— Когда выступаем? — спросил Энкрид.

— Спешки нет, — ответил Крайс.

«Это займёт как минимум полмесяца, верно?» — подумал он. Серые гули обитали в тех землях уже давно. Ничего страшного не случится, если оставить их в покое ещё на месяц-другой.

— Понял.

— Сколько солдат вы считаете нужным взять?

Крайс рассчитывал как минимум на две роты. Масштаб задачи требовал этого.

Энкрид, немного подумав, ответил:

— Одну отдельную роту.

— …Отдельную роту?

В данный момент в Бордергарде была лишь одна отдельная рота. «Рота безумцев».

«Он что, совсем с ума сошёл?» — это была не шутка, а искренний ужас Крайса.

Низкий уровень опасности предполагался лишь потому, что у них было время на тщательную подготовку. Теперь, когда угроза со стороны Азпена миновала, это стало возможным. Раньше они просто не могли позволить себе отвести столько войск с фронта. Конечно, свою роль сыграло и появление таких нестандартных боевых единиц, как Энкрид, но главной причиной было то, что у них наконец-то появились свободные силы.

Весь шок и смятение Крайса вылились в одно слово:

— А?

«А чему тут удивляться?» — Энкрид уже имел дело с колониями гноллов и кентавров. Если нет нужды защищать город или деревню, то… то справиться с колонией монстров на удивление просто. Таков был вывод, сделанный на основе накопленного опыта.

«Убей главаря — и конец».

Принцип простой. И верный. Даже учёные мужи, ломавшие головы над этой проблемой, сходились во мнении, что лучший способ зачистить Земли Серых гулей — это ликвидировать их вожака.

Что для этого нужно? Силы, сопоставимые с рыцарским орденом. А ещё лучше — сам рыцарь. Это был бы идеальный вариант.

Но сейчас это место не представляло критической угрозы, оно просто создавало неудобства. Политика королевского двора была такова: «разберёмся, когда появятся свободные ресурсы». Так что рыцарский орден сюда бы не прислали.

Двор мог позволить себе игнорировать эту проблему, но Крайс — нет. Ситуация изменилась. Крюк, который приходилось делать торговым караванам, — это убытки. Большие убытки. Огромные. Для Бордергарда это была проблема, которую необходимо было решить. Ради будущего нужно было развивать торговые пути, и у Крайса уже была наготове целая стратегия.

«Кроны утекают».

Это прописная истина: чем длиннее путь, тем больше расходов. Поэтому проблему нужно было решать. К тому же это дело ещё выше поднимет авторитет Энкрида, ведь оно совпало с поручением от королевского двора. А значит, операция должна быть успешной и проведена максимально чисто.

— Ты серьёзно?

— Серьёзно.

— Почему?

— Потому что этого достаточно.

— Ты на спарринге головой не ударился?

— Кстати, почему ты всё время говоришь мне «ты»?

— Я просто очень удивлён. Очень, — быстро нашёлся Крайс.

«И когда этот псих вообще станет нормальным?» — подумал Крайс.

Энкрид, прочитав этот непочтительный взгляд, стукнул его по голове.

— Больно, командир.

— Мог бы и расколоть.

И это не было пустой угрозой. Крайс стерпел боль.

«Рота безумцев» идёт одна.

«А, ну… справятся, наверное?»

В конце концов, идёт сам Энкрид. Это решение командира. И Крайс примерно понимал его логику. Если вести большую армию, будут потери. Будут раненые и убитые. Это неизбежно.

Может, поэтому? Нет, не только. В глазах Энкрида уже горел знакомый огонёк. Ему просто до смерти хотелось подраться. Крайс был в этом странным образом уверен.

— Так, говоришь, и от двора пришёл приказ? — спросил Энкрид.

— Было на грани, но да. Пришёл, — ответил Крайс.

Королевский двор был просто удобным предлогом, но тут действительно пришло официальное поручение. И письмо вместе с ним.

[Желаю побед.]

Всего два слова. От бывшего коменданта, Маркуса.

— Видимо, занят, — Энкрид не стал утруждать себя ответом.

На этом всё и закончилось. Каждый проверил своё снаряжение, получил припасы, а Крайс, в свою очередь, обеспечил их всем необходимым. На сборы ушло всего два дня. Если бы отправляли целую роту, на это ушла бы как минимум неделя, но всё прошло быстро. Крайсу казалось, что это неправильно, но странным образом дурных предчувствий у него не было.

К тому же, в поход отправились не все.

— Мне обязательно идти? — спросил Рагна с потухшим взглядом во время сборов. Он всё больше становился похож на старого пса.

— Если устал даже спать, просто сдохни, — одарил его своим «благословением» Рем.

— Если захочешь умереть, нападай в любой момент. Можешь даже когда сплю. Всё равно не получится, — вежливо отклонил «благословение» Рагна.

— Тебе этот хмырь точно нужен? — спросил Рем у Энкрида.

Энкрид на миг задумался. Главное, чтобы тактика «удара малой элитной группой» сработала. А самая важная задача Рагны в этом бою — не заблудиться.

