– Хан Юджин, верно? В жизни вы гораздо лучше, чем по телевизору.

Я улыбнулся и поблагодарил за столь бурную реакцию. Как и тогда, когда я ходил покупать телефон и очки, большинство встречных узнавали меня. Сейчас меня немного потеснили из-за прорыва подземелья, но какое-то время я так часто мелькал по телевизору, что это было вполне ожидаемо.

«Всё же слишком много внимания... немного... напрягает.»

Время близилось к ужину, и в большом супермаркете было полно народу. И все эти люди смотрели на меня и шептались. В отличие от времени до регрессии, сейчас реакция была скорее доброжелательной. Но даже зная это, воспоминания о прошлом то и дело всплывали.

Плюх—

Пальцы внезапно ослабли, и пачка макарон, которую я держал, упала на пол. Юхён в облике Ким Минъи поднял её, а кто-то из стоявших рядом обеспокоенно спросил:

– Вы в порядке? У вас очень нездоровый цвет лица.

– А... да, просто я всё ещё немного нервничаю в людных местах. Особенно когда на меня так смотрят, становится немного... страшно.

Когда я улыбнулся, стараясь легкомысленно отмахнуться, мол, у меня были на то причины, на меня посыпались сочувствующие взгляды. Одно только похищение могло оставить травму, а я ведь ещё и на аукцион попал.

– Вам точно можно вот так выходить?

– Нужно стараться привыкнуть. Поэтому я специально сам вышел за продуктами к ужину. Спасибо за беспокойство.

Усилие, чтобы преодолеть несчастный опыт. Красивая история. Кто-то даже сказал мне: «Держитесь!», и попросил окружающих так на меня не пялиться. Наблюдая за этим, я почувствовал лёгкое смятение.

– Ты точно только притворяешься? С тобой правда всё в порядке? – тихо спросил Юхён, когда люди отошли.

– А что со мной может быть не так? Я ведь на самом деле отлично отдохнул.

Валялся себе в комфорте с первоклассным обслуживанием. Похищение – это даже неплохо. Можно вволю бездельничать без угрызений совести. Будь уровень таким же, как в прошлый раз, я бы не отказался попадать в такую ситуацию раз в квартал. Да и побочный доход был приличный.

Я подошёл к мясному отделу и положил в корзину лучшую говядину. Затем выбрал самые дорогие и лучшие морепродукты.

– Давно мы вместе за продуктами не ходили.

По моим ощущениям, прошло почти десять лет.

– Хочешь чего-нибудь? Называй что угодно.

– Мне всё равно. Что ты выберешь, хён.

– Говоришь точь-в-точь как в детстве. Теперь бюджет не ограничен.

И мне не придётся тратить свои деньги. На кассе я достал карту Сон Хёндже, полученную в Гонконге. Надо усердно ею пользоваться, пока он не попросил вернуть. Самая большая проблема в том, что тратить её особо не на что.

Купив продукты, мы сели в машину и поехали на одну из вилл, принадлежащих гильдии Бездна. Разумеется, оформлена она была на другого человека. Едва мы разложили покупки на просторной кухне роскошного особняка, как прибыл Ной. Когда он снял маскировку, его золотистые волосы тускло блеснули в лунном свете. Без навыка маскировки ему было бы трудно тайно передвигаться, будь то днём или ночью.

– Спасибо за ваш труд, Ной.

Ной широко улыбнулся, увидев, что я вышел встретить его к двери. Хотя он всего на год старше Юхёна, почему-то кажется младше. Каким бы грозным он не представал в облике дракона, он всё равно казался мне милым.

– Спасибо, что охотно согласились помочь. Если вам что-нибудь понадобится, говорите в любое время.

Мне было слишком совестно загружать его работой за спасибо. Но что бы я ни предлагал, он только отвечал, что всё в порядке.

Ной немного замялся и начал говорить:

– Сейчас нет, но...

«Сейчас» означает...

– Значит, всё-таки есть?

Наконец-то. Его светло-серые глаза мельком взглянули внутрь дома, и он продолжил:

– Когда нуним скоро выйдет, она, вероятно, какое-то время пробудет в Корее... Можно мне тогда пожить у вас, Юджин?

– Конечно, можно.

А почему нет? Кстати говоря, зачистка подземелья Риеттой заняла больше времени, чем ожидалось. Не из-за того ли, что она пошла с охотниками Ассоциации? Поскольку она могла превращаться в дракона, в одиночку она, возможно, справилась бы быстрее.

– Я приложу все усилия, чтобы Риетта не вломилась в дом.

– Ах, вы не должны пострадать из-за меня.

– Не волнуйтесь. Пока у Риетты есть монстр, которого она хочет мне доверить, она не посмеет меня тронуть.

