✧

《Печать разрушена! Главный атакующий Имперских войск, «Драконий Страйкер», пробуждается!》

《Освобождённый союзник занимает 1 место в общем зачёте этапа.》

— […С ума сойти.]

— [Она правда на первом месте?]

Они знали, что она в топе.

Но между «слышать» и «столкнуться лицом к лицу» — огромная разница. Они не были дураками, но оковы, подавлявшие силу, более чем достаточно застилали им взор.

Смертельно раненный враг поднимался на ноги прямо у них на глазах.

Трудно было делать вид, что не понимаешь, на кого указывает возникшая перед глазами леденящая душу надпись.

1 место в общем зачёте.

Простые пять слов таили в себе далеко не простое значение: самый сильный участник текущего раунда межзвёздного турнира.

Лидер посевной команды.

Иными словами…

«Это один из главных претендентов на победу во Вселенной…!»

Осознавшие реальность инстинктивно попятились. Бросились врассыпную. Улыбка сошла с лица Страйкера-противника.

Но…

— Слишком поздно.

Лицо было таким бледным и чистым, что это было почти ужасающим.

Все раны исчезли, словно смыты водой. [Гиперрегенерация]. Доказательство того, что магическая сила вернулась к своему изначальному состоянию.

— Вполне насладился? Это, должно быть, было твоим последним развлечением в жизни.

Перечитав уведомление о привилегиях, Кён Чжио злобно скривила губы.

[▷ Особый герой | Драконий Страйкер: благодаря эксклюзивной привилегии класса особые ограничения, связанные с «драконом», сняты.]

[ · Список доступных прислужников: 1 объект]

Как только они появились, раздался голос непоколебимой силы.

— [Временное воплощение прислужника]. Убийца врагов… Злой дракон Рагнарёка «Нидхёгг Níðhöggr».

✧

-----!

На самой вершине Империи, сигнальная башня Бархна.

Поскольку здесь находилась [Башня], битва не обошла это место стороной.

Без драматического подкрепления исход был бы печален.

Кён Чжирок вытащил копьё из последнего противника и резко повернул голову.

Рёв, сотрясающий небо и землю.

То, что вселяет первобытный ужас — это, без сомнения…

«Страх Дракона…!»

Его догадка оказалась верной.

Магическая сила, исходившая от Чхон Гидо, и вправду принадлежала его сестре. Он усмехнулся тонкой улыбкой, скользнувшей по его гладкой коже.

— Наконец-то начинается «контрудар».

— ...

Лежавший на земле Чхон Гидо тоже услышал это.

Заложенные уши были не проблемой. Он из последних сил поднялся, почти подтягивая своё измождённое тело.

Будучи магом, он чувствовал это ещё острее.

Магия мира колебалась, словно в шторме.

— Н-не может быть…!

С вершины сигнальной башни открывался полный вид на обширную равнину.

Нет, вообще-то, даже не нужно было переводить взгляд так далеко.

Мир парящих островов, небесный мир.

В этом бескрайнем небе была яростно проложена яркая полоса цвета золота и черноты, пронзающая врагов.

Один-единственный чёрный дракон, топчущий поднявшегося призрака из массивных костей, пожирающий и разрывающий слетевшихся, как пчелиный рой, красных виверн.

Буквально истребление.

Цепочка пищевой иерархии полностью перевернулась.

Чхон Гидо стоял, словно заворожённый.

Трепет? Восхищение? Ужас?

Слова не могли описать его чувства.

— Нельзя просто стоять и смотреть. Нам тоже лучше поторопиться. Господин Чхон Гидо, вы меня слышите?

— Король Магов…

Голос дрожал, но он даже не успел осознать это.

— То, что я вижу… это действительно «Чжо»…?

— Ха. Впервые видите? Что вы так удив… Эй, вы что, плачете?

— Тогда этот человек… значит…! Я… я… что же я натворил!

Взгляд безумного сумасшедшего.

Чхон Гидо схватил Кён Чжирока, который невольно сделал шаг назад, и закричал:

— Что же я наделал!

Горестный крик эхом разносился по ущелью.

✧

— Кхиииииии!

Летающие драконы, обычно неторопливо бороздившие бескрайнее небо, отчаянно хлопали крыльями в страхе.

