П/А:

«Хотел бы я написать фанфик по „ШанФро“…» — подумал я и лишь через десять секунд осознал смысл сказанного. Я же автор…

Он был текуч, подобно реке.

Он был непрерывен, подобно дождю.

Он был неумолим, подобно грому.

Это была настоящая красная буря.

— …Так, пора и нам действовать!

— Как ты можешь так спокойно это комментировать, глядя на такое…

— Ну, я к подобному уже привык… разве что он всё так же ловко управляется с меню.

С точки зрения Ойкаццо, главной сильной стороной Санраку была не его реакция или опыт (приобретённый в треш-играх), а его быстрая адаптация к любому пользовательскому интерфейсу.

Это касается не только «ШанФро», но и любой игры, где оружие «вызывается» по команде игрока, — умение управлять окнами в бою имеет решающее значение.

— В «ШанФро» окна вызываются мысленно, а управляются пальцами, так? Подобные интерфейсы есть и в других играх… но Санраку всегда указывает координаты «под рукой» и управляет им, не глядя.

Красный зверь — похожий на дракона, волка, акулу, хищную птицу, но с одной чёткой целью: причинять вред врагам и пожирать добычу — смеялся. Его руки двигались безостановочно, время от времени вызывая окно, и, не мешкая ни секунды, он заменял брошенное оружие новым, повторяя этот цикл снова и снова. Парные клинки плясали в танце, железные кулаки сокрушали врагов, огненные следы чертили траектории, а в следующий миг огромный меч, притянутый неведомой силой, рассекал воздух и врагов, обрекая их на ту же участь.

— Не глядя… вы говорите?

— Он запомнил, с какой скоростью прокручивается список при свайпе, где какой пункт находится и так далее. Сам он называет это «Искусством Извлечения Предметов». Конечно, даже если он не смотрит, одна рука у него всё равно занята, так что если атаковать в этот момент, он будет уязвим.

— Это что-то вроде трюкачества?..

— Не совсем. Если поместить нужное оружие в самый верх и низ списка предметов, то достать его будет довольно просто.

На самом деле, Ойкаццо и сам частенько так делал, и это не было чем-то, что под силу лишь одному на миллион. Но сильная сторона Санраку заключалась в том, что он мгновенно адаптировался к любому интерфейсу.

— …Помню, как-то он жаловался, что «интерфейс — полное дерьмо».

Кажется, в той игре при каждом открытии экрана предметов включался какой-то неуместный голос, и в итоге на то, чтобы достать предмет, уходила целая минута… Погрузившись в воспоминания, Ойкаццо очнулся, вздохнул и взял себя в руки.

— Что ж, пора искать Раст и Молда… Ах да, Сайгер-100-сан, вы не знаете, где находится отряд драконокровных вампиров?

— Драконокровных вампиров… Ах, те самые, за которыми так усердно гонялись игроки-повара. Кажется, чтобы не убивать их почем зря, их заставили сражаться с мелкими драконами Брайрейниего… вроде бы…

Сайгер-100, у которой, видимо, тоже были смутные воспоминания о драконокровных вампирах, присоединившихся к ним вторым эшелоном после лесных жителей, прижала руку ко лбу и с трудом выдавила из себя информацию об их местонахождении.

— Ах, вспомнила. Кажется, после того как бафф от Скал Азучи повысил их безопасность, они нацелились на Дуредхаула.

— Значит…

В данный момент Дуредхаул, теснимый игроками, врезался в Брайрейниего, и там происходила весьма неприглядная сцена перекладывания вины. То есть…

— А, вот они!

— Уэ?! А, это вы, Ойкаццо-сан…

— …Не виделись пару часов?

Он на удивление легко нашёл эту странную парочку. Судя по тому, что их снаряжение местами было покрыто копотью и слегка оплавилось, они явно пережили ожесточённую схватку с огненным противником, но, по крайней мере, не были загнаны в угол.

— В общем, «План Раст» в действии. Осталось только встретиться с Пенсилгон, и можно переходить к финальной стадии.

— План… какой?

— Тот идиот, что там буянит, наконец-то притащил базу. Так что теперь тот самый робот… ну, вы поняли.

— Хм-м-м… хм-м-м?!

Она посмотрела дважды, и это было впечатляюще. Рядом с ней Молд тоже уставился, не веря своим глазам: «Так это был не монстр?!»

