Красота. Его глаза широко раскрылись от наслаждения, пока он наблюдал за испытательным полигоном впереди. Оранжевый свет сам по себе был просто нечто. То, как он сиял сквозь дыры, почему-то зачаровывало. Он мог бы весь день пялиться.

Контекст, безусловно, помогал. Конечно, просто эстетической стороны хватало для получения удовольствия, но действительно цепляло именно понимание того, что все эти годы тайн и выискиваний бюджета наконец-то принесли настоящие, материальные плоды.

И запах. Серный. Он возвращал воспоминания, да ещё какие.

Все остальные спрятались в бункере в пятидесяти шагах от него – даже сам Лозаро – но Джеркаш слишком полюбил эти эксперименты.

Может, так себя всё время чувствовал Моргунов? Если да, то он завидовал безумному ублюдку.

Но в этом не было ничего нового, конечно. Мелодию его любви к этому человеку всегда подчёркивали ноты зависти.

Зато вот эти дыры... Лозаро в этот раз действительно превзошёл себя. Может, даже Моргунов сейчас бы позавидовал.

Вообще, если так подумать, то это могло превратиться в проблему. Он хотел удивить своего босса всем этим новым открытием, но, может быть, мудрее было бы раскрывать правду по кусочку?

Тц, скорее всего. Но разве ж это весело? И даже если поначалу тот разозлится, то как пыль осядет, он явно всё оценит.

О-о-о, Джеркаш заметил выползающее щупальце. И это что, клинки из него торчали? Косы как у богомолов, по всей длине. Что-то новенькое.

Хотя по размеру оно было не таким и большим. Во время прошлых экспериментов ему уже приходилось видеть гораздо более устрашающие образцы.

Гораздо, гораздо более устрашающие.

По этой причине он так радовался своему нынешнему отправлению в Интар.

В нём всегда было так весело. Забавнейшая страна. Такая массивная и старая. Достаточно мест, чтобы спрятаться, несмотря на то, что она якобы «территория Авангарда».

Да они даже вполовину не так хорошо знали её территории, как заявляли. Да, большие города были ими хорошо накрыты, но вот территория за ними – особенно под землёй – находилась настолько далеко, что с тем же успехом могла быть на другой стороне планеты.

Особенно это место. Оно показалось ему довольно уютным, несмотря на протесты людей.

Всё дело явно в спорах. Они ведь и вправду были жутковаты. Летали такие, сквозь воздух. Светились тусклыми фиолетовыми тонами. Угрожали залезть в лёгкие и начать расти с такой скоростью, что всего за минуту человек задыхался.

Всех обычных людей в его свите приходилось держать подальше от них. Да и слуги тоже не фанатели от них. Разбираться с ними раздражало, даже если такой же смертельной опасности они не несли.

Однако страх их был довольно вкусным. Мысль о том, чтобы использовать споры в войне, так и цепляла воображение. Андиал, покрытый этими красивыми, маленькими огоньками? Оранжевые пасти и фиолетовые светлячки?

Ха-ха. Не, пока рано было о таком говорить, хотя и приятно.

Джексон, конечно же, всё испортит, если не провести операцию идеально. Да и, пожалуй, было слишком алчно начинать с Андиала. Да, цель-то идеальная, но в таких вопросах нужна гибкость. Умение смотреть в будущее и ждать возможностей.

Ведь сейчас все глаза были на нём. И не только его людей, но и вообще всего мира.

Если сыграть карты правильно, то эта кампания станет исторической. У него сейчас было больше инструментов и людей, чем когда-либо раньше – он даже надеяться на такие ресурсы не смел, говоря по правде. Лучше было бы только если сам босс соблаговолил почтить их своим присутствием – и послушать Джеркаша, вместо того, чтобы побежать вперёд и всё испортить, как он часто любил делать.

Ладно, ладно. Может, оно и к лучшему. Моргунов всё же заслуживал немного отдыха после всего, чего он добился в Лютике. Судя по тому краткому разговору, что у них был, Безумный Демон вышел из игры довольно надолго.

Если, конечно, не притворялся таким пострадавшим просто для того, чтобы Джеркаш оставил его в покое – если не по приколу вообще.

...Что казалось тем вероятнее, чем больше об этом Джеркаш думал.

Впрочем, как бы весело сейчас ни было, слишком зазнаваться не стоило. Может, для него лично всё стремилось к лучшему, но сейчас для Избавления наступили по-настоящему опасные времена. Высшие эшелоны силы крепко засели в потоке, которого никто не видел целые столетия.

То, что Гюнтера и Данхаузера поджарили – это ещё одно. Нейтрализованные Иван и Вандерберк – другое. Но вот то, что Старик пропал? Вот уж нечто.

Конечно, не первый раз, но это лишь сильнее подчёркивало то, в какой опасности находилась великая ничья. Может быть, теперь её действительно смогут нарушить.

От этого в дрожь бросало!

Как же широки стали возможности. Будь он помоложе, то его бы наверняка парализовало из-за невозможности сделать выбор.

