— Так выходец из «Кинжала Георга» оказался всего лишь идиотом, полагающимся на силу артефактов, — проговорил длиннорукий ассасин, вращая в руке кинжал.

Один его глаз блеснул. Глаз, таящий в себе магию — искусственный магический глаз.

Раз уж это бельмо с самого начала выглядело подозрительно, то, что артефакты против него не сработали, не стало сюрпризом. Поэтому Заксен оставался спокоен.

Он посмотрел на дыру в своем плаще. След от кинжала.

Рука противника неестественно удлинилась, пропорола ткань и вернулась обратно.

И всё же Заксен не дрогнул. Он был невозмутим и снаружи, и внутри.

Однако противники думали иначе.

— Похоже, ты растерян. Надо было выполнять приказ, когда велели, — поучительно произнёс седовласый с моноклем.

— Какой смысл оставаться под началом этого парня? Одумайся, пока не поздно, — сказала женщина.

Она изменила голос и пряталась среди других убийц. Точнее, бросала слова из укрытия. Осторожная. И хорошая лгунья.

Даже если он сейчас «одумается», это ничего не даст. Всё это — лишь дешёвые уловки, чтобы заставить его открыться.

— Что, тоже скажешь, что «удар был»? Тебе самому не стыдно было это слушать?

Похоже, провокация командира задела седовласого с моноклем за живое, раз он снова поднял эту тему.

— Ну что, артефакты потерял — и что теперь будешь делать?

Голос раздался сзади. Заксен обернулся. Несмотря на ясный день, то место, откуда донёсся голос, казалось окрашенным в тусклые тона. Человек, наполовину скрытый тенью в переулке. Специалист по маскировке.

Какой приём он использовал, было очевидно.

«Теневая походка».

Техника передвижения исключительно по участкам с разной освещенностью. В «Кинжале Георга» этому учили как основе.

Заксен, выучив, ни разу не применял её. Против врага с хорошей концентрацией или чутьем этот прием мог легко обернуться против тебя.

«Даже на командире эта уловка не сработает».

Энкрид бы точно не попался.

Заксен молча скинул пробитый плащ и расстегнул пояс.

— Сдаешься? — спросил измененный женский голос из толпы убийц.

— Хо-хо. Ну как, не передумал? Ещё не поздно. Право на второй шанс — привилегия молодых, — добавил седовласый.

— Пф-ф.

Длиннорукий, похожий на обезьяну, презрительно фыркнул.

Тип, прячущийся в тени, медленно отступил, скрывая присутствие.

Вопреки словам, их аура была липкой и колючей. Они перешли в боевую готовность.

Заксен опустил взгляд и произнес:

— Я всё гадал, что за псих это устроил. Оказывается, виконт Мернес?

Чтобы заставить несколько гильдий убийц объединиться в так называемый «альянс», заказчик должен быть как минимум аристократом.

Заказ, который ставит на кон само существование гильдий, требует вмешательства могущественного дворянина.

Если перенести это на текущую ситуацию, это должен быть кто-то, кто выделяется среди дворцовых фракций или обладает реальной силой благодаря объединению.

Иначе эти ребята так и действовали бы поодиночке.

Добавив к этому выбор цели, всё становилось на свои места.

Намерения заказчика прояснились. Заксен видел его мысли.

«Тот, кому само моё существование доставляет неудобства».

Вот почему они так маниакально охотятся за ним.

Они не стали мешать Энкриду идти во дворец, не напали на Маркуса, даже бросили тех, кто шел блокировать ворота. Весь этот Альянс Убийц погнался только за ним.

Устранение Заксена было для них абсолютным приоритетом.

Почему?

Потому что он мешает.

Информацию о «Чёрной лилии» могли продавать два типа людей.

Первые — те, кто узнал о ней случайно.

Вторые — те, кто с ней напрямую связан.

В этот раз сработал второй вариант.

Иначе они не лезли бы из кожи вон, чтобы убрать его.

До того, как всё началось, он мог сомневаться, но теперь, видя, как разворачивается ситуация, вывод был очевиден.

И осознав это, Заксен почувствовал небывалую радость.

Влияние Энкрида? Он выразил эмоции. Улыбнулся.

Увидев его улыбку, седовласый убийца нахмурился.

— Опять будешь твердить, что «удар был»? Или ещё какую-то чушь придумаешь?

Видимо, словесная порка от Энкрида до сих пор не давала ему покоя.

И правда. Перед расставанием командир был чем-то очень доволен и молол языком как одержимый.

— Вы же обещали всё рассказать, если я получу удар! Теперь отказываетесь от своих слов?

— Ну так ты же не…

— А где же доверие?! Ещё называетесь лучшей гильдией убийц столицы! Смех, да и только!

— Да нет, я о том, что удар должен…

— Заткнись! Как ты смеешь открывать рот, если не держишь обещаний?! Шрам на моей руке — вот доказательство!

— Да не про это…

— Ха, какое разочарование.

— Да выслушай ты, псих!

— Мне было бо-бо, и что теперь?

