– Мы пошли!

– Куу!

Ёрим вскинула руку, и Лазурь, подражая ей, подняла крыло. Энергично попрощавшись, они исчезли за вратами.

С небольшой задержкой первыми прошли охотники-защитники, а за ними в подземелье поочерёдно вошли и остальные члены команды.

Теперь несколько дней не будет ни Юхёна, ни Ёрим, ни Пакса, так что, выйди я в сад, меня встретит тишина. Хоть там и остались другие детишки, уже чувствуется лёгкое одиночество.

– Окончательные эскизы кукол Пакса и Чирика должны быть готовы сегодня к вечеру. Сейчас этим занимается пиар-отдел, но руководитель юридического отдела активно настаивает, что лучше создать совершенно новое подразделение, – сказал Сок Симён, выходя вместе со мной из здания с подземельем.

Он сказал, что, поскольку Пакс – реально существующий монстр, наложить запрет на подделки невозможно. Запретить давать им имя «Пакс» – можно, но запретить саму продажу «детёнышей огненного рогатого льва» – нельзя. Однако Чирика зарегистрируют как уникального монстра, своего рода мутанта, поэтому контроль над товарами по его образу и подобию будет куда строже, чем в случае с Паксом.

– Поэтому основной упор сделают на товары, где Пакс и Чирик идут в комплекте. Это касается и другой тематической продукции, помимо кукол.

– Другой продукции?

– Да. Руководитель отдела Ким Хаён настроена создать всё, что только пожелает... Ей и выложенный вами вчера Сорок показался милым, так что в гильдию Крушитель уже поступил запрос на создание куклы лежащего Сорока. Ещё появилось предложение открыть в здании питомника магазин тематической продукции. И совместить его с кафе.

Сок Симён добавил, что если разместить его на первом этаже, доступном для посторонних, то выйдет очень недурно.

Здание и правда пустовало, и его хотелось чем-то заполнить. Прочие детали он велел узнать непосредственно у отдела по связям с общественностью и руководителя отдела Ким.

Снаружи ждали охотники А-Класса из Бездны.

Я сел в машину вместе с Сок Симёном.

– Кстати, руководитель отдела Сок, у Юхёна ведь есть что-то вроде фан-сайта? – спросил я, когда мне это внезапно пришло в голову в ходе нашего разговора.

Я сам найти не смог, но сомневаюсь, что их нет. Юхён ведь определённо популярен.

– Разумеется есть.

Всё-таки есть. Да, быть не может, чтобы их не было.

– Подскажите адрес. У меня не получилось найти.

В ответ на мои слова на лице Сок Симёна отразилось что-то неопределённое.

– Дело в том, что крупнейший из них, насколько я знаю, работает по членству.

– По членству? А какой вступительный взнос? Тогда, должно быть, и членские карты выдают.

Один аджосси, с которым я раньше работал, рассказывал, что его дочь – фанатка какой-то знаменитости, и она устроила целый переполох, когда потеряла членский билет, за который заплатила. Выражение лица у Сок Симёна стало ещё страннее.

– Директор Хан, вы не сможете вступить.

– Что? Почему? Я же семья.

– У этого своя запутанная история. Отдел по связям с общественностью держит всё под контролем.

В каком таком смысле «запутанная история»?

Видя моё замешательство, Сок Симён посоветовал не обращать внимания на подобные вещи и просто забыть.

– И ещё... поскольку вы скоро отправляетесь в Японию, скажу заранее: гильдмастер и охотник Пак Ёрим очень популярны и там.

– В Японии? Потому что они охотники S-Класса? Не ожидал такого. Всё же японские охотники у нас в стране не особо известны.

До появления рейтинговых боёв популярность, если и была, ограничивалась своей страной. Но после их введения охотники из верхушки рейтинга прославились на весь мир, независимо от национальности.

– ...Мы всё держим под контролем. Так что, пожалуйста, не принимайте близко к сердцу.

Он снова повторил, что всё под контролем и мне незачем беспокоиться. Но почему?

– Если люди любят моих детей, значит, они хорошие. Разве нельзя познакомиться с ними хотя бы через интернет?

– Они хорошие люди, да. Но если семья начнёт проявлять внимание, это может их несколько обременить.

Обременить? Не уверен, но раз он так говорит... Всё равно досадно. Нельзя хотя бы поблагодарить их и заодно попросить и дальше заботиться о наших детях? Для охотника S-Класса публичный имидж важен, так что выражение признательности пошло бы на пользу. Почему он против?

По-прежнему недоумевая, я отправил сообщение Сонг Тхэвону.

[Начальник Сонг Тхэвон, охотник Пак Ёрим только что вошла в подземелье. Я не планирую никуда выходить и буду тихо сидеть, пока дети не вернутся, так что не волнуйтесь. Какое-то время здесь, полагаю, обойдётся без происшествий, так что надеюсь, вы тоже сможете уйти с работы пораньше и хорошенько отдохнуть. Хорошего дня.]

