Шестеро аристократов не проронили ни слова. Они вели себя так, словно Кранга и Энкрида в зале не существовало.

— Жди смирно. Не открывай рта, пока тебя не спросят. Не поднимай головы и не встречайся взглядом. Отвечай на вопросы искренне. Когда Её Величество позовёт, выйдешь вперёд, опустишься на одно колено и ответишь.

Пока они ждали, к нему подошёл виконт Вентра и начал инструктаж. Энкрид, стараясь не выдать своего отвращения к запаху, кивнул. Такой слабый звериный дух мог уловить только зверолюд или тот, кто, как и он, тренировал своё восприятие.

Судя по тому, что из всех присутствующих суетился только виконт Вентра, ему, похоже, доставалась вся грязная работа и роль мальчика на побегушках.

Внезапно обеспокоенный этим, Энкрид спросил:

— Вас тут что, травят?

Может, другие аристократы намеренно сваливают на него самые неприятные поручения? Если так, то, может, стоит посоветовать ему метод Заксена — помахать перед ними морковкой?

Но виконт Вентра даже глазом не моргнул. Невероятная выдержка. Ни капли волнения.

«А у графа Мольсена, похоже, есть чутьё на людей».

Под широкими рукавами виднелись тренированные мышцы. Руки человека, который немало поработал мечом. Да и ладони, которые он показал, когда жестикулировал, говорили о том же. Они были похожи на ладони самого Энкрида. Руки мечника, покрытые мозолями и шрамами.

— Держи язык за зубами, — предупредил его виконт.

Энкрид лишь пожал плечами.

Этот короткий диалог, видимо, показался забавным, потому что двое аристократов всё же повернули головы в их сторону. Впрочем, заговаривать с ними никто не стал.

Спустя какое-то время аристократы начали перешёптываться. Они прикрывали рты ладонями и шептали друг другу на ухо. Они, вероятно, думали, что их не услышат, но только не Энкрид с его обострённым восприятием. Сосредоточившись, он разобрал их разговор.

— Выглядит как дешёвка.

— Говорят, по силе он не уступает младшему рыцарю.

— Этот бастард что, притащил его, чтобы порекомендовать в рыцарский орден? В благодарность за то, что довёл его живым?

— Посмотри на него, сразу видно — дружок такого выскочки.

— С такой рожей только под юбками у благородных дам прятаться.

Если бы это услышал Рем, он бы тут же расколол им головы топором. Он на дух не переносил таких вот заносчивых аристократишек.

Энкриду же было всё равно. Разве он впервые слышал о себе подобное? Собака лает — ветер носит.

Пропустив оскорбления мимо ушей, Энкрид взглянул на Кранга. Тот стоял с невозмутимым видом. Осанка была безупречной, но выражение лица такое, словно он стоял, привалившись к стене и скрестив руки на груди в ожидании скучного представления.

Королева появилась вскоре.

— Её Величество Королева!

Разумеется, она была не одна. Её сопровождала Королевская Гвардия, которая тут же заняла посты у главного входа и у задней двери, через которую вошла королева.

«Наконечники их копий были выкрашены в золотой цвет — это у них такой вкус?» — мелькнула у Энкрида шальная мысль.

Конечно, нет. Это было сделано для демонстрации статуса. Королевская Гвардия выполняла и церемониальные функции, поэтому их доспехи и оружие были украшены золотом. Спору нет, золотые шлемы и золотые копья на параде смотрелись бы впечатляюще.

Это праздное любопытство быстро угасло. Какая ему разница.

— Так это ты? — войдя, королева первым делом обратилась к Энкриду.

Она была больше похожа не на правительницу страны, а просто на добродушную, улыбчивую женщину. Энкрид вспомнил пожилую хозяйку таверны из своего детства, которая заботилась о нём. Одна — правительница страны. Другая — простая трактирщица. Между ними была пропасть в статусе, и внешне они были совсем не похожи, но Энкрид подсознательно уловил в них нечто общее.

— Склони голову, — укоризненно прошипел сбоку виконт Вентра.

Нужно ли?

