Сколько же их сюда припёрлось? Сущий балаган. Взгляд Совомедведя метнулся к тому, кто заговорил последним.

— Энкрид?

Монстр снова увидел знакомое лицо и, сам того не осознавая, произнёс его имя.

Энкрид окинул взглядом собравшихся, задержался на человеке в шляпе с пером и только потом посмотрел прямо на него.

Их глаза встретились. В этот момент в голове Энкрида сложилось несколько фактов.

Противник его знает.

С высокой долей вероятности — он аристократ.

Он связан с «Чёрным Клинком».

Превращается в монстра.

И умеет это использовать.

Его карие глаза напоминали кое-кого.

В памяти всплыло имя. Тренированное тело, звериный запах, одержимость этикетом.

Потом его было всё сложнее увидеть.

Но разве он не был человеком графа Мольсена? Если так, значит, граф Мольсен и «Чёрный Клинок» в одной лодке?

Возникло несколько новых вопросов, но, поскольку личность противника была ясна, Энкрид произнёс:

— Виконт Вентра?

Он понял это с одного взгляда. Так подсказало ему его развитое шестое чувство.

И только тогда Вентру осенило, почему эти лица показались ему знакомыми. Это были те, с кем он столкнулся, когда они прибыли во дворец.

И как только он это осознал, тут же оттолкнулся от земли.

Он решил бежать. Потому что знал, на что способны эти люди — та самая «Рота безумцев».

Но побег не удался.

Вжух!

Как только он рванулся с места, над его головой просвистел диск.

Едва услышав звук, инстинкт взревел: прыгнешь вверх — умрёшь!

Это был невероятно быстрый бросок топора. Даже в теле монстра он чувствовал, что не сможет его отразить, поэтому уклонился.

Вместо того чтобы подпрыгнуть, Совомедведь пригнулся. Сжался в комок. Вместо побега он застыл на месте.

— Ладно, придётся рубить, — сказал подошедший сзади светловолосый мечник.

Тот самый, что с самого начала излучал безумную, зловещую ауру.

Не успел он договорить, как мгновенно сократил дистанцию.

Хрясь!

Его клинок, словно молния, обрушился сверху.

Превратившийся в монстра Вентра вздыбил перья на всём теле и скрестил руки над головой, чтобы блокировать удар.

ДЗЯНГ! ХРУСТЬ! СКР-Р-Р!

Клинок, казалось, был остановлен, но он всё равно рассёк ему предплечье до середины.

— К-гха-а-а-а!

Звериный и человеческий голоса смешались в одном крике, полном боли.

— А это тебе за моего товарища.

В этот момент тонкий клинок Эйсии, пришедшей с Энкридом, метнулся к его сердцу. До этого она стояла за спиной Энкрида — будто её и не было, — а потом вырвалась вперёд и нанесла колющий удар.

«Чёрт!»

Совомедведь напряг грудные мышцы и отпрыгнул назад, не дав пробить себе сердце.

Тонкий клинок со звуком «чвак» вошёл в плоть между перьями и тут же вышел.

За ним хлынула струя тёмно-красной крови.

Эта женщина была младшим рыцарем ордена.

Впрочем, проблема была не в этом. Здесь, помимо младшего рыцаря Эйсии, было ещё как минимум пятеро бойцов её уровня.

Даже если бы он из Совомедведя превратился бы в дедушку Совомедведя — это бы ничего не изменило. [1]

Бой, исход которого был решён в момент встречи. Найти его было проблемой, а убить — нет. То есть, всё должно было закончиться, как только взошла луна.

Если бы младший рыцарь, то есть орден, не вмешался, всё могло бы быть иначе. Но раз уж они здесь, такой исход был закономерен.

Неожиданностью было лишь то, что Кранг прислал своего телохранителя, а капитан стражи решил действовать сам. Впрочем, это означало, что хоть кто-то в этом городе беспокоится о безопасности, и это было неплохо.

У-у-у-у!

Вентра взвыл ещё несколько раз.

— Суки!

Он выкрикивал проклятия и пытался сопротивляться.

— Пощадите!

И в конце молил о пощадке.

Наблюдая за этим, капитан стражи Южных ворот в шляпе с пером мысленно упрекнул себя за то, что не смог сразу оценить их уровень.

«Они все — монстры».

Как ещё назвать тех, кто играючи расправляется с настоящим монстром?

Только теперь он понял, что слухи о Бордергарде были правдой.

А в столице до сих пор твердили, что это выдумки и преувеличения.

«Вот же брехуны».

Едва избежав смерти, капитан почувствовал непреодолимое желание разорвать пасти ублюдкам, которые несли эту чушь.

Совомедведь держался до последнего, но ему продырявили бедро, проломили череп, а под конец топор наполовину перерубил ему шею.

Хрясь!

Это была работа Рема. Из раны хлынула тёмно-красная кровь, и Вентра рухнул на землю.