Но обрушившаяся с ясного неба молния не упустила шанса и прожгла насквозь их крылья.

Грохот-!

Голубые разряды электричества делали поле похожим на бушующее море.

Неизвестный солдат пробормотал:

— Это уже не битва людей…

Генерал Делл согласился про себя. Да.

Это ближе к мифу.

Более того, к той войне чёрного и красного драконов, которую они видели воочию и помнили до мельчайших деталей по записям и собственным воспоминаниям.

— Великая война людей и демонов…

На потерянный шёпот адъютанта генерал сжал кулаки.

И не только его адъютант.

Любой, кто достиг определённого возраста, помнил эту картину.

Прошло пятьдесят лет.

Но помнивших было бесчисленное множество.

Волна распространялась медленно, но верно.

Один за другим те, кто не мог больше сдерживать переполнявшие их эмоции, начали кричать, надрываясь.

Все помнили это обещание.

Последнее завещание, оставленное их Императрицей, их Госпожой, на этой земле. Голоса, полные слёз, накладывались друг на друга, становясь гуще. На горе накопленных желаний и генерал присоединился к крику.

— [Во тьме долгой я стану надеждой неумирающей!]

— Сильная… Как такое возможно?

Проигравшие, чья судьба была решена, были бессильны.

Кинан, увидев «это», отправился в сторону храма, где находились Ли Тэ Ёп и его группа.

Поражение было неизбежным, теперь оставалось лишь сохранить жизнь, пока не прозвучит гонг.

На вершине шпиля.

Квон Гьена уложила обессилевшую На Чжоён, встала и пробормотала. На её лице явно читалось смятение.

Ведь не было никого из союзников, кто не услышал бы тот драматичный возглас Хон Хэи из-за [стола].

«Кён Чжио» — это имя она знала. Семья Кён Чжирока…

— Да к-какая разница, кто она. Важно, что она невероятно сильная и на нашей стороне.

Сидя на перилах башни, Хван Хон рассмеялся. Легко, но искренне.

Пусть она и не отвечала за эту часть, но оба они — госслужащая и гангстер. У них было достаточно возможностей столкнуться.

И Квон Гьена знала, что Хван Хон — человек, который редко признаёт кого-либо.

Он слишком азартен и завистлив.

— Что это с вами? Сразу признали.

— С тем, кто с самого начала тебе не по зубам, даже соперничать не хочется. Не знала? Теперь знай.

— А…

— Конечно, не только из-за этого.

Хван Хон улыбнулся как озорной мальчишка.

— В детстве она ведь была нашим героем.

— …Героем?

— Ага. «Чжо» дебютировал уже больше десяти лет назад. Мы тогда все, глядя на него, грезили: вот вырастем — станем охотниками.

С потягиванием, разминая ноющие плечи, Хван Хон добавил, словно шутя:

— Как можно осмелиться питать непристойные мысли о герое, которому в детстве поклонялся? А вы, госслужащая, не из таких? Мы, вроде, одного возраста.

— Если подумать… и правда.

Квон Гьена снова посмотрела вперёд.

Это было так похоже на те пейзажи, что она видела с детства.

Чёрный дракон и великий маг.

Герои и абсолютные спасители, которые не давали детям бояться, даже когда появлялись страшные и ужасные монстры.

«А имело ли когда-нибудь значение, кем именно они были?.. хоть раз?»

— …Да. Это мой герой. Тогда и сейчас.

Квон Гьена улыбнулась, прогоняя смятение, — так же, как в детстве: чуть смущённо.

На поле битвы, куда уже вступала ночь, одна за другой зажигались звёзды.

Хван Хон на миг задержал на них взгляд, потом отвернулся.

Он делал вид, будто остаётся спокойным, но на самом деле едва держал себя в руках — сердце с самого начала билось так, что грозило вырваться.

— Чёрт… пропал я.

— Простите?

— Да нет, ничего. Забей…

✧

— [С-стой! Не подходи… не смей!]

Чтобы всё перевернулось лишь от появления одного-единственного человека… такая афера не укладывалась в голове.

Демонический Страйкер не хотел верить.

Но… его мертвенно-бледные глаза скользнули по окрестностям.

Куски раздробленных костей злого дракона и изуродованные до неузнаваемости трупы виверн.

