– Если ваше тело изменится, пожалуйста, приходите снова, – произнёс Ю Мёну, убирая измерительную ленту. Он замерил не только рост, плечи и руки Хан Юхёна, он снял даже слепок с его кисти. В отличие от экипировки, надеваемой на тело, оружие редко само подстраивалось под телосложение пользователя. Намеренно создать его таким, конечно, возможно, но ради прочности и по иным причинам предпочтительнее был неизменный вариант.

Потому лучше всего было сразу создавать оружие под владельца.

Хан Юхён с лёгким недоумением посмотрел на Ю Мёну. Честно говоря, он не считал их отношения хорошими.

– Разве вы не должны были изготовить лишь то оружие, о котором просил хён?

Ю Мёну в ответ посмотрел на Хан Юхёна так, словно тот заговорил на другом языке.

– Если с вами, Хан Юхён, что-то случится, то пострадает и Юджин.

Эти слова, сказанные как нечто само собой разумеющееся, не вызвали у Хан Юхёна особого недовольства. А немного погодя Ю Мёну передал Хан Юхёну бусину обнуления урона. Он полагал, что ему её одалживают, но обратно её не приняли.

Хан Юхён знал, что не вызывал у Ю Мёну особой симпатии. Всё было ради Хан Юджина. Хан Юхёну такое положение дел нравилось даже больше.

Пусть он ещё и не дошёл до того, чтобы принять его в свой мир, но Ю Мёну тоже был не так уж и плох.

***

Скреж, острые когти проскребли по стене. Хан Юхён увёл руку Ноя в сторону, заставив его вместо своего плеча царапнуть стену, а затем тыльной стороной ладони, не сжатой в кулак, сильно ударил его по рёбрам. Удар был щадящим, но тело Ноя с лёгкостью отбросило в сторону.

– Частичную трансформацию проводите прямо перед ударом, – сказал Хан Юхён, поправляя свою почти не сбившуюся стойку. – Так для противника внезапно изменятся как размер кисти, так и точка атаки, и ему станет сложнее защититься.

– Да, но скорость трансформации...

– Приходит с тренировками.

Холодный взгляд, безмолвно приказывавший не лениться, имея такой хороший навык, заставил Ноя поспешно кивнуть.

– Это касается и полной трансформации. Возможность быстро менять размер тела даёт преимущество в бою. То же касается и смены одного облика на другой, трансформацией между драконом и человеком. Охотник Риетта мастерски этим владеет.

– Да, нуним... она быстрая.

Хан Юхён недовольно посмотрел на Ноя, который хоть и продемонстрировал значительный прогресс после поединка с Риеттой, но всё ещё время от времени проявлял неуверенность. Ной по-прежнему во многом не дотягивал до его стандартов. Раздражало и то, что он порой неосознанно точил на него когти.

– Тогда ещё раз.

Впрочем, Ной тоже был не так уж плох. Во всяком случае, он понемногу развивался.

«Потому что он по мелочи помогает хёну.»

Аргументируя это тем, что хочет приносить Хан Юджину ещё больше пользы, Ной не только не избегал тренировок, но и первым спрашивал, найдётся ли у Хан Юхёна время. Если всё так и продолжится, то и он был вполне приемлем.

***

Люди, вошедшие в его мир. Люди, что ещё не вошли, но уже стояли на пороге, – они не были плохими. В их окружении Хан Юхён наслаждался поездкой в Японию. О Пак Ёрим не стоило и беспокоиться, всё шло так, как он и ожидал. Поездка ничем не отличалась от отпуска с хёном, и, упиваясь этим ощущением, он вошёл в подземелье Леса Чёрного Быка.

А затем, в непредвиденной ситуации, он оказался схвачен, абсолютно беспомощный.

– Жди.

Услышав эти слова, Хан Юхён оцепенел от ужаса. Его пугала мысль о том, что хён снова придёт его спасать. Когда он в нетерпении начал соображать, что нужно придумать какой-то выход, в его одурманенной наркотиками голове всплыли Пакс и Пак Ёрим.

Они оба здесь. Они точно не позволят Хан Юджину действовать в одиночку.