Он упал лицом вниз.

Смертельная рана заставила кровь монстра отступить, и трансформация прервалась. Он снова принял человеческий облик.

Перья опали, тело содрогнулось в конвульсиях. Поток крови заметно уменьшился.

То, что он снова стал человеком, не отменяло факта: рана всё равно была смертельной.

— Кха…

Вентра, лёжа на земле, закашлялся кровью. Перед ним на корточки присел Энкрид.

— И как ты дошёл до такого? — спросил он.

Отвечать тот, конечно, не собирался.

Но, умирая, Вентра почувствовал прилив сожаления и с ненавистью проговорил:

— Это несправедливо.

Его ненависть была направлена не на Энкрида. А на того, кто сделал его таким.

Упиваться жаждой и наслаждением было побочным эффектом, а не тем, чего он хотел на самом деле. Став монстром, он потерял свою человечность, но перед смертью часть её вернулась. И поэтому было так обидно.

— Как ты превратился в монстра? — спросил Энкрид.

— Зелье… зелье… — прошептал умирающий Вентра.

Свет в его глазах медленно угасал. Он был на грани. Больше расспрашивать Энкрид не мог.

Вентра собрал последние силы. Не сказав этого, он не смог бы умереть спокойно.

— Я… не последний.

***

Граф Мольсен, выслушав доклад, кивнул.

— Его раскрыли и убили раньше, чем ожидалось, — сказал его подчинённый, стоя посреди кабинета.

Граф, откинувшись на спинку кресла, безучастно ответил:

— Ничего страшного. Он всё равно был разменной пешкой.

Снова дело рук этого Энкрида и его людей?

До чего же надоедливые твари.

Но слова о том, что это не страшно, были правдой.

— Как подготовка?

— Осталось меньше двух недель.

— Хорошо.

Была ночь полнолуния. Граф, пивший вино под ночным небом, поставил бокал.

— Увидимся через две недели, Ваше Величество.

Кто будет сидеть на троне — он или королева — станет ясно тогда.

***

У трупа Совомедведя, а точнее, виконта Вентры, капитан стражи в шляпе с пером отдал Энкриду воинское приветствие.

— Прошу прощения за прошлую грубость.

— Не стоит. Выполнять свою работу — это не грубость.

Защищать ворота было его долгом.

— Благодарю вас за помощь, — сказал он.

Энкрид не придал этому значения. Кто-то должен был это сделать.

Больше его беспокоили последние слова виконта Вентры.

— А тебе можно было отлучаться? — спросил Энкрид, повернувшись к Мэтью.

Он не знал, что происходит во дворце, но понимал, что ситуация там крайне напряжённая. И телохранитель Кранга разгуливает по городу?

— Без народа нет страны. Без подданных нет и короля, — ответил Мэтью.

Энкрид понял. Это были слова Кранга.

Если он станет королём, игнорируя то, что «Лунный зверь» убивает людей, это не будет иметь для него никакого смысла.

И это ему очень понравилось.

Кранг был из тех, кому хотелось помогать.

— В любом случае, кажется, мы неплохо справились, — сказал Энкрид.

Рем же, заявив, что «обломали веселье», предложил устроить спарринг.

Рагна вытирал с меча кровь и жир.

Дунбакел подняла свои кривые сабли и кивнула.

— Хороши.

Он просто отдал ей то, что забрал у убийцы, а она, похоже, была довольна.

— Был ещё кто-то с таким звериным запахом? — спросил Энкрид.

Дунбакел покачала головой.

— Похожего запаха не чувствовала.

Тогда что значило «я не последний»? И если есть ещё — неужели стали бы они сидеть так тихо?

Может, «Лунный зверь» был не один?

Нет, этот был опьянён кровью монстра. Поддался инстинктам и искал наслаждения в убийстве. Это было ясно и без слов капитана стражи, из одних только слухов.

Энкрид сначала подумал, что Вентра просто нёс бред перед смертью, но в тот момент тот был абсолютно серьёзен. Только глупец мог бы этого не понять.

Тогда что это значит? Кто и где ещё?

Не в столице.

Кто? И где?

Недолго поразмыслив, он вслух сформулировал:

— Химер создаёт граф Мольсен.

Одной-единственной фразой Энкрид подвёл итог.

— Эй, об этом нужно немедленно доложить во дворец, — сказала Эйсия и ушла. Ночь или нет, это было срочное дело.

— Эм…

Перед тем как уйти, к ним подошёл Мэтью. В итоге посмотреть, как он владеет кнутом, так и не довелось. Совомедведя прикончили Рем, Рагна, Дунбакел и Эйсия.

— Хочешь что-то сказать?

Мэтью несколько раз открывал и закрывал рот, а потом, словно решился, стиснул зубы и заговорил:

— Помогите моему господину.

— Хорошо.

