Глава 40. Встреча

В пещере, глубоко в Вечнозелёном лесу, на земле сидел молодой человек с обнажённым торсом.

Он втирал чёрную жидкость в спину, глядя на лист с начертанной на нём сложной руной.

«Эта Эссенция Зверя хороша, я экономлю недели питания, используя её, и у меня осталось ещё восемь бутылочек!»

Этим юношей, конечно же, был Ной.

Он использовал оставшееся для миссии время, чтобы применить те трофеи, которые решил оставить себе.

«Держу пари, Земляная пилюля тоже будет потрясающей».

В конце концов, соблазн был слишком велик, и он оставил себе коричневую пилюлю для даньтяня.

Через несколько часов он прекратил тренировку руны Кесьер, хотя был ещё далёк от своего предела.

Он никогда не забывал, что всё ещё находится в дикой местности, и должен быть готов к внезапному нападению магического зверя.

«Держу пари, этот запах их отпугивает».

Он посмотрел в сторону трупов, которые уже начали разлагаться.

Запах от них исходил ужасный, но Ноя это не волновало. Они должны были оставаться на своих местах, чтобы создать идеальную картину битвы.

У Ноя уже был план, как выглядеть максимально невинным, и на его осуществление требовалось три дня. Поэтому он решил использовать оставшееся время, чтобы как можно сильнее увеличить свою мощь.

«Я могу использовать две бутылочки Эссенции Зверя в день. Через четыре дня они закончатся, и я смогу начать готовиться к возвращению в особняк. Интересно, какую часть пятого цикла я смогу завершить».

Через несколько дней после того, как пузырьки с лекарством опустели, Ной тащил огромную кучу вещей, связанных вместе одеждой мёртвых членов Серых Теней.

Поднимать её он не собирался — узел был слишком неудобной формы, — поэтому он просто волок добычу на импровизированной верёвке.

«Это оставит достаточно улик, чтобы моя версия истории выглядела правдоподобной».

.

.

.

Несколько дней спустя.

Куинн был в отчаянии.

Он разбил лагерь на окраине Вечнозелёного леса недалеко от города Моссгроув в ожидании приказов от семьи Мерджер.

С ним остались только трое солдат, а двое других отправились в особняк своей семьи, чтобы сообщить внутреннему кругу о событиях, произошедших в пути.

Но прошло почти две недели, а посланника от семьи всё ещё не было и следа.

«Я полностью разорён! Даже если им удастся вернуть товары, я не получу с этого ни гроша. Я могу даже лишиться своего привилегированного положения их торговца. Мои мечты, мои планы — всё рухнуло!»

В этой ситуации он был совершенно бессилен, а оставшиеся стражники начали относиться к нему с холодом, хотя защита груза была их обязанностью.

В этом мире вину за любую неудачу всегда сваливали на слабого.

— Тц, если бы этот идиот-торговец не пошёл по лесной тропе, всего этого можно было бы избежать.

— Ты прав, теперь наше положение в страже серьёзно пострадает из-за такого жадного человека. А нам ещё и торчать здесь с ним!

Стражники говорили так громко, что Куинн отчётливо их слышал.

Его дочь понимала ситуацию и всё это время молчала, боясь, что одно неосторожное слово может вызвать гнев солдат.

Именно в этот момент из-за кромки леса вышел мальчишка в чёрном, весь в поту, тащивший за собой большую груду вещей, связанных окровавленной одеждой.

Группа из семьи Мерджер широко раскрытыми глазами смотрела на маленькую фигурку, волочившую ношу, вчетверо превышающую её по размерам.

Куинн посмотрел на вещи и узнал среди них те, что были у него украдены.

Он поспешно подбежал к юноше, громко крича:

— Стой, стой! Ты, пацан, где ты взял эти вещи?

От волнения, вызванного находкой своего имущества, он заговорил без всякого уважения.

Ной взглянул на толстого торговца и, не останавливаясь, небрежно бросил:

— Нашёл в лесу.

После двух недель отчаяния Куинн наконец обрёл надежду.

— Среди тех вещей, что ты несёшь, есть и украденные у меня. Пожалуйста, верни их.

Ной по-прежнему не останавливался и лишь коротко спросил:

— У тебя есть доказательства?

Куинн потерял дар речи и только сейчас понял, что юноша перед ним, возможно, не так прост. В конце концов, он возвращался из леса с огромной ношей на спине.

Взглянув на след, оставленный на земле, он с ужасом осознал, что не видит, где тот начинается.

«И как долго он тащил такой вес?»

Однако стражники соображали медленнее торговца и, услышав разговор, высокомерно подошли к вещам.

— Пацан, если торговец сказал, что это наши вещи, значит так и есть. Если есть жалобы, можешь прийти в особняк Мерджер и подать заявление на возмещение.

Солдаты видели перед собой лишь груду богатств и уже представляли себе награду, которую даст им семья, когда они вернут всё обратно.

Как только один из них собрался развязать узел из одежды, чтобы осмотреть вещи, в его сторону полетел удар ногой.

Атака была слишком быстрой и внезапной. Удар пришёлся солдату в грудь, отправив его в полёт на пять метров, после чего тот рухнул на землю без сознания.

На том месте, где он только что стоял, теперь застыл Ной с всё ещё поднятой правой ногой.

— Так вы хотите ограбить мою семью Балван, лишив её заслуженной награды за миссию, порученную семьёй Шости?

Ной беззастенчиво использовал имена благородных семей, чтобы пресечь их притязания на вещи.

Группа была ошеломлена, увидев, как мальчишка одним ударом вырубил солдата. Их тон тут же стал более уважительным.

Ной лишь фыркнул и снова принялся тащить свою ношу в сторону особняка Балван, но прежде чем он успел сдвинуться с места, перед ним возник Куинн с широкой улыбкой на лице.

— Э-э, молодой господин, я хочу извиниться за свою давешнюю грубость. То, что вы несёте, кажется тяжёлым, не хотите, чтобы я подвёз вас до вашего особняка?

«О, похоже, этот человек не так уж глуп. Что ж, они могут стать моими свидетелями, если я поеду с ним».

— Я согласен, но у меня есть условие.

Куинн слегка поклонился и произнёс:

— Говорите, пожалуйста, молодой господин.

Ной указал на груду вещей позади себя:

— Я могу взять одну из этих вещей в качестве награды, так что ты должен объяснить мне действие пилюль, которые там есть.