Вид болтающейся головы, что-то говорящей, казался до жути странным. В подземельях я, конечно, видел нежить, но говорящую – никогда.

– Это что, тот самый знаменитый зомби? Если укусит – заразишься?

– Не знаю, что это, так что ты отойди, хён, – сказал Юхён, выходя вперёд.

В этот момент нечто, похожее на зомби, снова зашевелило губами:

– Видок этот, конечно, не ахти, ребята. Минуточку.

И тут образ Юн Гёнсу изменился.

– Ой, это же коллекционный Бани-Бани Мишка!

– ...Хён?

Ёрим радостно воскликнула, а Юхён в замешательстве пробормотал. Я же не мог вымолвить ни слова.

Вон там, вдалеке, среди обломков рухнувшего здания, стоял Юхён. Постарше, с более чёткими чертами лица и выше ростом. Невольно я потянулся и схватил за руку Юхёна, стоящего передо мной. Двадцатипятилетний брат улыбнулся.

Кто бы это ни был, у него отвратительный вкус. Или это со мной что-то не так? Раз каждому видится что-то своё.

– Хён, ты в порядке? – с тревогой спросил Юхён, но я не мог отвести взгляд. Взрослый Юхён медленно приближался. Он подошёл примерно на десять шагов.

Подделка. Я знал это лучше, чем кто-либо другой. Не мог не знать.

– Мне... избавиться от этого? – сказал Юхён, стараясь не смотреть на Юхёна... то есть на это нечто.

– ...Нет.

Пусть он и не настоящий, но как я могу такое допустить, чёрт возьми. Не знаю, что такое Бани-Мишка, но это явно не человек, так что попросить Ёрим... Чёрт, да лучше я сам...

– Вид не располагает к разговору? – произнесло это нечто.

И голос был точно таким же. Ёрим рядом закричала: «Он говорит ‘пау’! Как мило!».

– Если знаешь, то немедленно смени облик.

Юн Гёнсу с болтающейся на шматке плоти головой был куда предпочтительнее. Когда я, скрипя зубами, ответил, Юхён... да чтоб тебя, эта штука тихонько усмехнулась.

– Как ты наверняка догадался, это не тот облик, который пожелал я. Это то, что хотел увидеть ты, хён.

– ...Не улыбайся с этим лицом.

Становилось всё труднее терпеть, но, к счастью, оно сменило облик. Стало намного меньше. Но, хотя оно и уменьшилось, объект, с которого был скопирован облик, не изменился. Это по-прежнему был Юхён. Теперь я просто с ума схожу.

– Ах, да это просто безумие...

Мило. Мой брат лет шести-семи с лучезарной улыбкой. Мягкие, как у щенка, волосы, пухлые щёчки. Маленькие ручки, крошечные пальчики, маленькие ножки. Сейчас я бы с лёгкостью мог поднять на руки этого маленького Юхёна...

– Ю-Юхён, ухвати меня покрепче, пожалуйста.

– Что?

– А то я сейчас сорвусь, ах, это просто, правда...

Хочется погладить по голове. Обнять. Потрогать за щёки. Хотя я знаю, что это на самом деле труп, мне всё равно хочется броситься к нему. Как он может быть таким милым и очаровательным?

– Аджосси, что именно ты видишь?

– ...Маленького Юхёна.

– Ого, я тоже хочу посмотреть! И на аджосси в детстве тоже! Меняйся, Бани-Бани Мишка! Не меняется. Тогда танцуй!

Я сжал и разжал кулаки, а потом достал телефон. Я сфотографировал чисто на всякий случай, но на снимке оказался зомби. Блин. Видео тоже не получается, чтоб его.

– Юхёёёёёён.

– Хён, я здесь, – ответил немного надутым голосом брат. Я обернулся к нему. Увидев двадцатилетнего после семилетнего, я вновь уступил ностальгии. Он был таким маленьким, а когда успел так вырасти?

– Наш Юхён, ты так вырос.

– Приди в себя, аджосси. У тебя сейчас совершенно потерянный вид.

– Мальчишка такой милый, ты даже не представляешь.

А вдруг, только разок, можно погладить его по голове? Конечно, нельзя. Кто знает, что это такое. Надо взять себя в руки.

– И с этим тоже трудно общаться, хё~н?

– Юхёёёёён!

– Хён!

– Аджосси!

Юхён и Ёрим одновременно схватили меня. Блять, надо успокоиться. Но не получается. Может, закрыть глаза? Но ведь ни одной фотографии того времени не осталось, жалко. К тому же он двигается, моргает и говорит.

