Если бы это была просто вода, то она бы уже осточертела до тошноты, но озеро, в котором отражалась белоснежная гора, было прекрасно. Значит, это место...

– Швейцария? Так вы всё-таки были за границей?

– Скорее не «был», а путешествовал.

– Беззаботно же вы жили.

– Тогда мне по разным причинам было скучно долго оставаться на одном месте.

Воспоминания Сон Хёндже по-прежнему никак не удавалось извлечь. Да и до этого я уже не мог упорствовать дальше. Потому что чувствовал – если переусердствую, пострадаю сам. Мана в теле уже иссякла, и меня вполне могли ждать и другие негативные последствия.

«Когда имел дело с Диармой, мне это ничем не аукнулось, вот и думал, что всё обойдётся.»

Но на самом деле тогда навык использовал не я, а Диарма. С Ирин же мы просто спокойно разговаривали. Надо было это учесть, но мысль о том, что я могу тягаться с Сон Хёндже, слишком вскружила мне голову.

И всё же кое-что я выудил, так что этим нужно как следует воспользоваться.

– Не расскажешь перед уходом?

– О чём?

– О том, что скрывает Хан Юджин-кун.

– Да о чём именно? Я уже отвечал раз или два.

– Я хочу услышать истину, а не банальный ответ про предвидение будущего, – сказал Сон Хёндже.

После того как я использовал удвоенные характеристики S-Класса и даже Пламя Чёрной Крови, я и не думал, что он не заметит. Здесь нельзя использовать силу, которую не знаешь или не испытал на себе. А та сила, что применил я, в настоящем не существовала.

Ранее я отмахнулся фразой вроде: «вы, оказывается, видите будущее», но, если бы и сейчас сказал то же самое, это было бы уже странно. Это так, но...

– У меня нет причин вам рассказывать.

– Всё равно я ничего не вспомню.

Голос был мягким, словно успокаивающим. У нас и так разница в возрасте была лет двенадцать, но сейчас он смотрел на меня как на ещё более юного человека.

– Когда вы так говорите, доверия это не вызывает. Вы ведь можете меня обманывать.

– Если бы я мог уйти с воспоминаниями, разве я оставил бы Хан Юджин-куна вот так в покое? Уже давно бы аккуратно тебя слой за слоем раскрывал.

Верно говорит. И в то же время я подумал, что больше никогда не стоит применять ментальные навыки на Сон Хёндже. Я был уверен, что легко одержу победу, и просчитался. Ещё немного – и выпотрошены дочиста были бы уже мои воспоминания.

– Так что это чисто роль бамбуковой рощи для исповеди. Нехорошо слишком долго всё в себе держать.

– Притворяетесь таким добрым. От вашей тёплой заботы прямо слёзы наворачиваются.

– Я всегда был добр.

– Уже забыли, что было вчера ночью? Подарить вам набор для вязания для профилактики деменции?

– Благодарю за желание поздравить меня с днём рождения, но раз уж на то пошло, дари готовое изделие.

Связать ему, что ли, пятиметровый шарф ядовито-розового цвета?

Сон Хёндже больше не торопил и просто ждал. Собеседник, который ничего не вспомнит, – весьма манящее предложение. К тому же он из тех, кто проявит благосклонность, если всё ему выложишь. Можно будет даже обсудить будущие события.

«Неблагодарные отступники велели не говорить о регрессии, но если он не вспомнит, то какая разница?»

Сидя на камне, я повернул голову и посмотрел на Сон Хёндже снизу вверх.

– Ничего особенного в моей истории нет.

Всё равно не вспомнит. А если я буду молчать до конца, он может попытаться выяснить всё силой. Уж лучше сказать первым.

– Я регрессировал. Из будущего, на пять лет назад, в настоящее. С помощью предмета.

– Вот как, – сказал Сон Хёндже так, будто услышал что-то совершенно незначительное. Словно это обычное дело, случающееся раз в месяц. Благодаря этому лёгкое напряжение в горле спало. Слова полились столь непринуждённо, словно за каждым не стояла своя собственная трагедия.

– Вам ничего не любопытно? Например, жив ли гильдмастер Юпитера или мёртв. Из великодушия отвечу на пару вопросов.

В ответ на мои слова на кончиках его длинных пальцев появилось световое марево, точно повинующееся воле хозяина.

– На это бы ушло около пяти лет.

Он о мастерстве обращения с навыком? То есть, он хочет сказать, что и через пять лет будет жив?

– Значит, вы всё же были живы. Но вы числились пропавшим без вести.

– А вот это немного неожиданно.

– Ещё были подозрения, что перед исчезновением вы убили начальника Сонг Тхэвона.

На мой взгляд, спрашивающий: «Неужели и правда убили?», Сон Хёндже склонил голову набок.

– В настоящее время причин для этого не вижу.

– Может, он мешал вам разобраться с Ассоциацией Охотников?

– Без зрителей скучно. К тому же, не слишком ли он ценен, чтобы разменивать его на какую-то там Ассоциацию?