Так много свежих воинов приходили к нему за наставлениями и славой. А ещё немало других. Несомненно, у них были свои цели, которые они преследовали, скрываясь в тумане этой войны, но так ведь всё становилось только ещё интереснее.

Клан Дозера определённо приходил на ум первым. Они до сих пор с ним не связались, а у этого могло быть всего два объяснения. Либо они знали, где находится Старик, и потому не чувствовали, что потеряли его защиту, либо уже связались с кем-то ещё.

А раз они скорее убьют себя, чем свяжутся с Моргуновым, то их защитником мог быть только Говис.

Ха. А может, они решили, что и сами против него справятся. Вот это было бы реально смешно.

Как бы там ни было, стоило отправить ищеек. Немного маленьких глазиков и ушек. Он и так знал, что у них началась борьба между собой, но это ничего не означало. Они друг другу глотки пытались вскрыть каждый раз, как Старик отворачивался.

Хотя было бы здорово заполучить Василия на свою сторону. Уж этот мужик был бы отличным дополнением к его силам, если правильно замотивировать. Страх, к сожалению, работал постольку-поскольку. Лучше уж подготовить что-нибудь, что реально зацепит его интерес.

И тут всему мог помешать Лозаро. Они с Василием никогда не ладили.

К несчастью, это, похоже, было неискоренимой чертой Лозаро. Ни с одним другим товарищем-учёным он не мог ужиться. Вечно они сталкивались с «креативными разногласиями», как он это называл.

Даже со всем тем, что мужику удавалось из себя выжать, временами Джеркаш всё равно задумывался о том, стоит ли он того.

Что ж, ну хотя бы телепатом он не был.

От такой поддержки Джеркаш уже получил больше, чем хотел. Повезло Ткачихе, что Моргунов добрался до неё раньше него. И если бы сейчас она не была под защитой Говиса, то он бы выследил её ещё много лет назад и заставил бы заплатить за предательство.

Благодаря ей он узнал так много о природе телепатов и их ужасных сил, но в конце концов, она не сумела удержаться от искушения прогнуть его под свою волю.

То, что она была одной из множества его бывших жён, тоже не помогло.

Смешивать работу и романтику – редко хорошая идея, конечно, но ему больше двух столетий потребовалось, чтобы выучить этот урок.

Но зато он выучил его наверняка. И жениться на своей личной секретарше в этот раз точно не будет. Плевать, насколько она ему нравилась. Плевать, что выглядела как идеальная жена. Этому не бывать. Чёрт, да Зения и сама, наверное, не захотела бы выходить за него.

Как бы там ни было, его женитьба на Ткачихе – какой бы краткой и полной событий она ни была – оказалась очень полезной в долгосрочной перспективе. Именно благодаря ей – и другим, конечно – он развил психическую защиту.

Часть которой почерпнул у Моргунова.

Специальное запечатывание воспоминаний. Ему приходилось использовать эту технику перед каждой встречей с Говисом. Насколько бы он ни любил компанию здоровяка, Джеркаш слишком хорошо понимал, что их дружба стоит исключительно на удобстве и веселье.

Что само по себе довольно прочный фундамент, конечно, но на такое он бы ставить не стал.

Не говоря о том, что некоторым секретам лучше оставаться секретами, даже от Говиса.

Вероятно, по той же причине такой проблемой был Бледный Ястреб Грейвс. Каким-то образом ублюдок узнал о планах Джеркаша – по крайней мере, о некоторых из них. Других объяснений он не видел.

Убрать Вандерберка с доски, да ещё и таким способом – это был особенно хитрый трюк, который даже Говис не мог распознать.

Потому что Джеркаш, конечно же, никогда не рассказывал ему всей правды о Вандерберке.

Вообще, он даже Вандерберку не рассказывал всей правды о Вандерберке.

Что, оглядываясь назад, было ошибкой, но Джеркаш не хотел узнавать, как он среагирует, если узнает, что они со своим жнецом – просто эксперимент.

Клоны. Хотя по какой-то причине, которую Джеркаш до сих пор не понимал, Лозаро очень бесило, если он использовал это слово. Явно из-за какой-то технической белиберды.

Настоящие Вандерберк и Элинокс умерли двадцать лет назад. Умерли на самом деле. Да и их новые версии уже пришлось несколько раз заменить.

Последняя итерация оказалась гораздо стабильнее и надёжнее, из-за чего Джеркаш и решил дать им чуть больше свободы в принятии решений – ведь в этом и весь смысл эксперимента – но не ожидал, что Грейвс доберётся до них таким неприятным способом.

Судя по тому, как Говис описал их последнюю смерть, Грейвс планировал использовать обоих в качестве психических марионеток – либо восстановив их трупы, либо создав полные иллюзорные копии.

Так или иначе, появлялась проблема. Если он заставит Лозаро сделать ещё одну копию, то Грейвс тупо сделает то же самое, и тогда по миру будут бегать уже два Вандерберка.

Но один будет предателем.

Такое позволять попросту слишком опасно, какую бы выгоду ни несли эксперименты.