Сердце болит. Такой милый. Посмотрите на его маленькие ботиночки. Хочется купить ему что-нибудь вкусненькое. Пусть и не настоящий, пусть и подделка. Чёрт, в конце концов, и фотографии, и видео – это не реальность. У меня есть, чем его накормить?

– Так не пойдёт. С хё~ном лучше разговаривать в первичном облике.

– Что? Погоди!

Маленький Юхён исчез, и на его месте появился скрипучий труп Юн Гёнсу. Не может быть. Мой маленький братик...

– Здравствуйте ещё раз, господа. Я своего рода замена хозяина ящериц, – заговорил труп.

Юхён нахмурился, а Ёрим склонила голову набок.

– Он «пау-паукает», но я ничего не понимаю.

Неужели Ёрим не слышит человеческой речи? Возможно, слова доходят только до тех, кто знает о почитателях сыновнего долга.

– Быстро же замена объявилась. Неужели так мало дел было для передачи?

– Дел и не должно было быть, он же умер. Но, к счастью, остался человек, договор с которым ещё действует, так что я пришла поздороваться. Может, вы заодно расскажете, кто и как убил хозяина ящериц?

– С чего бы?

– Ну, ожидаемый ответ. Я тоже не шибко многое о вас знаю... И лезть на рожон не в моем характере. Поэтому давайте заключим простое пари?

Меня порадовало, что Диарма не передал никакой информации. Особенно везло с тем, что замена ничего не знала о событиях до регрессии и обо мне.

Но, похоже, договор, заключённый ранее, по-прежнему действовал на этого зомби. Надо избавиться от Чхве Соквона или, по крайней мере, принудительно аннулировать проклятый договор. Были ли другое люди, с которыми остались заключены договора?

– Какое пари?

– Я пока не решила. Сначала нужно изучить здешнюю обстановку.

– Не думаю, что у нас есть причины принимать твоё пари.

Зомби пожал плечами.

– Или вы хотите, чтобы вам постоянно мешали? Я тоже не из тех, кто прячется в кустах. Но хозяин ящерицы умер, и я не знаю обстоятельств, поэтому я не то, чтобы хорошо подготовлена. Но и совсем ничего не делать я не могу.

Голова Юн Гёнсу глубоко вздохнула. И при этом она так сильно болталась, что удивительно, как ещё не отвалилась. Мерзкое зрелище, правда.

– Рисковать жизнью в мои планы не входит, поэтому давайте остановимся на чём-нибудь безопасном, лады? Решим всё за один присест. Через камень-ножницы-бумагу, через поиск выхода из лабиринта, через дуэль, да через что угодно. Тогда я буду считать, что добросовестно выполнила свою работу, и уйду, а вы продолжите усердно противостоять напору подземелий. Как вам, неплохо?

Рука зомби поднялась и указала на мою грудь. И зомби произнёс:

– Преемник Диармы.

– Неприятно слышать такое.

Я украдкой взглянул на Юхёна, но он никак не отреагировал. Похоже, что то, что слышит Юхён, как и Ёрим, отличается от того, что слышу я.

– Хозяин ящериц был туповат, конечно. Но способностями обладал неплохими. Он умел создавать проклятых ядовитых драконов. Не знаю, как он этому научился.

Судя по сказанному, этот зомби был выше Диармы. Хотя, возможно, это просто хвастовство, или они недолюбливали друг друга, и отродье принижали, но лучше завышать способности врага, чем занижать.

«Точно есть ментальные навыки вроде галлюцинаций.»

Чешуйчатое отродье тоже использовал нечто подобное, когда утащил меня во внутренний мир. Неужели у почитателей сыновнего долга так много тех, кто владеет ментальными навыками? Надо будет попросить Мёну сделать мне предметы, устойчивые к ментальным атакам. Интересно, получится ли выбить предметы из неблагодарных отступников?

– Не очень-то приятно, когда тебе мешают в то время, как ты занят по горло подземельями, но я отвечу тебе только тогда, когда узнаю условия пари.

– Хорошо, ладно. Передайте это и неблагодарным отступникам. Вы же на связи?

Я немного помедлил, а потом кивнул. Отрицать это, обладая способностями Диармы, было бы слишком очевидной ложью.

– Так и знала. Но почему именно ты? Рядом же такой аппетитный малыш. И способности у него отличные, и элементаль есть. Мне он нравится. Как насчёт того, чтобы поставить его на кон?

– Если ты тут только чтоб попустозвонить, то заканчивай и проваливай.

Почему эти ублюдки постоянно нацеливаются на моего брата? Зомби усмехнулся и рухнул на пол. В тот же миг Юхён и Ёрим повернулись ко мне.

