Открыл глаза я уже в каком то здании. Осмотревшись, заметил бумажные стены и бамбуковый потолок и пол похоже был из бамбука. Потолок был из какого-то темного толи бамбука то ли дерева, а бумажные стены были мутновато бело-красного цвета. Только сейчас я заметил что тело непривычно не болело. Постоянная боль, что преследовала меня, отступила. Я аккуратно поднялся на локтях и сел осматривая себя. На груди была плотная перевязка, что плотно сжимала ребра, но не мешала дышать. На руках также были перевязки из плотного, но какого то странного бинта. Поднесся руку ближе к лицу осмотрел перевязку и попробовал пальцем текстуру бинта. Он был мягким, и немного шелковистым, но в то же время плотным и эластичным. Впервые видел такой бинт.

После 10 минут следование своего тела, и что со мной сделали. Я не увидел каких то повреждений. По всей видимости меня основательно подлатали. Но кто, и зачем? На первый вопрос был ответ: - тот страшный тип, вроде его звали Реми. Но второй вопрос - на коей черт кому-то отдавать приказ меня лечить и посылать по мою душу Гончего.

— Так много вопросов, но так мало ответов, - пробормотал я себе под нос.

Из раздумий меня вырвал стук по стене и приятный женский голос:

— Господин, можно мне войти?

От этих слов я встал в ступор, какой я нахер Господин? Та я такой же господин как сумоист балерина на коньках.

Девушка видимо приняла мое молчание в ступоре и предупредив: — Я вхожу.

Открыв дверь, она аккуратно вошла и прикрыла за собой дверь, а я впился в неё глазами. Она была просто до безумия красивой, длинные ноги, голубые глаза и золотые волосы, что лежали на её плечах и спадали вперед на внушительную грудь. Она явно не была Японкой, европейка в кимоно. Да любой пацан бы за возможность увидеть её в живую был готов отдать правую руку! - пронеслось в моей голове, а нижняя челюсть поползла вниз, ещё чуть-чуть и изо рта пошла бы слюна.

Девушка, увидев, мою реакция мягко улыбнулась и подошла с подносом ко мне. Сев передо мной на колени она улыбнулась мне и склонила голову, произнесла мягким бархатным голосом:

— Рада, что вы пришли в себя господин. Меня зовут Софи, и господин Якихиро Уринобу приказал ухаживать за вами как за важным гостем.

От имени Господина Уринобу я побледнел и мои глаза широко раскрылись от ужаса. Якихиро, был также известен как “Милостивый Палач”, он был главой клана Ассасинов, что убирали людей для других кланов и Корпораций. Вот это я влип… - подумал я любуясь Софи и заметил татуировку с головой змеи, что выглядывала из-за её плеча под немного сползшим краем кимоно. — А она не такая уж и простая красотка, - подумал про себя я.

Подняв голову Софи, обезоруживавши улыбнулась и протянула руки к моей кисти. Я не сопротивлялся, а замер будто кролик перед удавом и даже забыл дышать. Её пальцы коснулись моей кожи, и они были на удивление теплыми.

— Сейчас я сниму бинты и промою рану

Пояснила она, и начала аккуратно разбинтовывать мою руку. Когда она сняла бинт полностью, она взяла губку и мокнула её в деревянный тазик с теплой водой, что она принесла с собой. Слегка сжав губку, она слила лишнюю воду и нежно промыла руку, где были видны швы от операции. Видимо меня конкретно штопали, и убрали даже стальной осколок, что застрял в левой руке несколько лет назад. Закончив с левой рукой, она наложила новую повязку. На удивление она меняла бинты очень быстро и аккуратно, будто у неё был очень большой опыт в этом.

Закончив с рукой, она приподнялась и села за моей спиной. Я попытался повернуться, и что-то сказать, но её мягкая ладонь прошлась по моей спине и она прошептала:

— Расслабитесь, я вам не враг.

Тяжело выдохнув я расслабился, и почувствовал как её короткие ноготки поскользили по моей коже и по спине побежали мурашки и я вздрогнул. Сзади послышался легкий смешок, и горячие дыхание обожгло мою шею и я снова вздрогнул. А внизу, там где был пах что-то зашевелись. Переборов себя мысленном усилием, я медленно вдохнул и выдохнул.

Через пятнадцать минут, Софи закончила с перевязкой и промывкой ран. Встав, она чмокнула меня в лоб и потрепала мои волосы своей рукой и с доброй, даже материнской улыбкой на устах произнесла:

— А ты молодец, даже не пискнул.

Я не переставал смотреть в её глаза, в поисках истинных её намерений. Но в её глазах была лишь какая-то доброта и забота. И буду честен, я поплыл от этих эмоций, что исходили от неё. Впервые кто-то не смотрел на меня как на био-мусор, а видели во мне, Ребенка. Софи ещё раз окинула меня взглядом, улыбнувшись она вышла из комнаты закрыв за собой дверь.