Ёрим быстро вернётся, да и Юхён не задержится, так что до тех пор стоит спокойно заниматься внутренними делами питомника. Я уже хотел убрать телефон, но отправил ещё одно сообщение.

[У вас есть любимые животные?]

«Если есть, обязательно скажите. Желательно два-три вида», – добавил я в сообщении Сонг Тхэвону. Он боец ближнего боя и не привязан к конкретному атрибуту, поэтому подобрать ему предпочитаемый вид легко. А монстра А-Класса достать – тем более.

Я бы с радостью раздобыл ему монстра S-Класса, но вот эта задачка, напротив, уже непростая. Даже А-Класс поможет в зачистке и облегчит ему жизнь.

– Информация о японском подземелье начнёт просачиваться сегодня ночью. Это своего рода корейско-японское противостояние, так что пламя вспыхнет быстро, – сказал Сок Симён, и уголки его губ поползли вверх.

И это в то время, когда со спортивными соревнованиями всё неважно. Корейско-японский матч между охотниками. Моргнуть не успеешь, а пламя уже перерастёт в лесной пожар. При этой мысли я и сам усмехнулся.

– Наша Ёрим прославится на весь мир.

Нельзя ли время немного ускорить? Я уже в предвкушении.

***

Пламя стремительно расползалось. Оно не только сжигало густые заросли и деревья, но и неистово неслось вперёд, обугливая и плавя дочерна скалы. Леса и холмы за считанные секунды сравняло с землёй, оставляя выжженную пустошь, а таившиеся в них монстры оказались поглощены багрово-чёрной волной.

– И-и-и!

Огромная ящерица, покрытая влажным мхом, подпрыгнула, спасаясь от огня. За тварью, пытавшейся сбежать на ещё нетронутую землю, появился рыжий лев. Неспешно пересекавший пылающий лес огненный рогатый лев с силой придавил туловище ящерицы передней лапой с выпущенными когтями.

Не дав и шанса на сопротивление, тут же – хрусть! – копьё из пламени пронзило голову ящерицы. Туловище монстра мгновенно обратилось в пепел, а пламя вновь продолжило свой неумолимый путь.

Обычные монстры первого этапа подземелья были сметены подавляющей огневой мощью и спешно спасались бегством. Они не то что не могли устранить захватчика, у них не было даже возможности оскалить на него зубы.

Воздух наполнился запахом гари, и в нём подобно снегу кружил пепел. От поднимающегося жара колыхалось всё небо.

В конце первого этапа подземелья, который они зачистили с такой скоростью, будто бы просто по нему пробежались, показалась пара гигантских скал. На скалах, стоявших друг напротив друга на некотором расстоянии, образовались неглубокие трещины.

Треск, камень раскололся, и из него высунулась голова с чешуёй того же цвета, что и скалы. Отличавшиеся лишь цветом глаз змеи-близнецы полностью показались из утёсов. Они – босс-монстр первого этапа.

– Гррр.

Огненный рогатый лев низко зарычал, обнажив клыки.

Змеи-близнецы – сложный босс: обоих требовалось убить одновременно, чтобы они не смогли регенерировать. Они старались не сближаться друг с другом, поэтому даже выдающемуся охотнику S-Класса было трудно справиться с ними в одиночку за один заход.

– Лазурные Ивовые Листья.

Листья появились со смещением в сторону правой змеи. Хан Юхён без лишних слов оттолкнулся от спины ездового монстра и наступил на выстланную ими тропу. Пакс тоже двинулся без отдельного приказа. Окутав всё тело пламенем, он одним махом бросился к левой змее.

– Шшш!

Распыляя яд, огромная змея выпрямила голову. Два ярко-жёлтых глаза уставились на человека, парящего в воздухе на листьях. Она напрягла длинную шею, чтобы одним махом проглотить человека, которого не хватит и на один укус, и тут же фигура Хан Юхёна исчезла.

Навык ускорения. Он просто прибавил скорости, но глазам змеи почудилось, будто он исчез. Не успев уследить за движением врага, растерянная змея ощутила, как на её морду опустилась рука. Только тогда в поле её зрения снова возник человек.

Алый глаз слегка сощурился в усмешке. Яд, заполнивший всё вокруг, не достигал тела Хан Юхёна – его пожирало и рассеивало пламя.

Хрусть! Он сжал руку с такой силой, что чешуя треснула, и в другой его ладони сгустилось пламя. Огонёк моментально превратился в длинное лезвие копья и вонзился в голову змеи, плавно и беспрепятственно прошив её насквозь.

Вспых!

