Хёндже поранится, тот будет волноваться, если окажется в опасности – попытается спасти; он будет искренне поздравлять его с днём рождения, вести непринуждённые беседы и желать счастливого Нового года. И, возможно, даже изменит Сон Хёндже. Нельзя отрицать, что влияние уже есть.

– Хотя до уровня Хан Юхёна я не дойду.

Что же с этим делать? После недолгих раздумий Сон Хёндже выбрал защиту. Отпускать его он теперь не собирался. К тому же, если Хан Юджин таков сейчас, когда не может позаботиться даже о себе, как же он изменится, когда его прогнившее нутро полностью исцелится? Поэтому он и попытался исцелить его собственными руками.

Но получил отказ.

Сон Хёндже едва заметно улыбнулся. Кругом начали медленно появляться трещины. Белая птица взлетела и тут же исчезла. На этом её сведения заканчивались. Даже если настоящий принял поддельного, изменить столь грандиозное существо было невозможно. Информация, которую она могла предоставить Сон Хёндже, тоже имела свои пределы.

Сон Хёндже поднялся, легко расправился с грязевым монстром и отправил квест.

[Особый Основной Квест! Защитите Сигму!!]