К несчастью, здесь требовалось проявить терпение. Подождать, пока появится предательская копия, чтобы разобраться с ней, и там уже решать, что делать.

Но даже этот план, откровенно говоря, был сомнительным. Если Грейвс может создать клона, то что помешает ему следом создать ещё одного, и потом ещё? Просто убив одного, он не сможет сразу же вернуться к своим экспериментам. Ведь угроза останется на месте.

Пока не получится разобраться с Бледным Ястребом.

Вот поэтому Джеркаш и начинал думать, что Грейвс, наверное, не станет отправлять своего Вандерберка для проникновения в их ряды.

Потому что ублюдок знал. Об экспериментах. О клонировании. Узнал каким-то образом.

А ведь об этом никто не должен был знать. Ни Говис. Ни Моргунов. Чёрт, даже сами Лозаро и Джеркаш временами не знали – из-за стратегии запечатывания памяти.

И всё же... когда вопрос заходил о Бледном Ястребе, то каким-то образом тот мог узнать.

Таинственная тварь.

Что ж, если всё так, то Грейвс, можно сказать, поставил ему шах в вопросе Вандерберка.

Да и вообще в вопросе всех клонов.

Угх. Паранойя снова начала затекать в его гадкую голову. А ублюдки вроде Грейвса в ней процветали.

Ха. Ну, если говорить до конца честно, то ублюдки вроде Джеркаша тоже.

Ладно, не было смысла беспокоиться об этом сейчас. Слишком много колёс уже в движении. Временами так всё и происходит.

Готовишься, сколько можешь, раздумываешь, сколько можешь, но в конце концов просто бросаешь кости и ждёшь того, что выпадет.

Да. Лучше думать об этом именно так. С восхищением. Вскоре он сравнит махинации Грейвса со своими собственными.

Особенно любопытно ему было посмотреть, как Бледный Ястреб собирается защитить своих товарищей-маршалов. Джеркаш всё ещё был должен Кейну и Гранту что-нибудь очень болезненное, после того как они испортили его победную вечеринку в Кавии и перебили толпу людей.

Он знал, что они уже в пути. Скорее всего, двигались прямо сюда. В Интар. Джеркаш, считай, пригласил их в гости своей маленькой преамбулой в Замке Живого Камня.

А ещё, конечно же, был Серман. В последнее время та ещё тёмная лошадка. Может, он решил подглядеть за Моргуновым.

Джеркаш до сих пор был полностью готов к тому, что Кристаллический Титан появится в любой момент и попытается всё испортить, но должен был признать, что мужик явно не спешил. Столько свободы – это нечто новое и весьма приятное. Знал бы он, что у него будет так много времени на подготовку, то подходил бы к вопросу совсем иначе.

Побольше бы поигрался со своими картами.

Как много козырей можно спрятать в рукава? Трудно не ёрзать из-за неизбежной встречи. Как будто вся эта подготовка будет слита в унитаз, если Серман внезапно появится из ниоткуда и поджарит его жопу за минуту-другую.

Опять.

Если говорить о долгах, то Серману Джеркаш был должен больше, чем кому-либо ещё. В их последнюю встречу Титан прижал его как никогда. Да, перед этим лежал длинный и непростой путь, но всё же. Слишком хорошо Джеркаш понимал, что если бы Моргунов не подоспел в последнюю минуту, то хрен бы он пережил ярость Титана.

Ещё одна причина того, почему он любил своего босса, несмотря ни на что.

И почему всегда будет верен.

Даже спустя все эти годы вместе Моргунов не верил ему до конца, но Джеркаш его за это не винил. Мужик видел больше предательств, чем любой другой человек на планете.

Но ничего. Джеркаш уже давно не искал от него признания. Ожидать такого от безумца – не более чем юношеская глупость.

Разум Джеркаша успокоился, вновь сосредоточившись на мерцающей сцене перед ним. Щупальца, вылезающие из оранжевых дыр, уже было не сосчитать – и двигались они довольно безумно. Яростно желали разрубить что-нибудь своими клинками.

На нынешнем этапе истории игороски стали практически мифическими существами. Древние истории о героях, сражавшихся с ними, упростили до неузнаваемости. В реальности, как узнал Джеркаш, эти существа были всевозможных форм и видов. Большие, маленькие, умные, тупые, волосатые, липкие, угловатые – а ещё, по всей видимости, когтистые.

Его коллекция росла, и он не мог этому не радоваться.

И когда эти новые варианты полностью показали себя, то Джеркаш был просто счастлив.

Вау.

Эти не так походили на монстров из щупалец, как на настоящих змеев. Всё ещё немного осьминогоподобных, пожалуй, но отличались они сильно.

И выглядели при этом чертовски злыми. Щупальца, покрытые клинками, трещали так, что оставалось только удивляться тому, как же они сами себя не рубят.

О. Эй. А они приближались. Явно хотели поздороваться. Как мило.

А насколько были опасны эти отморозки, интересно знать? Пора было узнать.

Он уже чувствовал рвение, курсирующее сквозь них. Довольно мощное. Пожалуй, испытывать их на собственной плоти не стоило, даже если очень хотелось.