«Какую-то там»? Но S-Классы – это не камни, валяющиеся на дороге, и то, что он ценен, – правда. Судя по тому, что он оставил в живых глав гильдий MKC и Потока, он ценит талантливых людей, даже если они не на его стороне. ...Хотя за людей он их не считал, так что «людей» из этого словосочетания, возможно, стоило и убрать.

– И всё же, учитывая навык Грабежа, вы едва ли не были совсем не причастны.

Этот человек не отдал бы свой основной навык, будучи в здравом уме и твёрдой памяти. Да и вообще непонятно, как он его отдал. Хотя некоторые догадки были.

– Почему бы тебе лучше не спросить у начальника Сонга? Зачем ему было отдавать мне свой навык и умирать.

– Ещё один вопрос, за который меня, как мне кажется, повторно придушат.

Посмотрит на меня, как на сумасшедшего. Или всё же спросить разок? Мне интересна его реакция.

– А кроме этого... Если больше нет вопросов, пойдёмте. Всё равно ничего не вспомните.

– Хан Юджин-кун...

– А, я тогда, в отличие от сейчас, жил довольно непримечательно.

Особо нечего рассказывать. Да и с вашей точки зрения это будет скучная история. Я поднялся с камня, и тут Сон Хёндже заговорил.

– Поздравляю с восстановлением отношений с младшим братом.

На мгновение в голове опустело, и я не понял, что почувствовал. Молчание показалось и долгим, и коротким одновременно.

– ...Ваша память...

– Ничего не осталось, но...

– Тогда что, вы и правда собираетесь переквалифицироваться в гадалку?

– Если выпадает шанс вернуться в прошлое, разве не естественно первым делом сделать то, чего больше всего желал? А это желаемое, скорее всего, то, о чём сожалел в будущем. Судя по моему состоянию, Хан Юджин-кун регрессировал месяца два назад, и отношения между братьями, которые были словно у чужих людей, внезапно изменились примерно тогда же.

На его пространные объяснения у меня не нашлось слов. Хотя Юхён показался передо мной сразу после моей регрессии, даже если бы этого не случилось, я бы всё равно помчался прямиком в гильдию Бездна. Я бы не выдержал, не убедившись собственными глазами.

А после этого всё было бы примерно как сейчас.

– То, как ты чрезмерно опекаешь молодого господина, доходя до того, что готов потакать ему во всём...

Сон Хёндже оборвал фразу и посмотрел на меня. Лучше бы он и дальше молчал. И Сон Хёндже не стал продолжать. На этот раз я был искренне благодарен.

– ...Вам не обидно, что вы оказались втянуты в это из-за моей самовольной регрессии? Вы ведь столько всего добились за целых пять лет.

– Моё прошлое «я» и вправду жалко.

Он цокнул языком с сочувствующим выражением лица.

– Приходилось слушать бредни блажной ящерицы-переростка и проживать скучную жизнь. Как он вообще так жил?

Вы же один и тот же человек. Мне захотелось стереть из памяти себя прошлого, который испытывал хоть каплю жалости к этому человеку. Я думал, он хоть немного пожалеет, но не ожидал, что он будет ругать самого себя. Бедный уважаемый Сон Хёндже до регрессии.

– В следующий раз я послушаю тебя снаружи. Расскажешь немного подробнее, чем сейчас.

– Губу закатай.

Думаешь, я расскажу? Да и сейчас, если бы не потеря памяти, я бы точно молчал до последнего, пока... меня бы не разложили по кусочкам, может? Ах, серьёзно, почему этот человек такой читер? На этот раз я думал, что смогу победить, но тут у него всплыли воспоминания о его боевом опыте до регрессии.

Я думал, удвоенных характеристик Юхёна и усиления атакующих навыков хватит, но у Сон Хёндже тоже были воспоминания о том, как он получал баффы. Ну, это очевидно. Более того, то ли из-за связи с неблагодарными отступниками, то ли с почитателем сыновнего долга, он был окутан чертовски хорошими баффами, так что разницы в характеристиках почти не оказалось.

И это при том, что у меня были удвоенные характеристики охотника S-Класса, близкого к SS-Классу, и удвоение эффектов атакующих навыков. Честно говоря, это слишком читерно. Подозрительно даже.

«Значит, и Ёрим должна быть невероятно сильна в созданном ментальными навыками мире.»

Раз у неё есть воспоминания о получении навыка Королевы Русалок. Почему только у Юхёна ничего нет? Надо бы и для младшего брата что-нибудь достать.

Ворча про себя, я развеял навык. Фигура Сон Хёндже исчезла, и в тот самый момент, когда моё сознание начало угасать...

Хвать.

Кто-то схватил меня за запястье. Затем послышался знакомый голос.

– Привет, Хан Юджин.

Золотистые глаза сузились. Минуточку, неужели система была такая: один выходит, другой заходит? Что здесь вообще происходит?

***

– Нельзя.

Кан Соён напряжённо смотрела на стоящего перед ней мужчину. Ким Минъи из гильдии Бездна. Охотник поддержки В-Класса. Кан Соён же, напротив, была боевым охотником А-Класса, которая справлялась со своей задачей даже без применения навыка Всадника на Драконе.