Хан Юхён перестал пытаться вырваться. Он не мог не дрожать от беспокойства, но глубоко в душе также затаилось и облегчение.

И Пакс, и Пак Ёрим обладали способностью защитить хёна. Там ещё и Ной был. Их троих с лихвой хватило бы, чтобы помочь Хан Юджину спасти его. Он был уверен, что Пак Ёрим после спасения будет долго важничать, но он ждал даже этого.

«...Не торопись, хён.»

Приходи вместе с другими. Пока рядом с Хан Юджином были Пакс и Пак Ёрим, он мог спокойно ждать. Более того, он своими глазами видел, насколько сильнее стали Пак Ёрим и Ной под руководством Хан Юджина. И то, что он вырастил Пакса, и то, что он помог вырасти Пак Ёрим, и то, что Ной перерос свою нуним. Всё это было делом рук Хан Юджина.

Так что всё было в порядке. Он верил, что всё будет в порядке.

И наконец.

– Я сейчас тебя освобожу.

Хён вернулся. Хан Юхён улыбнулся. Он ждал недовольного ворчания и упрёков в духе: «Ты только посмотри на себя, ну что за видок, а?». Но до его слуха донеслось...

Бах!

Короткий выстрел. В воздухе мгновенно загустел запах крови. Хан Юхён широко распахнул глаза. Почему. Он не мог понять. Будь то Пакс, Пак Ёрим или Ной, это была атака, которую легко можно было отразить. Исцеляющий навык, зелье, почему никто...

– Хё-хён!..

Хан Юхён кое-как поднялся и подхватил падающего Хан Юджина. Он достал зелье, но знал, что уже поздно. Он огляделся, прижимая к себе хёна. Кругом были лишь незнакомые лица.

– ...Почему.

Никого нет. Хён был один. Он был совсем один.

– Альфа!

Незнакомец попытался подойти. Хан Юхён насильно собрал остатки маны. Вспых, черноватое пламя, словно защищая, окутало его. Жаркая волна отбросила не только приближавшегося человека, но и тех, кто стоял позади.

– Угх!

– Осторожнее! Пока лучше не подходить...

А-Классы не особо пострадали, но B-Класс в углу отлетел и, ударившись головой о стену, потерял сознание. Пока люди отступали как можно дальше, Хан Юхён с побледневшим от расхода маны лицом смотрел на хёна в своих руках.

Тихо.

Не слышно было ни дыхания, ни стука сердца. На таком близком расстоянии его чувства не могли его обмануть, но Хан Юхён на секунду усомнился в собственном слухе. И вскоре признал.

Хён умер.

Хан Юхён принял этот факт. На удивление покорно, тихо, без единого возражения.

Он признал, что его мир рухнул.

И потому, наоборот, не нужно было ничего делать. Не нужно было ни выть, ни ронять слёзы. Его мир уже закончился, и ничто, никакое действие не имело смысла.

Прерывистое дыхание Хан Юхёна успокоилось. Постепенно оно стихало, пока почти совсем, полностью не замерло.

Тогда и послышались новые шаги.

Бззт, сверкнуло электричество, и замок на двери, защищённой маной, открылся. Затем дверь пнули на распашку.

– Кто там!

– Стой, этот человек!..

Гноси остановил коллегу, который хотел выйти вперёд, но раньше него заплясала золотая цепь. Цепь, хлестнув как кнут, одним махом смела стражей А-Класса. Отброшенные стражи ударились о стену и, как снопы сена, повалились на пол. Сигма, с самого начала и до конца не удостоив их и взглядом, смотрел лишь в центр комнаты.

На труп в объятиях Альфы.

– С-Класс.

Ответа, разумеется, не последовало. Тот уже мёртв. Сигма перевёл взгляд на Альфу, который бережно обнимал труп и затаил дыхание, словно собираясь умереть вслед за ним. Определённо, в этом был бы интерес. Будь С-Класс жив.

Но теперь это не имело никакого значения. Сигма невольно вздохнул. Ему вновь всё резко наскучило.

– ...Даже не заплатил по договору. Слишком уж легко всё закончилось.