Нет, в первую очередь следовало испытать их интеллект. Он обнаружил, что одна из пород умела посылать телепатические сигналы, так что, может, встречались и другие. Не говоря о том, что нынешнее состояние Ткачихи было тому отличным доказательством. Технически, конечно, она не игороск, но Джеркаш не сомневался, что именно в эту сторону двигались её мутации.

Вообще, может, при случае стоило взять кого-нибудь из этих ребят на встречу с ней. Кто знал, понравится ей это или наоборот, но ему точно будет весело.

Так или иначе, для нынешней ситуации у Джеркаша был идеальный инструмент. Он потянулся к большому мешку на поясе и достал дубинку.

Когда речь заходила о телепатах, то лучшим способом их обнаружения была аура. При должных знаниях и инструментарии ауру можно было изучить досконально, вплоть до того, что даже попытки скрыть особые способности становились очевидны.

В этом, по сути, и заключалась одна из специализаций Джеркаша. Он занимался своим ремеслом десятилетиями и получал истинное удовольствие.

Хотя, разумеется, снискать любовь гнездящихся по всему миру врубелей ему это никак не помогло.

Большинство из них пребывало в уверенности, что он жаждет выследить их всех до единого и стереть с лица земли.

Что было совершеннейшей неправдой. Вполне понятным недоразумением, да, но всё же неправдой.

На самом деле он бы предпочёл обратить их в рабство.

К несчастью, даже после многих лет охоты – и создания множества специализированных отрядов для этой самой охоты – на этом поприще ему не слишком везло. Да вообще никак не везло, если уж на то пошло. Ему и его людям не удалось поработить ни одной из этих упрямых птиц.

Так что да, в итоге их всегда приходилось убивать – отсюда и возникло это вполне понятное недоразумение. Но он всё ещё твёрдо намеревался когда-нибудь найти способ поработить их по-настоящему. Не просто угрозами насилия, а самым что ни на есть подлинным, истинным телепатическим порабощением. Как в своё время их предки поступили с человечеством.

Это было только справедливо, разве же нет?

И он надеялся, что, возможно, недавние успехи с игоросками помогут ему и на этом поприще. Больше владеющих телепатией образцов для изучения явно не помешает, даже если они немного неуправляемы.

К тому же он прекрасно знал, что некоторые из этих пернатых выродков сотрудничают с Авангардом, полагаясь на их «защиту» в обмен на оперативную поддержку.

Глупцы, похоже, не осознавали, что подобное соглашение – уже практически рабство. Будь они чуть сговорчивее и дай ему шанс, он был уверен, что стал бы для них куда более хорошим хозяином, чем те, кто дергает за ниточки в Авангарде.

Но это, конечно, было не ново. Вечно все считали его безжалостным, злобным угнетателем.

Они просто не понимали. Пока ему подчиняются беспрекословно, он на самом деле довольно милостивый господин. В конце концов, не обращением же с людьми как с мусором он заслужил любовь всех своих подчинённых.

И да, ладно, убийство проблемных подчинённых и замена их на более сговорчивых клонов, безусловно, помогали, но это, если честно, было уже более поздним нововведением. Да и у него были свои ограничения. Люди любили его задолго до того, как он начал такое практиковать.

По крайней мере, большинство из них.

Что же до игоросков, то они уже тоже проявляли покладистость. Дубинка в его руке мгновенно привлекла их внимание. Он повёл ей влево и вправо, убеждаясь, что их выпуклые глаза действительно следят за ней, а не за ним.

Способны чувствовать её уникальную ауру, без сомнения. Хороший знак. Возможно, эти всё-таки тоже были телепатами.

В отличие от многого другого, дубинку изобрёл не Лозаро – факт, который невероятно раздражал того, даже если он никогда не говорил об этом прямо. Вместо этого она стала совместным проектом Джеркаша и Моргунова.

Справедливости ради, Моргунов сделал основную часть тяжёлой работы по её созданию, но Джеркаш тоже за эти годы успел немного побыть изобретателем. Он был далеко не так гениален, как босс, и не так плодовит, но и дилетантом его назвать было нельзя. К тому же Моргунов, казалось, оценил его знания о том, как действуют телепаты, хотя на данный момент босс, вероятно, разбирался в вопросе даже больше, чем он сам.

С ними это постоянно случалось. Джеркаш тратил десятилетия на изучение чего-либо, углубляя свои знания об этом мире. И если босс ещё не знал об этом предмете, Джеркаш обучал его. А затем, в течение года или около того, босс каким-то образом начинал разбираться в вопросе даже лучше него самого.

Если честно, это было довольно досадно. Но и завораживающе тоже. И даже забавно.

К тому же, так происходило далеко не с каждой темой. Только с теми, которые босс находил интересными. Да и тогда иногда он отвлекался на что-то ещё, и Джеркаш в итоге оставался главным экспертом.