«Как же они синхронно реагируют…» — подумал Ойкаццо о чём-то совершенно несущественном и перевёл взгляд на другое поле боя — туда, где сражался зелёный дракон.

— Право собственности на тактических меха-зверей и усиленную броню разделено на троих, так что даже для использования в клане нужно одобрение всех троих. Ах, да, вот источник питания.

— П-погоди, ч-что, э…

Ойкаццо бросил Нестандартный Эфирный Реактор так небрежно, словно это было яблоко, а Раст поймала его с такой осторожностью, будто это был младенец.

— Да и другая сторона, скорее всего, сама сюда придёт… как-то всё, что нужно было сделать, закончилось само собой…

На самом деле, хоть и не до такой степени, как у Акицу Акане, которая практически отключала сенсор на желаемые предметы, у Ойкаццо, как у профессионального геймера, добившегося выдающихся результатов, «чуйка» была развита хорошо. Поэтому всё прошло так гладко… и именно поэтому он сам отдалился от возможности запустить уникальный сценарий, но об этом он, скорее всего, никогда не узнает.

— Ну-с… как там операция «Нувориш», интересно…

Вообще, это было странно. Условием победы было «уничтожение Зигвурма», но сам Зигвурм парил высоко в небе. Не могло же быть так, что к этому моменту большинство игроков уже должны были обзавестись тактическими меха-зверями или усиленной бронёй. Значит, для перехода к битве с Зигвурмом должен был существовать какой-то триггер.

Золотой гигант, парящий в небе, был всё так же далёк, и до него добрался лишь один. Но, скорее всего, способ, которым он это сделал, не был официальным. Должно быть условие, при котором Зигвурм спустится на землю, размышлял Ойкаццо.

— …Герой, B.I.G., характер…

— …Что-то вроде «положительная оценка по системе B.I.G., собранная со всех игроков, должна превысить определённое значение». Вот и всё.

— А, Пенсилгон, ты поздно.

— Да уж, он был таким настырным… я нашла Тоттори-за-Шиманэ и спихнула на него всю ненависть Броккентрида.

Где-то раздался крик лучника, которого превозносили как героя, но он утонул в шуме битвы и не достиг ушей Пенсилгон. Поэтому, посчитав вопрос с Броккентридом решённым, Пенсилгон, попивая зелье восстановления здоровья, наблюдала за полем боя, где бушевали белый, красный и ещё один красный.

— Пфу-у, кажется, я давно не виделась с Санраку в игре… он так одичал.

— Ага, прямо как чёрный окунь или что-то в этом роде.

— «Инвазивные виды из треш-игр — это страшно», да? Ха-ха-ха, неплохо сказано, Каццо.

Непринуждённо подкалывая Санраку, Пенсилгон, в сопровождении семи оставшихся хумандрагор, посмотрела на небо, а затем на землю.

— Раз уж он так твердит про героев, то, скорее всего, условие где-то там. По крайней мере, до меня дошли слухи, что Санраку бросил ему вызов на поединок, и тот его принял…

— Значит, есть вероятность, что он вообще не спустится?

— Нет-нет, Каццо, «драконоборство» — это всемирная героическая легенда.

— А-а-а… то есть, есть вероятность, что он спустится после победы над цветными драконами…

— Для нас это неудобно, но, скорее всего, так и будет…

Согласно политике «Странствующих Волков», Нуарлинда нужно было сохранить во что бы то ни стало. Значит, «жертвенными пешками» становились красный, белый или зелёный драконы…

— Нет, пойдём по этому пути! Я сражалась и поняла, что Броккентрид продержится довольно долго. Раз так, то давайте заодно измотаем и красного, и белого. Пойдём на высокий риск ради высокой награды и создадим «свободных игроков»!

— Награда, может, и велика, но не кажется ли тебе, что риск ещё больше?

Если количество цветных драконов уменьшится, то, естественно, число игроков, атакующих оставшихся, возрастёт. Это усилит силы против Зигвурма, но в то же время это обоюдоострый меч, который может направить игроков и на Нуарлинда. К тому же, у анти-нуарлиндовской фракции есть огромный козырь — Скал Азучи. Тот мощнейший бафф, который ослабил даже пламя Дуредхаула, подобное реактивному двигателю, определённо соберёт сторонников.

— В этом мы и возьмём пример с Зигвурма.

— В смысле?

— …«Придите, герои», — вот так.