Армия, близкая к десяти тысячам, сметена, как муравьи под стопой гиганта.

Поле боя погрузилось в жуткую тишину.

И только сейчас он понял, что тишина может быть столь пугающей.

— [П-пожалуйста, не… Я… я тоже представитель канала… Я был планетарным представителем…!]

Глухо заревел чёрный дракон, складывая огромные крылья… словно насмешка.

Топ-топ.

Она медленно двинулась сквозь разлившееся рекой кровавое болото.

Оставшиеся в живых солдаты бросались на неё в отчаянии, но их сразу же разрывало магией.

И раздался хрипловатый голос, спокойный и отчётливый:

— …«Был»? А я действующий. Говно собачье.

Слова звучали куда грубее, чем сам голос.

— Это драгоценный трон, завоёванный победой над стариком, на которого молятся как на внука Тангуна, сошедшего с ума от тренировок, и принца, увешанного звёздами и ведущего себя, словно заботливый родитель [1]. Говно собачье.

— [Ч-что ты несёшь…!]

— Ты хоть представляешь, как трудно матери-одиночке вырастить такую великую дочь? А ты, сученыш, смеешь хватать меня за волосы, которые не могла схватить даже госпожа Пак!

Её голос звучал ровно, сухо и почти скучно… и Страйкер на миг подумал, что это шутка.

Но это была иллюзия.

Встретившись с ней взглядом, Страйкер понял.

«Я умру…!»

Он точно здесь погибнет. От её руки.

— Что ты там говорил? Убьёшь красиво, словно это искусство? А ты хоть знаешь, что такое искусство, щенок? Даже я, сдававшая вступительные по три раза, до сих пор учусь понимать это. А ты?

С мелкими сошками из армии Демонических Драконов было покончено.

В живых нарочно оставлены только пятеро противников — участники другой команды.

Кён Чжио протянула руку.

Ни печатей, ни заклинаний больше не требовалось.

[Специализация, высшее заклинание убийства 9-го ранга — «Гэ Болг» [2].]

Свист — и грохот!

Четыре раза подряд, четыре копья.

Тьма, как дыхание глубочайшей бездны, застелила всё вокруг, и сквозь клубящиеся тучи обрушились чёрные, словно звериные клыки, копья.

Они точно пронзили тела участников, пытавшихся в отчаянии уклониться.

Даже крикнуть не успели.

Среди высоких гор, сложенных из трупов, невесть откуда взявшихся четыре огромные могилы.

Выглядело жестоко, но в то же время напоминало произведение искусства.

— Кха-а!

Хищник, наступивший на шею ошеломлённой жертве.

Сверху, сквозь чёрные волосы, пылали глаза, полные неугасающей ярости.

Вернувшийся тиран прошептал:

— Ну как тебе моё искусство?

Искусство, которому я научилась, именно таково.

— Слышал поговорку «поймай вождя, и армия падёт»?

— [Н-нет…]

— Ха! В прошлом году это был девятый вопрос в экзамене по корейскому языку. Что же делать, если не знаешь, тупая ты тварь.

Врага нужно бить по голове.

— В тот момент, когда ты понял, что я на первом месте, ты должен был прикончить меня. Раз не знаешь даже таких азов, не удивляйся, что разгромлен, тупой ты пришелец.

Кён Чжио отступила на шаг.

Пожалуй, пора. Время прощаться.

— Давай больше не встречаться.

Ква-а-а-га-гак!

Последнее мифическое копьё обрушилось вниз.

Посреди поля битвы, где кружились лишь пепел и пыль, в тот же миг появился хрустальный [Колокол].

Примечания:

1. Предполагаю, это отсылка к 103 главе, где говорилось, что Ын Сок Вон является наследником Тангуна (мифический прародитель корейской нации, основатель первого корейского государства Древний Чосон). Также Чжио «отобрала» первое место у Ын Сок Вона в корейском топе. Про родителя, вероятно, отсылка к Бому.

2. Гэ Болг — легендарное копьё из кельтской мифологии, оружие героя Кухулина. Считалось проклятым: при ударе оно выпускало внутри тела жертвы множество шипов, разрывая её изнутри, так что извлечь копьё было невозможно. В современной массовой культуре часто используется как символ абсолютного или запретного оружия.