Было ли так до сих пор с телепатами, он пока не знал. После того, что босс рассказал ему о Гермале, сказать было сложно. Честно говоря, Джеркаш и сам планировал вскрыть Лжеца когда-нибудь. Просто не хотел разыгрывать эту карту, пока не узнает человека немного лучше. И ещё был тот волк, который казался Джеркашу бесконечно более увлекательным.

Ладно, может, он тоже был склонен отвлекаться.

Но дубинка. Она служила нескольким целям. Это была своего рода приманка. Сделанная из эфирных костей адского зверя Хаоса, души и перьев врубеля, а также шерсти его любимой собаки. Последний ингредиент не делал ровным счётом ничего, но Джеркашу всегда нравилось добавлять в свои изобретения нотку сентиментальности.

Для более примитивных психических сущностей функции приманки этой дубинки было вполне достаточно. Она полностью поглощала их внимание и удерживала в покорности, пока он делал с ними всё, что ему заблагорассудится.

Среди многих существовало ложное убеждение относительно телепатических способностей – Джеркаш знал, что даже среди самих телепатов оно распространено, – будто эти их силы напрямую связаны с интеллектом. На деле всё было совсем не так. Чисто инстинктивные, неразумные существа вполне могли проявлять телекинез и многое другое.

Как, например, скверносмерти.

Так что эта дубинка была почти идеальна для подобных задач. Возможно, не для скверносмертей, но для созданий послабее? Безусловно.

Вот почему она также служила неплохим мерилом интеллекта. Если они могли противостоять приманке, значит, были либо очень сильны, либо очень умны. А вот силу измерить довольно легко. Опасно, но легко.

Другая главная функция дубинки заключалась в смещении ауры. Строго говоря, ауру нельзя было напрямую уничтожить или даже нарушить её поток, поскольку она не была чем-то единым, а представляла собой совокупность сливающихся воедино характеристик.

Но смещение – это немного иной трюк. Аура переплетена с пространством-временем. А значит, манипуляции с пространством означали манипуляции с аурой – по крайней мере, отчасти.

Вот почему, как полагал Джеркаш, появились «владения». Укреплённые «крепости» ауры, внутри которых смещение давалось сложнее. Исторически они, вероятно, развились как защита от атак смещением.

Но защита не была идеальной. Владения могли быть очень сильны, да, но только при тщательном развитии. Более того, техники смещения тоже, похоже, имели ещё достаточно почвы для роста.

Насколько он мог судить по своим историческим изысканиям, изучение и развитие смещения на протяжении эпох натыкались на своего рода стену – и не раз. Ему это отнюдь не казалось совпадением. Скорее всего, дело рук этих надоедливых пернатых – хотя, возможно, тут говорила его собственная предвзятость. Кто бы это ни был, они не хотели, чтобы некто разрабатывал ещё более эффективные средства противодействия им.

К несчастью для них, Джеркаш был погружён в эту тему уже несколько десятилетий. При небольшой помощи Лозаро и босса. К сожалению, ни тот, ни другой, казалось, не разделяли его интереса к предмету, но это ничего. У них хватало и своих важных проектов.

Да и ему, в общем-то, нравилось быть лучшим экспертом в теме.

Когда игороски приблизились, он от предвкушения сжал дубинку крепче. Если они бросятся на него, он сместит их – или их части – в мгновение ока. У него ещё было немало камер для долгосрочного изучения.

Или нет? Если нет, придётся подселить их к другим образцам. За этим было бы забавно понаблюдать.

«Каковы твои намерения по отношению к нам, воин ауры?»

Джеркаш моргнул от удивления, улыбка тут же стёрлась с его лица, но так же быстро вернулась. Ему пришлось оглядеться, чтобы убедиться, что это не розыгрыш. В конце концов, он вполне мог отличить истинный телепатический голос от голоса обычного жнеца, но всё же. Ну не могло же ему в самом деле так повезти!

— Вы разговариваете! — воскликнул он с неподдельным восторгом. — Как замечательно!

Он попытался разглядеть говорящего в надвигающейся стене покрытых лезвиями щупалец, надеясь определить точный источник голоса, но даже отличить их извивающиеся тела друг от друга было непросто, не говоря уже о том, чтобы понять, кто из них заговорил первым.

«Ты собирал наших более слабых собратьев в своём измерении, — раздался другой голос. — Как нам это понимать?»

«Ты стремишься помочь нам?»

«Или начать войну?»

«Ваш род часто этим занимается, да?»

О-о-о, столько новых голосов. И никакой возможности понять, кто есть кто. Или они на самом деле все едины? Они ведь сказали «нас», но хм... Любопытство только росло.

«Скажи нам, чего ты желаешь, воин ауры?»

И этот термин. Джеркаш знал его. Довольно древнее прозвище. И не совсем ему подходящее.

Но он не собирался отказываться от того, что ещё могло пригодиться.

— У меня много желаний, — ответил он, всё ещё улыбаясь. — Как и у вас, подозреваю. Возможно, мы сможем помочь друг другу. Или вы всё ещё считаете воинов ауры своими врагами?

«Только тех, кто отрицает Провидение Создателя. Ты из таких?»