Да и даже после того, как я выращу её ребёнка... Риетта, по правде говоря, никогда мне особо не угрожала. Хотя и пыталась со мной переспать. Достаточно будет просто избегать оставаться с ней наедине.

Ужин готовили Юхён и Ной. Хотя я и сказал, что сделаю всё сам, раз уж это я всё затеял, меня почти силой усадили на стул. Дети слишком добрые.

– Нуним не умеет готовить, – поделился Ной, раскладывая спагетти веером, словно цветы.

Неожиданно. Не казалась она тем, кому не хватало в этом вопросе мастерства. По крайней мере, ножом-то она должна уметь пользоваться?

– Она пытается проявить излишнюю креативность... и внедряет всякие странные дополнения.

– А...

Похоже на неё. Ещё гляди пепла в готовую кашу насыплет.

Глядя, как Юхён и Ной готовят ужин на кухне, я чувствовал себя сытым, даже не поев. Такие славные детки выросли. Ноя я не воспитывал, но он вырос замечательным человеком под крылом такой нуны. Горжусь.

– Наши дети ведь нигде не пропадут, правда?

Юхён всё ещё выглядел как Ким Минъи, но он всё равно мой младший брат. Я повернул голову к мужчинам, которых заставили стоять на коленях в ряд. Это были люди, связанные с Корейской Ассоциацией Охотников, которые проявили подозрительную активность сразу после рейда на гильдию Донджу Ротари. Всего их было шестеро: четверо занимали посты в Ассоциации, а двое других были секретарём заместителя председателя и приближённым одного из членов совета директоров соответственно.

Ной лично поймал их и заставил встать на колени, но зрелище было не из приятных. Мужчины среднего возраста с довольно неприятными лицами.

– Почему вы молчите? Рты я вам не затыкал.

– И ты думаешь, после такого тебе всё сойдёт с рук—

– Конечно, сойдёт. Вы ещё и о других беспокоитесь, какая самоуверенность.

Разумеется, если смотреть только на текущую ситуацию, я – образцовый похититель. ...Надо же было похитить именно мужчин среднего возраста. Печально как-то.

– Кто вам поверит, если вы выберетесь и на каждом углу затрещите, что Хан Юджин вас похитил и шантажировал? С какой стороны на меня не посмотри, а я – жертва похищения, которую жалеет вся страна.

Таков мой нынешний имидж.

– Рано потерял родителей, бросил школу, чтобы в одиночку вырастить младшего брата, но из-за появления подземелий пришлось на несколько лет расстаться с ним из соображений безопасности. Едва получил хороший навык и обрёл шанс на нормальную жизнь, как меня ложно обвинили, посадили в тюрьму, а потом из-за махинаций каких-то предателей похитили и выставили на аукцион. Кто из вас уверен, что сможет переплюнуть такую душещипательную историю? К этому времени уже наверняка вышло несколько статей о том, как бедный Хан Юджин страдает от агорафобии из-за травмы, но пытается её преодолеть.

Если сейчас кто-то заикнётся, что я похитил людей, в ответ получит только что-то вроде: «Опять пытаются подставить невинного человека». Если бы были веские доказательства, тогда другое дело. Но, разумеется, никаких улик, кроме показаний самих потерпевших, я не оставлю. А кто станет прислушиваться к показаниям Ассоциации, на которую и так уже косо смотрят?

– ...Обманывать мир, притворяясь слабым!

– Я и есть слабый. Если бы я был S-Класса, кто бы меня жалел?

Это так хорошо работает именно потому, что я занимаю позицию хилого обывателя среди нечеловечески сильных охотников. Да и какой обман? Девяносто процентов этой длиннющей истории – правда.

Тут как раз объявился Сок Симён с таким лицом, будто едва-едва удерживается от того, чтобы не начать мурлыкать под нос.

– Гости скоро прибудут.

– Спасибо за ваш труд. Никаких проблем не возникло?

– Конечно не—

– Сок Симён! Твой двоюродный старший брат и я – друзья, друзья мы! – крикнул один из стоявших на коленях мужчин, вскакивая.

Мы с Сок Симёном одновременно посмотрели на него.

– Знакомый?

– Нет, совсем нет.

– Говорит, что друг вашего двоюродного старшего брата.

– Наш семейный девиз – в делах мы чужие люди.

– А Хаян?

– Дети – исключение.

Сок Хаян старше меня. Хотя внешне и выглядит молодо. Мужчина, который пытался завязать знакомство с Сок Симёном, опасливо покосился по сторонам и снова опустился на колени. Друг двоюродного брата знакомого... На месте Сок Симёна мне тоже не стало бы его жаль, он был бы для меня совершенно другим человеком.