— Оставь, — остановила его королева. Она мгновение смотрела на лицо Энкрида, а затем сказала: — На тебя приятно смотреть.

Это прозвучало не как женский интерес, а как искренняя похвала внешности.

Энкриду нечего было ответить. Не скажешь же королеве: «А вы, Ваше Величество, довольно упитанная». Хотя она и вправду не была худой или хрупкой. Приятной полноты, с тиарой вместо короны на голове.

Рядом с ней стояло знакомое лицо, точнее, знакомая фрогг.

Ку-рук.

Фрогг надула щёки. Наверное, это была улыбка. Энкрид поздоровался с ней взглядом.

Руагарне. Та самая, что была с ним, когда он нашёл меч Классического стиля, та, что помогала ему его освоить, и та, что приходила в ярость при одном упоминании о культистах.

— Он что, не знает элементарных правил приличия? — снова вставил слово один из аристократов.

Уже по одной этой фразе можно было понять, что авторитет королевы был ниже плинтуса. Раз королева позволила, а какой-то аристократишка смеет возражать… Энкрид это заметил, но пропустил мимо ушей.

— Вы ведь собрались здесь, чтобы убедиться, что перед вами действительно человек королевской крови? Назови своё имя, — королева, словно и не слышала слов аристократа, перевела взгляд на Кранга.

Энкрид даже не успел опуститься на одно колено. Она так естественно сменила тему, перейдя к главному. Разумеется, выскочка-аристократ больше не мог придираться к Энкриду.

Энкрид выпал из центра внимания. Кранг шагнул вперёд.

Аристократ, только что сверливший взглядом Энкрида, теперь уставился на Кранга.

«Бесхребетный ублюдок. Раз уж решил показать свою враждебность, так держись до конца».

Думая об этом, Энкрид наблюдал за вышедшим вперёд Крангом.

Его шаг… Он не был ни быстрым, ни медленным. Он был уверенным. Весь процесс — от шага до того, как он поднял голову и встретился взглядом с королевой — был полон достоинства. И в этот момент Энкриду показалось, что хотя Кранг и стоял ниже трона, их взгляды были на одном уровне. Столько величия, силы и уверенности было в нём.

Его одежда была покрыта дорожной пылью, волосы спутаны и давно не мыты, но всё это не имело значения.

У него было достоинство и величие.

— Кдианат Рангдиас Наурил, прибыл, — произнёс Кранг. Его голос эхом разнёсся по залу, отражаясь от стен и, казалось, заставляя вибрировать само тело.

— Подойди.

По знаку королевы вперёд вышла пожилая женщина в просторном одеянии. Она взяла у Кранга кулон и приложила к тому, что был у неё в руках.

— Совпадают.

Затем последовал ритуал подтверждения крови с помощью какого-то заклинания. Энкрид просто наблюдал.

— Верно. Ты — моя плоть и кровь. Именем Королевы я признаю тебя. Если у кого-то есть возражения, говорите сейчас.

Никто из аристократов не возразил. Но их глаза говорили красноречивее слов.

«Да кто ж не знает, что он королевской крови».

«Всё потому, что покойный Король так и не избавился от своих дурных привычек».

Они и так всё знали. Какой смысл оспаривать личность Кранга, если на него уже насылают убийц? Тем более, что был предъявлен королевский герб, и маг провёл проверку.

Всё это было похоже на заранее отрепетированный спектакль.

После этого королева сослалась на неотложные дела и удалилась. Аристократы тоже быстро разошлись.

Так получилось, что последними из тронного зала вышли Кранг и Энкрид. Аристократы проигнорировали их, словно те были пустым местом. Даже не удостоили взглядом. Тот, кто возмущался манерами, тоже больше не открывал рта.

Выйдя из зала, Энкрид заговорил. Это было не его дело, но атмосфера казалась странной.

— Всем как будто на тебя наплевать, — сказал он.

Появился новый претендент на престол, который держался с большим достоинством, но почему аристократам до него нет никакого дела?

— Потому что здесь собрались только те, кто хочет моей смерти. Тех, кто меня признаёт, здесь нет.