– Я слышала только «пау». Аджосси, вы вроде разговаривали, что он сказал? Что, нас теперь ждёт зомби-апокалипсис?

– Нет. Ничего такого не будет?.. Наверное.

Я не был уверен. Раз уж появились подземелья, то ничто не мешало появиться и зомби.

– Юхён, а ты что слышал?

– Что он их замена от этих типов. Он допытывался, как я освободился от договора. Спросил, не хочу ли я заключить новый, и я отказался. А ты, хён?

– Я...

Я замялся, глядя на Ёрим, чьи глаза горели от любопытства. Надо бы рассказать и Ёрим. Но слова королевы русалок о том, что чем больше знаешь, тем больше у них влияния, не давали мне покоя. Лучше уточнить у неблагодарных отступников, как делиться информацией.

– Ладно, вернёмся и поговорим...

– А, точно!

Труп снова резко подскочил. Из-за резких движений болтающаяся голова в итоге отвалилась и покатилась по земле. Но, несмотря на это, голос продолжал говорить:

– Я забыла оставить вам подарок. Ценность владельца этого тела довольно высока, так что вы сможете получить неплохой подарок. Постарайтесь.

После этого труп Юн Гёнсу незамедлительно начал таять. И на его месте появились врата. Перенасыщенные врата подземелья, готовые вот-вот извергнуть всю скопившуюся в себе гадость. Увидев это, Юхён тут же рванул внутрь, но я успел схватить его и остановить.

– Эй! Ты даже не знаешь, что там внутри!

– У меня есть камень врат, так что, если почувствую опасность, сразу же выйду.

– Тогда лучше я пойду! У меня есть предмет, который дал мне Мёну.

– Охотник Пак Ёрим, присмотри за хёном.

Мой глупый брат меня даже слушать не стал и оттолкнул. Ёрим тут же схватила меня за плечи.

– Ты потратишь предмет для аннулирования урона, а дальше что? Гляди, ты же ничего сделать не можешь, если тебя схватят.

...Правда, но. Юхён коснулся врат. Но они оказались заблокированы, как будто он коснулся стены.

– Но на вид это явно перенасыщенные врата?

– Они как будто деактивированы. Внутри уже кто-то есть?

Как? Ну, в любом случае войти туда нельзя.

– Давайте пока отступим и подготовимся к прорыву подземелья.

Оба кивнули в ответ. Я достал телефон, чтобы сообщить о ситуации Сонг Тхэвону, и мы начали отступать, как тут...

ВЗЗЗЗ.

Врата задрожали. И из них хлынула синяя вода.

Юхён подхватил меня и подпрыгнул в воздух. Ёрим тут же использовала навык полёта. С громким грохотом вода, непрерывно вырывавшаяся наружу, в одно мгновение поглотила здание изолятора. На месте врат образовался водоворот, а земля оказалась разворочена.

В мгновение ока набралось небольшое озеро. И прямо посередине, словно глаз, располагались врата. Нет, это вообще точно врата подземелья? Врата, парящие на поверхности воды, вскоре ушли под воду.

В хаосе мы выбрались из озера.

– Что произошло? – спросила Кан Соён, которая стояла на краю озера, там, куда вода едва доходила. Похоже, что тех, кто был рядом с баррикадами, смыло водой. К счастью, это была обычная вода, так что они без проблем выплыли.

– Хотел бы я вам объяснить, но я и сам не очень понимаю.

Монстров вроде нет, а прорыва подземелья, из которого выливается только вода, я не видел даже до регрессии. Обычно из них вываливаются только монстры.

Появился и Сонг Тхэвон, который расспросил обо всем, но я мало что мог ему рассказать. Неправильным казалось оставить всё как есть, но и что делать с озером, тоже было непонятно. Может, хотя бы откачать воду? Пока все пребывали в замешательстве, Кан Соён произнесла:

– А вам не кажется, что оно стало больше, чем было? Озеро.

И правда, озеро медленно, но неуклонно продолжало расти. Скорость была небольшой, но если так пойдёт и дальше, то неизвестно, сколько всего поглотит вода.

– ...Пожалуй, было бы лучше, если бы оттуда просто вылезли монстры.

Лицо Сонг Тхэвона напряглось. У остальных были похожие выражения лиц. Тут Ёрим подняла руку.

– Раз уж оттуда вылилась вода, может, теперь можно войти во врата? Я проверю. У меня же есть эти серьги. У них есть эффект, позволяющий свободно перемещаться под водой.

Так-то оно так, Ёрим. Но тебе негоже идти одной.