На длинный стол начали выставлять приготовленную еду. И тут прибыли гости. Я не планировал подбирать число, но так уж вышло, что гостей тоже было ровно шестеро.

– О, начальник Управления Контроля Подземелий. Я знал, что вы когда-нибудь накосячите, но, чтобы намеренно устроить прорыв подземелья... Вы и впрямь отличились, – сказал Чхве Ёнджун, самый молодой из гостей, хлопая в ладоши.

Лицо начальника управления, которому доверили контроль над подземельями, а он не только припрятывал прибыльные подземелья, но и довёл дело до прорыва, побагровело. От стыда или просто от злости?

– Хотя я уже слышал подробности, но умышленный прорыв подземелья... Всё ещё не могу поверить.

– Люди, готовые продать страну ради собственной выгоды, были во все времена.

Это бросили бывшая ответственная за Рынок Охотников Ю Очан и бывшая ответственная за менеджмент подземелий Чхве Ынён, садясь на свои места.

Остальные трое тоже были бывшими сотрудниками Корейской Ассоциации Охотников.

Люди, которым приходилось бегать по передовой, когда подземелья только начали появляться и изрыгать монстров. Конечно, этими шестью их счёт не ограничивался. Их было гораздо больше. Хоть все, занимавшие весомые должности, были заменены, но многие из нижних чинов всё ещё остались в Ассоциации и продолжали трудиться.

– Вы тоже садитесь. В нашем мире даже приговорённых к смерти кормят.

Шесть человек из нынешней Ассоциации и шесть из бывшей сели друг напротив друга. Выражения их лиц были полярно противоположными. Обстановка что надо.

– Но, Хан Юджин, вы действительно не собираетесь вмешиваться в дела Корейской Ассоциации Охотников? – спросила Чхве Ынён с весьма недоверчивым видом.

– Если я ещё и в дела Ассоциации полезу, то умру от переутомления. Вы, вероятно, уже в курсе, но мне настолько не хватает людей, что приходится действовать самому.

– Уверена, что у гильдии Бездна другое мнение, – она мельком взглянула на Сок Симёна.

– Как я уже говорил, мы просто сотрудничаем из-за нехватки кадров. Но за сотрудничество придётся немного заплатить. Хотя плата эта – всего лишь присутствие на этой встрече.

– Мы не просим многого. Бездна лишь хочет получить долю бывшей MKC, – тут же вставил Сок Симён, словно ждал этого момента. – Вы, должно быть, знаете, что Ассоциация, пытаясь сохранить баланс между крупными гильдиями, покрывает MKC, чьи акции резко упали из-за череды ошибок. Мы хотим это исправить.

– Вы хотите сказать, чтобы мы поддержали Бездну в обмен на места в Ассоциации?

– Мы не настолько некомпетентны, – Сок Симён неторопливо улыбнулся. Его взгляд на мгновение стрельнул к Юхёну, сидевшему рядом со мной. – Три охотника S-Класса. Тесные связи с питомником монстров. Наш потенциал роста уже легко превзошёл какую-то MKC. Так что мы просто просим справедливого отношения.

Этого будет достаточно, уверенно заявил он.

– Квоты на управляемые подземелья и приоритет на предметы такие же, как когда у нас был всего один охотник S-Класса – это же совершенно абсурдная несправедливость, не согласитесь? В Юпитере тоже увеличилось число охотников S-Класса, так что настало время для масштабной корректировки.

Он цокнул языком, добавив, что нынешнее руководство Ассоциации и слушать об этом не хочет. Затем он подробно и доходчиво объяснил, каким потенциалом обладает Бездна и насколько она может помочь в безопасном управлении подземельями.

Сок Симён намеревался использовать эту возможность, чтобы поднять Бездну на позицию сразу после Юпитера, а если получится, то и выше.

Если учитывать только количество охотников S-Класса, они могли бы занять верхнюю строчку, но второй охотник S-Класса Юпитера сразу по прибытии в страну обзавелась своей командой. В то время как у S-Классов Бездны, за исключением Юхёна, ещё не было команд для зачистки, так что фактически они отставали.

В других областях разница тоже была значительной, но по боевой мощи охотников их следовало ценить выше, чем MKC и Крушителя.

– Признаю, что в этом вопросе есть несправедливость. Но будем считать, что этого разговора не было, – отрезала Чхве Ынён. У остальных было похожее выражение лица.

Если так, я только благодарен.

Однако совсем бесследно это не пройдёт. Стереть память невозможно. Осознав наличие проблемы несправедливости, они наверняка займутся ею в приоритетном порядке. В то же время, у них, вероятно, закрепилась мысль о том, что бурный рост Бездны – естественен. Хоть это и простой факт, но они, пусть и неосознанно, станут более снисходительны к доле Бездны в подземельях и предметах.