Что? Джеркашу пришлось сдержать гримасу, но голова всё равно непроизвольно наклонилась.

— Провидение Создателя. Это что-то новое. Боюсь, я не совсем понимаю, о чём вы говорите. Не могли бы пояснить?

«Создатель вернётся в ваше измерение и защитит его. Ты станешь противиться его усилиям?»

— О-о-о. Этот Создатель. И как я не догадался? — Джеркаш расплылся в улыбке. — Уверен, у нас не будет никаких разногласий!

«Великолепно. Тогда пусть твою верность признают все идкины»

И резкий, гортанный звук разнёсся во все стороны, отчего взгляд Джеркаша слегка озадаченно заметался, хотя улыбка и осталась на месте.

Вот так? Просто взяли и стали союзниками?

Хм.

Змее-кальмары скользнули ближе, но он уже уловил изменение в их ауре. Ни малейшей враждебности. Даже напряжения не было.

Он уже собрался задать следующий вопрос, как его внимание привлекла очередная странность.

Вокруг игоросков замерцали искрящиеся огоньки, особенно на кончиках щупалец. Затем в каждой точке воздух ненадолго исказился, и из ниоткуда возникла целая куча маленьких бледных мясистых коконов. Щупальца неторопливо обвили их, а потом новые искры засияли уже под самими игоросками, и вскоре на их месте появились дряблые бесформенные массы, на которые те опустились. Улеглись? Уселись? Он не мог разобрать.

Эти массы шевелились, но не сильно. Более того, кальмары, казалось, внезапно утихли.

Затем он услышал поистине странные звуки – шипение пара и гортанные крики – и увидел, как мясистые коконы разрывают и прижимают к... вероятно, ртам игоросков?

Вопросы в голове Джеркаша исчезли, уступив место немому изумлению. Возможно, он неверно истолковывал их причудливый язык тела, но ему показалось, что эти ребята... по сути, просто достали холодное пивко и раскладные кресла прямо посреди его испытательного полигона.

Один из игоросков медленно подполз к нему, издавая тот самый гортанный крик, который теперь звучал отовсюду, хотя этот был чуть приглушённее.

Джеркаш даже не знал, как теперь начать разговор, что для него было редкостью.

«Да пребудет с нами вечно плодотворная дружба!» — произнёс, судя по всему, кальмар рядом с ним.

— Ага. Да. Хех.

«Как же приятно наконец расслабиться, — изрекло чудовище из другого измерения. — Мы и так знали, что ты надёжный союзник, но у нас есть свои процедуры, которые было необходимо соблюсти. Сам понимаешь, как бывает? Вечно всем недовольные параноики, которым нужно убедиться, что всё и вся идеально, прежде чем позволить нам расслабиться»

— Хе-хе... да уж... — Ему очень хотелось спросить, почему они так уверены, что он «надёжный союзник», но благоразумие держало рот на замке. Возможно, позже получится поставить вопрос как-то иначе.

Если бы он только перестал тупо пялиться на происходящее.

— Должен признать, — сказал Джеркаш, — я несколько удивлён, что вам здесь так комфортно. Похоже, вы знаете обо мне больше, чем я о вас. А это о многом говорит, учитывая, что я уже несколько недель изучаю ваших менее разумных собратьев. Может, вы в это же время тайно изучали меня?

«Ах, боюсь, этот разговор лучше вести с Доморо, чем со мной. Я просто выполняю приказы, — Кальмар оторвался, чтобы с шипением сделать глоток из кокона. — Если только мне не вздумается проявить инициативу. Или я не пьян. Или и то, и другое»

Хм. Значит, они всё-таки осознают себя личностями. Джеркаш как раз размышлял, не являются ли они чем-то вроде телепатического коллективного разума.

Это всё ещё не исключалось, но было интересным наблюдением.

— Доморо? — переспросил он. — Что это? Или кто?

«М-м? Тебе незнаком этот термин? Формализованные умы исследований. Вроде твоего Лозаро, да?»

— А, вы и его знаете?

Это не слишком удивило Джеркаша. Этот тип везде успевал.

«Мы рассматривали возможность связаться с ним, но когда выяснили, что он работает на тебя, это показалось более уместным»

Ещё один долгий глоток.

Возможно, это объясняло то, почему Лозаро не предупредил его о том, насколько эти ребята умны. Он просто не знал.

Но если они всё это время умудрялись оставаться незамеченными для Лозаро, тогда...

Чёрт. Джеркашу как никогда хотелось выяснить, насколько сильны эти создания, но сейчас, когда они, судя по всему, стремительно становились закадычными друзьями, проверять это было как-то неуместно.

Но всё же неплохо бы знать – на случай, если придётся когда-нибудь всадить им нож в спину.

Вопросы на потом. К счастью, у него под рукой было достаточно расходных подчинённых – многих из них потом даже можно будет использовать повторно.

Он бросил взгляд в сторону бункера, гадая, что наблюдатели думают о таком повороте. Он подумывал позвать Лозаро для дополнительной консультации, но, судя по только что услышанному, тот вряд ли много знал.