Он не ожидал такого. Конец наступил гораздо быстрее и проще, чем ожидалось. Ощущение, будто смотришь захватывающий фильм, а плёнка вдруг рвётся на середине. А кругом разбросаны лишь уже просмотренные ленты, и та была последней, которую он ещё не видел.

Опустошение.

Накатило настолько сильное чувство опустошения, что он и сам удивился. В отличие от киноплёнки, так не соединить...

«...Или нет?»

Он точно умер? Сигма вспомнил поступки Хан Юджина. Он уже однажды отдавал свою жизнь прямо перед ним. И когда тот пытался нанести гравировку, он вёл себя так, словно совсем не боялся смерти. Ему и вправду не была дорога собственная жизнь?

«Быть того не может.»

Сигма снова посмотрел на Альфу и на юношу в его руках. Хан Юджин с самого начала планировал отправиться в Ахат. С того момента, когда он ещё не мог знать о сорвавшемся Альфе из-за расстояния и мер безопасности. Он и правда намеревался заполучить Альфу? Он с самого начала планировал его спасти? Будь они совершенно незнакомы, вёл бы себя так Альфа?

Если Хан Юджин был дорог Альфе, а Альфа – Хан Юджину. Тот Хан Юджин, которого он знал, не стал бы так легко расставаться с жизнью, оставив Альфу запертым в Ахате. Даже недолгого наблюдения хватило, чтобы в этом убедиться.

Тогда почему он так легко готов был подставить шею? Потому что на самом деле он не умирал?..

Мёртвый не может воскреснуть. Но могли существовать предметы, которые при получении смертельной раны заставляли казаться мёртвым. Или подобный навык.

Сигма шагнул вперёд. Его затихшее было сердце снова забилось.

– Хан Юджин.

Хан Юхён тут же вскинул голову. Рефлекторное движение. Алые зрачки запечатлели облик Сигмы. Знакомое лицо, но сейчас оно, разумеется, тоже не имело никакого значения.

Однако.

Хан Юхён снова вспомнил чужой голос, звавший его хёна. Остались люди. Оставшиеся люди. Те, кто дорожил хёном.

– Хх-х, кха!

Из уст Хан Юхёна с хрипом вырвалось дыхание. Также выступили и непроизвольные слёзы. Задыхаясь, он ещё крепче прижал к себе тело хёна.

К Паксу, к Пак Ёрим и к другим. Он должен был отнести к ним хёна.

– Хы-ык... гх.......

В мире, который должен был полностью закончиться, всё ещё что-то оставалось. Хан Юхён с трудом поднялся. Мучительно. Дышать тяжело. Было бы намного проще просто остановиться. Но нужно было двинуться ещё раз, в последний раз.

Те, кто поймёт, что его мир рухнул. Товарищи, которые почувствуют нечто похожее и разделят это с ним. Отнести к ним хёна, вернуться. И после этого он хотел встретить свой конец.

Слёзы хлынули потоком. Скорбь, которую не должно было быть нужды чувствовать, всевозможные эмоции заполнили его грудь, всё его тело. До самой макушки и даже выше. Он чувствовал, что вот-вот утонет. Хан Юхён тяжело дышал. Сложно. Зачем нужно так стараться? Хён ведь умер. Можно было просто закончить всё вместе с ним.

– Отдай, Альфа.

Цепь ударила по полу. Сигма подошёл ещё на шаг. Хан Юхён, пошатываясь, выпрямился. Отдать?

– Отдай этот труп.

– Не... т, – процедил Хан Юхён.

Его голос совершенно охрип. Он прекрасно понимал, что в нынешнем состоянии не ровня стоящему перед ним мужчине. Но отдать он не мог ни за что.

Скреж!

На двух предложениях всё и закончилось. В третий раз вместо уговоров прилетела цепь. Если Хан Юджин мог воскреснуть, то их с Альфой отношения представляли интерес, потому удар не был смертельным.

Цепь ударила в пол и метнулась, чтобы обвиться вокруг тела Хан Юхёна. Хан Юхён едва увернулся от бросившейся на него, как змея на добычу, цепи. Одновременно он достал из инвентаря кинжал и метнул его в Сигму. Дзынь, ему даже не пришлось уворачиваться – цепь запросто отбила кинжал.

