– ...Мне всего тридцать, нет, двадцать с лишним лет, – ошеломленно уточнил я.

Назвать меня дедушкой... К тому же услышать такое от человека старше меня. У меня ни одного седого волоса на голове и кожа без морщин. Где он во мне увидел своего дедушку?

– [Знаю. Но вчера, когда вы опьянели, я увидел в вас моего дедушку. Он тоже, когда напивался, говорил, как сильно меня любит.]

– А, так вот почему…

И всё же! То есть если девушка, с которой ты флиртовал, пьяная скажет «я тебя люблю», ты тоже представишь своего дедушку? Или бабушку?

– Так или иначе, сейчас я трезв, как стёклышко, и напиваться больше не буду, так что дедушку вы во мне больше не увидите.

Ни за что больше не повторю это безумное признание в любви. …Вчера мне на всю жизнь хватило, млин.

– [...Вы, наверное, правы.]

Голос Ким Сонхана был необычно полон сожаления.

– [Но вы мне всё ещё его напоминаете.]

– Послушайте, я...

– [Разве в этом есть что-то плохое?]

– …Что?

– [Перед другими людьми я к вам так не обращусь. Но я хотел бы иногда звонить вам и справляться о вашем здоровье. Узнавать, как у вас дела, или навещать. Мы в одной гильдии, так что это не доставит вам неудобств.]

...Он просит меня заменить роль его дедушки? Хоть убей, ничего не понимаю. Нам что-то подмешали вчера в напитки? Как так устроен был у человека мозг, чтобы, услышав «я тебя люблю», он вспомнил своего дедушку, который его воспитывал... А...

«...Минутку. Дедушка, который воспитывал.»

Он был его воспитателем.

Я по пьяни сказал Ким Сонхану ключевое слово «я тебя люблю».

Ким Сонхан подумал о своем дедушке, когда его услышал.

О человеке, который воспитал его, а не о родителях, друзьях или возлюбленных.

И он увидел во мне этого воспитателя.

Паззл начинал складываться.

Вспомнилась Пак Ёрим, которая проявляла ко мне необычную дружелюбность. Пришел на ум Ю Мёну, который всё время лип ко мне.

И поведение моего младшего брата, который начал чересчур печься обо мне с того момента, как был применен навык…

«...Черт, да что ж такое-то.»

Паззл собран, но голове не легче.

Отрицать было трудно, поскольку слишком складно всё объяснялось. Странное изменение поведения всех, от Юхёна до Ким Сонхана, теперь имело логичное обоснование.

Скрытый эффект титула Мастер-Воспитатель или прилагаемого навыка Мое Драгоценное Дитя. Если предположить, что он заставляет попавших под его влияние людей видеть во мне самого лучшего воспитателя, которого они когда-либо знали, это же сумасшествие.

– [Хан Юджин? Если вы категорично против…]

– А, нет, все в порядке.

Я схватился за нагревшийся лоб и сбивчиво ответил.

– У меня всё еще похмелье… Я пойду умоюсь.

– [Вам так плохо? Может, стоит сходить и поставить капельницу?]

– Нет, всё нормально. Просто прысну ледяной воды на лицо.

– [День сегодня жаркий, но я бы всё же не стал умываться ледяной—]

– Послушайте, всё правда хорошо. Мне всего второй десяток. До свидания.

Я резко завершил разговор с Ким Сонханом, который продолжал беспокоиться обо мне, как о старике.

В воцарившейся тишине я запустил пальцы в волосы и взлохматил их.

Попробуем разобраться.

Разобраться... разобраться...

«...Кто тот отбитый, что создал эту систему?!»

Если бы это была настоящая игра, черт, я бы оставил одну звезду на всех платформах и сообществах и написал двадцать страниц негативных отзывов.

Не уверен, вызывал ли это навык или титул. Ключевое слово принадлежало навыку, но эффект соответствовал титулу.

А, чёрт с ним.