Хотя ради того, чтобы просто над ним посмеяться, возможно, стоило так и поступить.

Да, пожалуй.

Он указал на Лозаро и поманил его указательным пальцем.

Лозаро заметно заколебался. Хм. Может, прикидывается дурачком, делая вид, что не уверен, кого именно Джеркаш манит с такого расстояния?

Что ж, он не то чтобы славился своей храбростью, верно? Ладно.

— Одну минуту, пожалуйста, — сказал Джеркаш своему новому причудливому приятелю, имя которого ему ещё предстояло узнать.

Затем он исчез, чтобы в следующее мгновение появиться в бункере, прямо рядом с главой научного отдела. Он даже не стал дожидаться, пока Лозаро обернётся, а просто обхватил рукой его шею и тут же моргнул обратно, на испытательный полигон. Остальным в бункере не обязательно было слышать этот разговор. Смысл унижения Лозаро заключался в личном развлечении, а не в разрушении его репутации среди коллег.

По этой же причине он не вернулся сразу на то место, где только что стоял. Отвести телепатическое наблюдение было достаточно легко, если знать о такой необходимости, но если у игоросков был ещё и обычный слух, то стоило отойти подальше.

Лозаро попытался вырваться из хватки – вероятно, чисто инстинктивно, а не из надежды на успех. Джеркаш подержал его ещё секунду, а затем отпустил, чтобы Лозаро понял: его отпустили, а не он вырвался.

— Похоже, ты забыл кое-что упомянуть об игоросках, — сказал Джеркаш очень спокойно и прекрасно зная, что Лозаро ничего не знал. — Ты ведь не пытаешься что-то от меня утаить, а?

Обычно бесстрастное лицо Лозаро начало давать трещину, что доставило Джеркашу безмерное удовольствие.

— К-конечно нет, сэр. Я н-никогда прежде не сталкивался с этим конкретным штаммом, иначе непременно упомянул бы о них.

Штамм, значит? Он считает их вирусом?

Возможно. Впрочем, технические детали не важны.

Джеркаш ткнул его в лоб, заставив поморщиться.

— Уверен? Ты же знаешь: если будешь мне врать, никакая защита тебя не спасёт, верно?

— Д-да, сэр. Я понимаю, сэр.

Он внимательно изучил выражение лица собеседника. Как бы сильно ему ни нравилось просто так доставать парня, здесь был и скрытый подтекст.

Когда имеешь дело с такими людьми, как Лозаро – больными, извращёнными, которым нельзя доверять, – всегда есть вероятность, что они замышляют предательство.

Или даже прямо сейчас его осуществляют, а Джеркаш ничего не замечает.

Так что время от времени было полезно устраивать такие маленькие проверки. Прощупывать почву. Смотреть, не всплывёт ли что-то неожиданное. Лозаро – парень хитрый. Ему удалось не только выбесить Моргунова и остаться в живых, но и продолжить жить, несмотря на то, что Безумный Демон время от времени устраивал на него охоту.

Судя по реакции мужчины – словам, микровыражениям и даже ауре – Джеркаш был вполне удовлетворён. Лозаро прямо сейчас ничего против него не замышлял. Можно было оставить эту тему и двигаться дальше.

Через минуту.

Сначала Джеркашу нужно было взять собственную ауру под контроль, приблизиться к Лозаро, широко раскрыв глаза и улыбаясь, положить руку ему на плечо и задать ещё один вопрос:

— Ты ничего не забыл мне рассказать?

И он позволил своему владению выплеснуться наружу ровно настолько, чтобы окутать их двоих в их собственном маленьком мире. В его собственном маленьком мире. Давая Лозаро заглянуть в глубины силы, которой обладал Джеркаш.

В глубины Хаоса.

Лозаро, если бы он был повнимательнее, смог бы увидеть, что там теперь были ещё и игороски. Новые искорки среди полчищ. Не эти разумные, конечно. Пока нет.

Но кто знает, что станет возможным со временем? Лозаро увидел бы и это. Возможности. Тени будущего. Включая его собственный искалеченный труп, если понадобится. Его размазанную психику. Его разум, расколотый на каскад едва узнаваемого безумия. Всё вполне возможно. Можно даже сказать, вероятно.

Джеркаш видел, как тот вспотел, опустил глаза, пытаясь не смотреть по сторонам. Это не имело значения, конечно. В этом месте он бы увидел всё, что Джеркаш хотел ему показать, даже если бы вырвал себе глаза.

Сейчас он, кажется, немного застыл. Дрожал и побледнел. Это никуда не годилось.

Джеркаш слегка встряхнул его за плечо.

— Ответь мне, Лоз.

— Н-нет, сэр, я-я ничего не забыл вам рассказать.

Хм. Джеркаш позволил владению задержаться ещё на мгновение, наблюдая за аурой мужчины.

Затем он отпустил контроль, и владение лопнуло, как безобидный мыльный пузырь.

— Ладно. Это всё, что я хотел знать. И, кстати, отличная работа, приятель! Ты в последнее время просто поражаешь! Я тобой горжусь!