Он болтал без умолку, что бы ни говорил противник, а в конце сделал вид, что показывает предплечье, метнул свистящий кинжал и украсил им лоб зеваки-убийцы.

Бой начался мгновенно, и у противника больше не было ни единого шанса оправдаться.

Наверное, это их и взбесило?

Вполне возможно. Как бы они ни старались сохранять хладнокровие, командир умел выводить из себя.

Даже у самого Заксена иногда кровь закипала — что уж говорить о них.

— Ну, удар-то был, — сказал Заксен.

— Сука, убейте его!

С криком седовласого они бросились на него со всех сторон. Заксен уже знал, что их двадцать восемь.

Он пересчитал их. Привычка.

И исчез.

— А?!

Длиннорукий, следивший за ним магическим глазом, вскрикнул от удивления.

Чвак!

Звук разрываемой плоти. Заксен появился в густой тени переулка.

Один из командиров альянса, прятавшийся там, закашлялся кровью, рухнул на колени и повалился вперед.

— Как?

Разве магический глаз не должен был его видеть? Ведь артефактов больше нет.

Заксен, почему-то вспомнив Энкрида, ответил:

— Упорными тренировками.

Идеальный ответ на вопрос «как».

После этого Заксен то исчезал, то появлялся снова и снова.

Второй умерла женщина с изменённым голосом.

Она проворно спряталась среди своих, но Заксен, уже замаскированный под одного из её подчиненных, оказался совсем рядом и вонзил стилет ей прямо в живот.

Чвак-чвак-чвак.

Три удара, похожие на работу вилкой, превратили её внутренности в решето.

Легкие и сердце пробиты, даже высший жрец тут бессилен.

— Кхек.

Булькающий звук, не похожий ни на крик, ни на стон, стал её последним словом.

Заксен продолжал двигаться.

Артефакты? Он использовал их, потому что они у него были. Но он никогда на них не полагался.

Так что и без них — неважно.

Сегодня тело казалось особенно лёгким.

Он знал, что делать, и чётко видел, куда идти.

«Мернес».

Он с самого начала подозревал, что член «Чёрной лилии» — аристократ. Даже если виконт Мернес не главный кукловод, он как минимум связан с ними.

Значит, убив этих, Заксен знал, куда направится.

Во дворец, к виконту Мернесу.

Он так и сделал. Перебив всех, кто пытался напасть, он двинулся к дворцу.

Солнце уже перевалило за зенит, отбрасывая длинные тени.

Глядя на заходящее солнце, Заксен увидел нечто странное.

Человек бежал по крышам, с грохотом проламывая черепицу.

Знакомый. Впрочем, делать вид, что они знакомы, Заксен не стал.

***

Бой начала Дунбакел. По крайней мере, она была энергичнее Рагны, так что это было правильно. Она спустилась вниз и вышла через открытые ворота.

Рофорд как раз выводил часть войск за стены.

«Если они захватят плацдарм перед воротами — нам конец».

Разница в численности была очевидна. Значит, нужно удерживать позиции впереди.

Лучников и стрел мало, к обороне не готовы, так что придется затыкать бреши своими телами.

Конечно, всё это имело смысл, только если удастся остановить десятерых врагов в авангарде.

«Только бы продержаться».

Об уничтожении противника он и не мечтал.

И тут Рофорд увидел Дунбакел, вышедшую вперед.

Она оглядела десятерых противников и улыбнулась.

Улыбка казалась наивной. Словно у деревенской девчонки, только что приехавшей в столицу.

Конечно, она не была деревенской девчонкой, и в её улыбке не было ни капли наивности.

Она просто применила то, чему научилась у Энкрида.

Наёмничий стиль Вален: «Улыбка».

Она адаптировала под себя то, что Энкрид много раз использовал против неё.

В этом и заключалась удивительная сторона её таланта.

Она без колебаний усваивала и применяла чужие техники.

Рем колотил её, чтобы улучшить общие физические данные, а саму технику Дунбакел оттачивала самостоятельно.

И вот результат.

— Ты чё?

Не успел один из наёмников буркнуть это, а зверолюдка уже оттолкнулась от земли.

Стремительная, как леопард, она врезалась в ряды врагов.

Она оказалась перед ними так быстро, что солдат в авангарде замер, не в силах даже пальцем шевельнуть.

Кривой клинок обрушился на его голову.

Хрясь!

Разбив ему голову прерывистым ударом, она увидела, как солдат сбоку выставил копье.

В его движении не было силы, чистый рефлекс. Она увернулась, лишь качнув головой, прижала древко щекой к плечу, крутанулась и вырвала оружие.

— …А?

Солдат, лишившийся копья, издал глупый звук. Он не умер. Потому что Дунбакел просто бросила отнятое оружие на землю и рванула дальше.

— Остановите её!

Только тогда вражеский командир опомнился и заорал.

Двое воинов из переднего ряда бросились за ней. Они славились своей скоростью.

И всё же они едва поспевали за спиной Дунбакел.

— С дороги-хрр!

Наполовину обратившись в зверя, она неслась вперёд, и солдаты расступались.

Они не были сбродом, но и элитой их назвать было нельзя.