Я несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться.

«Подводя итог… Если ключевое слово применено, то они начинают видеть во мне своего воспитателя, верно?»

Ким Сонхан, как я только что слышал, видел во мне своего дедушку, который его воспитал.

В случае с Юхёном, поскольку я изначально был его воспитателем, его чувства ко мне усилились. Если его беспокойство и тревога удвоились, то неудивительно, что он пытался меня запереть.

Нет, он же меня отпустил. Если его чувства не удвоились, то, может, усилились в полтора раза?

«То-то я думал, что он странно себя ведёт.»

Это было из-за моего навыка или титула. Извини, Юхён.

Ю Мёну… его непринужденное поведение со мной, как с братом. Он определенно не относился ко мне как к родителю.

Наконец, Пак Ёрим.

«...Как к отцу?»

Вероятнее всего, она видела во мне своего отца. …Я предпочел бы так думать.

Но обычно дети… Особенно девочки...

Нет, есть девочки, которые близки с отцами. Может быть, её отец был особенно семейным человеком. Может быть, мать была единственным кормильцем семьи, и Ёрим выросла под опекой отца. Да, именно так. Ага, точно, вот никак иначе.

«Она ведь... Она ведь не вела себя так, как вела бы себя с мамой?»

Да, если бы она думала обо мне как о матери, то её реакция на Ю Мёну рядом со мной закончилась бы не просто отвращением, а звонком в полицию. Так что она видела во мне отца, вот почему это закончилось просто на отвращении. Логично же.

Я глубоко вздохнул и открыл окно навыка Мое Драгоценное Дитя, внимательно его изучая.

[※Невозможно применить, если цели известно об эффекте ключевого слова.]

Вот где лежал камень преткновения.

Раньше я едва уделял примечанию внимание, но зная о новом эффекте, целиком его переосмыслил.

«Если цели известно об эффекте ключевого слова... значит ли это, что если человек понимает, почему он начинает видеть меня как своего воспитателя, навык перестает работать?»

Если бы кто-то, кто считал меня своим родителем, узнал, что его чувства – это результат моего навыка, это, конечно, спровоцировало бы чувство предательства. Если потерять доверие, это также может означать потерю статуса Мастера-Воспитателя.

«Юхён, скорее всего, не изменит своего отношения, если узнает правду. Ю Мёну тоже может простить, учитывая, сколько я для него сделал.»

Проблемой были Пак Ёрим и Ким Сонхан.

Вернее, они были проблемой только если меня выведут на чистую воду. Это титул L-Класса и навык L-Класса. Чтобы заметить что-то странное, уровень телепатии должен быть как минимум SSS-Класса. Так что, если я буду осторожен, вероятность, что кто-то из подверженных воздействию поймет эффект ключевых слов, была невообразимо мала.

...Разумеется, пить я бросаю навсегда. Стоило бы еще задуматься о кляпе на ночь, чтобы не сболтнуть чего пока сплю.

«Или лучше использовать его только на монстрах. Они не понимают человеческого языка, следовательно, и риска никакого.»

Теперь страшно даже просто говорить «я тебя люблю». Никаких признаний в любви в будущем... Стоп.

Что будет, если я встречу женщину, которую искренне полюблю?

«Как только я признаюсь ей в любви, я превращусь для нее в отца... Или даже в мать?»

Вполне вероятно, что даже в мать.

Представьте картину маслом, я на полном серьезе говорю: «Я люблю тебя!», и она, краснея, отвечает: «Да, я тоже люблю тебя, мама!». Бред же! Полнейший, абсолютный бред! Что это еще за вселенская несправедливость?!

«Успокойся. Ха, подумаешь. Просто не говори этого.»

Никогда. Даже случайно, во сне или в порыве эмоций.

Один неверный поворот языком, и моя жена, с которой я сладко жил, может однажды сказать: «Прости, мам. Но мама – это мама», и уйти из дома, чтобы встретить нового мужчину. Ужас.