Лозаро, дрожа, сумел выдавить из себя скованный кивок.

— Более того, я должен тебя наградить за все усилия. И не говори ничего – я знаю, ты не ради этого стараешься. Ты просто любопытный парень по своей натуре. Чистый академик. Я понимаю. Но и хорошую работу оставлять без внимания не могу. Так чего ты хочешь, а? Только назови, и я посмотрю, что можно сделать! У меня теперь куча полезных связей, знаешь ли!

Лозаро хранил молчание, всё ещё пытаясь, судя по всему, успокоиться.

— Ты слишком скромен, знаешь?! Ну да ладно! Я что-нибудь для тебя придумаю!

Хе. Будь этот парень не таким ублюдком, Джеркашу, возможно, стало бы жаль беднягу. Но подкалывать его всегда было весело.

Однако времени на дальнейшие игры не было. Он дал ему ещё немного прийти в себя, а затем моргнул, и они оба оказались у игоросков.

Времени Лозаро, похоже, не хватило: он оставался непривычно молчаливым, пока Джеркаш снова заводил разговор со своим новым приятелем-кальмаром.

— А у тебя есть имя? — спросил он. — Меня зовут Джеркаш, хотя ты, наверное, и так это знал, да?

«Да, разумеется. Меня зовут Билл»

Джеркаш открыл рот, затем снова закрыл, переваривая услышанное. Он уже начал подозревать, что эти кальмары над ним издеваются.

— Билл. Хм. Это сокращение от чего-то?

«Нет, — сказал Билл, снова отхлёбывая из шипящего кокона. — Просто Билл»

Или, погодите-ка. Эти ребята раньше были людьми? Хм. Как бы задать этот вопрос, не рискуя смертельно оскорбить их инопланетные чувства?

Сложный вопрос. Придётся, наверное, просто бросить кости и посмотреть, что выпадет.

К счастью, Билл разрешил ситуацию прежде, чем Джеркашу пришлось принимать решение.

«Меня удостоил именем сам Создатель. Факт, который, полагаю, иногда вызывает зависть у моих собратьев. На твоём месте я бы не поднимал эту тему при них»

— О-о-о. Создатель. Точно. Хм. Знаешь, я бы хотел узнать о нём побольше, если ты не против. Ты упомянул, что он «вернётся» в это измерение, так? Значит, он уже бывал здесь раньше?

«Не только он. Мы все когда-то были детьми этого измерения, как и ты. Но нас изгнали. Вернее, наших предков. Давным-давно»

Ещё один глоток.

— Как давно, если точно?

«Сказать наверняка невозможно. Но Создатель нашёл нас гораздо позже и возродил нашу мечту о Единстве. Он стал величественной опорой. Надеждой всех идкинов. Мы перед ним в вечном долгу»

Джеркаш погладил усы.

— А он уже тоже знает обо мне?

«Разумеется. И я уверен, что он с нетерпением ждёт встречи с тобой»

— О, правда? Вау. — Кем бы ни был этот тип, звучало это так, будто он чертовски силён. Возможно, и довольно серьёзная угроза, если собирается скоро объявиться. — Я рад это слышать. Если честно, я чувствую себя немного недостойным такого внимания. Не уверен, что сделал что-то, заслуживающее столь высокой чести.

При этих словах Билл замер на полглотка и, кажется, повернулся, чтобы посмотреть на Джеркаша. Было ли это его лицом? Слишком много глаз, чтобы утверждать наверняка.

«Ты шутишь?»

Джеркаш тоже замер. Интересная реакция. Он решил подождать, пока Билл пояснит.

«Ты уже довольно давно массово приводишь наших собратьев в это измерение. Исполняешь давнюю мечту всех идкинов. Ты герой самого что ни на есть любимого рода»

Ага! Джеркаш не удержался от кивка и смешка. Значит, с их точки зрения, они просто видели парня, который обеспечивает им свободный проход в желанное место.

И даже если они всё это время тайно следили за ним через скрытые психические каналы, они вряд ли увидели бы что-то, что могло бы встревожить их инопланетные – или частично инопланетные – чувства. Он сомневался, что их сильно волновало, как он обращается с себе подобными, а изучение игоросков ещё не дошло до стадии вскрытия – в основном потому, что он хотел выпустить как можно больше из них на ничего не подозревающих глупцов Интара. Как бы вивисекция ни обрадовала Лозаро, сначала следовало закончить с текущим вторжением.

Хм. Но теперь выходило, что начинать вскрытия – всё равно что ворошить осиное гнездо. Возможно, вопрос стоило отложить на неопределённый срок. Или, по крайней мере до тех пор, пока он не узнает об этих так называемых идкинах побольше.

Он посмотрел на Лозаро, который, казалось, наконец пришёл в себя. Его аура снова стала ровной, цвет лица и выражение вернулись к норме. Эти жёлтые глаза снова обрели привычную остроту.

Хорошо. Джеркаш намеревался сегодня в полной мере воспользоваться его извращённым мозгом.