— Отдыхай, — разрешил Энкрид.

А что, если уровень Серых гулей таков, что придётся вызывать рыцаря?

«Это тоже будет весело».

Энкрид всегда жаждал новых вызовов. Эта миссия была для него как долгожданный дождь в засуху. Опасность и последствия его не волновали.

Об этом волновался Крайс. Он собрал и проанализировал всю доступную информацию, оценил ценность заброшенного леса Серых гулей и пришёл к выводу, что лидер их колонии не так уж и опасен.

«Гуль, обретший разум и возглавивший колонию».

Этот тип был живым опровержением поговорки «мозги, как у гуля». Умный гуль. И он прячется в лесу? Почему? Еды в избытке? Подавил в себе звериную агрессию?

«Бред какой-то».

Он обрёл разум и понял, что в открытом бою проиграет. Поэтому он занял выгодную позицию и затаился. Крайс был уверен, что такова истинная суть Серых гулей.

«Ну, если что-то пойдёт не так, они выберутся».

Он видел, как Энкрид выбрался из ловушки, полагаясь лишь на своё чутьё. Доверие к нему было естественным.

И вот, два дня спустя, в день выступления, к ним присоединилась Синар.

— Вы же заняты?

— Я эльфийка.

Что означало: «Я не могу спокойно смотреть, как монстры оскверняют лес». Эльфы любят лес. Растения не показывают бурных эмоций, но они полны жизненной силы. Эта сила питала эльфов. Лесная прогулка могла исцелить даже смертельные раны. Конечно, при условии, что лес здоров и густ.

— Именем эльфов я не прощу их, — произнесла она с бесстрастным лицом.

На клятву защитницы леса это было не очень похоже, но как элитный боец она была более чем полезна.

— Тогда вперёд.

Они ехали на повозке целый день, затем выбрали место для лагеря, выложили камнями очаг, поставили котёл и приготовили спальные места. Отряд сопровождения охранял лагерь, разжигал костры и нёс ночную стражу. По пути они встретили трёх гулей.

— Я сам! — вызвался один из солдат, пришедших из Зелёной Жемчужины, и его отряд вступил в бой.

Говорили, что с приходом весны популяция гулей выросла, и теперь их можно было встретить даже на тракте. Торговцам стало ещё опаснее путешествовать.

— Ха! — раздались боевые кличи.

Солдаты без единой царапины уложили всех троих. Первым двум отрубили головы, а третьему подрезали ноги и с расстояния разбили череп камнем. Третий гуль был проворнее двух других. Не все монстры одинаковы, существуют и индивидуальные различия. Тактика отряда, учитывающая это, впечатляла. Двое самых сильных солдат отвлекали проворного гуля, атакуя его копьями, пока остальные разбирались с другими. Короткие копья и щиты оказались эффективны.

Энкрид оценил боеспособность отряда как неплохую.

«Если ещё подтянуть базу…»

Правда, под «базой» он подразумевал бег по краю реки Смерти. Буквально — бег по равнинам Зелёной Жемчужины, но с таким ощущением. Вряд ли это была бы хорошая новость для солдат.

Переночевав, они ещё несколько дней добирались до цели в обход и наконец приблизились к Земле Серых гулей. Отряд сопровождения показал себя отлично.

— Что ж, мы возвращаемся, — отдал честь командир отряда.

Энкрид кивнул. Отпустив солдат, он осмотрелся. Они разбили лагерь на поляне перед лесом, от которого веяло зловещим холодом.

— Войдём завтра утром.

Сражаться с монстрами ночью — глупость.

— Согласен, — ответил Рем.

Какой бы ты ни был самоуверенный, зачем рисковать без надобности? Ради того, чтобы не ночевать в лагере? Энкрид так не поступал.

На следующий день, едва взошло солнце, Энкрид, Рем, Аудин, Дунбакел, Тереза и Синар вошли в Земли гулей.

***

Низко стелющийся туман ограничивал видимость, а серые деревья сужали её ещё больше. Из-за них доносился кисло-трупный смрад, а вместе с туманом тянуло промозглой сыростью.

— Тут от одного воздуха заболеть можно, — сказал Рем, с хрустом наступая на серые опавшие листья.

И он был прав. Вдыхаемый воздух через горло попадал в лёгкие. В процессе его обострённое «Искусство восприятия» уловило в воздухе какую-то муть. Долго пробудешь здесь — и тело напитается ядом.

«Разумный гуль, да?»

Должна быть причина, почему он выбрал это место своей базой. Или он превратил его в такое уже после того, как обосновался. Разумеется, они знали об этом заранее. Не могли же они отправиться без малейшей информации. Но яд в воздухе был гуще, чем они ожидали. Слабый человек подхватил бы здесь чахотку за пару дней.

Конечно, ни Энкриду, ни его товарищам с их запредельным здоровьем даже месяц, проведённый в этом лесу, не грозил ничем, кроме лёгкого дискомфорта. Их выносливость и сила давно вышли за пределы человеческих.