— Хотя бы один раз… когда нависнет опасность…

— Ага.

— …А?

— Я сказал, помогу.

Неужели он думал, что Энкрид торчит здесь и не едет домой просто так?

Он был здесь, чтобы увидеть, что задумал Кранг, встать рядом с ним и обнажить меч.

Он станет королём, в котором нуждается Науриллия.

К тому же, прислав сюда своего телохранителя, он подкрепил свои слова делом.

Он сказал, что будет служить стране, людям, народу.

Сказал, что станет именно таким королём.

И первым назвал его другом.

Такому человеку, даже если и не станешь его рыцарем, стоит помочь взмахнуть мечом.

Энкрид уже всё решил, поэтому ответ был мгновенным.

Именно поэтому Мэтью и был так удивлён.

«Он не из тех, кто остановится рядом со мной. Поэтому я не буду просить о помощи».

Это были слова самого Кранга.

Он сказал, что справится со всем сам. Это была авантюра, но без авантюры не победить.

— Что ж…

Мэтью тоже развернулся и ушёл.

Когда ночь сменилась утром, до особняка Эндрю дошли новости.

И это были не новости о ночном происшествии.

История о смерти виконта Вентры была замята. Все молчали.

История о поимке «Лунного зверя» тоже была похоронена.

Новость была о церемонии присвоения титула великого герцога.

Это был сигнал, который подал Кранг.

Из-за этого Эйсия больше не появлялась.

Проведя с ней несколько дней, все привыкли к ней, и теперь её отсутствие ощущалось.

— Что, та младшая рыцарша больше не придёт? — даже Рем её искал.

— Скоро церемония, она, наверное, занята, — ответил Энкрид, весь в поту.

Ему тоже было жаль.

«Ещё бы раз сто, нет, двести с ней поспарринговаться».

Тогда бы он точно смог одолеть её «Нацеливание острия».

Хотя, чтобы победить её с подавляющим преимуществом, потребовалось бы гораздо больше времени.

Было жаль.

Это был противник, с которым хотелось сражаться снова и снова.

— Раз уж так чешется, придётся побить командира. Выходи давай.

Облизнувшись, Рем почесал именно там, где зудело. Энкрид чувствовал то же самое.

***

Ситуация во дворце менялась с каждым днём. Всё шло по плану Кранга.

И он подбрасывал в этот костёр всё новые поленья.

— И вы так и будете сидеть сложа руки? Великий герцог, говорите?!

— Она себе могилу роет…

Вся аристократия была на ушах.

В королевстве, где высшим титулом был маркиз, королева объявила, что дарует Крангу титул великого герцога.

— А куда подевался виконт Вентра? — спросил виконт Мернес.

Именно он сейчас был тем, кто сумел объединить все дворцовые фракции.

Разрозненные группировки объединились по одной причине — из-за появления Кранга.

Заручившись поддержкой Маркуса Вайсара и нескольких аристократов, он тут же, прикрываясь королевой, замахнулся на титул великого герцога.

Всё, что он делал, от предложений по реформе, направленной на укрепление королевской власти, до всего остального, было угрозой для аристократии.

Просто сидеть и смотреть было нельзя.

Было ясно, что его нужно убрать. Он угрожал сразу всем дворянам.

Хоть за ним и стояла королева, но по правилам, сначала убирают того, кто громче всех кричит.

«Решил, что раз за ним королева, можно наглеть?»

Виконт Мернес решил, что действия Кранга — это воля королевы.

«Зачем вы это сделали, Ваше Величество?»

Это приведёт к катастрофе.

Естественно. Фракции собрались, объединились. Если не направить эту силу вовне, она взорвётся изнутри.

Королева сама себе вырыла могилу.

Церемония пожалования титула была назначена через неделю.

Виконт Мернес привёл в действие Альянс Убийц.

Использовал силы, что стояли за его спиной.

Оставшиеся силы банды «Чёрного Клинка» вошли во дворец.

Он задействовал свою фракцию в Королевской Гвардии.

И сообщил о готовящемся перевороте тем, кто перешёл на его сторону из рыцарского ордена.

«Вот что такое преданность».

Исход уже предрешён. Гражданская война лишь ослабит страну.

Значит, нужно было подавить всё в зародыше.

Если королева решила использовать внезапно появившегося братца как щит…

«То этот братец умрёт».

И тогда королева больше не будет заниматься подобным. Станет марионеткой на троне.

А после этого можно будет впустить настоящего короля.

«На этом моя работа будет окончена», — тихо пробормотал виконт.

Всё решится накануне церемонии.

---

Примечание:

[1] В корейском используется слово 할아버지 - ха-ра-бо-джи - дедушка.

В RPG-терминологии это перекликается с "Elder / Ancient" версиями монстров — Ancient Dragon, Elder Owlbear. Т.е. более мощная версия монстра. Автор пошутил: вместо слова "Древний" использовал "дедушка".