Армия виконта Мернеса была типичной сборной солянкой.

Толпа, едва-едва поддерживающая структуру командования.

Дунбакел, прорываясь сквозь них, прыгала по плечам и головам солдат, размахивая клинком.

Добравшись до цели, она принялась яростно колотить саблей. Не рубить. Просто прокрутила рукоять в ладони и с размаху ударила обухом.

Бам! Хрусть.

В качестве осадных орудий враг приготовил три мангонеля.

Основание одного из них с треском лопнуло.

Дунбакел знала, что их главное преимущество — крепостные стены. Сколько лет она бродила по континенту наёмницей?

Она собаку съела на таких битвах. Нужно убрать самую большую угрозу.

Сначала усыпить бдительность улыбкой, потом прорваться. Простой, но самый эффективный ход.

— Ты спятила?

Тут к ней вплотную приблизился противник.

Один из той десятки. Он нанес удар коротким копьем.

Быстрый и на ноги, и на руку. Дунбакел отбила наконечник саблей, с грохотом топнула левой ногой и развернулась. Словно собиралась броситься в атаку.

Противник, хотевший сблизиться, отскочил. Второй преследователь тоже замер, держась позади.

— Ну всё, тебе конец.

Сказала Дунбакел и метнулась в противоположную сторону. Внезапное и совершенно нелепое поведение.

Конечно, этому она тоже научилась у Энкрида.

Наёмничий стиль Вален: «Действие от противного».

Блеф словами и маневр, полностью ломающий ожидания врага.

Что она этим выиграла?

Возможность легче достигнуть цели.

Ей нужно было не драться с этими двумя, а ломать мангонели.

Двое наёмников, преследовавших её, на мгновение запутались в собственных ногах.

«Что это было?»

Зверолюдка, казавшаяся сильным бойцом, вдруг начала использовать всевозможные трюки.

По сравнению с Энкридом или Ремом обмануть этих двоих было проще простого, так что Дунбакел откровенно наслаждалась моментом.

Ей было даже весело.

Давно она не дралась с противниками слабее себя.

Пока Дунбакел устраивала этот хаос, враг тоже перешел в наступление.

— Убить всех!

Рявкнул обладатель однорогого шлема.

Его звали Йон, он был элитным воином с Востока.

Навстречу ему неторопливо зашагал блондин.

Несмотря на то, что армия виконта наступала под крики командира, он был абсолютно спокоен.

Стрелы начали падать с неба, но он шел так, будто его это вообще не касается.

Рагна, положив на плечо толстый длинный меч, произнес:

— Нападайте все разом. Мне лень.

— Ты.

Йон в однорогом шлеме не разозлился и не бросился вперед. Вместо этого он поднял своё любимое оружие. Глефу. Лезвие на конце сияло синим светом. Валерианская сталь.

Рагна посмотрел на неё с мыслью: «А что, если отобрать и переплавить?»

— Работаем вместе, — бросил Йон.

Некоторые из его отряда недовольно поморщились, но промолчали. Уж больно грозно выглядел этот парень.

— Время на нашей стороне. Мочим его медленно, — приказал Йон.

Они так и сделали. Один из наёмников со звоном раскрутил цепь над головой и метнул её вперед.

Острый грузик под действием центробежной силы полетел прямо в голову Рагны.

Дзень.

Рагна, чуть опустив меч, играючи отбил летящий снаряд.

Тяжелый кусок металла на конце цепи мог бы раздробить человеческий череп в крошево.

— Давай!

Битва, схватка, кровь, резня.

Йон обожал всё это. Поэтому он рванул вперед, чтобы насладиться зрелищем. На бегу он обрушил глефу вертикальным ударом.

Быстро и мощно, с характерным свистом.

Бам!

Противник отбил и это. Тут же сбоку ещё один воин виконта нанёс удар копьем.

Гибкое древко извивалось с гудением, траекторию удара невозможно было предугадать.

Меч Рагны отшвырнул глефу и тут же ударил по изгибающемуся копью.

Дзынь!

Копье отлетело в сторону.

Цепь, глефа, копье — он отбил три атаки, но последовала следующая.

Снова копье.

На этот раз не гибкое, а мощный прямой выпад. Другой боец. Тот, кто был полностью уверен в своей силе.

Рагна отбил его своим быстрым и тяжелым мечом.

ДЗЯНГ!

Раздался оглушительный звон металла.

После этого короткого обмена ударами Йон примерно оценил силу противника.

Монстр.

А Рагна…

Ему сказали защищать, вот он и защищал, но на самом деле энтузиазма у него не было, поэтому он дрался спустя рукава.

Причина отсутствия энтузиазма? Он даже не задумывался об этом.

Рутина.

Если бы он захотел, он мог бы убить их всех. Но пришлось бы рисковать. Возможно, даже получить пару царапин.

А надо ли? Нет. Потерявший цель гений ленился даже в драке.

Возможно, сказалось и то, что в последнее время он слишком сильно себя подгонял.

Он так активно двигался всё это время, что теперь ему просто не хотелось ничего делать.