Так что, естественно, Ким Минъи должен был стоять перед Кан Соён смирно. Под её пристальным взглядом он должен был съёжиться, как мышь перед змеёй.

Но Кан Соён чувствовала обратное. Эти холодные глаза, смотревшие на неё в ответ, были немного, совсем немного, страшными. Может, у него есть какой-то особый навык? Поскольку Хан Юджин вряд ли бы вышел на улицу, полагаясь только на обычного охотника В-Класса, это было весьма вероятно. Или, возможно, его настоящий класс был другим.

– Пожалуйста, подождите здесь. Разве вы не получили сообщение от Хан Юджина, что всё в порядке?

– Это было всего одно сообщение. Любой может его отправить, если отберёт телефон.

– Вы хотите сказать, что наш гильдмастер сейчас притесняет Хан Юджина? Это крайне невежливо.

– Охотник Кан Соён, вы можете быть уверены, что такого не случится? Неоспоримо уверены?

От ледяного вопроса Кан Соён замолчала. Она не думала, что её гильдмастер причинит вред Хан Юджину. Но он был и тем человеком, который без колебаний применит силу, если это будет необходимо.

– Н-но, если бы это был гильдмастер, он бы с гордостью объявил о содеянном, а не стал бы обманывать фальшивым сообщением.

В этом она могла быть уверена.

– Вместо того чтобы отправлять сообщение, притворяясь Хан Юджином, он бы сказал, что разговор займёт некоторое время, так что если беспокоитесь, заходите... или что-то в этом роде...

– Значит, войти можно?

– Нет, я имею в виду, что ещё ничего не произошло. Поэтому нельзя.

К спорящим подошёл охотник из Юпитера.

– Довольно, охотник Ким Минъи. Мы проводим вас в приёмную, чтобы вы могли спокойно подождать.

Ким Минъи, – Хан Юхён, – даже не взглянул на подошедшего охотника. Вместо этого он сделал шаг к Кан Соён, преграждавшей ему путь. Охотник из Юпитера, расценив это как угрозу, двинулся ему навстречу.

– Дальнейшее самоуправство мы терпеть не можем. Поэтому, прошу прощения...

Прежде чем рука охотника коснулась плеча Хан Юхёна, его запястье было схвачено. Затем, резко выкрутив руку и потянув на себя, другая рука Хан Юхёна вцепилась в горло охотника.

– Кха!

– Что вы творите!

Кан Соён, встревоженная сжимающейся хваткой, замахнулась ногой, чтобы подсечь Хан Юхёна и уронить его. Но быстрее неё тело схваченного охотника было насильно вздёрнуто, преграждая путь удару Кан Соён.

Бах, нога Кан Соён, поспешно изменившая направление, тщетно ударила по полу. Опираясь на поставленную на пол ногу, Кан Соён развернулась на ней, как на оси, и на этот раз ударила ребром ладони по затылку Хан Юхёна. Но фигуры Хан Юхёна там уже не было.

Тыщ!

Брошенный охотник покатился по полу. Хан Юхён, каким-то образом оказавшийся на том месте, где изначально стояла Кан Соён, посмотрел на неё, поменявшуюся с ним местами. На то, как он небрежно отряхнул руки, словно ничего не произошло, оба смотрели ошеломлённо.

– Просто дайте ключ от портала. Можете сказать, что я его отобрал.

– Эй, вы уж простите, но...

– Позвоню в дверь и, если не откроют, спокойно выйду обратно.

В это верилось с трудом. Думая об этом, Кан Соён прикусила нижнюю губу. Стоит ли запросить подкрепление? Но применять силу было проблематично из-за Хан Юджина. Они казались в довольно близких отношениях. Она не могла неосторожно оскорбить Хан Юджина. Честно говоря, для неё отношения с Хан Юджином были важнее положения в гильдии.

К тому же, разве гильдмастер, который мог бы её обвинить, не предпочёл бы, чтобы она ценила первое? Несомненно, так и было бы.

– ...Я попробую связаться с гильдмастером ещё раз.

Ну а если не ответит, придётся впустить. Кан Соён быстро достала телефон и набрала номер. Сон Хёндже, который всё это время не отвечал, наконец взял трубку. После краткого объяснения было получено разрешение впустить его. Кан Соён глубоко вздохнула.

– Вот ключ от мини-портала. Не забудьте вернуть.

Передав ключ Хан Юхёну, Кан Соён помогла подняться охотнику, который всё ещё ошеломлённо сидел на полу. Вдвоём они смотрели вслед без промедлений удалявшемуся Хан Юхёну.

– ...Как ни посмотри, он не похож на охотника B-Класса.

– Точно не похож.

Если этот человек – В-Класс, да ещё и поддержки, то им самим придётся понизиться до С-Класса.

«Охотник Ким Минъи из Бездны.»

Откуда внезапно взялся такой человек? Почему он скрывает свой класс? Кан Соён склонила голову набок, не сводя глаз с коридора, в котором тот исчез.