А если она потом придет ко мне, чтобы познакомить с будущим мужем? Попросит меня сидеть на месте родителя на свадьбе и зажечь свечи? А муж женщины, которая была моей супругой, будет мне кланяться?

Что за упоротый сценарий, который даже в мелодраме не увидишь.

Охватившая тело судорога того и глядишь перерастет в полноценный паралич.

«Если я встречу кого-то, с кем хочу провести всю жизнь, лучше просто отрежу свой язык.»

Я был готов его отрезать прямо сейчас. Я мог сказать, что это произошло во время несчастного случая в подземелье... А что, если Юхён пихнёт в мою сторону целителя? Даже целитель А-Класса мог отрастить язык обратно. Если откажусь от лечения, прослыву безумцем.

…А, черт с ним, не знаю я. Какой смысл об этом думать, ближайшие пять лет мне на любовном фронте всё равно ничего не светит.

«У навыков низкого класса обычно нет стольких скрытых эффектов...»

Даже у A-Класса была парочка скрытых эффектов, так что с L-Классом их должно было быть еще больше. Но ведь не до такой степени скрытых, чтобы их использование приравнивалось к пробежке по минному полю! Тут даже использовать навык было страшно.

«Неужели важные эффекты нельзя было взять и просто четко прописать? Одна малюсенькая строчка разогнала бы все мои страхи. Что-то вроде ‘цели под влиянием ключевого слова начинают видеть пользователя как своего воспитателя’.»

Мастер-Воспитатель, мой малыш, скорость развития, драгоценное дитя, я люблю тебя... У меня были подсказки, но я же не гениальный детектив, чтобы разом сложить их воедино.

По твоему голубому галстуку я могу заключить, что сегодня утром ты ел суп из бобов, недавно расстался с возлюбленной, бросил курить и ты левша.

Вау, вот это дедукция, Мистер Холмс! Лучше займусь воспитанием монстров, это куда безопаснее и спокойнее.

После размышлений я встал с кровати. Стоп, кажется, я что-то забыл.

«А, точно.»

Я отправил сообщение Ким Сонхану, попросив его зайти ко мне перед тем, как он пойдет в подземелье. Теперь, когда он под воздействием моего навыка, я должен помочь ему прокачаться. Но... Я ведь что-то еще забыл, нет?

Несмотря на то, что похмелье прошло, голова все равно болела. Нужно было поскорее собраться и пойти на учения для новых охотников. Который сейчас час? Около десяти утра... Чёрт, я опоздал!

– Они перенесли начало на 14:00.

Когда я в суете вышел из комнаты, Ю Мёну выглянул из кухни и сказал мне.

– Кстати, этот котенок с прошлой ночи все нервничает—

– Котенок? Пакс?

– Когда ты пришел домой, ты был не в себе, поэтому я занёс тебя на руках. Его это, кажись, испугало.

Бедняжка. Ну да, раз он не понимает языка, ему не объяснить, что я всего-то напился в зюзю.

Я быстро пошел в гостиную и увидел маленькое существо, сжавшееся у стеклянной двери.

– Пакс!

– Гууу, Гууу! Мяу!

Как только он меня увидел, Пакс начал царапать стекло и жалобно мяукать. Да, да. Мой малыш. Ты так волновался.

Я быстро открыл дверь и обнял Пакса, который прижался ко мне.

– Ты напугался, да? Извини, такого больше не повторится.

– Гррр.

– Да-да. Хороший кот.

Напьюсь еще раз, прощенья мне нет. Слышите? Нет!

– Вот, держи.

Ю Мёну подошел ко мне с подносом, на котором стояли четыре стакана. Но почему их четыре? И цвет напитков в каждом из них немного различался.

– Что это?

– Напитки для избавления от похмелья. Слева направо: от твоего младшего брата, от Ким Сонхана, от Пак Ёрим и от меня.

Спасибо, но мне они были уже не нужны.