– Ты ведь не то что навыки, даже оружие толком использовать не можешь.

Оружие в этом мире часто потребляло ману. Оружие в инвентаре Альфы в большинстве своём имело высокий класс и столь же высокое потребление маны. Нынешний Хан Юхён мог использовать лишь несколько видов оружия ближнего боя относительно низкого класса.

Бах! Ба-бах! Цепь непрерывно била по полу и стенам, загоняя Хан Юхёна в угол. Стены и пол, на которые сила Мана-Дыры влияла ещё сильнее, чем в предыдущей камере, не покрылись даже трещинами.

– Угх!

Сломав преградивший путь клинок, цепь в итоге попала Хан Юхёну в плечо. Одежда порвалась, и цепь тут же вырвала кусок плоти. Тело Хан Юхёна покатилось по полу. Всем телом прикрывая труп хёна, чтобы не повредить его, он проскользил до самой стены.

Больно. Не из-за раны на плече. Такая мелочь совсем не чувствовалась. Сам факт того, что он всё ещё жив, когда хён умер, причинял боль. Снова с трудом поднимаясь, Хан Юхён несколько раз пробормотал.

«Зачем я это делаю.»

Он хотел, чтобы тот человек просто убил его. Но в то же время он должен был защищать. Он должен был идти. Ещё есть дело, которое нужно сделать... но почему.

– ...Не хочу.

Если будет так мучительно, так тяжело. Уж лучше бы я и дальше был один. Давай сейчас же прекратим. Всё это.

Хан Юхён сглотнул слёзы. Но он всё так же не мог отпустить Хан Юджина. И остановиться не мог. Уворачиваясь от летящих атак и обгорая от бьющего тока, он продолжал пытаться сбежать. БАМ, его тело снова впечатало в пол. Вдоль спины появилась длинная рана. Спина мгновенно намокла от хлынувшей крови.

Взгляд, застланный слезами, ещё больше помутился.

Нужно было сдаться, но он не мог. Он не терпел и не превозмогал. Просто, без всякой причины, просто... не мог отпустить. Хан Юхён, крепко обняв хёна одной рукой, пытался подняться, царапая пол. Кажется, и голова была ранена – с капающими слезами смешалась кровь.

– ...Хён.

Я хочу всё прекратить. Но почему я пытаюсь вернуться? Ведь всё уже у меня на руках. Всё ведь закончилось здесь.

Предел уже достигнут. Он с трудом двигал собственным телом. Так почему, почему же он до сих пор не может сдаться? И когда он уже готов был возненавидеть тот факт, что он не был один, и то, почему всё так обернулось...

[Юхён-а.]

...перед глазами Хан Юхёна появилось окно сообщения. Сердце, сжимавшееся от скорби, сильно забилось.

[Хён здесь.]

Новые сообщения одно за другим отражались в его зрачках. Скатывались по щекам вместе с крупными слезами.

[Я в порядке, Юхён. Вернусь так быстро, как смогу. Поэтому.]

– ...Хён.

[Защити Меня.

Давайте благополучно продержимся до воскрешения Хан Юджина! Защищайте тело Хан Юджина от могущественного противника в течение 5 минут ^▽^

Награда: Небольшое автоматическое восстановление маны]

Пять минут уже прошли, так что квест был засчитан задним числом и завершился, едва появившись. Если бы он получил зелье маны, Сигма бы помешал ему его выпить. Но Сигма окна квеста не видел.

Хан Юхён немедля получил награду. Мана хоть и немного, но восстановилась. Сигма с лёгким удивлением посмотрел на него, поднимающегося на ноги.

– А я думал, ты сдался.

– Мне ещё нужно подождать.

Он моргнул, и с ресниц сорвалась последняя слеза. Хан Юхён бережно поудобнее обнял тело Хан Юджина. Он сказал, что вернётся. Его мир ещё не закончился. Хорошо, что он не сдался. Хорошо, что он не остановился.

Он был не один, и потому мог продолжать ждать – и это было настоящим счастьем.

Вспых! Вокруг Хан Юхёна взметнулось пламя. Не иссиня-чёрное. Не ядовито-фиолетово-чёрное. А с озаряющей угольную бездну лазурной голубизной.