Пламя яростно завихрилось, испаряя кровь и плавя плоть. Огромная туша змеи рухнула. Больше половины тела, начиная с головы, сгорело, расплавилось и исчезло, и лишь оставшаяся часть подёргивалась. Она пыталась регенерировать, но всякий раз её поглощал огонь.

Хан Юхён легохонько спрыгнул на землю и мельком взглянул налево.

– Медленно.

Словно услышав его бормотание, сражавшийся с левой змеёй Пакс громко зарычал и применил Гигантификацию. Затем он схватил змею за голову, растоптал её тело и одним рывком оторвал голову. С хрустом она отделилась от туловища.

Тут же регенерация правой змеи прекратилась. Оставшийся хвост тоже сгорел дотла. Когда на его месте остался довольно большой магический камень, внезапно появилась Ирин и схватила его. Взглянув на хозяина и не увидев запрета, она проглотила камень.

После смерти босса появились врата на второй этап. Хан Юхён не стал сразу переходить дальше, а присел на скалу.

Пакс, уменьшившись до размеров молодого зверя, подошёл и устроился рядом. Хан Юхён достал из инвентаря миску, поставил её и налил зелье маны. Затем и сам восполнил потраченную ману.

Когда Пакс допил зелье, Хан Юхён достал бутылку с водой и налил ему. Сам он тоже сделал несколько глотков.

Он подумывал съесть сухой паёк, но вместо этого достал баночку с сухофруктами. На лице Хан Юхёна, смотревшего на маленькую стеклянную баночку, расцвела нежная улыбка. Улыбка, совершенно не вязавшаяся с тем настроем, с каким он охотился на монстра.

– Уже соскучился по хёну.

– Грыы.

Пакс согласно заурчал. Было жалко есть сухофрукты, поэтому он просто смотрел на них. Хён и в этот раз выйдет его встретить. И они вместе вернутся домой.

– Снова сделать вид, что слегка ранен?

– Грмяр.

Пакс насторожил уши, а затем посмотрел на свои передние лапы. Он не только не был ранен, но и сиял чистотой. Для огненного рогатого льва смыть грязь собственным пламенем – пустяк. Но к выходу из подземелья его красивая шерсть, без сомнения, спутается и испачкается.

Если бы он и вправду ненавидел мыться, даже его хозяин, Хан Юхён, не смог бы так просто к нему прикоснуться. Об F-Классе и говорить нечего. Это просто капризы и притворство.

Бушевавшее кругом пламя постепенно угасало. Нагревавший воздух жар тоже по большей части спал.

Поколебавшись, Хан Юхён достал всего один сухофрукт и положил в рот. Он оказался кисло-сладким. Юхён не стал его разжёвывать, а держал во рту, как леденец.

Последние дни для него проходили спокойно и сладко. Не то чтобы совсем без раздражителей – их хватало, – но он был доволен настолько, что мог всё это вытерпеть.

Разумеется, беспокойство таилось глубоко внутри. Иногда у него без причины холодело в груди, и он не находил себе места. И всё же он надеялся, что такие дни, как несколько этих последних, продлятся хоть немного дольше.

Пусть всё так и остаётся. Настоящий дом, где его ждут, и человек, который любит его без остатка.

– ...Хочу увидеть хёна.

– Грмяяя.

Пакс, должно быть, чувствовал то же самое, потому что он жалобно заскулил. Хотелось снова ощутить то, что возникает в тебе от того, когда на тебя смотрят как на самое любимое, милое, красивое и лучшее в мире. Хан Юхён и сам удивлялся, как смог отказаться от этого на целых три года. Возможно, чувства обострились именно потому, что однажды он отдалился.

Ему стало жаль тратить время на отдых; он прожевал то, что было во рту, и поднялся. Он ещё не сильно устал. И вот, когда он уже хотел пройти через врата второго этапа.

– ...!

Он ощутил на себе взгляд. Хан Юхён рефлекторно выхватил оружие и осмотрелся. Пакс тоже что-то почувствовал и насторожил уши.

Но ничто не попадалось на глаза. Ни монстров, ни даже травинки – лишь голая, опустошённая земля.

Показалось? Но едва он приходил к такому выводу, как что-то снова и снова теребило его обострённые чувства. Хан Юхён стиснул зубы. Раздражает.

– ...Ирин.

Элементаль огня медленно обратила своё тело в пламя. Затем горящие алым огненные язычки разлетелись и запылали алым. Огонь элементаля тщательно, всепроникающе обшарил всё вокруг.

Что-то в него попалось.

И исчезло.

Хан Юхён едва заметно нахмурился.

«...Это как-то связано с системой?»

Только бы с хёном ничего не случилось. Находясь в подземелье, ответа никак не узнаешь. Хан Юхён тут же отозвал навык и перешёл на второй этап.