Энкрид понял скрытый смысл слов Кранга и уточнил:

— Типа, зачем разговаривать с покойником?

— Практичные люди, — хихикнул Кранг.

Разве нормально так смеяться, когда речь идёт о твоей жизни? Величие исчезло, на лице осталась лишь озорная ухмылка.

Энкрид с беспокойством сказал:

— Не общайся слишком много с Ремом.

— Повторяю, на мой взгляд, самый безумный среди всех — ты.

— Я серьёзно. Старайся держаться от него подальше.

Заразился. Точно заразился.

Когда они вышли из тронного зала…

— Энки.

Фрогг, Руагарне, окликнула его.

— Давно не виделись.

С этими словами фрогг нанесла удар ребром ладони сверху вниз. Энкрид поднял руку, блокируя удар, и тут же проанализировал её движение.

«Обманка».

Удар рукой был лишь отвлекающим манёвром. Главным было движение ног. Нога фрогга скользнула по ковру, сокращая дистанцию. Уловка, чтобы занять выгодную позицию.

«Пленяющий клинок» сработал инстинктивно.

Её скользкая, как у змеи, рука заметалась, нанося удары и тычки. Энкрид заблокировал их все. С её скользкой кожей было легко уводить удары в сторону.

Это была игра на опережение, без капли враждебности, просто ради удовольствия.

Двое стражников, охранявших вход, с блеском в глазах наблюдали за ними. Уровень их поединка был невероятно высок.

— Теперь, если мы сразимся, я проиграю. Ты сильно вырос, — с восхищением сказала Руагарне, убирая руку и надувая щёки.

И это была чистая правда.

«Да уж, раз он так вырос, то, напади те ублюдки-культисты сейчас, он бы точно смог размозжить им головы».

От этой мысли настроение у неё поднялось ещё больше, и она курлыкнула ещё дважды.

— И это подобающее поведение перед принцем? — спросил Энкрид.

— С фроггов этикет не спрашивают.

— Согласен, — добавил Кранг и спросил у Энкрида: — Вы знакомы?

— Эта фрогг приезжала в Бордергард.

Не успел Энкрид ответить, как фрогг надула щёки.

— Наши отношения можно описать так просто?

— А как ещё?

— Я учила тебя мечу, мы сражались вместе. Ещё мы исследовали подземелье, где чуть не остались навечно.

— Долгая история, — вовремя вставил Кранг.

— Да, пожалуй. Кстати, а где все? — Энкрид кивнул и огляделся.

Никого из его отряда не было видно.

Неужели появился какой-нибудь рыцарь и всех их повязал?

Хотя вряд ли они бы позволили себя так тихо увести. И вряд ли бы они пошли отдыхать в незнакомом дворце.

Пока Энкрид размышлял, взгляды двух гвардейцев, наблюдавших за ними, стали ещё более озадаченными.

Почему этот Энкрид так просто говорит с принцем, но так уважительно — с фроггом? И почему никто не видит в этом ничего странного?

— Я знал, что вы когда-нибудь появитесь здесь, Командир.

Голос раздался неожиданно. Энкрид повернулся на звук.

— Хм?

Это было действительно неожиданно. Он не думал, что встретит здесь кого-то знакомого, кроме Маркуса и Руагарне. А если и встретит, то вряд ли это будет приятная встреча.

— Ты…

— Как невежливо — «тыкать» аристократу, — с улыбкой ответил знакомый.

— А перед тобой стоит принц, — вклинился Кранг.

— Да, Ваше Высочество, приветствую вас, — ответил тот.

— И я тебя.

Весь этот обмен репликами занял пару секунд.

— Давайте сменим место. Я пригласил всех в свой особняк, — сказал знакомый.

— Эндрю.

Энкрид назвал его имя.

— Баронет Эндрю Гарднер.

— А я принц.

— Ваше Высочество, вы всегда были таким шутником? — Эндрю моргнул.

Энкриду показалось, что Кранг и Эндрю знакомы. Так и было.