– Как видишь, я уже в порядке.

– Они проверят, выпил ли ты.

– Кто?

– Все трое.

Неужели они даже такое проверяют... Ладно, это моя вина, что я использовал навык, не зная о последствиях. Не так уж сложно просто выпить. Я потянулся за стаканом, но остановился.

– Ты же не будешь говорить им, что я выпил первым?

– Если спросят, придётся сказать… – неуверенно ответил Ю Мёну.

Точно, откуда у тебя силы им перечить.

Первым выпью от Ким Сонхана, он самый безопасный выбор. Но между Юхёном и Ёрим... Один инцидент уже был, как бы не схлопотать второй.

Вряд ли, конечно, они из-за такого поссорятся, но береженого Бог бережет.

После короткого размышления я следующим взял стакан, отправленный моим младшим братом. В таких ситуациях лучше всего быть на стороне самого сильного.

– Кстати, у тебя есть старшие братья? – спросил его я, заканчивая последний стакан.

Эффект навыка все еще был наполовину догадкой, поэтому мне нужно было убедиться.

– Братья? Нет, нету. Только старшие сестры, но у нас большая разница в возрасте.

...Неужели я ему как сестра? С его поведением, возможно. Лучше, чем мама, но все равно не то, чего мне бы хотелось.

– Ты... Хорошо с ними ладил?

– Нет, совсем нет.

Уф, как камень с души.

– А как обстояли дела с твоими родителями?

Ю Мёну усмехнулся и покачал головой.

– Если бы мы ладили, мне бы не пришлось расписываться на рабском контракте. В детстве мне давали много карманных денег. Тогда у нас было хорошее материальное положение. Но родители были заняты работой, увидеться с ними было сложно, а сестры сначала отталкивали меня, а потом стали относиться как к слуге. Сейчас все они давно замужем и не поддерживают со мной связь.

Если не семья, то кого он видит во мне? Родственника? Учителя? Просто взрослого из соседской квартиры?

– Мм, а нет ли у тебя кого-то, кто приходит на ум, когда ты смотришь на меня?

Я просто спросил напрямую. Мёну выглядел смущенным.

– Нету?

Нет? Что ж, возможно, я ошибся.

– Наверняка есть кто-то, кто много помогал тебе или на кого ты особенно полагался. Должен же быть хотя бы один такой человек.

– А, такой есть, да.

Мёну неуверенно продолжил.

– Это ты, Хан Юджин.

– ...Я?

– Да. Конечно ты. Кто еще? Кто еще придет на помощь, когда ты заперт в бандитском притоне? Даже родные проигнорировали бы, не говоря уже об Ассоциации.

Самое паршивое, он был прав.

Но помощь Ю Мёну я оказал уже после применения ключевого слова, а до этого я просто несколько раз успокоил его словами. Не могло же этого хватить, чтобы считать меня за опекуна или воспитателя.

Мог ли эффект не проявится, если подходящего образца для навыка не было?

«Если подумать, у меня тоже никогда не было кого-то, кого бы я рассматривал как воспитателя или опекуна.»

Конечно, были люди, которые заботились обо мне. Но не было никого, кого бы я мог вспоминать с любовью и благодарностью, как у Юхёна или Ким Сонхана.

Даже самый могущественный навык или титул L-Класса не могут заставить работать эффект, для которого не было подходящего образца. Так что Ю Мёну...

– Ты чего вдруг попятился? Всё ещё мучает похмелье?

– А? А, да, немного...

Я предпочитаю соблюдать личное пространство и ментальное здоровье.

«Оставалась только Пак Ёрим.»

Юхён по-прежнему видел во мне своего брата, несмотря на усилившиеся чувства, так что последним «подопытным кроликом» для проверки моей теории была Ёрим.

...Пусть будет отец. Пожалуйста, пусть она видит во мне отца. Я в тебя верю, Ёрим. Я верю в твоего отца, который наверняка был очень семейным человеком.