– Ну что ж, перейдём к обсуждению того, как разобраться с теми господами.

Шестеро, которые едва притронулись к предложенной еде, вздрогнули и замерли при моих словах. Шестеро напротив впились в них испепеляющими взглядами.

***

Едва рассвело, как вся страна вновь перевернулась вверх дном.

[Умышленный Прорыв Подземелья!!]

Прошло всего три года с момента Шока Подземелий. Большинство населения всё ещё помнило раны того времени. К тому же, прорывы подземелий были продолжающейся катастрофой.

Факт того, что это было сделано намеренно, был более чем достаточен, чтобы вызвать всенародный гнев.

[Начальник Управления Контроля Подземелий признался в незаконной торговле подземельями!]

[Заместитель Председателя Корейской Ассоциации Охотников знал о контрабанде побочного сырья из подземелья А-Класса, условно названного «Улей»?!]

[Члены совета директоров Корейской Ассоциации Охотников массово уходят в отставку, чувствуя ответственность за «Инцидент с Ульем».]

[Начальник Управления Контроля Подземелий экстренно арестован, кто займёт освободившееся место?]

[Прошлое и Настоящее Корейской Ассоциации Охотников. Почему произошла чистка рядов?]

[Коррупция в Корейской Ассоциации Охотников вскрывается одна за другой! Насекомые, слетевшиеся на сладкий мёд.] [1]

Новости и газеты несколько дней подряд без умолку трещали об этом инциденте.

Те, кто принял мою сделку, отделались извинениями о признании ответственности, получили меньше критики и спокойно ушли. Но шестеро, которые до последнего барахтались и были пойманы за руку, а также связанные с ними люди, были арестованы один за другим.

Поскольку это была беспрецедентная ситуация, соответствующих законов ещё не существовало, но поговаривали о высокой вероятности наказания за преступление, сравнимое с государственной изменой. На этот раз повезло, но, если бы что-то пошло не так, человеческие жертвы могли быть огромными, так что и смертной казни оказалось бы мало.

«Надеюсь, новые люди не будут создавать проблем.»

Контракты, которые они подписали со мной, остались, так что в случае чего избавиться от них будет легко. Но надеюсь, до этого не дойдёт. Продержитесь без гнили хотя бы лет пять, не больше.

Раз уж основная чистка проведена, хотелось бы исправить и натянутые отношения между Управлением Контроля над Пробуждёнными и Ассоциацией. Неужели и в это мне придётся вмешиваться? Неужели само собой не наладится? Но оставлять Сонг Тхэвона на должности ответственного за разгребание последствий было слишком расточительно.

Особенно обидно было потому, что я хоть и мельком, но видел его способности. Особенно если развить навык Грабежа, это будет нечто. Даже небольшое увеличение радиуса действия сделает его почти непобедимым в бою один на один.

Если предоставить ему подходящую экипировку и условия для развития.

Конечно, Сонг Тхэвон вряд ли захочет. Попробовать применить к нему ключевое слово?

– Комета! Опять утащила очки!

– Кхииит!

Комета, которая в последнее время часто бодрствовала и днём, схватила мои очки и взмыла вверх. Я быстро протянул руку, но лишь провёл по воздуху. Куда она полетела, не вижу.

– Чирик!

– Ай, Чирик. Не подходи к ногам! Ох, стол!

– Осторожно, хён.

Незаметно подошедший Юхён вернул мне очки. Комета, пойманная рукой брата, недовольно трепыхалась. Очки всё-таки неудобные. Обзавестись, что ли, линзами?

– Когда глаза наконец вернутся в норму?

– Я как следует отдохнул, так что наверняка уже скоро?

При моих словах брат нахмурился. Хотя вчера я отдыхал и ничего особенного не делал, сегодня нужно было сходить по делам. Потому что пришло сообщение, что Риетта закончила зачистку подземелья и вышла из него.

𓆩♡𓆪

[1] На протяжении всего перевода этой сюжетной арки, мой перевод конфликтовал с английским переводом. В английском переводе настойчиво подчёркивалось, что «торговля мёдом» – устоявшееся выражение, означающее «контрабанду». Однако в корейском языке нет такой идиомы, даже в лексике о преступности/криминалистике.

В разговорном или специальном (особенно криминальном/полицейском) контексте 벌집 제거 (искоренение улья) может метафорически использоваться как: «разгром хорошо укреплённой противника» или «ликвидация организованной группировки», но у 꿀 거래 (торговля мёдом) особого значения нет.

꿀 거래 (торговля мёдом) может означать «лакомый кусочек» в значении «выгодная сделка», но никак не «контрабанда». И как раз в отмеченном сноской месте он и несёт такое значение, но не более того.