Эндрю мечтал возродить свой род, и ради этого, вместо того чтобы примкнуть к существующим фракциям, поставил всё на «тёмную лошадку». На Кранга.

После того, как Эндрю покинул отряд Энкрида, он тоже пережил немало приключений. Теперь его звали баронет Эндрю Гарднер, и у него даже был собственный особняк в столице.

— Удивлён, — ровным тоном произнёс Энкрид.

— По вашему лицу не скажешь.

— Я действительно удивлён.

— Тогда, может, отправишься в особняк баронета Гарднера? — спросила Руагарне, слушавшая их разговор.

Эндрю вмешался, прежде чем Энкрид успел ответить:

— Конечно. Это будет лучше, чем ночевать в таверне.

Причин отказываться не было.

— Тогда увидимся позже. У меня тоже много дел, — сказала Руагарне и помахала своей круглой ладонью на прощание. Человеческий жест.

Энкрид помахал ей в ответ.

— Остальное обсудим по дороге. А как же господин Кранг?

— Я должен остаться во дворце. Через несколько дней будет приём в честь моего возвращения, нужно многое подготовить.

Приём… не самое любимое занятие Энкрида.

Кранг, не дожидаясь ответа, удалился.

Энкрид пристально посмотрел на Эндрю и заметил, как тот возмужал. Щетина стала гуще, а под правым глазом появился шрам. Похоже, нянька ему больше не нужна — он был один. Впрочем, Эндрю тоже был без оружия, как и Энкрид, которому пришлось сдать его при входе во дворец.

— А Мак?

— В особняке.

Возможно, он сменил роль няньки на роль дворецкого.

— Что ж, пойдём.

***

Эндрю изложил свою историю кратко и ёмко:

— Я вернул себе дворянский титул, выполнив несколько заданий на грани жизни и смерти, но с тех пор на меня так давят, что мои приключения продолжаются до сих пор.

В подробности можно было не вдаваться.

Собрал ли он достаточно крон, или нет, но у него был приличный дом в столице. Пусть и без сада, но всё же.

Трёхэтажное здание. На первом этаже — приёмная и столовая, на втором и третьем — комнаты, которых было больше десяти. Дом был большой и просторный.

Войдя внутрь, они увидели Рема и остальных.

— Ого, Эндрю, а ты, паршивец, выбился в люди, — Рем жевал печенье посреди гостиной.

Столица была центром торговли. Естественно, кулинария здесь процветала. Особенно десерты.

Рем жевал печенье и одобрительно кивал.

— А Рем совсем не изменился, — заметил Эндрю, стоя позади.

Эстер дремала, свернувшись на шерстяном коврике. Остальные просто сидели в гостиной.

У окна стоял Рагна. За окном несколько человек с палками в руках отрабатывали удары.

— Твои солдаты? — спросил Энкрид.

— В столице запрещено иметь частную армию.

— Тогда кто это?

— Мои ученики, я обучаю их фехтованию.

— Кто?

— Я.

— Ты? — спросил и Рем, перестав жевать.

— Чему ты их учишь? — повернув голову, спросил Рагна.

Заксен ничего не сказал, но молча уставился на Эндрю.

— Вы удивитесь, когда увидите, насколько я стал сильнее.

Энкрид кивнул. Он стал сильнее. Конечно, стал. Он всегда считал, что у Эндрю есть талант.

— Наверное, стал.

В голосе Энкрида не было ни капли энтузиазма.

Услышав это, губы Эндрю скривились в улыбке. Глаза не смеялись, только уголки рта поползли вверх. Энкрид совершил великие подвиги, но и он, Эндрю, прошёл через немалые трудности.

— Может, спарринг? — предложил Эндрю.

Энкрид снова кивнул.

За сегодня произошло многое: он встретил Эндрю, тот пригласил его к себе, он побывал у королевы. Но ничто не радовало его так, как это предложение.

— Ты не заплачешь перед своими учениками, когда я тебя отделаю? — Энкрид поддел своего товарища, которого давно не видел.

В ответ Эндрю отчаянно бросил вызов:

— Твою мать, нападай!