— Гр-о-о-о-о-а-а!

Не успели они сделать и пары вдохов, как из тумана выскочили гули. По звуку Энкрид определил, что их шестеро. Они яростно отталкивались от земли, несясь между деревьями. Энкрид был впереди и, естественно, шагнул им навстречу.

Щёлк.

Большим пальцем левой руки он отстегнул застёжку, фиксировавшую меч в ножнах. Затем правой рукой взялся за рукоять и ещё шире открыл свои чувства.

Плоские ноздри, похожие на две дыры, тёмно-серая кожа, развитые мышцы ног, длинные руки. Загнутые когти на их концах, казалось, могли вырвать приличный кусок плоти. Чёрные глаза без зрачков чертили в сером лесу чёрные линии.

Он видел всё это, слышал звук их приближения и на уровне шестого чувства рассчитывал скорость несущихся на него гулей.

Ни быстрый, ни плавный, ни тяжёлый меч здесь были не нужны. Энкрид верил, что серебряного клинка в его руке будет достаточно. К тому же, он пришёл сюда за королём Серых гулей, так что нужно было экономить силы.

Оптимальное движение, минимальная траектория — для этого нужно было ускорение мысли. «Быстрота мышления», то есть скорость, с которой он думал, вывела его Классический стиль на новый уровень.

Нет, не просто вывела. Сверхъестественный инстинкт Рема точно определил, чего не хватает Энкриду, и помог развить это в спаррингах. Энкрид и сам прекрасно знал свои слабости.

«Сила растёт тогда, когда ты осознаёшь свои недостатки», — сказал ему как-то один наёмник в городе. Он не был инструктором по фехтованию, но дал много дельных советов по реальному бою.

Энкрид собирал такие обрывки боевой и жизненной мудрости и проверял их на собственном теле, превращая в опыт. Так было всегда. Так было и в этот раз. После опыта с мечом рыцаря и спаррингов с Ремом и остальными он сосредоточился на восполнении своих недостатков.

Пришло время показать результат.

Трое слева, двое справа, один оттолкнулся от земли и прыгнул сверху.

Хрусть-хрусть!

Послышался треск тонких веток, которые ломали гули, и в тот миг, когда их когти и серые тела заполнили всё поле зрения, руки и ноги Энкрида пришли в движение.

Как всегда, всё началось с ног.

Левая нога стала осью, правая рука выхватила меч. Первой целью был тот, что прыгнул сверху.

Он наметил точки. А затем плавно соединил их все в одну линию.

Хрясь! Чвяк! Вжик! Щёлк! Хрясь!

Он рассёк пополам того, кто прыгнул сверху, затем вложил всю силу в левую руку, перехватив меч, а правую с силой выбросил влево. На возврате правой руки он взмахнул клинком влево от себя. На лезвие попались две головы гулей, и они были рассечены по диагонали. У первого — от правого глаза до затылка, у второго — снесло полчерепа. Чёрная кровь и мозги разлетелись по воздуху. За это мгновение Энкрид сменил опорную ногу на правую, слегка развернул корпус, выхватил правой рукой гладиус, дважды ударил им вправо и, провернув запястье, плашмя ударил последнего гуля по голове.

Сложная последовательность движений, но всё было выполнено на одном дыхании. Словно отрепетированное, отточенное до автоматизма бесконечными повторениями, точное и непрерывное действие.

«Спарринги очень помогли».

Самое важное в оттачивании Классического стиля — это опыт. А опыта ему было не занимать. К нему он добавил спарринги и упорный труд. И вот результат.

Энкрид продемонстрировал здесь свою четвёртую технику меча.

Первой был «Змеиный клинок».

Второй — «Молниеносный укол».

Третьей — «Давящий клинок».

Это была четвёртая.

Со стороны могло показаться, что гули просто вели себя глупо. Словно эти идиоты сами бросались на его меч. Это стало возможным лишь потому, что он навязал им свои движения. Время шага, угол разворота тела, положение рук — всё заставило гулей атаковать в одном направлении.

Энкрид назвал эту технику «Пленяющий клинок».

Классический стиль, ограничивающий движения противника. Обычно мечник адаптирует стиль под себя, немного изменяя его, но Энкрид пошёл дальше. Он постоянно создавал новые техники. И то, что он делал, по сути, и было самым идеальным путём. Это и был путь к рыцарству, путь к истинному мастерству.

Рем, глядя на это, понимал, что и его вклад в это был немал. Более того, он как никто другой знал, насколько полезным будет то, что сейчас делает Энкрид, и потому бросил короткое поздравление.

— Представление с гулями устроил?

На это «благословение» Рема Энкрид кивнул.

— Хочу ещё.

Этот меч только-только пустил ростки. Что бы там ни говорил Рем, ему хотелось махать им снова и снова.

— Мне тоже хоть немного оставь, — недовольно буркнула Дунбакел.

Но в последующих шести атаках гулей никому, кроме Энкрида, так и не удалось взмахнуть оружием.